Пончо

Встав из-за стола, где остались самые стойкие из тех, кто собрался сегодня для того, чтобы решить, что делать и куда направляться дальше, Дэрил коротко кивнул Рику. Ответный кивок дал понять, что друг, тот, который теперь называл его своим братом, понимает: решение за ним. Он может выбрать путь в Вашингтон вместе с Абрахамом и прочими желающими. Он может отправиться в противоположную сторону. Он может захотеть остаться здесь, в большом доме, который они отыскали, выбравшись из Терминуса. Дэрил примет всё. - Дежурная проверка? - печально улыбнулась Мэгги, пропуская его в коридоре и отлично зная, куда он идет. Ведь каждый вечер, раз за разом, Дэрил направлялся в комнату Кэрол. Входил в небольшое помещение, скользил рассеянным взглядом по всегда собранному рюкзаку, по неизменно лежащему рядом оружию, по открытой книге, слишком часто – на одном и том же месте, по слегка подрагивающим рукам, по искривленным губам, по опущенным глазам. Он почему-то никогда раньше не задумался, как она воспринимает эти его визиты. А может быть, точно так же, как и остальные, думает, что Дэрил приходит к ней лишь для того, чтобы убедиться, что она в порядке, что справляется, что не причинит вреда ни себе, ни окружающим? Даже если и так, Кэрол этого не показывала. Только улыбалась, с готовностью обсуждала дела группы, внимательно слушала его короткие рассказы о том, что было, когда они потеряли тюрьму, осторожно касалась поцелуем его всегда сжатых в тонкую линию губ на прощание. Ее прикосновения были такими легкими и невесомыми, а ее губы – настолько нежными и мягкими, что, едва выйдя за дверь, Дэрил начинал думать, будто все это ему показалось. А может быть, это действительно лишь игра воображения? Вот он подходит к двери, прикрывает глаза на долю секунды, просто моргая, и видит ее совсем рядом, ощущая ее прикосновение, тепло ее тела, слышит пожелание спокойной ночи, открывает веки – а она уже далеко. И, наверное, стоило бы хотя бы раз податься навстречу, задержать ее, прижать к себе, требуя настоящего поцелуя, требуя ее тела, требуя всю ее – себе. Он ведь уже умеет. Просто потребовать, заявить свои права, забрать себе. Чтобы не досталось никому другому. Криво улыбнувшись, Дэрил тихо постучал в дверь, выплюнув на пол спичку, которую он держал в зубах, в своей неосознанной детской привычке чем-то занимать рот, облизывая пальцы, обкусывая заусеницы у ногтей, а то и сами ногти, покусывая травинки, веточки, что угодно. Кэрол не открывала слишком долго, заставляя его вспомнить о том, что за непростым разговором вечер давно прошел, и наступила ночь. И почему-то так тоскливо было уходить, не увидев ее. - Черт, - отшатнулся Дэрил от наконец открывшейся двери, изумленно глядя на сонно потирающую веки Кэрол. И посмотреть, в самом деле, было на что. Отвести взгляд от ее ног казалось просто невозможным. А Кэрол даже не понимала, какой эффект она произвела, выглянув в коридор в его пончо и сапогах. И как теперь выбросить из головы пульсирующий во всем его тут же напрягшемся теле вопрос: а что-то, кроме этого, на ней надето? - Я думала, ты уже не придешь, - пожала плечами Кэрол, не замечая, наверное, что даже от этого ее едва заметного движения и без того едва прикрывающее бедра пончо поднялось чуть выше. - Зайди, холодно, - оглянувшись, словно кто-то прямо сейчас у него из-под носа может украсть эту беспечную женщину, подтолкнул он ее в комнату, закрывая дверь и только тогда облегченно выдыхая. Хотя расслабился он рано: усевшаяся на край дивана, на котором она спала, Кэрол прикрывать ноги не спешила, закинув одну на другую и по-прежнему нисколько не смущаясь своего вида. Опустив глаза в пол, Дэрил привычно присел рядом. Так, чтобы не слишком близко – тоже, как всегда. - Прости, я уже не ждала тебя, легла спать, а когда услышала стук, натянула на себя первое, что попалось под руку. Мэгги отдала пончо, чтобы я постирала и вернула тебе. Оно только сегодня вечером высохло, - объяснила свой вид Кэрол и коротко улыбнулась, словно отлично понимая его быстрый недоверчивый взгляд в свою сторону. - Я узнала твой стук, Дэрил. - Ммм, - кивнул он, услышав именно то, что хотел, и все же смутившись такого откровенного признания в том, что она в таком виде может появиться только перед ним. - Я за временем не уследил. Не подумал, что спишь уже. Пойду тогда… - Но я ведь уже проснулась, - задержала она его, едва коснувшись кончиками пальцев руки. - Расскажи лучше, к чему вы пришли? Когда выходим? - Ни к чему, до сих пор перетирают, мне надоело уже, - соврал он, чтобы не говорить, что бросил беседу ради того, чтобы прийти сюда. - А ты куда спешишь? Тут нормально вроде. - Не знаю. Я просто устала уже от этих разговоров: каждый день одно и то же, даже присутствовать нет желания больше. Да и хочется оказаться как можно дальше от этих мест. Забыть этот штат, по которому мы ходим кругами, где мы… Запнувшись, Кэрол опустила глаза, чтобы уже через минуту завести разговор о Вашингтоне, где, оказывается, никто из их друзей не бывал. Дэрил не разделял ее наигранного энтузиазма и желания увидеть столицу. На что там уже смотреть? На толпу ходячих, которых в городах всегда больше? Как будто тут не насмотрелись. А вот на что точно насмотреться нельзя было, так это на ее ноги, светлеющие в полумраке комнаты, где горела лишь одна большая свеча у дивана. Попытка понять, что именно скрывает мягкая ткань пончо, не давала ни малейшего шанса сосредоточиться на рассказе Кэрол, и Дэрил только кивал ей невпопад, не понимая, почему все так. Почему он, сидя здесь, рядом с той, которую хочет, с той, без которой нет желания жить, с той, которая так запросто называет его милым и целует перед сном, не решается просто протянуть руку и взять свое. А может быть, он все еще не ощущает ее своей? Ведь что у него было свое? Ничего и никогда. Одежда, то, что с натяжкой можно было назвать игрушками, старые комиксы и журналы всегда доставались от брата. Он делил с Мэрлом комнату, дом, еду, выпивку, курево, даже женщин, которых вечно находил где-то брат. Брат, который точно так же никогда не принадлежал ему, то уезжая куда-то, то попадая в тюрьму, то открыто показывая, что ему гораздо интересней проводить время в компании своих дружков, чем в обществе Дэрила. И поверить, что кто-то вдруг согласится быть рядом, оказалось слишком сложно. Просто так рядом, с ним рядом, добровольно рядом. Раньше, когда-то тогда, давно, когда у него еще не было такой большой семьи, названного брата, верных друзей, ему бы вообще такое в голову не пришло. А теперь вот приходит, но все равно не верится. Не верится, что он уже заслужил это все. И меньше всего верилось рядом с Кэрол, перед которой он был кругом виноват, не найдя ее дочку, не заметив ее состояния в начале эпидемии, не успев найти ее после, мысленно похоронив ее в очередной раз… Он ведь тогда даже не поверил, вдруг увидев ее. Уставшую, измученную, с настороженным взглядом, в компании Тайриса и с Джудит на руках. Дэрил помнил тот день так, словно не прошло уже больше недели. Впрочем, в этом мире неделя порой казалась годом. Или минутой. Здесь не угадаешь. Хотелось просто шагнуть вперед, хватая ее за плечи и убеждаясь, что это, в самом деле, она: настоящая, живая, его… Хотелось защитить ее от Тайриса, от изумленно замершего на месте Рика, даже от Карла, с громким криком и слезами бросившимся к ней и выхватившим из ее рук сестру. Хотелось спасти Кэрол от самой себя, видя ее короткую, вымученную, искусственную улыбку и отчаянную решимость, горящую в глазах. Решимость уйти, если вдруг попросят. Но он не сделал ни шагу вперед, лишь настороженно наблюдая за Кэрол, которую обнял Рик, что-то пылко говоря, и которая, кажется, не решалась даже смотреть в сторону Дэрила. Восторженный писк рядом отвлек его на лучащуюся счастьем Бет. Девушка, наобнимавшись с сестрой и с Гленом, с разбегу бросилась ему на шею, взахлеб рассказывая что-то о каком-то там спасшем ее Моргане, о страхе, переживаниях и прочем. Неловко похлопав ее по спине, он закатил глаза, слыша вопрос о том, правда ли он по ней скучал, и с трудом скрывая улыбку. Наверное, именно так после разлуки и нужно встречаться. Так, а не безмолвно поглядывая издалека. В тот день он смог остаться с Кэрол наедине только вечером, уже услышав их с Тайрисом честную историю о Лиззи и Мике, и узнав, что она призналась другу в том, что совершила еще в тюрьме. Всем раненым была оказана первая помощь, все голодные были накормлены, а все способные держаться на ногах и держать в руках оружие оставлены на страже того, что осталось от Терминуса, после того как они, не без помощи подоспевших так вовремя со спрятанным Риком в лесу оружием друзей, выбрались из того чертового вагона. Кэрол свернула за угол, непонятно каким чудом ориентируясь в коридорах темного и холодного вокзала, а Дэрил шагнул вслед за ней, наконец, касаясь ее плеча и слегка поворачивая к себе, путаясь в словах и невысказанных мыслях. Но ей и не нужны были его слова. Ей хватило и этого неловкого касания, этой неумелой попытки обнять, этого непреодолимого желания ощутить тепло ее тела. И Кэрол просто послушно обернулась, на мгновение вглядываясь в его глаза и пряча лицо на его плече. Она тоже не сказала ни слова, так неожиданно вдруг вздрогнув, когда он неуклюже обнял ее в ответ и словно невзначай скользнул губами по виску. Рядом послышались голоса друзей и новых знакомых, и Дэрил поспешно отстранился, растерянно замирая, когда Кэрол приподнялась на цыпочки, целуя его. Чересчур быстро и мимолетно, так, словно собиралась коснуться поцелуем щеки, а не губ. Она ушла, а он еще долго стоял на том же месте, пытаясь справиться с незнакомыми чувствами и еще не зная, что всю следующую неделю она будет точно так же целовать его на прощание, а он по-прежнему будет стоять столбом, не зная, что делать дальше. Что делать дальше с ней? Не с той, которая покупалась на полчаса в пьяном угаре. Не с той, с которой все было просто: ты ей деньги – она тебе тело. Не с той, которой не нужны были никакие поцелуи, глупые слова и все то, что еще так требуется любой нормальной женщине. Женщине, которую так хочется назвать своей. - Дэрил! Дэрил! - вдруг возникла перед его глазами тонкая ладонь, заставляющая недоуменно моргнуть, возвращаясь к реальности и сидящей рядом, смеющейся Кэрол. - Кажется, я тебя утомила. О чем ты так задумался? - О том, что это – моё, - кусая губы, неразборчиво пробормотал он, касаясь своего пончо и едва сдерживаясь, чтобы не сжать ткань в кулаке. - Твоё, - нахмурившись, кивнула Кэрол и растерянно улыбнулась. - Я завтра отдам. Или что? Ты хочешь, чтобы я прямо сейчас тебе его вернула? Мне снять твое пончо? Дэрил? Не давая себе времени на раздумья, он, неожиданно для самого себя, кивнул, не сводя напряженного взгляда с приоткрывшихся губ Кэрол и думая только о том, что же там… под этим чертовым пончо. Она продолжала недоверчиво улыбаться, словно ожидая того, что Дэрил передумает, скажет, что пошутил, уйдет. Но через минуту медленно кивнула в ответ. - Тогда сними сам, - едва слышно проговорила она, беря его за руки и поднося их к краю пончо. - Хочешь забрать сейчас – забирай. Не успев вовремя отпрянуть, он чертыхнулся, уже не в силах сдерживаться, запуская руки под плотную ткань, понимая, что на ней, в самом деле, больше ничего нет, но даже сейчас не решаясь ни на что большее, чем скольжение ладонями по ее обнаженной спине. Касаясь кончиками пальцев нежной, такой, что, казалось, он причиняет боль любым неосторожным движением, кожи, Дэрил не был способен и глаз поднять на замершую рядом Кэрол. А она, помедлив немного, перехватила его ладони, заставляя остановиться и перемещая их прямо на свою грудь. Выдыхая ее имя вперемешку с чем-то, совсем далеким от того, что нужно говорить женщинам в подобные моменты, Дэрил, не думая, одним рывком стянул с нее пончо, отбрасывая его куда подальше, окидывая Кэрол с головы до ног жадным взглядом и подминая ее под себя. Она попыталась дотянуться до пуговиц на его рубашке, но он не мог ждать так долго, честно признаваясь в этом, резко дергая за пояс на штанах и наконец получая ее всю в свое безраздельное владение. Он беспорядочно касался ее тела, с силой вжимая ее в диван, яростно вбиваясь в нее, в попытке доказать ей или же в первую очередь самому себе, что она – его собственная. Только его и больше ничья. Ничьей и никогда не будет – он не отдаст. Ни за что. Она – только его. Точка. Переведя дыхание и не без опаски открыв глаза, он встретился взглядом с устроившейся на его плече Кэрол и рывком крепче прижал ее к себе. - Моё. Это всё – моё, - скользнул он ладонью по ее спине, напряженно вглядываясь в ее непонимающее лицо. - Ты – моя. Кэрол нахмурилась всего на долю секунды, но этого хватило для того, чтобы забыть о том, как дышать. Осторожно коснувшись его губ, почти привычным уже, невесомым поцелуем, она безмолвно кивнула и закрыла глаза, устраиваясь удобней, даже не задумываясь о том, что он может уйти. Такая расслабленная, такая хрупкая, такая родная, такая… его. А свое пончо он, пожалуй, оставит ей.