Гера-12

У них вышло не очень удачное знакомство. Дженсен снял очки, хотя этого и не рекомендовалось делать в первое время на орбитальной станции «Гера-12». Правилами предписывалось три дня не расставаться с очками в общественных местах, читать все комментарии к инорасникам, всплывающие в мониторах, встроенных в линзы, и избегать всех с красной пометкой. Первые полчаса было непривычно, как и любому человеку двадцать третьего века, внезапно оставшемуся без дополнительного справочного прибора в незнакомой обстановке, но Дженсен решил, что со стандартным словарем, встроенным в сетчатку, и базовым сканером уж до каюты-то дойдет без приключений. А там быстренько починит в репликаторе. Оказалось – нет. Без приключений нельзя. Он как раз на хорошей скорости заворачивал в коридор, ведущий в ученический отсек корабля, когда все пошло наперекосяк. Дженсен не смотрел, куда идет, залюбовавшись лишь на секунду перрианкой, шедшей по центру отсека в одеждах своего народа, скрывавших толком лишь лицо тяжелыми парчовыми складками странно пошитой то ли шляпки, то ли никаба. Слово, подсказанное Дженсену словарем, давалось без разъяснений, но чисто интуитивно он записал его к женским головным уборам. Органза же, из которой, казалось, было пошито даже её нижнее белье, проглядывавшееся так же хорошо, как и то, что оно должно теоретически закрывать, легким покрывалом окутывала фигуру инорасницы. Зрелище Дженсен записал бы в разряд эротичных, если бы его не коробил вид почти прозрачной кожи перрианцев, открывавший ещё большую возможность смотреть «вглубь» собеседника. Дженсен как раз оторвал взгляд от мышечной массы разве что не в разрезе, чтобы проследить, куда идет, и именно в этот момент наступил на хвост мирно стоящего за углом парня. И если бы не шипение, с которым тот отдернул пострадавшую конечность, то выдал бы фразу типа «Нашел, где стоять!», но инстинкт самосохранения наконец-то включился, и Дженсен выдал безобидное: - Простите! Я вас не заметил! – даже уважительного тона прибавил, так как ему показалось, что возраст он определил совершенно неправильно. Закутанный в белую тряпку так, что виднелись только глаза и лоб, инорасник помялся, вытаращился за спину Дженсена как-то удивленно, окинул его самого изучающим взглядом еще раз и, наконец, буркнул: - Ничего. Дженсен успел разглядеть не очень много, пока странный парень медлил с ответом, но все же решил, что незнакомец молод. Больно чисто звучал его голос, а лоб украшала только складка над переносицей, совершенно не схожая с возрастной. Можно было даже подумать, что она такой же признак вида, как и уходящие от каждой брови к кромке волос рожки. По три с обеих сторон лба. Дженсен осознал, что пялится, слишком поздно. - Ну, давай, только что-нибудь новое, - слегка раздраженно бросил парень. - Э-э-э… - глубокомысленно протянул Дженсен, все же решив, что пока он не починил очки, приставать к обитателям станции и удовлетворять свое любопытство не стоит. Нужно, вообще, опустить голову пониже, еще раз извиниться перед этим субъектом и валить на предельной скорости к собственной каюте. Но прежде надо было выдавить из себя это самое извинение. – Понятия не имею, о чем ты говоришь, парень, но я извиняюсь, если отдавил тебе не только хвост. Бывай. Сказав все, что хотел, он обогнул инорасника и уже намылился было свалить, когда тот каким-то невероятно быстрым и ловким движением снова встал у него на пути. - Прости-прости, не хотел грубить. Я просто вернулся из увольнительной, у меня тетке хвост удалили, какая-то хитро расположенная опухоль, а у нас это, как у перианцев затемнение кожи, когда мышцы становятся не видны. В общем, тетка переживала, что теперь и на улицу не покажешься, хотя лично я её не понимаю - все равно у нас все одеты, как я сейчас. Ну, не будет её хвост торчать, ну и что, но она же женщина, кто их разберет. Нервный стресс, все такое, в общем, угодила в больницу, а моя мама... - парень перескакивал, чуть запинался, улыбался и не давал Дженсену вставить ни слова. Но стоило ему перейти на следующего родственника, как его слушатель все же отошел от первого шока и сделал единственное, что пришло в голову. Приложил собственную ладонь к его губам. - Привет. Меня зовут Дженсен, а тебя? – спокойно, насколько мог, учитывая, что его разрывало между желаниями уржаться и сбежать куда подальше от надоедливого незнакомца, проговорил Дженсен. То, как округлились глаза инорасника, все же склонило его к первому варианту, и он позволил себе хмыкнуть, прежде чем продолжить. – И когда я уберу руку, хочу услышать только имя и никаких подробностей о твоей семье. Знаешь, это как бы… личное. Такое не обсуждают с первым встречным. Дженсен отнял ладонь от губ незнакомца одним резким движением и предпочел не заметить, как инорасник слегка потянулся за ней, словно желая продлить контакт. - Джаред. - Привет, Джаред, - расплылся в неконтролируемой улыбке Дженсен, настолько по-детски все это звучало. – Ну, вот мы и познакомились. Джаред кивнул и, как показалось Дженсену, смутился. Резко затараторил совсем иную историю о том, что он уже опаздывает и должен срочно отметиться у своего куратора, попутно поведав, что является практикантом на этом корабле и о сложностях перемещения по главному отсеку по утрам. Дженсен не стал на этот раз его перебивать и на прощание просто помахал рукой, пока неумолкающий Джаред вещал, что обязательно найдет его вечером, поможет обустроиться и покажет нижнюю палубу, где размещалось такое количество торговых лавок, что можно было изучать разновидности жизни, населяющей вселенную, по одним только продавцам. Поняв, что не спросил, в какой части корабля или хотя бы на какой должности проходит практику Джаред, Дженсен хотел было догнать своего первого знакомого на станции, но тот уже скрылся в образовавшейся в отсеке толпе. *** До своей каюты Дженсен добрался без дополнительных приключений, починил очки и срочно закрылся ими от внешнего мира. Несмотря на то, что он всегда любил разгуливать без них, еще с тех пор, как прослушивал курс лекций Джеффри Моргана, известного в университете борца за ретро-подход к знаниям и их усвоению, он понимал, насколько опасно и банально глупо делать это. Тем более, на орбитальной станции, служащей перевалочным пунктом для обитателей самых дальних уголков вселенной. Вон, даже новый знакомый Дженсена, оказавшийся весьма милым парнем, был загадкой за семью печатями. Встроенная в сетчатку энциклопедия всего обо всем и словарь в одном флаконе не просто не выдала информации о Джареде, она вообще молчала о многих из тех, кто встречался на пути. А естественный страх перед неизвестным ещё никого не отпускал, так что Дженсен по-настоящему обрадовался, когда увидел кучку красных маячков, зажёгшихся над головами прошедшей мимо компании. Зеленые надписи рядом с гуманоидами с совершенно не знакомых Дженсену планет и веселые голубые огоньки над почти идентичными людям инорасниками. Стоило ему уйти из отсека с каютами для практикантов на рабочие специальности, как красным замигал каждый второй мимо проходящий, обозначая все естественно опасные виды для землян. Похожих на Джареда Дженсен не встретил, даже спеша в рабочие отсеки, где разнообразие зашкаливало чуть ли не сильнее, чем на нижней палубе. Конечно, хвостатых и рогатых попалось множество, но то они были синими, то хвосты заканчивались разнообразными кисточками, то рога вились, угрожая перевесить своего носителя. Ну, а белых хламид здесь вообще никто не носил - сплошная разномастно скроенная, но всегда черно-серая форма. Дженсен успел отметиться на палубе технического обеспечения и получить распределение на обслуживание коллектора. Приступить к работе ему следовало только на следующий день, так что успел не раз пожалеть, что не додумался вызнать у Джареда, кто он и с чем его едят. Раздумывая на эту тему, Дженсен направился на нижнюю палубу, которую и обещал ему показать единственный знакомый незнакомец на этой станции. Воспользовавшись подсказкой, он выбрал ларек с бекрукской пищей и, купив себе что-то похожее внешне на хотдог, а вкусом - на овощной салат, уселся на одну из раскиданных по импровизированной торговой площади лавочек. Закончив с едой и на всю жизнь вперед налюбовавшись перрианцами, которых на корабле насчитывалось всемеро больше остальных рас, он уже подумывал пойти лечь спать, признавшись себе, что ждал Джареда. Непонятно, зачем и каким местом он думал, допуская возможность, что тот найдет его на торговой площади два километра диаметром, особенно учитывая, что договоренности встретиться на ней у них не было. Не успел Дженсен отлепить свою задницу от скамейки, как рядом плюхнулся парень в такой же, как у него, форме. В очках услужливо отображалась информация, которая в данный момент просто бесила. Он и без линз, определяющих расу, мог понять, что этот парень человек. Мало какие гуманоиды, настолько неотличимые внешне от людей, так же глубоко погрязли в симбиозе с техникой. У самого Дженсена были заменены только внутренние органы, обычный для жителей Земли набор: левый глаз (ему пересадили, когда он уже поступил в университет, так что в его распоряжении оказались новейшие словари, энциклопедии и пятьдесят процентов скидки на органы), печень, левая почка, соединительная ткань, желудок, почти все железы и легкие. А вот парню заменяли руки, что обычно случается после аварий или по спецзаказу. Дорого, очень дорого, и парень тоже назначен в коллектор, что Дженсен и прочел на его нашивке, значит авария. - Я Крис, - назвал себя парень и, проследив за взглядом Дженсена, дополнил свое представление, - руки за счет станции. И да, это новейшая модель, но все равно с инвентарным номером. Когда же они перестанут наносить на внешние имплантаты татуировки? Ты-то просто пялишься, а вот половина народа здесь конкретно стремаются. Дженсен немного опешил от такого знакомства в лоб, но быстро взял себя в руки. - Дженсен. И мне приятно, - он хотел было все-таки свалить, но природное любопытство сработало, как всегда, на ура. – А почему… стремаются? - Ну, знаешь же, нас скоро будут считать техникой на орбитальных станциях, и кто этим перианцам объяснит, что мы не заменяем мозг, что никаких зарегистрированных изменений в психике не выявлено, что импланты служат дольше, но не бесконечно, что заменяй не заменяй, а двести лет - максимум… Ретрограды чертовы, а большинство станций принадлежит им! Я вот было думал свалить на Бекрукс. Жратва у них ничего, народ приветливый, планета незагаженная… если бы еще не нужно было минимум три члена, чтоб соответствовать стандарту! Так что одному туда валить как-то по-монашески получится… Крис говорил много. Очень и очень много. Дженсен даже отключился где-то на середине его рассуждений о том, как тот встретит свою вторую половинку и уговорит переехать вместе с ним на Бекрукс. Но если Джаред говорил так много, скорее, от смущения, то Крис нес всю эту личную херню явно от долгого молчания. Возможно, на перрианской орбитальной станции действительно было сложно с общением, если ты больше, чем на половину, создан не совсем природой. Дженсен слушал в пол-уха, наблюдал за мелькающими туда-сюда красными огоньками, даже не пытаясь запомнить, кто ими обозначен, и не обратил внимания на внезапно замолкшего Криса, пока не раздался грохот. Палатка с бекрукскими недохотдогами развалилась, как карточный домик, а рядом с ней кверху хвостом кто-то копошился, вероятно, пытаясь поднять продавца с пола, но на деле просто мешая ему, о чем тот громогласно и сообщал всем в радиусе полумили. Над подозрительно знакомым хвостом гордо горел одинокий красный маячок. - Ха, хорош саргасец! – эффективно заменяя энциклопедию, просветил Крис. – Даром, что заканчивает практику и скоро будет назначен здесь пилотом, а все трется на нижней палубе, отдельно от сильных мира сего. Но оно и понятно… С трудом отведя взгляд от плотного, словно канат, длиннющего и очень подвижного хвоста, Дженсен перевел взгляд на Криса, думая, спросить или не спросить. - Как его зовут? – все же решился Дженсен, но взглядом вернулся к парню, устроившему переполох и сейчас эмоционально извиняющемуся перед торговцем, не меняя позы “к верху попой” на более приличную. Просто не верилось, что это может быть… - Джаред. В принципе, Дженсен и не нуждался в ответе, потому что инорасник уже распрощался полюбовно с продавцом, чей рабочий день на сегодня он закончил одним махом, и спешил к их скамейке. Ослепительно улыбаясь, он подошел к Дженсену и внезапно притихшему Крису, ероша волосы, чуть приоткрывая тем самым маленькие аккуратные рожки. Ошибиться было невозможно. - Дженсен, извини, не смог вырваться раньше, - с ходу извинился Джаред. – Кейн, кажется, так? Как дела? Дженсен ожидал, что ему будет сложно влезть в разговор даже с мылом, раз эти двое знакомы, но Крис только пискнул «Да лучше всех!» и под предлогом внезапно всплывшего в памяти дела сбежал уже через минуту, а на его место шлепнулся Джаред. - Красивый пируэт, жаль, я пропустил начало представления. - Я спешил, - смутился Джаред, на его сильно загорелой коже было плохо видно, но Дженсену показалось, что он даже покраснел. – А этот бекруксец сам виноват… - Дай помогу. Хмм, - Дженсен деланно задумался на две секунды и ещё веселее продолжил: – Вероятно, виноват он в том, что не смог телепортироваться вместе со своим прилавком с траектории твоего движения? Ты не пробовал повороты? Говорят, помогает не врезаться в кого попало. Джаред раскраснелся ещё сильнее. По крайней мере, так показалось Дженсену, а рожки его потемнели. - Я просто не хотел опаздывать, меня и так не часто здесь ждут. Дженсен хотел поинтересоваться, почему такого симпатичного парня с таким божественным телом не ожидает очередь, стоит тому закончить рабочий день, но решил, что это уже будет не флирт, а что-то вроде пьяного приставания в кабаке, и вежливо промолчал. Джаред же его улыбку воспринял как предложение рассказать о проведенном дне, чем он и занялся, вместе со всей спецификой терминологии пилота от рождения, а не потому что хорошо учился. *** Свидание оказалось недолгим. Да и свиданием могло считаться лишь с очень большой натяжкой. Коммутатор Джареда зашипел раньше, чем тот успел поведать хоть что-нибудь интересней аппаратного обеспечения кабины пилота. Не судьба. Видимо, на этом этапе знакомства она желала, чтобы Дженсен знал об этом инораснике только то, что его тетушке ампутировали хвост. Ну, ещё Дженсен услышал, что Джаред саргасец, но отнюдь не от него самого. Стоило Джареду ретироваться на срочное собрание, о котором Дженсен тоже, естественно, не знал ничего, как пропал и интерес к сидению на нижней палубе. Поэтому он решил по старинке покопаться в бортовом компьютере, наверняка там можно было прочитать что-нибудь интересное о саргасцах. Он уже почти дошел до своей каюты, когда из ниоткуда вынырнул Крис и движением заправского похитителя затолкал Дженсена в какую-то не вовремя подвернувшуюся нишу. Судя по всему, один из аварийных проходов к коллекторам. Это единственное, что он успел отметить, прежде чем сделать подсечку и, развернув его своим телом, уткнуть мордой в стену. - Эй! Чувак, это я! – Крис подал голос сразу же, но рефлекс сработал быстрее. Хотя Дженсен поспешно отпустил заломленные руки парня, тот все равно охнул от боли. - Извини, я просто растерялся. - Нормальные люди, когда теряются, впадают в ступор! – Крис растирал запястье, но поглядывал на Дженсена без злости. – В общем, у меня для тебя подарок. Крис, немного поморщившись от боли в чуть не вывихнутых плечах, быстро выудил из кармана выпуклый пластиковый конверт и сунул его Дженсену. - Знаю, что это не положено, но я за три года работы здесь не видел ни одного саргасца, общающегося хоть с кем-нибудь не по службе. Так что держи и не подведи мою веру в межвидовые союзы. Он подмигнул и уже через секунду скрылся из виду. Дженсен вышел из ступора только спустя полминуты, так и не поняв, что имел в виду Крис. *** Подарок Дженсен открыть не успел. Стоило ему ввалиться в свою каюту, чертыхнуться пару раз на тему ахинейности всего происходящего и даже подумать, как бы так избегать обоих своих беспардонных знакомцев, когда поступил вызов. Конверт Криса полетел нераспечатанным на кровать, а мысли, что держаться на расстоянии от Джареда не получится, потому что совсем не хочется, были оставлены на потом. Коммутатор вопил всё истеричней, но быстрее Дженсен бежать не мог, иначе рисковал свернуть не туда и потратить вдвое больше времени. Добравшись до места, он споро влился в ряды несчастных техников, так же, как и он, получивших самое непрестижное распределение. Радовало лишь одно: судя по то и дело мелькающим рядом растерянным лицам, не он один явился на вызов не отработав и минуты в своей должности. *** Кто-то из пассажиров спустил в коллектор венерины цветы, а те вместо того, чтобы мирно сдохнуть, проросли по всей очистительной сети, ставя водоснабжение нижних палуб под вопрос, а фильтрационные сооружения просто ставя. Встали даже воздухоочистители, до чьего рабочего механизма успели дорасти эти сорняки. Спустя двенадцать часов, проведенных в защитном костюме, изничтожая зловредное растение, Дженсену не была бы интересна даже техногенная катастрофа на Земле, а уж что-то лопочущий Крис, образовавшийся то ли из воздуха, то ли из воображения самого Дженсена, и вовсе не воспринимался сознанием. Организм требовал сна, а автопилот, которому всегда хватало одной прогулки до дома, чтобы приводить себя в это место в любом состоянии, доставил Дженсена прямо в каюту, не отвлекаясь на сопровождающих. Вечером, на который перенесли утреннюю планерку, Дженсен клевал носом. Он ещё не влился в ритм жизни станции, как уже поучаствовал в аварии местного масштаба. Точнее в устранении - но лучше бы в самой аварии. Устраивать её было по-любому быстрее, и виновник сейчас не стоял в шеренге с такими же, больше похожими на зомби, существами и не слушал об ошибках, допущенных при ликвидации венериных цветов. Дженсен даже подумал вздремнуть, как во времена бурной молодости – стоя, с открытыми глазами, - когда строптивое сознание внезапно прогнало всю сонливость. В отсек зашел Джаред. Конечно же, появился не он один. С ним вместе, а если уж смотреть правде в глаза, то он с ними, ввалилась группа офицеров в бело-черной форме. Они, сами выглядевшие бывшими в употреблении, не смотрели на не слишком ровные ряды рабочего состава, среди которых в четвертом и стоял Дженсен. Даже Джаред не смотрел. Он, вообще, казался отстраненным. Обычно подвижный хвост, если за день знакомства можно оценить, каким обычно тот бывает, был напряжен и с каждым шагом Джареда совершал лишь скупые движения из стороны в сторону, на всю свою немалую длину. Среди рабочих начались перешептывания, и Крис, сначала державшийся обиженным вчерашним невниманием, тут же его простил. - Твой саргасец, глянь. Зачем он здесь? - Он не мой, и ты знаешь, как его зовут. Крис окинул Дженсена подозрительным взглядом. - У них не принято обращаться друг к другу по имени. По крайней мере, посторонние не обращаются, если инстинкт самосохранения работает более или менее. Никогда не знаешь, насколько обидчивым окажется твой собеседник. - Не знал, - Дженсен с новым приливом любопытства стал разглядывать Джареда. И почему тот не имел ничего против? Да и сам именем представился… Может, стоило все-таки влезть в справочник, мало ли, во что он впутался и пока не в курсе. - Ты его вчера Джаредом называл же? - То было вчера, да и ты задал прямой вопрос. На обращение это не тянет. И я поставил тридцать кредитов на то, что он твой. Дженсен хотел было подавиться воздухом и праведно возмутиться, а может, даже задать все-таки пару десятков вопросов, когда заговорил, судя по количеству белого цвета в черно-белой гамме формы, старший из пришедших офицеров. - Вчера шутка неизвестных лиц подняла на ноги весь обслуживающий состав станции. Все - от старших офицеров до уборщиков - в две смены устранили последствия так называемой «шутки». Сегодня утром в ангарах спасательных капсул были обнаружены те же венерины цветы, еще не успевшие разрастись, а потому быстро ликвидированные силами дежурной группы. Специалисты Талнаадского университета утверждают, что побеги попали на станцию в самый пик цветения, а потому изничтожить их крайне сложно. Смены будут изменены, дежурства распределены среди всех, включая старших офицеров. Дженсен был уверен, что у этого непредставившегося офицера в бумажке, по которой он читал, вызывая ностальгию у некоторых присутствующих, имелась в запасе ещё пара мотивационных строк, но думать о нем расхотелось, как только вперед вышел Джаред. - Учитывая очаг распространения, можно предположить, что «шутники» проживают на нижнем ярусе, но Западная палуба с более высокопоставленными гостями также будет проверена. Я, Джей П Далеки, буду возглавлять ревизионную группу. Мы проверим все уровни, отсеки и каюты не только в поисках виновников, но и возможных пропущенных очагов разрастания венериных цветов. Речь Джареда вызвала в рабочих рядах гораздо больше волнения, нежели Дженсен ожидал. Многие перешептывались, а Криса просто разрывало, как ему хотелось что-то рассказать, но он не решался. Вперед снова вышел их непосредственный начальник и начал зачитывать назначения на зоны. Четвертая группа, к которой был причислен Дженсен, снова попадала в нижний водный коллектор. Тихие, но от этого не менее раздосадованные вздохи прокатились по их ряду, превращая и так звучавшие шепотки в небольшой гул, а Дженсен решил, что теперь он может облегчить и жизнь Крису, которого просто рвало на куски от желания поговорить, и успокоить свое любопытство. - Ну? Чего народ так запереживал? Я про тех, кто не получал назначения в местные нечистоты. Это тоже из-за того, что Джаред саргасец? - Ты, конечно, второй день на станции, но почитал бы, что ли, про своего парня. Там про них кратенько, но в самую точку написано. - Когда почитал бы? Я прибыл сюда вместе с неприятностями, так что времени не было. - Все взволнованы тем, что будут проверять даже Западную палубу, обычно считающуюся неприкасаемой. Хотя такие опасные шутки часто исходят именно оттуда. - Почему? - Это перрианская палуба. Исторически, так сказать. На всех «Герах» сначала строят так называемую Западную палубу, хотя отсек себе как отсек. Ну, больше всей остальной станции раза в три, и всё. И эту Палубу никому, кроме перрианцев, не отдают. На «Гере-3» на ней расположена их исследовательская лаборатория, на четвертой - дипломатический корпус. Так и раскиданы все инфраструктуры по галактическим станциям. А на нашей академия, в которой просто туча долбое… перрианских подростков. Это не первая шуточка, которую те устраивают, но ни разу никого не ловили. Не такие идиоты, чтобы быть застуканными на месте, а после подробное расследование невозможно. Перрианцев не обыскивают, не досматривают багаж, не перерывают их каюты. И черт с ним, что весь служебный состав корабля - от капитана до последнего уборщика - сутки кряду борются с очередной «шуткой». И вообще, ты половину этого можешь прочитать в окулярах, там должны всплывать ссылки, дай гляну, - не дожидаясь разрешения, Крис сдернул справочный прибор с Дженсена и надел себе на переносицу. - Ну да, конечно, бери, а то, что всех уже распустили и мы с тобой посреди палубы, как два дебила, – это ничего. Дженсен хотел было вернуть свои очки, когда увидел спешащего к ним Джареда. И вроде бы он давно с ним в одном помещении и не подросток, чтобы сердце делало кульбит, когда тот, чуть не сшибая случайных прохожих, наконец приблизился. Но не прикажешь, как говорится. И, конечно же, именно этот момент смотрящий в пол, чтобы не мешали всплывающие комментарии, Крис выбрал для своей реплики: - Ты их кокнул, что ли? - Нууу… - Дженсену ну очень не хотелось отвечать. Он сам не мог понять, почему, но стоило ему протянуть это «нуу», как Джаред расплылся в своей очаровательной улыбке. Он только подошел и явно собирался поздороваться, но передумал, выразительно глянув сначала на Криса, а после на Дженсена. - Почему у тебя здешний словарь? - Да как бы… - да, Дженсену совершенно точно не хотелось отвечать из-за Джареда. Тот улыбался так искренне, совершенно не насмешливо, а Дженсену все равно казалось, что на его собственном на лбу написано «лох». - Чинил в репликаторе? - Один раз. - Эх, чувак, с собой всегда нужно иметь свои крепкие алкогольные напитки, средства контрацепции и программное обеспечение. Хана твоим очкам, но пока можно и так, конечно, все равно тут легче по слухам учиться, - поставил окончательный диагноз Крис и поднял взгляд. Взгляд-то поднял, а вот голова словно в плечи втянулась. - А что ещё было? Я здесь не так давно практику прохожу, при мне впервые такой переполох, - Джаред задал вопрос Крису, но глаз не сводил с Дженсена. На секунду Дженсену показалось, что недавно приобретенный друг не станет отвечать, а просто сбежит, не дав ни ему, ни Джареду ни шанса на то, чтобы привыкнуть к смущающему обществу друг друга. И эта тупая мысль, само собой, вытеснила более рациональное удивление нереально острому слуху Джареда. Получается, тот слышал их с Крисом разговор, будучи от них футов так за тридцать. И вся эта глупость, а так же полная безразличность к весьма интригующим свойствам инорасника поселились в Дженсене просто потому, что Джаред смотрел ему в глаза, а казалось, что в душу. - В прошлый раз пустили веселящий газ на нижней палубе во время фестиваля, устроенного для Таалнадской конференции… в общем, не так катастрофично, но со стен и потолка мы долго отдирали перевеселившихся профессоров, а кто из них находился в эпицентре и надышался капитальней всех, так их вообще у двигателей поймали. Они там топливом собирались похмеляться. Техники ещё долго удивлялись, вроде пить у них там нечего. В общем, жертв не избежали чудом. - Так что изменилось? С чего в этот раз такое дознание? – Дженсен задал вопрос Крису так же, как Джаред минутой ранее, глядя не в его глаза. - Я. Меня здесь раньше не было. И ни одного саргасца до меня, готового пойти на сотрудничество, - улыбка Джареда немного померкла, а взгляд стал мутным. Останься они наедине, Дженсен подумал бы, что это целиком и полностью его заслуга, но подозревать в плохо контролируемом вожделении мало знакомого инорасника в переполненном зале… было бы глупо, если бы Дженсен знал что-нибудь об этом инораснике. Он мысленно чертыхнулся, а Крис уже вслух добил: - Парни, может, я пойду? Вы тут сами разберетесь, а у меня смена скоро начнется, а мне ещё ставку удвоить нужно. Дженсен мог бы поклясться, что взгляд, который метнул в сторону Криса Джаред, никому ещё ничего хорошего не предвещал. В принципе, он даже готов был разнимать драку, знать бы хоть, по каким правилам та будет проходить. - Он твой друг? – вместо того, чтобы придушить Криса своим явно сильным и очень подходящим для подобного хвостом, спросил Джаред. - Ну… да. Да, друг, - Дженсен никогда ещё не чувствовал такого смущения, говоря что-то подобное. Словно он не признавал хорошие отношения, а брал на себя ответственность за всю его жизнь. - Тогда утрой, если хватит кредитов, - Джаред улыбнулся Крису и сделал шаг к Дженсену, как бы отгораживая его, давая понять, что разговор закончен. Дженсену бы разозлиться на такое проявление симпатии, но Джаред был слишком мил и неловок, когда сделал это несложное движение. Из-за его спины послышалось удаляющееся: - Чувак, я копил кредиты всю жизнь именно для этого случая. Темная, цвета сильного загара, кожа Джареда не так уж хорошо передавала все оттенки смущения, но очевидно потемневшие рожки и взгляд, который тот все же спрятал, делая вид, что засмотрелся на что-то в стороне, сдавал его. Интересно, а сколько ему лет? Но эта тема подождет. Неплохо бы разобраться, во что вляпался. Для начала. - Итак, Джаред, есть ли у тебя свободный час? Мне хотелось бы задать тебе ряд небезынтересных вопросов, - голос Дженсена прозвучал хрипло, удивляя даже своего обладателя такой явно неуместной, вообще-то, реакцией. *** Джаред предложил пойти на нижние палубы перекусить, но у Дженсена и так оставалось совсем не много времени перед началом его смены, а откладывать «знакомство» ещё часов на шесть, а может, и больше - кто его знает, когда начнутся облавы с Джаредом во главе! - не хотелось, вот и пригласил он Падалеки к себе. Минимум времени на передвижение – максимум на разговор. Саргасец был взволнован, но согласился с энтузиазмом. Дженсен даже ни разу не усомнился, стоит ли вести Джареда в свою каюту, безопасно ли оставаться с ним наедине, да он не подумал даже о банальном «не быстро ли». Разглядывал его исподтишка, пока они шли по коридору. Даже успел удивиться, как он умудрился не рассмотреть витиеватый узор на коже хвоста, и задуматься о его чувствительности, пока пропускал Джареда вперед, открыв перед ним дверь каюты. Узор был и вправду чудным. Весь состоял из точек, и даже линии, видневшиеся из-под форменной куртки, представляли собой крошечные пятнышки. Конечно же, чтобы рассмотреть подробней, пришлось бы встать сзади него на колени, сдвинуть куртку вверх, а может, даже попросить снять штаны… - У тебя здесь миленько. Та-а-ак… - Джаред замолк посередине предложения, слишком явно и слишком глубоко задумавшись, но вполне себе действенно вырвав Дженсена из захвативших его воображение смелых мечтаний или же планов. Как пойдет. - Какой изысканный комплимент, - хмыкнул в ответ Дженсен и, расстегнув форменную куртку, повесил её на крючок у двери. Очевидное смущение Джареда он решил благородно не замечать, но для себя отметил плюсик к «планам». Секунду подумав, посчитал, что умыться будет нелишним. И мозги прочистит, и время на формулировку вопросов будет. Может, заодно перестанет думать яйцами, они же ещё даже не целовались. Да что там, о Джареде Дженсен знал лишь наименование его расы и общее трепещущее отношение окружающих к ней, так что действительно пора бы начать думать верхним мозгом. – Ты пока придумай подробности, а я умоюсь. Не успел перед сбором. Дженсен скрылся в санузле, но намеренно оставил дверь открытой. Ни к чему терять из виду незнакомца, которого притащил в свою каюту после двух дней недознакомства. - Да ладно тебе. Как могу, так и завожу разговор. А сонно-помятым ты мне нравишься чуть ли не больше, чем чисто выбритым, - Джаред проводил голодным взглядом обтянутую серой футболкой спину Дженсена, что от того не скрылось, и все же решил перейти к делу. – Так что за вопросы у тебя? - Ждать, пока я умоюсь, нет никаких сил? Может, тогда просветишь меня, откуда здесь такие удобства в рабочих каютах? - На станции используют стандартные перрианские средства, чтобы все могли довольствоваться настоящей водой в душевых и кранах наравне с очистительными кабинами. Таким благоустройством не могут похвастать никакие другие орбитальные станции. В этом же и причина наличия воды и кабин – исключительный комфорт, нигде больше не предоставляемый. Перрианцы любят пускать пыль в глаза. А голос можешь не повышать, я тебя и так прекрасно слышу. Джаред повторно окинул комнату взглядом, зацепился за приоткрытую дверь, из которой виднелась крайне аппетитная филейная часть отчего-то замолчавшего Дженсена, заставил себя отвернуться и глянуть на стол. Ничего примечательного, только неразобранная сумка в углу, форменные куртки на крючках – типичная каюта землянина, если верить тому, что он успел прочитать. И никаких личных вещей. - Значит, чрезвычайно чувствительный слух? – Дженсен вышел с полотенцем в руках, в слегка забрызганной водой, никакой по градусу сексапильности, футболке, а Джареда все равно тряхнуло возбуждением. Он мог поклясться в этом. Саргасец просто прилип к нему взглядом, не смотря на то, что только что украдкой изучал обстановку. - Да, очень. А ещё обоняние. Я тебя так и нашел в первый день на нижней палубе. По запаху. - Эм… понял. Я так полагаю, ты вовсю готов отвечать, даже если я не успею задать вопроса? – Дженсен усмехнулся, чтобы скрыть смущение признанием Джареда, забросил полотенце обратно в санузел, давая себе передышку и возможность справиться с участившимся сердцебиением. Сделав мысленную засечку о странно возбуждающем факте, что его нашли по запаху, уселся на кровать. С размаху, ни разу не манерно, без капли намека. Он не собирался соблазнять Джареда, просто сесть в его комнате больше было некуда. Но на Джареда это подействовало так, словно Дженсен скинул штаны и, призывно расставив ноги, завалился дрочить. Он взгляд не мог оторвать. Дженсен даже занервничал, но тут саргасец одним плавным движением перетек к нему, немного заколебался, словно не хотел, словно стеснялся, но все же сел у ног Дженсена. Рожки его стали абсолютно черными, хвост волнами дубасил пол, а сам он смотрел на ботинки человека. Дженсен уже даже собрался потрясти парня за плечо, а может, даже и выставить из каюты под каким-нибудь более или менее правдоподобным предлогом, пока хоть что-то не узнает о саргасцах, уж больно странно вел себя Джаред. Но тот, пресекая обдуманные действия Дженсена, выпалил: - Я отвечу на всё, даже на то, о чем ты не посмеешь спросить. Потому что я у твоих ног. - Эм… Я вижу. Дженсен действительно не смог придумать ответа умнее, а Джаред смотрел на него широко открытыми глазами, хлопал ресницами и выглядел растерянным… соблазнительным. В общем, хорошо так мешал Дженсену думать мозгами. - Ты что, действительно ничего-ничего о саргасцах не знаешь? – Джаред задал этот вопрос с поразительным неверием, так что Дженсену стало основательно стыдно. - Я не знал о их существовании до знакомства с тобой. - Хорошо, - Джаред выглядел смущенным и довольным. Его хвост по-прежнему хаотично и безостановочно двигался, а руки он незаметно передвинул ближе к коленям Дженсена, но все ещё не смел дотронуться. – Я не такой, как большинство саргасцев. - Поверю на слово, ты уже понял, что я представления не имею, какими вы должны быть, - Дженсен поощрил Джареда улыбкой. Может, им действительно лучше знакомиться через контакт? Все равно, несмотря на то, что мысль не торопить события то и дело посещала голову Дженсена, действительно притормозить не получалось. Он слегка передвинул ногу, чтобы его колено оказалось ближе к ладони Джареда, лежавшей на кровати совсем рядом. Напряженной настолько, что было заметно и без особого приглядывания. - О, мы совершенно ужасны, - заговорчески улыбнувшись, сказал тот и все же передвинул руку к милостиво предоставленному колену. Заметил, принял приглашение. – Но я не стану признаваться во всем сразу, ты должен спросить. Сам же хотел. А если не спросишь, я сам сознаюсь. Потом. - Ладно, - помедлив, Дженсен все же решил немного откинуться назад, уперся локтями в кровать. Этот нехитрый маневр дал ему возможность оценить впечатление, которое он производит на саргасца. В принципе, все очень устраивало Дженсена: Джаред целиком и полностью отвлекся на то, как обтянула ткань футболки его накачанный пресс, и во взгляде его не было ничего кроме вожделения, рожки снова потемнели, а рот приоткрылся. Ему бы спросить о совместимости двух мужских особей их видов - и не Джареда, а Криса. А еще лучше - справочник. Но черт его дернул в этот раз подумать мозгом, который выше, хотя, если совсем начистоту, Дженсен уже сомневался в его расположении. – Расскажи мне о своей исключительности в отношениях с перрианцами. Что в тебе такого особенного? Джаред сразу же отвлекся от приятного зрелища, стоило вопросу прозвучать. Дженсену на секунду показалось, что он не ответит, но тот лишь удобней устроился у его ног и немного нерешительно провел сложенными вместе указательным и средним пальцем по колену Дженсена, начиная говорить. - А я буду вознагражден за честность? – Джаред спрашивал с интересом, значит, все же скрывать ему было нечего, а интересовал его по-прежнему гораздо сильнее сам Дженсен, а если уж уточнять, то его колено. Он даже смотрел не в глаза, а на него. - Все что угодно в пределах разумного, - со смешком пообещал Дженсен, с нетерпением ожидая ответа Джареда. - У Саргаса множество спутников, большинство из которых – искусственные. Все они – военные базы. Огромный флот, развитая технология и сами по себе сильные воины. Саргасцы не знали пораженческих войн и перестали участвовать в конфликтах уже очень и очень давно. Мы мирная, но чУждая другим культурам раса. За наше невмешательство и довольно уединенный образ жизни все развитые космические коалиции предоставляют каждому саргасцу, по какой бы то ни было причине решившему выползти с Саргаса, права и привилегии, не знающие аналогов. Мы же за это просто не должны убивать. Дженсен ждал продолжения, но Джаред, не сказав больше ни слова, вернулся к поглаживанию его колена. То ли смущенный, то ли разозленный тем, что рассказал, он надавливал сильнее и прятал взгляд от Дженсена. А может и просто обиженный, что Дженсен решил снизить градус между ними таким аспектом разговора. - Кратенько, ничего не скажешь. Я должен после твоей пояснительной, как предполагалось, речи спросить о причинах таких прав, о том, как далеко они распространяются. Да я даже об истории вашей цивилизации вопросов так сотню должен задать, чтобы понять тебя полностью. И это я еще не упоминаю специфичность физиологии, на которую тоже не плохо бы было пролить свет. Дженсен сказал это и понял. Джаред действительно обиделся. Все его тело кричало о желании, учащенное дыхание, может, и являлось особенностью вида, но что-то подсказывало – нет. Просто Джареду хотелось от Дженсена других вопросов, а говорить о Саргасе ему менее интересно, чем трогать Дженсена через плотную ткань формы. К слову, это было взаимно. Наверное, стоило спросить, как у них там, на Саргасе, с поцелуями, а то парень выглядел настолько трогательно и невинно, что жгучее желание лишить его этой невинности буквально пожирало Дженсена. И совершенно точно, это будет более информативно. - И на который мне ответить сначала? – Джаред все-таки не понял, что Дженсен уже сменил вектор интересов. -Может, просто вкратце расскажешь все, что мне необходимо знать, и мы перейдем к поцелуям? Кстати, как у вас с ними? Губы в губы? Не запрещено? Не откусишь мне язык в процессе? Ты же читал что-то про землян, наверняка и на эту тему почитал, если я правильно расцениваю твой интерес к моей персоне, - Дженсен понимал, что слишком гонит, да и разговора у них совсем не вышло, и угловато все как-то чересчур, но сделать что-либо с собственным влечением к этому парню ничего не мог. Поэтому решил расслабиться, узнать подробности о физиологических особенностях и приятно провести время. Джаред вряд ли будет против. Саргасец полностью оправдал надежды и быстро кивнул, облизнув губы, прежде чем ответить. - Читал. Все так же, как у вас. Детали несколько отличаются, но в целом все так же. Во всем, - с последними словами рожки Джареда, только-только вернувшие нормальный цвет, снова потемнели, и Дженсен окончательно уверился, что это такая версия стыдливого румянца. - И как ты смотришь на то, чтобы закончить наш незадавшийся разговор на более приятной ноте? – Дженсен широко улыбнулся, когда Джаред невольно облизнулся, слушая его предложение. - Могу думать только об этом, - честно признался саргасец, плавно поднимаясь с пола, в очередной раз поражая мягкостью и пластичностью. На этот раз он не стал скромничать и садиться рядом, решив сразу забраться на Дженсена сверху. А Дженсен лишь шире улыбнулся. Джаред гипнотизировал взглядом и просто чаровал своей звериной грацией. Его хвост вился спокойными волнами, и Дженсен даже не пытался сохранить видимость приличного человека, не трахающегося на первом свидании. Сначала он осторожно погладил Джареда рукой по спине, смотря ему прямо в глаза. Тот не пугался и выглядел вполне довольным, поэтому Дженсен, слегка обнаглев и явно спеша, провел ладонью вниз, обхватывая основание хвоста, чувствуя выпуклости точек, составляющих узор, так заинтересовавший его ранее. А вот Джаред явно испытал что-то новенькое, потому что гортанно вскрикнул и придавил его своим весом к кровати, замурлыкав что-то непонятное на ухо, и Дженсен потерялся в ощущении горячего дыхания на шее. - Только не говори, что вы делаете это хвостом, - хохотнул в конце концов Дженсен, чтобы хотя бы немного отстраниться, когда губы Джареда на шее стали ощущаться слишком горячо, слишком щекотно и совершенно невозможно, учитывая, что шея никогда для Дженсена не была эрогенной зоной. - Нет. У нас вообще считается неприличным и… ненужным. У хвоста чувствительность самая низкая… Я и не знал, что так… - Джаред терялся в словах, прижимаясь пахом к бедру Дженсена, позволяя прочувствовать, что все физиологически действительно похоже. - Ну, значит, испытаешь что-то новенькое, - Дженсен уже вполне наговорился на сегодня, поэтому просто и грубо притянул Джареда за шею в мокрый поцелуй. Они целовались исступленно, землянину очень нравился темперамент Джареда, тот отвечал горячо, делал только то, что хотелось Дженсену, и буквально открывал секс заново. К примеру, Эклзу за все тридцать с лишним лет жизни ни разу не доставляло такого визуального удовольствия зрелище судорожно раздевающегося парня. Сейчас же он точно кончил бы секунд за десять, если бы взялся подрочить, пока Джаред не мог справиться с застежками на своей куртке. А уж звуки! Джаред то ли поскуливал, то ли порыкивал и терся совершенно беспрерывно. То всем телом, то только членом, даже носом о шею, от чего Дженсена прошивало волной удовольствия. Он сминал Джареда в объятиях и уже готов был кончить от одних только этих обжиманий, когда в голову забралось навязчивое гудение. Они оба не сразу поняли, что это коммутатор Джареда надрывается из последних сил. *** - Чувак, ты выглядишь так, словно тебя ебали даже в поры, - в эту смену Крис работал с Дженсеном на одном участке. По доброте душевной эту работу он решил совместить с подработкой головной болью для Дженсена Эклза. Судя по недовольным взглядам начальства, с подработкой Крис справлялся в разы лучше. - Сгинь. Вон, с твоей стороны снова ростки лезут. На них лучше обрати внимание, - хмуро буркнул Дженсен и продолжил опрыскивать стены очистительного блока, в котором снова разрослись венерины цветы. Мерзкий сорняк не желал дохнуть - в отличие от Дженсена, который такого феерического облома, как с Джаредом, не испытывал со школы. Они даже не подрочили друг другу по-быстрому. Саргасец просто, или не очень, если Дженсен правильно воспринял то, как он красочно врезался в стену вместо того, чтобы выйти в дверь, отлип от него и принял вызов с коммутатора, собрался и вылетел в неизвестном направлении. Дженсен был настолько удивлен, что даже не попытался прижать того к матрасу и вежливо попросить закончить начатое. Он вообще ничего не успел, а Джаред уже унесся, чуть не проделав в каюте новый выход. - Да ладно тебе. Ну, поделись впечатлениями, - ныл Крис, которого на волне любопытства не оскорбил бы и не остановил даже посыл на всеми любимый орган. – Что у него в штанах? Или они и правда хвостами трахаются? Или… слушай, ты такой хмурый, потому что у него три члена? Не удалось удовлетворить? Дженсен решил, что он сможет смолчать и не убить Криса. Должен же поток ахинеи иссякнуть… - Ну, ты не огорчайся, можно же по очереди! – Крис не унимался, полностью забросив работу. – Или там дубинка вместо члена? Так это тоже поправимо, я тут журнальчик выписываю с новинками имплант-рынка и хирургии, так на Земле уже по шесть вагин на ногу вживлять научились, а уж очко расширить – раз плюнуть! - Я не поклонник кардинальной хирургии, - наконец не выдержал Дженсен. Если этому полудурку не ответить, то он же не отстанет. Завод не кончается, вечный, блядь, двигатель. – А про физиологические подробности почитай в энциклопедии или спроси у очевидцев. - Эээ, Дженс, - затянул Крис, перекинул руку ему через плечо, явно намереваясь о чем-то по дружески просветить, но оказался умнее, чем периодически о нём думал Дженсен и под его тяжелым взглядом быстро исправился: - сен. Кх-кх, что-то пыльца этих сорняков в горло забилась. - Постучать? – Вероятно, предложение Дженсена было воспринято как предложение переломить хребет, хотя он уже и не испытывал подобного желания. - Нет, не стоит, - Крис даже убрал руки с плеч, хотя и не думал отстраняться. – Но о чём я. Знаешь, очевидцев-то нет. И ни одной просветительской статьи на тему, а любопытно, просто жуть. Мы даже ставки делаем всем кораблем с тех пор, как здесь Джаред появился. - На что? – Дженсен уже не первый раз слышал про эти ставки, но в прошлый раз его гораздо сильнее интересовала возможность уединиться с Джаредом хоть где-нибудь. Пора признаться хотя бы себе: Джареда захотелось с первого взгляда и до одури. В людях или инорасниках (тут он мог бы хвастаться, что ему наплевать) опасность оценивал внутренним радаром, не любил разговоров по душам, не желал постоянных отношений. Дженсен был квинтессенцией самого обычного человека. А Джаред просто заинтересовал его своей… даже не загадочностью. Он был прост как железная балка, если смотреть в его глаза, при этом Дженсен не имел ни малейшего понятия, где эта балка прикреплена, и всё это вместе интриговало пуще самого грамотного флирта. - На секс, на что ж ещё? Дженсен даже слюной подавился, так жизнерадостно прозвучал в общем-то очевидный ответ Криса. - А подробней? - Подробней, - Крис почесал в загривке насадкой пульверизатора, которым должен был бы сейчас орудовать. – Да как обычно. На любые детали, обстоятельства. Я вот поставил на то, что он будет трахаться с тобой. Эту ставку я и утроил. А остатки денежных средств и кое-что взятое в долг поставил на то, что он будет сверху. Рожа Криса выглядела сейчас настолько хулиганской и мальчишеской, хотя второе лишь благодаря особенностям замены органов в подростковом возрасте, что Дженсен даже возмутиться последним его предположением не смог. Чувствовал, что получит излишне подробную логическую цепочку, и не факт, что это легко будет выдержать. Поэтому он нейтрально поинтересовался: - А как вы выясните, как все прошло и прошло ли? - Элементарно, - словно ожидая только этого вопроса, чтобы снова отвлечься и выключить опрыскиватель, встрепенулся Крис. – Джаред сам все и расскажет, перрианца какого-нибудь из рабочего состава попросят засвидетельствовать, что говорит правду - и все. Готово! - С чего вы взяли, что он захочет что-то рассказывать? – Дженсен не успел подумать, а уже нахмурился, иррационально обидевшись за Джареда, хотя тот ему пока даже не любовник. Даже не одноразовый любовник! – Он стеснительный, насколько я заметил. - А ещё не шибко общительный, это мягко говоря, но все время своей практики, сколько существует тотализатор, уносит ежемесячно кассу. Каждый раз ставит на то, что в этом месяце всем выйдет обломинго, - Крис помахал перед лицом Дженсена руками, очертил пальцами замысловатые и совершенно непонятные узоры, словно пытаясь нарисовать в воздухе это самое «обломинго». – К нему уже и профессиональных шлюх разных мастей подсылали. И почти весь пилотный состав откровенно предлагал перепихон в кабине звездолета. - Из-за какой-то ставки? – Дженсен в это просто не верил, что и отразилось на его лице. Правда, не верил он и в то, что Джаред оказался конфеткой с весьма неожиданной начинкой, но поговорить об этом с Крисом точно не был готов. - Из-за того, насколько он богат, внешне шикарен и принадлежит к касте, котирующейся, наверное, в любом самом глухом уголке вселенной. Я уже молчу о том, что связавшись с ним, появляется возможность побывать на Саргасе, куда всем остальным закрыта дорога. Это ж охуеть что вообще! - Ушам своим не верю… - Дженсен даже не знал, что добавить. Зато теперь понимал, отчего Джаред такой необщительный. У них одна встреча наедине по романтичности переплюнула все предыдущие опыты Дженсена с парнями, так что ему, такому романтику, наверное, банально тяжело чувствовать себя самым желанным телком на ярмарке. Дженсен даже подумал попытаться объяснить это Крису, тот был явно неплохим парнем и понял бы, но что-то изменилось. Крис весь сжался и срочно включил опрыскиватель, направляя его, правда, совсем не на сорняки, а на очищенную часть. - А я не верю своим глазам. Эклз, Кейн! Час штрафа! Вы тут уже не меньше натрепались, так что можете считать, что просто опоздали на смену или получить вычет в зарплату. У нас тут экстренная ситуация, между прочим! – Продолжая выкрикивать “приятные” перспективы”, начальник смены отошел от них так же быстро, как подкрался. А Дженсен порадовался, что сердце у него и от рождения хорошее, а если что – заменит. - Вот козел, - совершенно не взволнованный, Крис все-таки приступил к работе. А Дженсен сделал себе заметку, что и друга на этой станции он завел с сюрпризом. *** В свою каюту Дженсен перся качественно заезженным и ни о каких романтических приключениях уже не думал. Лишний час смены воспринимался за пределами добра и зла. Чертовы сорняки проросли в узкие служебные проходы около спасательных капсул, и в каждый из трехсот четырнадцати коридорчиков выделялось по правилам по одному рабочему. В число счастливчиков, естественно, попали Дженсен с Крисом, хотя работы планировалось не меньше, чем на два часа. Конечно же, им заплатят за эту переработку более, чем хорошо, как за три отпаханные полные смены, но ничто не окупит два часа борьбы с возникающей клаустрофобией и вредителями. Даже коллекторы были местом поприятней, чем коридорчик два метра на семьдесят сантиметров, наполненный растущими на глазах растениями. Так что причины приуныть у Дженсена имелись. А вот у Криса, плетущегося рядом, видимо, нет. Отдохнув минут пять, он снова принялся выяснять у Дженсена, «случилось всё у них с Джаредом или нет». Дженсен решил молчать в лучших традициях партизан, так как сначала хотел бы задать Джареду два вопроса: сколько он поставил на то, что в этом месяце у него не будет траха и насколько ему жалко этих денег, потому что месяц-то только начался… Хотя один вопрос у него припасся и для Криса. - Что значит выражение «Я у твоих ног»? – Дженсен беспощадно перебил Кейна на середине очередной версии о физиологии саргасцев. - Что кто-то сел или лег у твоих ног. Что ж ещё? Конечно, если в прямом смысле. В романтическом же… - Да нет же. У саргасцев это выражение что-то означает, если в этот момент он и вправду уселся у твоих ног, - Дженсен немного разозлился на Криса за непонятливость, а на себя - за то, что спросил. - Да откуда ж мне знать? Меня зовут Крис Кейн, а не Инструкция по обращению с саргасцами для чайников. Из довольно пустынных коридоров для персонала они вынырнули на нижнюю палубу. Крис замолк, в очередной раз доказывая, что мозгов у него все-таки больше, чем он желает показать. А усталость навалилась всеми восьмью часами тяжелого физического труда. С ломотой в ногах мирили только полтора дня отдыха, маячившие впереди. *** Придя к себе в каюту, Дженсен не рухнул в кровать, а уселся общаться с компьютером сразу после душа. Мысли немного прояснились, вопросы так и не сформировались, поэтому он просто открыл все файлы с упоминанием саргасцев, нашедшиеся в свободном доступе. Офигев от количества, он тут же закрыл все связанное с военными действиями, потому что не чувствовал себя готовым читать три миллиона документов. Осталось меньше сотни. Небезынтересным оказалось чтиво из газеты пятидесятилетней давности, где автор статьи со всех боков описывал дело об ограблении торгового корабля, а в самом конце намекнул, что на борту этого самого корабля находился саргасец, чье присутствие могло отвадить любого налетчика, если только они не в сговоре. Еще около двадцати документов являлись своеобразным ответом других газет на эту, как описал её некий Фернандо До, резонансную статью, способную пошатнуть устои, а может, и все мирное существование содружества республик и коалиций независимых планет. Интересней всего же оказалось интервью с тем самым саргасцем. Короткое, украшенное одной маленькой фотографией, на которой в белом балахоне сидела маленькая чертовка. Она была укутана не хуже Джареда в первую их встречу, но глаза и гораздо более выдающиеся, нежели у него, рога создавали определенный образ в воображении. И этот образ не выглядел безобидным. Репортер в статье задавал девушке уже малопонятные Дженсену вопросы, видимо, имевшие вес в той части вселенной, где все и произошло, или пятьдесят лет назад. Временные рамки оставались по-прежнему непобедимыми, в отличие от пространственных. Саргаска, чье имя не называлось, отвечала скупо, на вопрос о выводах мистера До рассказала перрианскую сказку о юной деве и первой брачной ночи. Дженсен даже симпатией проникся к особе, вещающей репортеру о страхе юной невесты перед сексом с тем, с кем ей придется спать более одной ночи. Она осудила ту за бесконечный страх, помешавший стать женой, а репортер устал задавать политические вопросы, на которые та отвечала посылами к уже рассказанной сказке. В конце же на прямой вопрос отчаявшегося репортера о том, что произошло на торговом корабле на самом деле, она ответила настолько просто и ясно, что можно было подумать, будто не она наводила туману до этого. Саргаска назвала свой рост – 4 фута и девять дюймов, позволила себе оставить вес в секрете и сказала фразу, заставившую Дженсена очень внимательно прочитать все остальные документы. Она утверждала, что мала для своей расы и хотя способна защитить себя и небольшой отряд, но спасти целый корабль от ограбления не смог бы и крупный взрослый саргасец, когда он один. Будь их двое, и об ограблении никто бы не узнал, если бы они были причастны. В остальных документах вообще не нашлось больше ничего путного. Кое-где преподносилось откровенное вранье, но Дженсен с удовольствием дочитал маленький порнографический рассказ, неизвестно как затесавшийся в бортовую библиотеку. В нём не менее безымянный, нежели девушка из статей, саргасец в шестнадцати разных позах трахал Унтир и Зайена, брата и сестру, наполовину перрианцев, а наполовину таалнадцев, этим автор объяснял непрозрачную зеленую кожу инцестуально настроенных родственничков. Но сам рассказ нехило возбуждал, вышеупомянутый саргасец имел обоих одновременно: одного членом, другого хвостом. Он оприходовал все дырки, имеющиеся в теле Унтир и Зайена, громогласно приказывал обоим облизывать его хвост, потому что тот очень чувствителен, и вообще вел себя достойно героя горячего и беспощадного порно. Но закончилось все трагично. Унтир приревновала саргасца к Зайену, потому что того тот трахнул членом девять раз, а её лишь семь, и убила саргасца, чтобы тот не достался никому. На сей печальной ноте Дженсен заснул. Причем прямо на месте, скрючившись на неудобном кресле, мордой в стол. *** Пробуждение оказалось настолько неприятным, насколько и должно было быть, хотя, если бы из объятий Морфея его вырвал не беспрерывный стук в дверь, то голова болела бы меньше. С трудом отклеив щеку от стола, покачиваясь, он дошел до дверей, открывая их и приваливаясь к косяку одновременно. - Жутко выглядишь! – как-то излишне восхищенно заметил оказавшийся тем самым утренним дятлом Джаред. - Не нравится – не смотри, - буркнул Дженсен, не намереваясь впускать незваного гостя, как бы он ни сиял доброжелательностью и раскаянием. Видимо, Джаред планов Дженсена не разделял, потому что, не сильно стесняясь, обвил его руками и хвостом, потерся носом над ухом, шепнул «нравится, всё нравится» и через секунду сидел в комнате. И разглядывал так и не выключенный экран. Бросаться и выключать было уже глупо, поэтому Дженсен ограничился закрыванием двери и уходом в душ. Да и одеться следовало, все-таки они не на том этапе отношений, когда бешено рыжие трусы с изображением укропа воспринимаются как самое сексуальное одеяние. Через десять минут, вернувшись в комнату одетым, посвежевшим и подобревшим, он застал Джареда сидящим в кресле и читающим тот самый рассказ. Неудивительно. - Гадость какая, - прокомментировал Джаред свое чтиво, заметив Дженсена, а может, унюхав. – Мы себя так не ведем. Никто из нас. Это в самой сути, не только в обычаях. - Что именно? – Дженсен решил, что безопасней будет вызвать Джареда на монолог, а самому пока тщательно вытереть голову. Полотенце как раз очень удачно заслонит покрасневшие то ли от ситуации, то ли от мыслей о чувствительном нюхе саргасца щеки с ушами. - Моногамность. Такого сюжета просто не может быть, даже если забыть про физиологические ошибки в рассказе, то сама суть омерзительна. У нас не бывает секса без чувств… Джаред внезапно замешкался и замолчал, преувеличенно внимательно уставившись в монитор, несмотря на то, что не отворачивался от него. - Может, он их обоих любил или кого-то одного, - решил разбавить неловкую ситуацию неловкой шуткой Дженсен, но уже через секунду пожалел. Джаред напрягся, словно собирался вскочить и убежать. - Даже если так, то спать с обоими герой рассказа не стал бы. Я же сказал, секс только по любви, а любить мы можем только одного, - Джаред упорно не поворачивался, хотя и дергался, словно желал это сделать - А ты был… - Дженсен замешкался, все-таки он собирался спросить довольно интимную вещь, но быстро отринул сомнения. Всё-таки с Джаредом он хотел заниматься именно сексом, желание оформилось еще в его прошлый визит, а тут такие новости. – Ты был раньше влюблен? - Нет, - четко, хотя и без поспешности ответил Джаред, все-таки разворачиваясь на кресле. Оказавшись же лицом к Дженсену, он все-таки не удержался и отвел взгляд. Кончик его хвоста мелко подрагивал, изредка изгибаясь большой волной. Стоило ответу Джареда окончательно дойти до мозга Дженсена, как его глаза округлились и срочно захотелось задать следующий логичный вопрос, но в голове формулировалась только малопонятное «ты что, никогда-никогда». Видимо, выражение лица Дженсена стало настолько красочным, а мысли транслировались прямо на лоб, потому что уже через секунду Джаред, чернея рожками, поспешно добавил: - Я не девственник! И не надо так смотреть! Это случилось один раз… - саргасец замялся, расставил свои длинные ноги, упираясь руками о кресло между ними, его хвост перекочевал на спинку, странно поглаживая её. Джаред вел себя так, словно оправдывался перед Дженсеном, но тому было уже неинтересно, в голове вертелся следующий ужасно глупый вопрос. - Один раз? Ты трахался всего один раз в жизни? Саргасец как-то излишне виновато кивнул, снова собираясь что-то сказать. Как решил Дженсен – очередную высокопарную фигню. Нет, он не намеревался это слушать, пока не поправит явное упущение мироздания. - Тебе нужно в ближайшие пару часов куда-то срочно идти? – на всякий случай спросил Дженсен; мало ли, по какой причине к нему явился Джаред, может, он вообще на минуту забежал. - Нет, - для начала непонимающе похлопав глазами, ответил тот. - Отлично. Дженсен сам себе напоминал похотливого кота. Не расточаясь больше на слова, он подошел к саргасцу, взял за руку и легко поднял из кресла. Да тот и не сопротивлялся. Как завороженный, Джаред смотрел на него немигающим взглядом, шел следом, сладко мурлыкнул, стоило Дженсену толкнуть его на кровать и… резко преобразился. В целом, Дженсену нравилось и сверху, и снизу, но неловкий и чрезмерно милый инорасник, а как недавно открылось, ещё и почти девственник, казался ему легкой добычей. Он даже представлял, как трахает Джареда в коленопреклонной позе, держа за сводящий с ума хвост прямо у основания, закрывая ладонью возбуждающие сознание узоры. Но у Джареда, видимо, имелись такие же планы на него. Приятно удивившись, Дженсен легко позволил повалить себя на постель, придавить всем немалым весом и даже лизать за ухом, покусывать за пальцы и мять. Джаред не обнимал, он пытался сломать кости, и только явное сопротивление, оказанное Дженсеном, когда его ребра затрещали, немного отрезвило его. - Прости-прости, - пробормотал саргасец, поглаживая Дженсена по бедру, затянутому в форменные серо-черные штаны. – Я просто… прости! Это так… Дженсен не смог удержать смех, но Джаред не обиделся, лишь ближе прильнул, притираясь всем телом, толкаясь бедрами, гладя даже по ушам. Настоящая буря эмоций - Дженсен уже и подзабыл, как это бывает. - Тише, я никуда не денусь. - А я отключил коммутатор, - доверительно сообщил Джаред, но через секунду помрачнел и сделался каким-то несчастным. - Что? - Я думал, мы поболтаем… - Мы уже поболтали, - перебив Джареда, он снова поменялся с ним местами, но уже не стремясь завладеть, Дженсен умел явно показать, что условия игры приняты. Джаред понял, скорее всего, на голых инстинктах, раз уж опыт его стремился к нулю. Даже несчастность прошла, он с энтузиазмом подкинул бедра, стоило Дженсену на них поерзать. Но удержаться от слов… Нет, этого Джаред не мог. - Я серьезно не собирался так сразу. Я же читал! Вы сначала ухаживаете, потом встречаетесь, потом, - Джаред смутился, но продолжил под пристальным взглядом оседлавшего его Дженсена, - поцелуи, объятия и соитие. В прошлый раз мне просто не хватило знаний о вашей культуре, вот и… У Дженсена уже начинали сдавать нервы, болтать ему хотелось все меньше, и в то же время он видел, что Джаред неспособен на продолжение, если не выговорится. А вот совмещать ему точно никто не запретит. - Вообще-то, у нас есть такие понятия как одноразовый секс, секс по дружбе, порыв страсти, секс на первом свидании, - Дженсен поерзал на бедрах саргасца, получил обнадеживающих задушенный стон и продолжил незнамо зачем. – А еще есть любовь с первого взгляда, она вообще дает право на любую глупость. - Да! – Джаред резко сел, тем не менее, не меняя позы, стянул с Дженсена футболку, принялся с особым рвением за брюки, за свою одежду, помогал себе хвостом и уже через секунду прижимался голым торсом и горячо вылизывал шею. Дженсен мог только беспомощно стонать да пытаться оттолкнуть или прижать ближе. Он никак не мог понять, что же нужно делать, просто сходил с ума от ощущений. - Да, все правильно. Так и есть. Я это чувствую, - начал шептать Джаред в то место, что секунду назад вылизывал. Честно говоря, плевать Дженсен хотел, спросил он чисто автоматически, хотя и мечтал, чтобы саргасец просто заткнулся и продолжал. А потом позволил сделать то же самое с собой. Мысли туманились, когда Дженсен оглаживал великолепные литые мышцы рук, и фонтанировали яркими картинками, стоило представить, как он проводит языком дорожку от пупка вниз. - Что? - Любовь. Джаред сказал это и полез целоваться и, хотя секунду назад такое развитие событий являлось верхом желаний Дженсена, продолжать он уже не мог. Придерживая норовящие упасть штаны, он слез с Джареда, не сразу понявшего, что Дженсен не просто хочет избавиться от лишней одежды. - Повтори, - уже застегивая ширинку, попросил Дженсен. – И объяснись. Джаред хлопал глазами, и вид у него был таким, словно Дженсен только что убил всю его семью. Что-то между крайним ужасом и безграничной печалью. - Я… - начал Джаред, но тут же осекся и стал поспешно приводить свою одежду в порядок. Продолжил он только поднявшись с кровати. Все его рожки стали абсолютно черными, а сам саргасец смотрел в пол. – Наверное, стоило тебе сказать с самого начала. Прости. Просто я хотел взаимности во что бы то ни стало. - Она у тебя была во всем цвету, пока ты не начал говорить. И не то чтобы я пугался влюбленных идиотов, но что-то мне подсказывает – всё не так просто, - еще пара шагов, и Дженсен уперся в край стола. Дальше от Джареда было не отойти, а сделать что-то с желанием дать тому всё что угодно, лишь бы он не хмурил брови и улыбнулся, требовалось немедленно. Хотя бы забить его в дальний угол. - Я уже сказал тебе, что у твоих ног. Это не то чтобы ритуальная фраза… наверное, она больше всего напоминает «пока смерть не разлучит нас» в ваших обычаях… Здесь нет никакого двойного дна, и я не идиот. - На свадьбе. Где оба в курсе происходящего. И если ты не идиот, то ситуация требует более подробного толкования. Ты объясняешь мне, потому что изучать вашу расу - занятие для мазохистов, - перебил Дженсен, складывая руки на груди в замок. Дженсен ожидал дерзости, упрямо выпяченной челюсти, гневных слов, но Джаред лишь сжал и разжал кулаки, уставился в пол да сшиб хвостом кресло. Вот уж что выдавало его настроение, так это хвост. - У нас решение принимает один. Это не свадьба, это клятва. Обещание оберегать, служить, любить до самой смерти. Я не старший сын в семье, поэтому имею на неё право. - Так у вас это не просто дурость, а привилегия? – Дженсен понимал, что это звучит несколько жестоко, и самому было противно от сказанного, нельзя же чужие обычаи мерить своими рамками! Он вообще уже слишком много наговорил Джареду. - И внутреннее желание каждого саргасца. Мы все его испытываем. В самой нашей сути заложена такая схема чувств. И секс необязателен! – Джаред замялся, бросил несчастный взгляд на Дженсена, прежде чем продолжить. – Даже взаимность необязательна. В этом решении вообще играет роль только желание саргасца возложить свою жизнь к ногам своего избранника или избранницы. - Ты выбрал меня? – Дженсен не то чтобы спрашивал, скорее, он проговаривал для себя удивительное открытие, с которым не знал что делать. - Да, - коротко, но предельно четко ответил Джаред. - Чтобы всю свою жизнь любить только меня. Помнится, секса без любви у вас не бывает? Целибат? Джаред так сильно ударил хвостом по уже опрокинутому креслу, что то улетело в другую сторону каюты. Взгляд он упорно прятал и продолжал твердить свое, словно и не слышал последней фразы Дженсена. - Служить, отдавать тебе всё, что ты попросишь. Ты можешь попросить даже мою жизнь, но тебе не придется - если она будет тебе нужна, я сам отдам. - Мы знакомы пару дней, - попытался охладить то ли себя, то ли саргасца Дженсен. - Это как любовь с первого взгляда у вас. - Любовь проходит. - Не у нас. Это невозможно физиологически. Так же, как и измена. Даже если ты захочешь, я не смогу для тебя переспать с кем-то еще. Не стану. - И это не главная наша проблема, - хмыкнул Дженсен. – У меня, вообще-то, были планы. Пять лет стажировки на этой станции дали бы мне возможность работать на лучших Лунах Земли. Уже в сорок я мог бы кататься как сыр в масле, погульбанил бы лет тридцать, а к семидесяти женился бы на какой-нибудь миловидной сильно пьющей женщине своего возраста. Вместе бы мы пропили еще лет тридцать жизни, за это время и моя младшая сестричка уже успела бы обзавестись семьей, что сделало бы родителей совершенно счастливыми. И, может, мне даже не пришлось бы заводить детей. А на старости, лет в сто пятьдесят, я бы отправился в путешествие в дальние уголки вселенной, не собираясь возвращаться. Видишь? Я домосед и зануда! Совершенно не подхожу на роль прекрасного образа. И планы у меня уже составлены. Джаред поднял неожиданно злой взгляд, скрипнул зубами, дернулся даже, но остановил себя на половине движения, продолжая стоять на месте. Хвост его выписывал совершенно невообразимые дуги. Дженсену даже показалось, что саргасца нужно не просто бояться. От него надо было тихо уползать в случайном направлении, не прекращая движения следующие лет пятнадцать. - Я буду всегда рядом. А после твоей смерти вернусь на Саргас, - твердо ответил Джаред. - Черт, ну ты и упрямый. Я тебе расписал сценарий скучнее некуда и секс вообще не упомянул. И вправду будешь хранить мне верность? - Буду, - буркнул в пол Джаред. В целом, Дженсен обладал почти безграничным терпением, но всегда нуждался во времени на обдумывание решений. У всех свои плюсы и минусы. Вот он и замолчал, задумавшись обо всем услышанном, собственном не слишком эмоциональном восприятии и ситуации в целом. А вот Джаред терпением, видимо, не обладал вообще. Насупившись, он молнией шмыгнул мимо Дженсена, покидая его комнату. Дженсен не собирался за ним бежать, останавливать, вызывать на еще более долгий диалог. Он просто собирался обдумать историю, в которую умудрился вляпаться вместо очешуительного секса без обязательств. И обдумывать было бы намного легче, если бы сердце не взялось болеть на все известные ему лады. В итоге Дженсен записался на внеочередную смену и уже через два часа ему приказали быть под нижними уровнями, обрабатывать отсеки на предмет ещё не проросших, но, возможно, имеющихся там семян вредоносных цветов. *** Крис возник из ниоткуда. - Чувак, чтоб тебя, ты почему не трахаешься со своим саргасцем? У тебя же выходные часы! У меня же ставка! - Не твое дело, - Дженсен мог бы и не отвечать, но поговорить и вправду хотел. Вот только на какую-нибудь другую тему. - Что с зачисткой? Осталась только профилактическая обработка? - Ты что! Пока ты отсыпался после наших штрафных часов, проходили обыски на Западной Палубе. Твой саргасец страх, что ли, чувствует, не понимаю. Но он вместе с командой старших офицеров, - знаешь же, чтоб не оскорбить этих зарвавшихся малолеток, их обыскивает капитан, его помощники и весь старший офицерский состав, - так вот, твой саргасец выбирал как-то по-особому, кого подробней обыскивать, а кого нет, и они нашли наших шутников часа за три! Представляешь? За три часа вместо трех недель, выбитых из перрианского руководства Станции! - О… класс. Все, наверное, жутко довольны? - Не то слово! – Крис сиял, словно это он лично всех поймал и обезвредил. - Ну… здорово, - Дженсен улыбнулся своей самой очаровательной улыбкой, надеясь, что фальши Крис не заметит. Зря надеялся. Крис, бывший секунду назад болтливым рубахой парнем, тут же преобразился. Больше не приставал с расспросами до конца смены, но все время держался рядом. Стоило кому-то из других рабочих приблизиться к Дженсену, Крис более чем очевидно обращался весь в слух и маневрами заправского разведчика перемещался вплотную. В итоге Дженсен тяжело вздыхал, огрызался и дважды сказал Крису, что у него всё в порядке. Видимо, именно это и навело того на определенные мысли, потому что после окончания смены в каждом коридоре Дженсен встречал своего самоназначенного друга, отбрехивался от него всеми известными ему способами и уже грезил о том, как свалится в свою не самую мягкую, но сейчас самую желанную постель. Крис повторил свой трюк до мелочей. Даже в реакции Дженсена. Отирая щекой стену, он снова громко оповещал Дженсена о своей личности. - Черт, Крис! Однажды я не рассчитаю и сломаю тебе руку! - Чувак, обломись, они обе искусственные, этот сплав хрен сломаешь! Но больно, так что ты уже отпусти меня, а? - Какого хера ты за мной следишь? – прижимая сильнее, вместо того чтобы отпустить, спросил Дженсен. - Я волнуюсь! Очевидно же, что у тебя с саргасцем что-то пошло не так. Он тебе жопу порвал или у него оказался слишком маленький? – участливым, на самом деле обеспокоенным тоном поинтересовался Крис, а терпение Дженсена улетучилось, как дым. Не стоило, конечно, прижимать парня к стене так сильно, что тот даже вскрикнул, но дурь из его головы пора было уже выдавливать. - Если хочешь поинтересоваться самочувствием, так и спрашивай. Хочешь узнать о состоянии своих вкладов и ставок – не юли, называй вещи своими именами. Если… - Чувак, я все понял! Я за тебя волновался, но уже вижу, что зря! – Крис по-прежнему не выглядел обиженным. Насупившимся, но не затаившим злобу. Дженсен медленно отпустил его руку и отошел на шаг. – Выглядишь спокойным малым, а чуть что, так мордой в стенку. Обидно! - Крис, - Дженсен потер переносицу, все-таки он устал. И так и не подумал о ситуации, разросшейся между ним и Джаредом. В принципе, у него не было никаких причин не спать с саргасцем, раз уж они друг другу нравятся. А уж заморачиваться на влюбленность парня и вовсе глупо - перебесится, явно ж молодой и не очень чтит обычаи, раз уже с кем-то переспал… Мысли мгновенно перекинулись на более плотские измышления о том, как же грешно иметь прямо перед собой такое тело и не использовать в постели. Из задумчивого состояния его вырвал Крис, по всей видимости, уставший ждать, когда Дженсен закончит предложение. Он бросил свое, ставшее уже привычным, «пока, чувак» и вышел. На пару секунд замявшись, чтобы вытряхнуть Джареда из своих мыслей, Дженсен вышел следом. Было что-то удивительное в том, что, освободив мысли от присутствия саргасца, он тут же получил его во плоти, да ещё и прижимающим Криса к стене. И если все предыдущее время он напоминал Дженсену то ли большого странного пса, то ли кота с собачьими повадками, то сейчас все его рога, смуглая кожа, длиннющий хлобыстающий по полу хвост заставляли вспомнить те многочисленные картины, изображавшие демонов в различных религиозных культах. Немая сцена получилась красочной. Крис, едва ли не в два раза съежившийся у стены, Джаред, впервые выглядящий действительно опасным, Дженсен – яблоко раздора. Свою роль он определил сразу. - Да ничего там не было, вот видишь, какой Дженсен недовольный? Разве бывают люди такими недовольными после жаркого перепихона? – Крис молчать не мог даже во имя целостности своей тушки. - Что… - более точная формулировка вопроса никак не шла Дженсену в голову. Хотелось узнать не только «какого черта», но и «что вообще у вас в головах роится вместо мозгов». Джаред прервал муки Дженсена по составлению более или менее адекватного вопроса, тут же признавшись в не очень-то относящемся к делу факте. - Мне дали четыре дня выходных за разоблачение перрианских шутников. - А я хотел бы пойти к себе в каюту и принять пару доз успокоительных для моей разболтанной от общения с вами нервной системы, - не преминул вставить реплику Крис. - …это самая большая ошибка в моей жизни, - буркнул Дженсен, опустив ругательства в начале, стукнул Джареда по плечу и подал знак идти за ним. Саргасец даже вопросов не стал задавать, просто послушно поплелся. Хорошо, что эта смена Дженсена заканчивалась в ночное время Станции, когда большая часть её обитателей все-таки спали, а не смотрели мыльную оперу с Дженсеном в главной роли. *** Дженсен отпер дверь своей комнаты и пригласил жестом Джареда войти. Тот безропотно послушался, хотя и без особого энтузиазма; хвост его плетью тащился за ним, и, естественно, Дженсен его не заметил. Хорошо еще, что дверью решил не хлопать, а просто закрыть, иначе обошлось бы не только шипением и сжимающим в руках поврежденную конечность Джаредом. Скорее всего, ночь украсил бы поход в медпункт. - Прости! – тут же вырвалось у Дженсена, и, не успев обдумать своих действий, он подошел к ставшему совершенно несчастным Джареду. - Прощаю, - сухим голосом тут же отозвался саргасец, не выпуская хвоста из рук. – И Криса тебе прощаю. - А вот это уже совершенно ни в какие ворота, - размякший из-за инцидента Дженсен тут же собрался. – К нему-то ты зачем прицепился? - Когда он вышел, на нём был твой запах! И на пакете с… - Джаред смутился на секунду, но сразу же решительно продолжил. Ему наверняка казалось, что решительно. – Со всякими такими штуками тоже! - Каком пакете? – опешил Дженсен. - Который у тебя под подушкой. Дженсен, всегда спавший на кровати в произвольной позе, но только не головой на подушке, совсем забыл, что сунул туда пакет, подаренный Крисом чуть ли не в первый день их знакомства. Наверное, следовало посмотреть что там, а не забывать о нем. Это точно помогло бы узнать о его содержимом гораздо больше, нежели абстрактное «всякие такие штуки». А Джаред все продолжал баюкать прищемленный хвост. И притягивать к себе непонятно каким обаянием. - Черт, я пожалею об этом, - сказал себе под нос Дженсен и шагнул вперед: к Джареду, включенному в комплект с неприятностями, и всему тому, что составляет инорасника, о котором он так и не удосужился узнать больше. Глупо, безрассудно и безумно приятно. Джаред, с минуту еще простоявший ничего не понимающим столбом, очнулся только от глубокого поцелуя, уже перерастающего в ненавязчивый петтинг. Дженсен потерся о него всем телом, сжал ладонью основание хвоста, а второй надавил на шею, заставив нагнуться, позволить языку проникнуть глубже. - Я думал, что ты не хочешь, - отрываясь от губ Дженсена, в которые уже сам с энтузиазмом впивался, спросил Джаред. - Вот именно. Это твои домыслы. Меня ты не спрашивал, - Дженсен ответил, толкая Джареда на кровать, не собираясь позволять разговору затянуться – в их случае это заканчивается не слишком романтично. - Но!.. - Молчи, Джаред. Просто молчи! Я собираюсь дать тебе всё, что ты пожелаешь, в рамках этой постели, но я снова на полпути, чтобы отвесить тебе кусок нравоучения. - Всё, что захочу? – Джаред лукаво стрелял глазами. В таком ракурсе этот вопрос уже звучал многообещающе, и Дженсен поощрил его кивком, а через мгновение лежал на лопатках и ловил ртом воздух, пока тот делал что-то невообразимое с его шеей. Следующим номером оказались руки Джареда. Он знал, где провести, трогал именно так, как надо, содрал футболку одним ладным движением, ласкал грубыми подушечками пальцев нежные соски, щипал, затыкая стоны глубокими поцелуями. Но когда он провел кончиком хвоста по внутренней стороне бедра, а языком проделал с мочкой уха что-то за гранью добра и зла, Дженсен сорвался сам. - Ты говорил, что занимался… - Лишь раз, это правда! – оторвавшись от увлекательного покусывания ключиц Дженсена, поспешил оправдаться Джаред. Похоже, для него этот раз сам по себе ощущался постыдным. – Просто у нас не принято хранить девственность. На совершеннолетие абсолютно все ходят на обучающий урок. Джаред нависал над ним, тяжело дышал, губы его блестели и… несли такую чушь! - В бордель, что ли? – решил уточнить Дженсен, а должен был бы молчать! Ох, лучше бы он промолчал, потому что Джаред отполз от него в сторону и начал с ужасающего «прости, я всё объясню». Дженсен же не собирался дважды наступать на одни и те же грабли, слушая объяснения Джареда. Воспользовавшись растерянностью саргасца, Дженсен повалил его на постель, уселся на бедра и достал из-под подушки подарок Криса, умоляя древних и не очень богов, чтобы там лежали столь необходимые сейчас вещи. Открыв его, Дженсен пообещал сам себе сгонять Джареда к их местному букмекеру, и пусть уже Крис получит вознаграждение за утраченные нервы, но главное – за потрясающую предусмотрительность. Вынув смазку, Дженсен картинно положил её рядом с собственным коленом, проследив, чтобы Джаред видел каждое его движение. Саргасец не обманул ожиданий, проводив голодным взглядом тюбик, мазнув подушечками пальцев по ноге, взглядом же проследил за рукой Дженсена, занявшейся расстегиванием его ширинки. - Дай, - прошептал Джаред, начав помогать расстегивать её. Естественно, только мешая. Но, получив по рукам, быстро сообразил, что лучше заняться ширинкой Дженсена. В рекордно короткие сроки для романтичного и довольно неспешного раздевания они избавились от лишней одежды, хотя хвост и мешал Дженсену стягивать штаны с саргасца. Не самая широкая постель Дженсена мало располагала к большим маневрам, поэтому следующий кувырок со сменой позиций все-таки заставил затылок Дженсена встретиться с тюбиком смазки. Хорошо не со стеной, иначе было бы не так весело. Чего особо веселого в этом нашел Джаред, он, правда, не понимал, но улыбка оказалась заразительной. Они целовались, улыбаясь, саргасец удерживал свой какой-то чрезмерно большой вес на руках, терся членом о бедро Дженсена, поскуливал и медленно, но верно обвивал его ногу хвостом. - Что ты делаешь? - Фиксирую тебя, - ответил Джаред, переместив кисти Дженсена, перехватил оба запястья одной рукой, другой открыл тюбик смазки, выдавил себе на член, быстро размазал. Ладонь тут же перекочевала к лицу Дженсена, Джаред уперся ею в постель, полностью перенося на неё вес и вклиниваясь между ног, помогая себе хвостом. И все это Джаред проделал, пока Дженсен с интересом за ним наблюдал, пытаясь осмыслить слово «фиксирую». Даже член вставил на всю длину сразу. Только дернувшись всем телом, Дженсен понял, что же с ним делают. Джаред не позволил ни вырваться, ни уйти от проникновения, ни затормозить его. Хорошо хоть о смазке не забыл, идиот… - Стой! Мать твою, стой! – Дженсен смотрел Джареду прямо в лицо и понимал, что ни о каком «стой» или «отпусти» речи уже не пойдет. Парень настолько очевидно трахался второй раз в жизни, что его и отрубание головы вряд ли остановило бы. – Джаред, притормози! Так не делается… Джаред приоткрыл поплывшие страстью глаза и взглянул так, словно ни слова из сказанного не понимал. Но остановился. Вряд ли он понимал, просто захотел поцеловать Дженсена. Он не возражал хотя бы потому, что пока Джаред трахал языком его рот, он не трахал его задницу, давая время привыкнуть. Но поцелуй закончился, оставив смутное раздражение, Дженсен потянулся следом за губами саргасца, но тот держал даже слишком крепко. Это бесило как ничто другое, движения члена внутри уже были скорее приятными, чем приносили боль, но вот невозможность огладить руками широкие плечи любовника или дернуть его за шапку волос, заставляя открыть шею, чтобы впиться в неё… вот это нешуточно раздражало Дженсена. Он не успел еще войти во вкус, как Джаред вздрогнул и с совершенно животным рыком кончил. Между прочим, глубоко внутрь - о презервативе тот не позаботился, а Дженсен протупил всё то время, пока его еще слушали. - Блядь, что ж ты так быстро! – выругался Дженсен в сердцах, его все еще крепко держали за руки и за ноги, но Джаред смотрел уже осознанней. - Прости! Дженсен, я не знал, я думал… прости, я себя не контролировал, - Джаред даже члена из его задницы не вынул, а уже снова все портил разговорами. Трах был не так уж и плох, вот сейчас только Дженсен заставит кое-кого поработать языком вместо того, чтобы молоть им. Но для начала врежет. Что Дженсен и сделал с душой, но очень маленьким размахом, учитывая, что он все еще лежал под Джаредом, хотя тот его уже и не держал. - В следующий раз я тебя сам привяжу! – рявкнул Дженсен на слегка ошалевшего саргасца, но снизошел до пояснений. – Какого хрена ты меня… зафиксировал?! Джаред потер скулу, но и не подумал отстраняться, его член, почему-то всё ещё очень даже твердый, двинулся в заднице Дженсена внезапно абсолютно правильно. И ещё раз. И ещё. Мелкими, точными и безумно сладкими движениями он уводил Дженсена все дальше и дальше от желания получить ответ на вопрос. Джаред, видимо, решил дать ему всего и сразу. - У меня было так в первый раз. Да и вообще, я же смотрел всякие, - Джаред очевидно смутился, что показалось как-то совсем неуместно, учитывая, что он сейчас делал и как часто дышал, - такие видео. У нас все так совокупляются. Дженсен не видел смысла в разговоре и разъяснениях, тем более когда ему, похоже, совершенно не надо было никого ничего заставлять делать и ему собирались дать все и немного сверху, но наглядные-то доказательства привести он мог, что заниматься любовью значительно интересней. Особенно сильно захотелось показать, когда Джаред стал двигаться размашистей, что Дженсен и продемонстрировал, оставляя засос на шее саргасца и наслаждаясь протяжным «ах». Джареду нравилось решительно все, а две попытки заговорить провалились в совершенно неприличных стонах. А уж когда он позволил-таки себя опрокинуть на спину и оседлать бедра, вот тогда Дженсен и продемонстрировал высший класс и – незапланированно – бурный анальный оргазм. Дженсен не стал разлеживаться и смылся в душ почти сразу, как только последние волны удовольствия перестали сотрясать тело. Он не то чтобы жалел, но чувствовал, что спать с Джаредом не стоило, идти на поводу у собственных желаний не стоило… и вообще, приезжать на эту станцию тоже не стоило. Дженсен нутром чуял, что объяснить саргасцу, что он не хочет НИКАКИХ серьезных отношений, будет сложно, если не невозможно.