Обретение счастья

Крупинки первого снега неслышно растворялись, кружа в зимнем вихре, не долетая до холодной земли. Острые осколки превращались в освежающую воду. Мороз нежно целовал алые губы, а время безжалостно возвращало в те самые моменты, которые были способны исцелить. Свет молочной половинчатой луны казался ослепительной молнией в наполненных слезами глазах. Полёт мыслей, обжигающих сильное сердце, оборвался и вернул в пустоту из прекрасных чудес в декабре. Она исчезла, оставив лишь тихое «прощай».

Несколько дней назад. Мастерская Со И Джона. Усталая от угроз неизвестного, Га Ыль запрыгнула на диван, не снимая пальто. Девушка уставилась в потолок, теребя зеленый вязаный шарф. Еще одно письмо, десятое, и судя по вложенному письму, последнее. В прошлых можно было найти лишь фотографии ее парня с разными девушками. Но все они датировались давними годами, когда Чан Ди лишь поступила в «Shinhwa». Мотив оставался туманным до юбилейного письма. «Видишь сколько их? Ответь себе: «Сможет ли он стать другим?». Кольцо на пальце – это официальная обложка для многолетней коллекции». Полный бред. Но не для Га Ыль. Для того, чтобы успокоить нервы, девушка закрыла глаза и задремала. - Ю Рэ, проходи – гончар вежливо предложил девушке войти и помог снять куртку - Мм. Я ощущаю этот аромат – мило произнесла ученица И Джона Гон Ю Рэ – восходящая звездочка в искусстве гончарства. Вьющиеся волосы шоколадного оттенка, резкий взгляд, но светлая улыбка. В общем, модель с восхитительными навыками лепки. - Какой? – удивленно спросил хозяин, протягивая руку с алым искрящимся на свету вином - Запах волшебства и рождения прекрасного – Ю Рэ сделала глоток - Ю Рэ, пусть немного поздно, но все же. Это тебе, моя милая ученица – Со И Джон улыбнулся и протянул букет лилий и небесно-голубую вазочку Девушка приняла подарки и, бросив цветы на пол, обхватила руками гончара и поцеловала. И Джон поддался, не пытаясь отдалить от себя Ю Рэ. - Со И Джон, ты вернулся? – Га Ыль спускалась со второго этажа, но, взглянув на гончара, застыла в ожидании - Простите, это все случайность – начала оправдываться Ю Рэ, а Со И Джон немного отошел от своей ученицы, продолжая наблюдать за Га Ыль - Больше я мешать не стану – это все, что запомнила Га Ыль в тот вечер Яркие лучи еще теплого осеннего солнца, мягкая глина в руках и нежные прикосновения той любви, которая была подобна ветру. Но он не возвращается в то место, откуда был рожден. Поэтому она улетела в ночную тьму, оставляя блестящие осколки своей боли.

***

- Я рада, что ты смог меня встретить – Чан Ди с улыбкой взглянула на мужа и сильнее прижалась к его руке - Я отменил очень важное для корпорации совещание, чтобы заехать за тобой. Видишь, на какие жертвы идет директор «Shinhwa»! – величественным голосом произнес Гу Джун Пе - Ох, ну, хорошо! Одна пойду по темному парку, впредь можешь жертвовать мной – обиженно крикнула Гым Чан Ди и ускорила шаг - Чан Ди! Ладно-ладно, поступил неосмотрительно. Я хочу провожать и встречать тебя каждый новый день. Вернись – Гу Джун Пе остановился, держа в руках черные перчатки Свет одиноких фонарей нежно освещал силуэт Чан Ди. Стук каблуков по брусчатке стих, девушка повернулась, но не приблизилась к мужу. Лавочки и огромный замерзший фонтан вдруг как-то незаметно стали покрываться мелкими хлопьями снега. Гым Чан Ди закрыла глаза и подставила свое лицо хрупким снежинкам. - Это подобно чудесам в декабре – произнесла брюнетка и посмотрела на Джун Пе - Что именно? – директор «Shinhwa» оставался на месте - Моя жизнь с тобой. Надеюсь, что в Рождественское утро ты не исчезнешь в россыпи снежинок – Чан Ди подставила снегу покрасневшую от холода ладонь - Обещаю. Надень перчатки, мороз крепчает – Гу Джун Пе подошел к жене - Можешь поздравить меня. Сегодня я впервые ассистировала на операции – звонко оповестила девушка - Спасаешь чужие сердца? – спросил Джун Пе - Детские. Это волшебное чувство - осознавать, что ты спас маленькую кроху. А благодарность матери - это наивысшая плата за мою работу – с улыбкой произнесла брюнетка - Гым Чан Ди… - начал кудрявый - Да? – Чан Ди - Ты беременна? – немного дрожащим голосом спросил Джун Пе Девушка отрицательно покачала головой и прижалась к груди мужа. - Не бери – Джун Пе возразил на звонивший телефон жены - Нет, наверное, что-то срочное – Чан Ди приняла звонок – что? Конечно, я приеду! - И что там? Мужа бросаешь ради кого-то там! – ревниво заявил директор корпорации - Со мной едешь! Га Ыль в больнице – девушка схватила Джун Пе за руку и повела в сторону автомобиля

***

Отель Zeus. Двери лифта роскошного отеля раскрылись и из него вышел молодой директор «Shinhwa». - Здравствуй, Джун Пе – поздоровался гончар - Ублюдок! – кудрявый прошелся кулаком по лицу И Джона, – я в первый раз пожалел, что ты – мой друг! - Легче? – спокойно произнесла «надежда Кореи» и дотронулась до кровоточащей губы - Нет – нервно выдохнул Джун Пе, помогая встать с пола обидчику, - закончим на этом, пошли. - А ты здесь зачем? - Решил устроить Чан Ди сюрприз. А дома Джун Хи с ребенком, мама с отцом, и вдобавок инвесторов каких-то важных притащили. В общем, не романтическая обстановка. - Да ты сам во всех комнатах-то был? Не думаю, что вам могли бы помешать – подмигнул парень - Ой, заткнись. Лучше скажи, что ты здесь забыл? - Не хочется расстраивать выставку, пусть хоть половина экспонатов доживут до нее. И наличие винного погреба не дает мне покоя. - Как-будто мини-бара нет. - Попросил убрать. - Пожалуйста, принесите в его номер бутылку виски – обратился к управляющему отеля Джун Пе - Две – верно подметил Со И Джон - По версии Чан Ди ты – подонок, и я склонен этому верить. Разубеди меня – кудрявый откупорил бутылку с алкоголем и наполнил два бокала - Не боишься пить с подонком? Гым Чан Ди, наверняка, против – гончар зажег светильник на прикроватной тумбочке и устроился в кресле, напротив друга - Она на дежурстве – усмехнулся директор «Shinhwa» - Га Ыль, как она? – произнес И Джон - Сегодня выписали. Найду этих ублюдков, сам все косточки пересчитаю – после удара Джун Пе на столе появились трещинки - За одно и мне – равнодушно высказал гончар - Сломать все пальцы и вывернуть запястья. Почему ты ее не проводил, И Джон! – в ярости кричал молодой господин Гу - Она сумеет вернуться в гончарство? – Со И Джон подошел к огромному окну, запрятав руки в карманы - Смеешься? Доктор сказал, что если она научится заново писать, то это подарок судьбы. Ю Рэ. Неужели, ты заинтересовался какой-то Ю Рэ? – выпытывал правду лидер четверки - Нет. Ведь яблоко от яблони недалеко падает? Верно? – не поворачиваясь, заявил гончар - И? – спросил Джун Пе - Мой отец. Может, я такой же? Не хочу этих выходок самоубийства для привлечения внимания, слёз и постоянных истерик, таблеток. Я даже не оттолкнул Ю Рэ от себя, не побежал за Га Ыль. Я ничего не сделал! - Ты – чертов параноик! Включай телефон и звони! – Гу Джун Пе подал стального цвета мобильник - Голосовое сообщение пришло – Со И Джон нажал «прослушать» и замер Запись оказалась короткой, порядком минуты. Когда не звучал голос, то можно было почувствовать тихие всхлипывания девушки. - Здравствуй, Со И Джон. Позвонить я не решилась, поэтому скажу все так. Не нужно менять себя ради кого-то. Я отпускаю тебя, мою родственную душу. Ты оказался прав, хорошие девушки не желают плохого конца, поэтому я уеду, не дожидаясь его. Прощай.