Она, я и её мама.

- Кристина, ты готова? - Виолетта явно нервничает, впрочем, я её понимаю. - Не знаю. Не уверена. Слушай, а может лучше обратно пока не поздно? - я умоляюще глянула в карие глаза своей девушки. Она смешно нахмурилась, хватая меня за руку, - Я серьёзно. Сваливаем, - Виолетта секунду колеблется, видимо ей самой не по душе эта затея, но дезертировать уже поздно. Дело в том, что милое создание около меня - моя девушка, с которой я целых три месяца, решила познакомить меня со своим, цитирую, "единственным близким человеком на которого всегда можно положиться", то есть с её мамой. Вы скажите: - "девушка, у тебя с головой все хорошо? Ты её знаешь всего ничего, да и вы живёте в России, ты не в фанфике!" А я отвечу Вам: я сама в шоке. Колесики для головы явно стоить попить, как минимум для спокойствия, но я решила почему бы и нет? Я влюблена и, как сказала Виола, её мать - добрейший, самый толерантный человек во всем мире. И я доверяю словам своей девушки. Только вот все равно нервничаю и судорожно думаю как мне себя вести, чтобы произвести хорошее впечатление на мать Виолетты. Вдох. Она нажимает на дверной звонок, а вместе с этим мои легкие будто сжали в кулак, воздуха стало резко не хватать. Панической атаки ещё не хватало... Выдох. Слышится легкое цоканье каблуков, которое приближалось к двери. Я сглотнула, натягивая приветливую улыбку от чего Виолетта хихикнула, тихонько сжимая мою руку в своей теплой ладошке. Дверь открывается как будто в замедленной съёмке. - Виола, дорогая!... - повисла гробовая тишина, не считая стука моего сердца в ушах. Громова Антонина Павловна. Директор компании, в которой я работаю специалистом по разработке ПО. Женщина тридцати шести лет. Красивая, успешная и, как бы так помягче сказать, что бы не испортить карму... Стервозная и довольно эгоистичная личность. Все полгода, что я работаю в компании, она устраивает мне родео. Поначалу все было как обычно. Просто долгожданная работа, ради которой я рвала свою пятую точку, сдавая сложные экзамены для прохождения конкурса, просто мой строгий руководитель, который устраивает нагоняй, проверяет мои знания (из-за отсутствия опыта), как выполнена работа, оценивает мои способности как дипломированного, но юного специалиста. Все в рамках трудового кодекса, как говорится. Но спустя какое то время, после очередного сложного рабочего дня, она будто с цепи сорвалась. Стала чаще вызывать меня к себе в кабинет, следить за работой, накидывать все больше и больше сложных задач к концу рабочего дня, токсично комментируя каждое мое действие. И все бы ничего, но именно в мою сторону было больше всего придирок. Она вызывала меня в свой кабинет, и будто специально, не закрывая дверь, начинала по поводу (иногда кстати даже без повода) критиковать меня за каждое действие. Да чтобы слышала вся компания. И я почти смирилась с этим. Подумаешь, работа то престижная. Однако, после очередного вечернего выговора о том, какая я"безответственная и ненадежная личность", к её поведению добавилась ещё одна "изюминка". Она стала кокетничать. Вы сейчас скажите: -"Кристина, угомонись, ты обычный молодой специалист, она как опытный работник просто учит тебя, периодически жалея. Охладись." Мой гей радар может барахлить, не спорю. Но когда на простом корпоративе твой руководитель, который не очень то и тепло относится к тебе, зажимает в женском туалете, выбора два: 1)Либо тебя хотят убить по тихому; 2) Либо тебя хотят по тихому. После такого эффектного "аудита", придя домой под ручку с панической атакой, я просто пыталась успокоить и заверить саму себя, что человек выпил и чуточку перепутал. Ну, возможно ориентацию свою перепутал. Ну и что, бывает, это случайность. Своей Виолке я решила про такое даже не рассказывать, что толку? Все же хорошо, меня не изнасиловали. По крайне мере я думала так. И я ошиблась. Постоянный флирт, "случайное" облапывание и слежка за "моей работой". Сердце убежало в пятки. Ладони моментально стали холодными и мокрыми. Мой инстинкт самосохранения кричал и молил: "Она тебя сожрет, съебуши отсюда!". - Привет, мам. Познакомься, это моя Кристина. - боковым зрением я посмотрела на Виолу. Теперь я поняла на кого она была похожа и почему иногда, в порыве злости друг на друга, её взгляд пугал и пробирал меня до мурашек. - Не уж то, Виолочка, ты думаешь я не узнаю своего работника? - с нотками иронии сказала Антонина Павловна, - Здравствуй. - А, да, добрый день, то есть вечер, - голос невольно дрогнул, что не осталось незамеченным. Откуда столько страха перед ней, я сама не понимаю. Громова медленно скользнула взглядом по моему лицу. Снова этот взгляд... - Проходите, чего на пороге стоять, - женщина грациозно развернулась на каблуках и направилась вглубь квартиры. Я не могла пошевелиться, взглядом пробежалась по её фигуре. Она как обычно не изменяет своему стилю, все такой же черный костюм с юбкой, который подчеркивал стройную фигуру женщины. - Ты не говорила кто твоя мама, у Вас фамилии разные... и возраст как бы... - тихо бормочу я Виоле, в недоумении продолжая стоять на одном месте, перед входом в квартиру. - Что в этом такого? Я думала будет так даже лучше, сюрприз. А фамилии да, я говорила что меняла, ты видимо снова в этот момент думала о работе, - теперь я слышу знакомые нотки иронии в голосе своей девушки, - Ну, ты чего? Не бойся, все будет хорошо.Ты же очаровашка, - Виолетта посмотрела на меня, подарив нежный чмок в щеку, - Давай, мама не любит ждать. - Это ты права, я в курсе… - язык, кажется, прилип к небу и возможность говорить громко и членораздельно покинула меня. Скинув с себя кеды и сняв пальто, я как собачка на поводке ждала Виолу,потому что что-то мне подсказывало, если я отойду от неё первое, что со мной сделает моя начальница - зашибёт чугунной сковородкой, после изнасилует и закопает во дворике, а Виолетте скажет, что я уехала на Северный Полюс. К мишкам гостить. - Кристин! - я подпрыгнула, чуть не уронив букет белых лилий, что были предназначены для мамы Виолы. - А? - В каких облаках ты витаешь? Проходи в гостиную, я сейчас приду, - мне стало дурно, я переминалась с ноги на ногу, не зная что делать. Лететь на луну? Идти в гостиную, где буду один на один со своей начальницей, которая очень активно проявляла ко мне радужный интерес? На луну было бы проще.  - Не забудь про букет, дурашка, - шепнула ласково Виола, убирая с моего лица челку, которая непослушно прикрывала мои испуганные глаза. Я чуть заметно кивнула и тихо прошла в гостиную. Да, квартира у неё что надо. Конечно, когда твоя мать директор крупной компании по разработке программного обеспечения и не такое в состоянии себе позволить. - Ой! - я быстро отвела взгляд от упругой части тела Антонины Павловны, которая нагнулась за чем-то... Случайно ли? Я отвернулась, краснея как школьница. Сердце стало учащённо биться, кажется что чечётку моего сердца слышно по всей комнате. Я просто её боюсь, точно, ни больше, ни меньше. Никаких пошлых мыслей, я взрослая девушка, а не пубертатный ребенок. Мне 23, а не 16 лет. У меня есть Виоллета. Пусть наши отношения нельзя назвать идеальными, но покажите мне, что есть идеал? Здравый смысл вместе с совестью пытались меня успокоить, но от мыслей что копошились в моей голове, при виде этой женщины, становилось не по себе. - Всего лишь упала ложка, - ровным голосом констатировала женщина. Я шумно втянула воздух носом и развернулась к женщине, протягивая букет дрожащими руками. - Это... Это Вам, - голос все меньше похож на мой. Поднимаю свои глаза и понимаю, что в ушах начинает аж звенеть от волнения. Её глаза с усмешкой смотрели на меня. Антонина Павловна очень привлекательна, не буду врать. Подтянутая фигура(сразу понятно человек следит за собой и хотя бы два раза в неделю посещает спорт зал), длинные стройные ноги, красивые ореховые глаза, которые от злости иногда меняли цвет на более темный. Шелковистые, чёрные как воронье крыло, волосы, подстриженные под каре. И королевская осанка, всегда ровная, статная. Не каждыйдень встретишь такую красоту в совокупности с острым умом. Она мило улыбается уголками губ, слегка прищуривая глаза, забирая у меня букет. Кончики её пальцев слегка соприкоснулись с моей рукой, от чего по всему моему телу прошёл электрический разряд. Чувствую как щеки становятся горячими, я снова краснею. - Эй, чего вы тут встали? Как будто вы не знакомы. Пошли за стол! - на мне повисла Виола. Я посмотрела на неё и сердце защемило от нежности. Добрая, широкая улыбка, глаза, которые светятся задором и счастьем, полная противоположность своей матери, сама невинность. Она лишь слегка похожа на свою мать, и то, возможно теперь от осознания что она её дочь, я пытаюсь найти хоть какие-нибудь сходства кроме глаз. Невольно улыбнулась. За это я и влюбилась в неё. Я вернула взгляд на Антонину и тут мне стало не по себе. Ореховые глаза по-чернели, по моей шкуре пробежался холод. Я видела этот взгляд много раз, в моменты сдачи готовой работы, когда Громова находила недочеты из-за которых, как она всегда любит говорить, тратит свое драгоценное время, а время – деньги.  На секунду показалось, что сейчас Антонина Павловна бросится на меня и просто спустит с лестницы девяти этажного дома вниз. Мысленно попыталась вычислить какой шанс, что после такого аттракциона моя шея не будет сломана. Нулевой. Я вытянулась как по струнке, руки свело от сжатых кулаков, ноги забетонировали. Инстинктивно все мое нутро готовилось защищать себя от нападок Громовой, как вдруг женщина спокойно выдохнула и как ни в чем не бывало мило улыбнулась, приглашая за стол.  Мой мозг словил системную ошибку. Неужели мне показалось и все нормально? - Перестань, ты как статуя, - Виолетта легонько толкнула меня локтем в бок. - Главное чтоб не как надгробие… Что ж, пока всё что довольно хорошо. Мы мило разговаривали на разные темы. Я узнала многое про Виолу. Про её детство, про отца, который бросил девочку, потому что он не хотел ребёнка в шестнадцать лет. Мне даже предложили посмотреть детские фотографии Виолетты, но увидев как протестует моя девушка, выпуская пар из ушей, пародируя кипящий чайник, решила что пока ещё не время. Да и не хотелось сидеть ещё ближе к Громовой, за просмотром фото. - Ну, может расскажете про себя, Кристина? Какие у Вас увлечения, про семью, - мне не нравится этот взгляд. Почему только я его замечаю? - Ну-у... – я неловко уперла взгляд в скатерть, нервно пряча руки под стол и невольно выпрямляясь. Разве она не знает про меня то, что должна? Все-таки работник. – Мать и отец врачи, есть младший брат. Про мой диплом и специальность Вы знаете, так что особо и нечего рассказать. Обычный человек, из обычной среднестатистической семьи. Из увлечений помимо создания программного кода – умею и люблю играть периодически на пианино, немного пою. Закончила музыкальную школу… - резюмировала я, как можно более спокойным голосом.  - Мм, пианино... Сыграете как-нибудь потом? - Антонина Павловна улыбнулась краешком губ, накрашенных бордовой помадой, сверкая глазами. Мне показалось или её тон был игривым? Руки снова похолодели. - Да, Кристин, я не слышала ни разу! Не простительно! – я рассмеялась смотря как Виолетта сотрясает воздух, надувая губы как ребенок. Не могу я, все-таки они разные. Виола одним своим милым личиком успокаивает меня, она как солнышко. Может она ей не родная? Вдруг я почувствовала, как что – то (или кто-то?) дотронулось до моей голени. Вряд ли это Виолетта, потому что она сидит по правую сторону. Я посмотрела под стол, стараясь не привлекать внимания, пока моя вторая половинка оживлённо рассказывает что то про свои попытки ходить в музыкальную школу и как жаль что матушка не смогла уговорить Виолку закончить эту школу.  Желудок решил постучать в сердце от неожиданности. Длинная нога матери Виолы блуждала вверх вниз по моей голени, слегка поглаживая и вызывая волну мурашек. Я сцепила зубы от неожиданности, шумно сглатывая ком в горле, делаю вид, что ничего не вижу и вообще, какая у них скатерть красивая, никогда такую не видела. Надо тщательнее рассмотреть. - Кристина, так Вы продемонстируете нам свои музыкальные навыки? - совершенно спокойным голосом и с неизменно спокойным лицом спрашивает Громова. Только нога гуляет где не надо. - Сыграю обязательно, наверное, когда-нибудь, - пытаюсь улыбнуться, но получается криво, чувствую как дергается уголок глаза. Увидев мою реакцию, Антонина Павловна только усмехнулась и громко цокнула языком, делая вид что она разочарована в моем ответе. Её нога резко скользнула выше. Вот это было подло. Подпрыгнув и, попутно разливая на себя и красивую белоснежную скатерть, чай(который успел благо остыть), взвизгиваю будто меня за голую задницу цапнул краб. Виола с недоумением и лёгким потрясением смотрит мне в глаза, пытаясь отыскатьв них ответ, но кроме волнения и испуга она вряд ли что найдёт. - Я, э-эм, мне надо идти. Срочно. Я забыла дома включить воду чтобы потом выключить... - боже, я мямлю и у меня дрожит голос. Это совсем неадекватная реакция. Прости меня солнышко, но знала бы ты что происходит. Быстро выбежав из-за стола, попутно извиняясь и спотыкаюсь обо все подряд на ровном месте,  добралась в прихожую, на ходу накидываю пальто и кое-как надеваю кеды, даже не завязав их. Мой побег выглядел глупо, а было это настолько быстро, что смело можно подумать, что я ограбила банк. Великолепное «знакомство» с мамой, просто сто баллов в пользу Гриффендора. Выбегаю в парадную, как меня хватают за плечо, пытаясь затормозить моё тело, что двигалось по инерции подальше от произошедшего "казуса". - Кристин, подожди, что случилось? - Виолетта не на шутку заволновалась. - «Твоя мама домогается меня», - вертелось на языке. Чтобы не сказать то, что я думала, промычала шаблонное: "- Прости, зая. Мне нужно бежать, вечером позвоню, люблю тебя." Как же это убого выглядело, я понимаю что возможно даже обидела свою Виолетту, но выдержать такое я просто не в состоянии. Не потому что я хотела бы поддаться на такие подкаты, нет, просто любой нормальный человек либо капитулировал бы, как я, либо высказал бы все это и прекратил весь этот цирк на корню. Но почему то я не могу. Трусиха, да. И рассказать такое как? Не ожидая лифта, я просто рванула вниз по лестнице как угорелая с 9 этажа,  чуть не подворачивая ноги. Отлично. Виолетта - дочь моей начальницы, которая активно сначала меня гнобила и закидывала кучей нелестных комментариев по поводу моей работы и в целом меня, а потом начала ко мне подкатывать и подкатывает по сей день. Я что, шутка какая то? *** Как я добежала до автобусной остановки не помню, просто это было на автопилоте. Помню только как я грохнулась по пути в комнату на пол, почти у самой кровати,  решая так и остаться с мыслями: -« О, такой мягкий, а вблизи ещё и красивый,» - голова загудела при воспоминании о вчерашнем знакомстве с мамой моей девушки. Я с горем пополам встала с пола, прохрустев вообще всеми костями, бросая взгляд на настенные часы. 8:45. Я зевнула, почесывая щеку на которой наверняка есть "татуировки" от «комфортабельного» сна. Вдруг, как в фильме, заезженная пластинка издала звук и пришло осознание трагедии. - БЛЯТЬ, НЕТ! - подрываюсь с места и бегу к шкафу. Рабочий день начинается в девять, если опоздаю тогда меня трахнут морально, а учитывая последние обстоятельства, то могут и физически, только неизвестно в какой последовательности.  Чёрти как одевшись, не жравши, не умывшись, чуть ли не с трусами на башке, бегу на остановку. Только бы там не было Антонины Павловны. Я должна успеть. Она не всегда приходит прямо к началу рабочего дня в компании. И дело не в том, что она начальство, а начальство не опаздывает, а задерживается, нет. Как раз таки её пунктуальность раздражала до скрежета в зубах. Хоть бы сегодня она чуточку задержалась на каком-нибудь утреннем совещании. *** Оказывается, очень больно открывать дверь головой на бегу, в следующийраз буду таскать с собой каску. - Её... Не было? Я ус... успела? – спрашиваю сквозь кашель, пытаясь восстановить сбившиеся дыхание. - Пока нет. Но тебе надо быстро успокоить свою отдышку бульдога и сделать вид, что ты как пятнадцать минут работаешь, - Лиля, моя подруга и разработчик веб дизайна, с улыбкой на губах осмотрела меня с ног до головы, – Тебя что, футболисты как мяч использовали? Я резкими и нервными движениями убираю верхнюю одежду в шкаф и быстро падаю на стул за своё рабочее место, включая компьютер. - Лучше бы футболисты. А не целая фура с фамилией Громова. – я уперлась взглядом в монитор, на автомате открывая все программы для работы, показывая таким образом что ничего я и не опаздывала, -  То, что произошло вчера – это, кроме как, очко не назвать. Расскажу и ты поверишь в Бога. - Что же Вы расскажите, Павленко? Надеюсь, Вы работу собираетесь обсуждать, а иначе я просто не понимаю цель Вашего нахождения здесь, - По спине снова побежала орда мурашек, сердце сделало мертвую петлю и замерло. Так устрашающе, почти рыча, называет мою фамилию только она. Лиля вытянулась, как струна, пряча свой испуганный взгляд в монитор. Медленно поворачиваю голову в сторону. -Доброе утро, Антонина Павловна. Я... - Опоздали. - Я п... - Поступили безалаберно. - ореховые глаза грозно сверкали, не давая даже просто вдохнуть для ответа. Я сглотнула, лучше согласиться, иначе это может плохо закончиться. Коротко и неуверенно киваю, сдаваясь перед этой женщиной. - Свои истории, которые заставляют атеистов верить в Бога, расскажите после работы. Я делаю Вам выговор. Ещё один раз – и я буду вынуждена думать о том, что Вам недостаточно опыта для работы в нашей компании,- Антонина Павловна обошла меня королевской походкой, не сводя с меня своих глаз. От страха я сгорбилась, как ученик младших классов, которого ругали за двойку. - За работу, –снова этот тон с металлическими нотками, выбивающий землю из под ног. - Чё это с ней? - шёпотом спрашивает подруга, хмуря брови, провожая глазами нашу начальницу. - Она обычно хотя бы время дает что бы расслабиться, а тут... - Не знаю... – Настроение было испорчено на весь день, голова резко заболела. Не удивлюсь если сегодня она мне снова устроит веселье с задачами под конец рабочего дня, которые срочно надо решить, сейчас же, сопровождая все это токсичными замечаниями в мой адрес.  Я вроде даже готова к этому. Но от осознания что будет дальше – не легче. *** День и правда был тяжелый. Когда Громова выходила из своего кабинета, я то и дело старалась спрятаться за монитор как можно сильнее, что бы меня незаметили и не решили снова напомнить мне, какой я «плохой» работник.  На обеде смогла поговорить с Виолеттой и хоть как то сгладить углы, после вчерашнего поведения. Слава богу, что по характеру она не Громова (я не устану об этом напоминать, потому что это чудо для меня). Сначала я, конечно, сильно напряглась, услышав долгую тишину в свой адрес после глупого и выдуманного объяснения, что у меня скрутило живот, но Виолка все таки, грустно выдохнув, сказала – «Дура ты. Так и скажи что трусиха, мать испугалась. Увидимся вечером?» Я засияла, от услышанного стало чуть легче на душе, что не все идет по одному месту. Мы договорились о встрече после моей работы и я быстро, даже толком не обедав, побежала к своему рабочему месту, делать все задачи что мне навешала Антонина Павловна. Мне никак не хочется сегодня оставаться. К тому же, я не хочу больше слышать гору необоснованной, а иногда и притянутой критики в свой адрес. ***Давно я не работала с таким энтузиазмом. Правда под вечер мой копчик провалился в трусы, от долгой сидячей работы, но оно того стоило. Время 18.20,  все уже разбежались по домам, кроме меня, несчастной секретарши Маринки (мне кажется на неё вообще до сих пор действует крепостное право из-за Громовой), и соответственно самой Антонины Павловны. Мысленно сочувствуя секретарю, я отправила список выполненных задач и отчет по этим задачам на рабочую почту Громовой. Теперь со спокойной душой можно быстренько семенить ножками к своей Виолле. Время 18.30, я успеваю, мы договорились к 19.00. Собираю вещи, достаю пальто из шкафа, плечи и затылок адски ноют, предупреждая о том, что скоро точно скопытишься от банальной боли. Как будто я работаю всю жизнь, хотя это первая моя работа, да к тому же сразу по специальности. - Кристин, - только я хотела сделать шаг по направлению к выходу, ко мне устало, с горой каких то бумаг, идёт Маринка. - Громова тебя вызывает. От этой фразы у меня пошли искры из глаз, я обисиленно уронила свой рюкзак на пол. - Опять? - мой вопрос остаётся висеть в воздухе, Маринка просто понуро пожала плечами и пошла дальше своей дорогой, чуть ли не роняя стопку бумаг. Быстро достаю телефон. 18.37. Мне нужно успеть, какого черта этой женщине снова что-то нужно. Она не в курсе про график работы своей же компании? От злости на моем лице заходили желваки. Я терпеливый человек, тем более я очень хочу остаться на этой работе и набраться опыта, но всему бывает предел. Я твёрдым шагом направилась к Антонине Павловне. Останавливаюсь перед дверью в её кабинет. Выдыхаю до боли в легких, пытаясь успокоить свои нервы и утихомерить эмоции. Надо просто выслушать, кивать и пусть что будет, я сделаю завтра столько же работы, даже больше. Главное пережить сейчас. - Вы хотели меня видеть? - В кабинете так ярко, что выжигает глаза. Громова сидит за компьютером, с каменным лицом что то печатает. На носу красивые очки, в тонкой чёрной оправе. - Да. Присаживайтесь. - Я постою, спасибо. Успела насидеться в процессе рабочего дня, - я старалась говорить отстраненым тоном, как бы намекая что время тик так, рабочий день закончился и неграм пора домой. Однако никакой реакции не последовало, она даже взгляд на меня не подняла. А время шло. 18.45. Я нервно смотрю на время в телефоне, шумно вздыхая, пытаясь все же привлечь внимание к своей персоне. Антонина Павловна спустя 5 минут решилась обратить на меня внимание. Чуть отодвинувшись на стуле от компьютера, Громова сняла очки, устало потирая переносицу. - Я проверила твой отчёт. Нужно внести корректировки, - я еле удержалась что бы не закатить глаза. - Хорошо, поняла, завтра исправлю, - я снова демонстративно посмотрела на время в телефоне, поглядывая исподлобья за реакцией начальницы. И снова взгляд, от которого у меня все сжимается. Снова этот лёд в глазах. - Нет, - жёстко отвечает она, резким движением вставая из-за своего рабочего места, упирая руки в стол. - Сейчас. - Но рабочий день окончен почти как час, я завтра приду с утра и все... - не успеваю договорить как меня снова резко прерывают. - Нет. Поручение я дала сегодня. Дедлайн сегодня. Научитесь, пожалуйста, вовремя выполнять свои задачи и тогда не придётся задерживаться, - как будто по скрипту ответила. Все так же металлическим тоном. То ли от усталости, то ли от обиды у меня начало пощипывать уголки глаз. Вот ещё заплакать при ней не хватало, что бы потом этим тыкала и издевалась. - Пожалуйста, Антонина Павловна, у меня тоже есть личная жизнь после работы, я... - Хватит, - чуть не рыча ответила она. - Твоей "личной жизни" я передам что ты работаешь, исправляешь свои косяки, - глаза снова почернели, на шее от злости проступили вены. - Тебе напомнить что я взяла тебя в компанию с условием, что ты будешь работать так, как требую я. Мне нужен был трудолюбивый и ответственный работник, а не сопливый, только получивший диплом студент, - от этой фразы у меня голова закружилась, возможно от злости что я держала в себе, не имея возможности даже перечить или от безысходности. Я посмотрела на время. 18.50. Я не успеваю к назначенному времени, да и вообще сегодня наверное не увижу Виолетту. От досады меня пробивает лёгкая дрожь, и сказать о том что твоя мама меня достала, ведёт себя как последняя сволочь - не могу и не хочу. - Я жду результаты, - закончила свою тираду Громова. - Я поняла. Сейчас приступлю к работе, - из меня будто вышла вся жизнь. Я не поднимая головы просто вышла из кабинета, на ходу скидываю пальто и сажусь за своё рабочее место. Минут десять я просто сидела смотрела на выключенный компьютер. Надо написать Виолетте, что сегодня не смогу. С громким вздохом роняю голову на стол. Слишком часто я сегодня вздыхаю. И все это из-за этой женщины, которая сама не знает что от меня хочет. Чувствую что дальше - веселее.