Калифорнийские морозы

Куртка Брайана, аккуратно сложенная, лежала на пассажирском сидении возле водительского кресла. Кристина, по привычке, бросила сверху свою сумку, но тут же поспешила убрать, испугавшись, что чужая вещь может помяться. Весь день куртка каталась вместе с девушкой по Лос-Анджелесу, послужив не то талисманом, не то предметом ритуального поклонения. Как и вчера, когда Кристина беспечно уснула, завернувшись в эту самую куртку, она по-прежнему сохраняла мягкий аромат мужской туалетной воды и, наверное, запах самого Брайана. Не удержавшись, Крис взяла вещь в руки и, закрыв глаза, уткнулась в неё носом. На лице появилось мечтательное выражение. Если бы в кармане не обнаружилась его кредитка, то девушка, возможно, оставила бы куртку себе, позволяя иногда надеть её на плечи и представить, будто Брайан нежно обнимает её. Солнце быстро исчезало за горизонтом, на парковке загорелись фонари. Кристина прислонилась лбом к нагревшемуся за день рулю, собираясь с мыслями, а затем набрала номер подруги. Аманда ответила не сразу, даже появилась надежда, что та ещё на съёмках, и процесс возвращения случайно украденной вещи значительно упростится. – Эмс, ты сейчас не с ребятами из Бэкстрит Бойз? – Нет, э-э… не совсем. – Не совсем? – Я… я с Ником. Мы гуляем, – поспешно добавила Аманда. Кристина нахмурилась. Сейчас не было смысла говорить о его дурной репутации, лучше обсудить это, когда подруги останутся наедине. Судя по всему, взаимная симпатия заходила всё дальше. По словам Эмс, она сама не своя в его обществе, а мозг должен оставаться трезвым, особенно если рядом с тобой порочно красивый парень. Впрочем, возможно, у них лишь невинная прогулка, но в это верилось с трудом. – Прекрасно, тогда узнай у него номер Брайана. Я вчера ушла в его куртке… – Да, он в курсе. Сейчас пришлю тебе сообщением. – Спасибо. И будь осторожна! – Как обычно, – отозвалась Эмс, и затем последовали короткие гудки. Кристина нервно барабанила пальцами по рулю, пока не раздался короткий сигнал телефона, но и затем девушка не спешила набирать номер. Почему-то идея обыкновенного звонка вызывала смешанные чувства – волнительные и вместе с тем пугающие. Следовало успокоиться и мыслить разумно. Это самый обычный звонок, стоит только сделать тон более официальным, чтобы не выдать свои чувства, и придерживаться образа недоступной гламурной “звезды”, которой всё ни по чём. Прежде чем набрать номер, Кристина мысленно повторила слова, которые собиралась ему сказать, дважды нажала на сброс и лишь на третий раз дождалась протяжного гудка. Ответа не было даже дольше, чем от Аманды, и Кристина почти полностью растеряла уверенность, особенно в тот момент, когда на другом конце прозвучал женский голос. – Добрый вечер, могу я поговорить с Брайаном? – произнесла Кристина непривычным для неё тягучим и низким тоном. – Кто его спрашивает? – дотошно поинтересовалась оппонентка. Невеста, наверное… – Это Кристина. Пожалуйста, передайте ему, что у меня его куртка и… кредитка. – Секунду, – девушка, очевидно, зажала динамик рукой и обратилась к Брайану довольно громко: – Милый, тебе звонит какая-то Кристина и говорит, что у неё твоя куртка. Крис показалось, что её сердце бьётся в районе горла. Секунда, одна, две… – Ты ушла в моей “джинсовке”, – голос Брайана звучал достаточно низко и мягко, лаская слух. Он говорил очень чётко, обладал хорошо поставленной дикцией, не проглатывал звуки, а речь всегда была лёгкой, динамичной и наполненной яркими интонациями. – Прости, пожалуйста, я случайно. – Неужели? – А есть сомнения? – резковато парировала Кристина, уязвлённая его тоном. Брайан неопределённо хмыкнул, переводя тему: – Когда ты собираешься мне её вернуть? – Могу прямо сейчас, если ты не можешь и дня без неё прожить. – Без куртки могу, меня больше беспокоит судьба кредитки. – Я всего лишь купила себе новенький “Роллс”. Куда подъехать? – Я буду в районе Калвер-Сити через минут тридцать. Доберёшься туда – набери меня. Кристина выдохнула и дрожащими руками запихнула телефон в карман джинсов. Она и не подозревала, что простой звонок может превратиться в настоящее испытание. Девушка с пятой попытки вставила ключ в замок зажигания, повернула его, и… машина не завелась – раз, другой, третий. На приборной панели тревожно замигала красная лампочка. – Да что же за день такой! – воскликнула она, пытаясь сохранять быстро ускользавшее спокойствие. Выбора было всего два – вызвать такси или позвонить Брайану и перенести встречу. Обнаружив наличными всего десять долларов, дилемма решилась сама собой. На этот раз он ответил сразу. – Неужели ты уже в Калвер-Сити? – с насмешкой спросил он. – Или заблудилась? – Я не страдаю топографическим кретинизмом, – Кристина заставила себя прикусить язык, который, кажется, действовал без её ведома. – Я только что обнаружила, что у меня не заводится машина. – Оставила пустым топливный бак? – Ты второй раз подряд оскорбляешь мои умственные способности. Аккумулятор сел. Я могу привезти куртку завтра или передать её через Аманду. Обещаю, что не трону твою кредитку. Брайан на короткое мгновение задумался, снова вынуждая Крис чувствовать себя полной идиоткой. – Где ты сейчас? – обречённо спросил он. – Не стоит беспокоиться, в самом деле, это может подождать до утра. – Адрес, Кристина! Из-за его повелительной интонации она словно встряхнулась и моментально, против собственной воли, выпалила: – Я на парковке возле студии звукозаписи на пересечении улиц Юкка и Вайн в Восточном Голливуде. – Скоро буду. Около минуты Кристина отрешённо слушала короткие гудки в трубке, а затем не на шутку переполошилась. Из сумочки появился косметический арсенал, Крис в панике подрисовывала стрелки на глазах, покрыла ресницы толстым слоем туши и накрасила губы. Распустив пучок из волос, она принялась пальцами разделять спутанные пряди – расчёски с собой не оказалось. Затем она не поленилась сбегать к мусорному баку, выбрасывая из салона старую коробку из-под пиццы, пустые бутылки и пакет из китайского ресторана. Проветрив автомобиль, девушка несколько раз “пшикнула” из флакончика с дорогой туалетной водой, добавляя “Роверу” приятный цветочно-фруктовый аромат. “Скоро” наступило почти через час. За это время окончательно стемнело, Крис успела сгрызть ноготь на большом пальце левой руки, вообразить романтический поцелуй под полной луной, мысленно наорать на себя за глупые мысли, напоминая, что Брайана она совсем не интересует, и нет ничего хуже, чем вешаться несвободному мужчине на шею. Да и вообще, глупая ситуация с курткой и нерабочей машиной едва ли прибавит Кристине авторитета в его глазах. Брайан ездил на эффектном красном “Мерседесе” с откидным верхом. Машина надёжная и красивая, обладала классическими формами и представительским классом. И очень ему подходила. – Всё больше убеждаюсь, что девушки и техника – понятия несовместимые, – объявил он, выбравшись на улицу. Кристина заготовила извинения и сожаления, но слова Брайана глубоко задели её. Она водила лучше большинства мужчин, сама могла сменить колесо, разобрать и собрать мотор. Автомобили были ещё одной страстью Кристины, особенно гоночные, и замечание прозвучало для неё как личное оскорбление. – Третий раз за вечер ты говоришь мне гадость. Мило. – Гадость? – он недоумённо приподнял брови. – Это констатация факта. Кстати, удивлён, что ты не на лимузине и без своей свиты. Даже без охранников… – Я прекрасно могу сама за себя постоять! – Видел, что сзади к тебе лучше не подкрадываться. – Спереди удары не менее болезненные. Вот, – она протянула куртку, Брайан случайно коснулся пальцами её руки, посылая по всему телу назойливые, щекочущие нервы мурашки. На секунду их взгляды встретились, и дар речи подвёл Кристину. Что с ней происходило, она не имела ни малейшего понятия. Обыкновенная симпатия не должна выражаться в подобных эмоциях, из-за переворачивалась вселенная. Брайан не без труда оторвался от гипнотизирующего взгляда. Почему-то принято думать, что ведьмы и колдуньи обладают зелёными глазами, но сейчас он был совершенно уверен, что у них необыкновенный цвет бирюзы. Даже отвернувшись, он видел перед собой пару выразительных, ярких и на удивление умных глаз, прожигающих насквозь своим диковатым взором. – Куда тебя отвезти? – голос сорвался на сипловатый шёпот. – Я… спасибо, но я могу позвонить охранникам. – Зачем, если я уже здесь? – У тебя наверняка дела, ты собирался в Калвер-Сити… – К счастью, мои дела перенеслись на другой день, – Брай решил не объяснять, что под предлогом работы буквально сбежал из дома, где Лианн закатила ему приступ ревности. Звонок Кристины усугубил дело, если это вообще возможно. Так что ему было совершенно безразлично, куда ехать, лишь бы не домой. – На самом деле, я живу в Беверли-Хиллз, – призналась Кристина. До дома было рукой подать, минут десять, не больше. – Почему я не удивлён, – пробормотал Брайан, открывая перед девушкой пассажирскую дверцу. – Это дом моего отчима, – попыталась оправдаться она. – И, если честно, мне не хочется туда. Пустой холодильник и тотальное одиночество. Я пыталась уговорить Аманду поселиться у нас, но она категорически отказалась… – Я её не виню. – Там не так уж и плохо! – Да, особенно если ты хочешь каждый день попадать в объективы фотокамер. – Я… я вовсе не стремлюсь к этому, – Кристина покраснела, ощущая, что впервые в жизни её надёжные стены не защищают её от критики и осуждения. – Ты голодна? – неожиданно поинтересовался Брай. Он сам не понимал, откуда в нём это жестокое желание тыкать девушку носом в тот образ жизни, который она ведёт. Это не его дело. – Кажется. – Я тоже ужасно хочу есть. Как ты смотришь на креветки и морской салат? Я угощаю. – Ты не обязан со мной возиться, – пробормотала Кристина, отворачиваясь к окну. – Хочу искупить свою вину за гадости. К тому же… я тоже не хочу ехать домой. – Обожаю креветки. Брайан улыбнулся, неожиданно для себя отмечая молодость своей попутчицы. Да, он знал, что Кристине только-только исполнилось восемнадцать, но раньше будто не мог сопоставить цифру и её возраст. Сейчас рядом с ним сидела девочка, и даже макияж не прибавлял ей лишних лет. Совсем ещё ребёнок, хоть и испорченный!

***

Машина мчалась по знаменитой трассе шестьдесят шесть, которая обрывалась у самого берега Тихого океана. Всю дорогу Кристина отчаянно перебирала слова, искала тему для разговора, но молчание царило между ними на протяжении пути. Напряжение между Брайаном и Кристиной было настолько осязаемым, что его, казалось, можно потрогать руками. Дискомфорт и странное отчуждение слегка скрашивала приятная тихая музыка – Стинг, британец, как и Кристина. Удивительное совпадение, ведь сама она каталась по городу под его композиции. Девушка прибавила звук, Брайан красноречиво покосился в её сторону, но не стал возражать. Стоило задуматься о нелепости ситуации. Он так очевидно не желал находиться в её обществе, что Кристина беспокойно начинала копаться в себе в поиске дефекта. При этом Брайан настоял на том, чтобы отвезти её домой и даже угостить ужином. И как расценивать такой жест? Может, он тот вымирающий тип современного джентльмена, который, даже ненавидя женщину, будет относиться к ней, как к королеве? Крис не устраивал подобный расклад вещей: пока она теряется в догадках и напрасно изводит себя, лучше бы точно знать, по какой именно причине она неприятная ему. Когда тишина стала совершенно невыносимой, сдерживаться больше не было сил. – Отвези меня домой. – Мы почти на месте, – Брайан глянул в сторону сидящей с царски прямой спиной девушки. Её идеальный профиль можно было чеканить на золотых монетах. – Нас могут поймать фотографы, и тогда невинный поход за креветками закончится плохо. – Не знаю, как ты, но я быстро бегаю. Кристина не улыбнулась шутке, слишком напряжённая, чтобы думать о чём-то, кроме неудобств, которые она причиняла Брайану собственным присутствием. Не то, чтобы это могло выбить её из колеи, в конце концов, за столько лет притеснений в школе она привыкла быть парией и объектом всеобщей нелюбви. Но оставаться один на один с симпатичным ей мужчиной и понимать, что она не вызывает у него ничего, кроме раздражения, казалось невыносимым. – Ты смотрела “Форреста Гампа”? – Нет, – Кристина продолжала сидеть прямо, глядя строго вперёд. Если бы она могла, то выпрыгнула бы из машины. – Зря, отличный фильм. Или ты не любишь картины с интеллектуальным подтекстом? – Терпеть не могу. Предпочитаю днями смотреть мексиканские сериалы и рыдать над судьбой Хуана и Карлитты. Да-да, у меня все стены в плакатах розовых мишек, золотые унитазы и прямо у ворот огромный биллборд с моим собственным изображением. В короне. Брайан надолго замолчал, ошеломленный как собственными нападками, так и эмоциональным ответом. – Извини, не знаю, что на меня нашло, – наконец, произнёс он. – Извинения приняты, – Кристины высокомерно кивнула головой, едва сдерживая слёзы. Обида жгла изнутри, не имя выхода, выражалась в покрасневших щёках. Кристина до упора открыла окно, в салон ворвался прохладный поток воздуха, отчётливо ощущался солоноватый вкус океана. Впереди яркими огнями светился праздный пирс Санта-Моники, где жизнь била ключом круглые сутки. Места на парковке пришлось ждать минут двадцать. Кристина не смотрела на Брайана, хотя ощущала на себе его пытливый взгляд. Они оба постукивали пальцами в такт музыке, на припеве он даже начал подпевать: “За каждым твоим вздохом, каждым твоим движением, разбитыми тобою узами, каждым твоим шагом я буду за тобой наблюдать…” Наконец, на стоянке освободилось место. Кристина резво выскочила из машины и поёжилась от неприятного холодного ветра. Океан штормил, волны шумно разбивались о берег, заглушая шум и громкую музыку на пирсе. Брайану пришлось дважды окликнуть девушку, пока она не повернулась к нему в молчаливом вопросе. – Ты так замёрзнешь, – сказал он и был прав. Короткий топ не располагал к вечерним вылазкам на пляж. – Надень мою куртку. – Всё в порядке. – В тебе говорит глупость или ослиное упрямство? Надевай и не спорь, пожалуйста. Не хочу нести ответственность за простуженную поп-принцессу. – Я тебя ни о чём не просила! Брайан покачал головой и, обошёл девушку сзади, накидывая ей на плечи куртку, которая теперь отчётливо присвоила запах Кристины. – Пойдём, в Санта-Монике лучшая креветочная во всём городе, – Брайан неожиданно для них обоих взял Кристину за руку. Её ладошка была почти в два раза меньше его, холодные пальцы неохотно обхватили руку. – Название “Бабба-Гамп” тебе ни о чём не скажет, раз уж ты не смотрела “Форреста”, но, к слову, владелец бара открыл его как своеобразную дань культовой картине. – Не думаю, что в такое время в баре будут свободные места. И нам действительно хорошо бы держаться подальше от толпы. – В толпе легче скрыться, – Брайан резко остановился и повернулся, Крис по инерции врезалась ему в грудь, начав терять равновесие. Он придержал её за плечи, снял с собственной головы синюю бейсболку и водрузил её на голову девушки. – Ты более приметная личность, чем я. – Готова поставить десятку, что тебя узнают первым, – Кристина поправила кепку и впервые за вечер улыбнулась. – Но раз уж ты быстро бегаешь, мы рискнём! Мест в баре и в самом деле не было, но идея заказать креветки на вынос понравилась и Кристине, и Брайану. Она была бы не прочь размять ноги и пройтись, так будет проще, чем сидеть друг напротив друга и молчать, как в машине. От салата пришлось отказаться, не есть же его руками, зато они купили по стакану лимонного фреша – божественный коктейль! – Я очень давно не была здесь, – произнесла Кристина, когда они двинулись вдоль пирса к парку аттракционов. Грохот американских горок смешивался с плеском волн; запах океана, попкорна, сладкой ваты и жареных сосисок напоминал Брайану о счастливых мгновениях детства, а Кристине о тоскливых одиноких днях, когда она приходила сюда и мечтала, что когда-нибудь у неё будет подруга, вместе они устроятся в круглой кабинке колеса обозрения и станут кататься так долго, пока их не начнёт тошнить. До сих пор у них с Амандой не было возможности выбраться на пляж, и мечта оставалась лишь мечтой. Наглые чайки бесстрашно прогуливались среди человеческих ног, выискивая, чем бы поживиться. Туристы подкармливали птиц хлебом и тем же попкорном, купленным в полосатой палатке. Кристина бросила половинку креветки, за которую жирные бакланы едва не устроили драку. – Я тоже очень давно не позволял себе вечерние прогулки под звёздами, – не отрываясь от птиц, отозвался Брайан. Стоило ли говорить, что вот так с девушкой он не гулял, пожалуй, с тех пор, как ему исполнилось двадцать. С Лианн они выезжали из города подальше от вездесущих папарацци, однако в последнее время и это потеряло свою прелесть. Группа возвышалась на пике популярности, лейбл на пару с продюсерами выжимали из этого по максимуму. Музыкальный марафон не знал ни начала, ни конца. Пока ребятам позволяли делать качественный продукт, самим участвовать в творческом процессе, глобальных конфликтов не возникало, хотя всем было ясно, что им необходим перерыв. Алекса всё чаще заставали с бутылкой водки, он стал очень много пить и баловаться наркотиками. Ник также ступил на шаткую дорожку, но пока держался у тонкой грани. Брайана начинала одолевать тотальная усталость, не проходило и дня, чтобы сердце не давало о себе знать. Оно всё больше докучало, особенно по ночам, не позволяя забыться даже во сне. Лианн, как и близкие Брайана, настаивала на скорейшей операции, но он с поддачи менеджмента группы оттягивал этот момент. Не признавался даже себе, что до ужаса боится закончить жизнь на операционном столе. Кристина задумчиво наблюдала за медленно вращающимся колесом. Разноцветные огоньки отражались в её бездонных глазах, обрамлённых густыми веерами чёрных длинных ресниц. Впервые за вечер Брайан испытал прилив благодарности к девушке – за то, что она ушла вчера в его куртке, за то, что позвонила, за то, что оказалась беспечным водителем и посадила в машине аккумулятор. И, наверное, за то, что в её доме нет еды, и Брайан мог под безобидным предлогом привезти её в это место, нередко напоминавшее ему край света. Кристина была загадкой. Она пряталась в раковине, или, скорее, олицетворяла собой редкий цветок, раскрывавшийся лишь в исключительный вечер, возможно, такой, как этот. Она была красива, даже слишком – от неё перехватывало дыхание, чувственные губы манили, взгляд околдовывал, а плавные движение напоминали дикую кошку во время охоты. Именно от таких девушек следовало держаться подальше, потому удобно причислять её к ряду избалованных див эстрады, хотя надо быть полным идиотом, чтобы не понять – Кристина другая. Несколько раз за вечер она дала выход своему бурному темпераменту, должно быть, сложно скрывать внутри себя настоящую бурю. Брайан неосознанно дразнил её, наслаждаясь искренней реакцией среди лживых слов и жестов. В гневе люди, обычно, демонстрируют своё истинное лицо, и Кристина показалась ему на удивление чуткой, ранимой и при этом безжалостной. В восемнадцать лет она была совершенно самостоятельной и даже слишком взрослой в некоторых вопросах, пока в чём-то застряла на уровне четырнадцатилетнего подростка. Она не ждала, что кто-то решит её проблемы, так резко отказывалась от любого проявления заботы и вежливости, будто боялась, что её посчитают глупой маленькой девочкой. “Сама!” – кричит несмышлёный двухлетний ребёнок, отбирая у матери ложку и пытаясь самостоятельно накормить себя. Но в итоге заляпанным оказывается стол, одежда, волосы, детский стульчик, а результат не достигнут. Кристина напоминала такую милую забавную малышку с напускной серьёзностью. Наверное, это и подкупило Брайана. Действительно, он мог бы отвезти её домой и пойти развеяться в одиночестве, ведь в своём обществе он никогда не скучал. Вопреки голосу рассудка он чуть ли не силой потащил девушку в Санта-Монику, купил свёрток дешёвых креветок, мысленно радуясь, что она не потребовала принести их на фарфоровом блюде с золотой каймой. Пока о своём решении не приходилось жалеть, хотя едва ли их общение можно назвать содержательным. – Хочешь прокатиться? – предложил он. – На колесе? Нет, что ты, мы же не дети… – Кристина прикусила губу и подняла лицо, не избегая прямого взгляда. – Брайан, если честно, я очень-очень хочу! Он против воли засмеялся, снова беря её за руку, и повёл за собой. Лицо девушки осветилось возбуждённым ожиданием маленького чуда, и Брайан ненадолго ощутил себя джином из лампы, исполнившим заветное желание. Это было приятное чувство, редко удавалось угодить человеку, не отдав при этом и десяти долларов. Сам он предпочёл бы остаться внизу, с детства боялся высоты, но оживление Крис оказалось заразительным. Колесо медленно поднимало кабинку выше, здесь порывы ветра были особенно сильными, и девушка придерживала рукой бейсболку, чтобы её не унесло прочь. Брайан заметил, что Кристина мелко дрожит от холода. Ему и самому было не жарко, но разве это заставило его придвинуться ближе и осторожно обнять её за плечи? Она не возражала, только притихла, жадно глядя вниз. – Дух захватывает, – Кристину переполняли эмоции. В носу неприятно защипало, и на глаза навернулись слёзы. Она часто заморгала, избавляясь от компрометирующих её ранимую натуру следов. – Действительно захватывает, – хрипловато согласился Брайан, но смотрел он только на девушку. Крис почувствовала это и повернулась к нему. – Внизу вид лучше. – Готов поспорить. Кристина ошеломлённо замолчала. Ей казалось, что сердце вот-вот выпрыгнет из груди и поселится где-то на дне океана, чтобы беспечная хозяйка больше не заставляла его работать на износ. Они оба не были готовы к обуревавшим Крис чувствам, девушка вцепила одеревенелыми пальцами в перила, но не могла оторвать взгляд от лица Брайана. Сейчас в нём было столько нового! – Я боюсь высоты, – признался он, когда молчать больше было нельзя. Ещё секунда, и он бы впился в эти манящие сладкие губы, нечеловеческим усилием воли остановив собственный порыв. – Почему ты сразу не сказал? – Не хотел портить тебе развлечение. – Снова ты выставляешь меня капризной эгоистичной девчонкой, – посетовала Кристина, ощущая, как его рука чуть ближе прижимает её к горячему мужскому телу. – На этот раз у меня и в мыслях не было. Но хорошо бы ограничиться только одним кругом. И Кристине, и Брайану было жаль разбивать магию, возникшую между ними на высоте в сто тридцать футов. Оба снова ощутили под ногами твёрдую почву, и это отрезвило голову. Крис неохотно взглянула на часы. Утренние тренировки никто не отменял, и если она проснётся с синяками под глазами, Алана будет исключительно недовольна. Брайана же ждал второй съёмочный день и… Лианн. До Беверли-Хиллз они добрались в течение получаса. Машина притормозила у массивных кованых ворот, за которыми виднелся обширный тропический сад. Сам дом выглядывал лишь неприметным каменным кусочком, надёжно прятавшись за густой листвой. – Ты уверена, что это твой дом? – Да, почему ты спрашиваешь? – Не вижу огромного биллборда с изображением принцессы Кристины, – усмехнулся Брайан. Она улыбнулась в ответ, снова не находя нужных слов. Мысли в голове метались и спотыкались, как переполошившийся муравейник во время лесного пожара. Делать какие-либо выводы и анализировать прошедший вечер рано, сначала нужно переспать с новыми для себя ощущениями. Но можно ответить вежливостью. – Спасибо за креветки и аттракцион. – Звони, если захочешь ещё, – неожиданно для себя предложил он. – Не обещаю повторения программы, но… – Наверное, это лишнее, – Кристина выбралась из машины, неуверенно направившись к воротам. Ну, почему она не сказала, что ей понравился вечер? Или не согласилась на его предложение? Может, стоило немного задержаться в салоне, тогда бы он её поцеловал? Или она слишком многого требует?.. – Кристина. – Да? – она в надежде обернулась, встретившись с его загадочной ухмылкой. – Ты снова уходишь в моей куртке. – Ах, да, конечно, – опомнилась она, поспешно снимая “джинсовку” и возвращая её хозяину. – Мне… мне понравился вечер. – Спокойной ночи, Кристина, – улыбнувшись уголками губ, произнёс он. – Спокойной ночи, – мотор машины тихонько заурчал, Крис снова повернулась к воротам, выцепив из сумки связку ключей, когда услышала за спиной его голос: – Мне тоже понравился вечер. Оставив девушку гадать, что бы это могло значить, Брайан скрылся за поворотом.