Личный дневник Эдварда Элрика

      Как обычно, без стука, пинком открыв многострадальную дверь, Стальной ввалился в кабинет полковника и вальяжно растянулся на диване, закинув ноги на кофейный столик. Мустанг поднял лицо от бумаг. Его брови недовольно сошлись у переносицы. — Стальной, убери ноги со стола! — Дернул Рой подбородком и с довольно громким хлопком закрыл папку, которую читал. — И это говорит мне лошадь, которая должна бы стоять в конюшне, а не насиживать геморрой и делать вид, что работает! — Нагло съязвил Эд, но ноги всё же со стола убрал, а то мало ли. — Да что может знать коротышка вроде тебя о такой ответственной работе, как у меня, — не уступал полковник, наблюдая за загорающимся Стальным. Иногда, хотя и очень редко, эмоции Роя становились нестабильными рядом с Эдвардом. Его самоконтроль слабел, и мысли слетали с губ неотшлифованными. Они сталкивались, посылая искры во все стороны. Полковник и не собирался осуждать Стального. Он знал, что сам был недостаточно праведным или сильным, чтобы обладать таким правом. Но рядом с Эдом он колебался. — Ты кого это тут супер-пупер мелким назвал, что даже в микроскоп не разглядеть, а, конь?! — начал возмущаться Элрик, вскочив с дивана от неведанного порыва. — Отчёт принёс, я спрашиваю? — вкрадчивым и спокойным голосом спросил Рой. Эд немного притих, переминаясь с ноги на ногу. — Ну? — теряя терпение, не выдержал Мустанг. Тёмные глаза сузились, внимательно изучая с ног до головы Стального. Сегодня было довольно жарко, поэтому красного, раздражающего глаза, плаща не было, что не могло не радовать полковника.       Если он сейчас испортит свой ответ, это вызовет еще большее раздражение у полковника. Но Эдвард обнаружил, что его язык потяжелел и не желал шевелиться. — Полковник, я к Вам не поэтому, — замялся он, почесав затылок. — Нам с Алом нужно кое-куда отправиться! — А вы как посмотрю не сдаетесь. Разве перед прошлой поездкой ты не говорил, что она оправдает себя? Но у тебя опять ничего не вышло. Стоит ли пытаться вновь? — Скептически произнес полковник, по привычке сцепляя длинные пальцы в замок. — Но, полковник!.. — насупившись, Эд зло посмотрел на него. Порывшись в сумке, он кинул ему на стол помятый отчёт. Слова Элрика стали резкими. — Мы из кожи вон лезем с Алом, чтобы вернуть свои тела, а ты даже не пытаешься помочь! Мне плевать на твоё разрешение, завтра уже меня тут не будет!       С этими словами Эдвард ушел. Рой остался один. Что-то ему подсказывало, что он ещё вернётся. И это что-то лежало внутри толстенного отчёта. Посмотрев на темную корочку какого-то блокнота, он начал листать его. «Дорогой дневник, Ал заставил меня завести тебя, дабы… хм, уметь излагать свои мысли правильно. Конечно я не вижу в этом смысла, но кое-что в этом есть.» Так гласила первая страница в блокноте. — Личный дневник Стального, — его губы растянулись в коварной усмешке. — Это что-то новенькое.       «Дневник, я обращаюсь к тебе! Я бы очень хотел, чтобы ты был Тетрадкой Смерти, тогда может быть один конь заткнулся навсегда. Но чёрт, у него сногсшибательный взгляд…». Поперхнувшись воздухом, полковник ещё раз перечитал вторую страницу. Но он даже не представлял, что дальше-хуже.       «Я не писал сюда неделю, так как был занят погоней за Шрамом. Но сегодня приехала Уинри и мне очень влетело… гаечным ключом… по голове. Чертов дневник, ты даже не представляешь как болит! Но знаешь, во время того, когда мне вновь подключали нервы к броне, я слышал его голос. Обожаю его бесить. Хотя, он все равно остается конем.». Такого Рой не ожидал наверняка. Оказывается вот почему его так любит бесить эта креветка.       «Это четвертая запись, я ужасно устал. Альфонс не успокоится, пока не поймет в чем же моя проблема. А проблема в том, что мне нравится эта лошадь. Вот упырь!».       Пролистав дневник, который был исписан ровно на половину, полковник остановился на середине, где было всего две записи.       «Похоже, Ал понял в чём моя проблема. Не знаю даже, плакать или радоваться. Но в одном уверен точно, упрёками это не ограничится. Ну, не знал же я, что он читает этот противный дневник!» Так гласила одна запись, которая была сделана неделю назад.       «Надоело! Слишком близко, слишком бесит. Как можно быть такой бесчувственной скотиной, а?! Похоже, придётся признаться, что… Да ну, к чёрту всё!».       Полковник, слегка улыбнувшись, положил компромат в ящик стола и начал отсчитывать секунды, когда же эта мелкая фасолина опомнится. Но она долго себя ждать не заставила, и поэтому уже через десять минут стояла на пороге вся красная и запыхавшаяся. — Ты же сказал, что не вернешься, — съехидничал Рой. Возмущенный взгляд золотых глаз пронзал насквозь. — Я говорил про завтра, — смущенно произнес он, осматривая диван. И под диваном. Напряжение нарастает. Мустанг достал дневник из ящика, тихо поднялся. И приблизившись к Стальному, прошептал ему на ухо: — Не это ищешь, м? — помахал перед носом у Эда дневником. Тот со страхом на него посмотрел. — Читал? — опустив голову, Элрик сжал кулаки. Краска залила все его лицо. Ведь знал же, что затея с дневником плохая. — Читал, — мягко коснувшись его сухих губ, произнес Рой.