Альфа-самец

- Ты отвратителен, ты знаешь это? Яркие зелёные глаза с ненавистью и страстью ощупывают взглядом обнажённое тело стоящего рядом с ним мужчины. Таков был уговор. Таков исход их неудачного (во всяком случае, для Эклза) спора. Кто же знал, что Миша выберет именно это? Брюнет молчит, неспешно подходя к Дженсену. Даже не ухмыляется, проводя большим пальцем по нижней губе, оттягивает и резко отпускает, засовывая пальцы на две фаланги внутрь горячего рта. Зеленоглазый чувствует солоновато-сладкий привкус, но не даёт себе думать, откуда он взялся на указательном и среднем пальцах мужчины. Его задача - не сопротивляться. Сдержать своё слово - дело чести. Миша вынимает мокрые, блестящие от слюны и собственной смазки пальцы и с силой проводит по стоящему члену, сжимая и массируя. Его взгляд тяжёлый, полный похоти и тягучего желания обладать, подчинить, присвоить. Он приставляет головку ко рту и легонько шлепает по губам, будто наказывая за заданный ранее вопрос. Густая капля остаётся на нижней губе, и он размазывает ее, с нажимом проводя головкой и заставляя Дженсена открыть рот чуть больше. Иногда Эклзу кажется, что все происходящее на площадке - сплошная игра, и его роль - проигрывать и исполнять желания победителя. Миша, будто из ниоткуда, достаёт небольшой пульт с кнопкой и, поднося её к лицу любовника, нажимает. Дженсен воет, чувствуя нарастающую вибрацию в заднице и проталкивающийся по самое горло возбуждённый орган. - Соси, - коротко приказывает брюнет, оттягивая рукой волосы на его макушке, а второй все сильнее надавливая на кнопку. Дженсен чувствует пульсацию во все своём теле - разрывающий задницу вибратор, собственное сердце и огромный, трахающий его в рот член Коллинза. И ему, чёрт возьми, это нравится. - Ты весь течешь, - замечает Миша, опуская взгляд на зажатый в кружевных трусиках член с набухшей алой головкой, на основании которого закреплено кольцо. - Сучка. Дженсен лишь усерднее всасывает в себя его орган, втягивая щеки и постанывая из-за собственной неудовлетворенности. Скорее бы все это закончилось. Взгляд мужчины обжигает его и так разгоряченное, пылающее тело, вызывая дрожь. Эклз проклинает себя за это, но его член заинтересованно дергается каждый раз, когда Миша гортанно стонет и вбивается в его рот ещё больше, глубже и жестче. Его губы опухли, а горло саднит - он никогда не мог привыкнуть к размеру Коллинза. Толкнувшись последний раз, Миша изливается в его горло, вынимая член и успевая оставить на лице парочку белесых капель. Это грязно, отвратительно, липко, но Дженсен не смеет протянуть руку и убрать их с кожи, покорно и чуть жестковато глядя на пытающегося отдышаться Мишу. - Встань, - хриплый голос сводит с ума, заставляет забыть о собственном возбуждении и покорно подняться с ноющих колен. Эта игра продолжается с самого утра, как раз тогда, когда Миша узнал результаты. Коллинз садится в кресло, широко разводя ноги и лаская вновь твердеющий член. Дженсен поворачивается к нему спиной. Один взгляд на часы, и он уже знает, какой приказ за этим последует. - Сними с себя это. Медленно, - он подчиняется, изящно выскальзывая из кружевного нижнего белья и одергивает руку, что тянется к собственной каменной эрекции. Когда он наклоняется, вибратор чуть выходит, проезжаясь по всем чувствительным нервным окончаниям, вырывая из его груди полузадушенный стон. - Время пришло. Выкинь эту игрушку. Его дырка распухшая, но все ещё недостаточно растянутая, чтобы принять в себя Мишу - тот выбирает не самый большой размер, чтобы стеночки Эклза всегда плотно его обтягивали. Его сперма медленно вытекает из ануса, оставленная там после утреннего секса - Коллинз даже не дал ему кончить, мгновенно закрепив на члене кольцо и вставив в растраханную дырку фаллоимитатор - "Надень свои узкие джинсы, Дженс. Я хочу, чтобы это было в тебе ровно до десяти часов вечера." - Ты такой извращенец, - выдавливает Эклз. - Думаю, ты можешь выглядеть эротично, даже когда мастурбируешь. Проверим? - игнорируя его замечание, произносит Миша. Дрожащими пальцами Эклз касается своего входа, тут же погружая три из них внутрь, скользя по Мишиной сперме. - Когда я вижу, как из твоей дырки вытекает моя сперма... Ммм... Я очень возбуждаюсь, - палец Миши вдруг вошёл рядом, задавая темп и неспешно трахая Дженсена его собственной рукой. - Достаточно. Мужчину бьёт крупная дрожь, когда под давлением сильной руки на его плечо его принуждают опуститься на холодный пол и широко развести ноги в стороны. - Мне всегда было интересно, - за его спиной что-то шуршит, но он не утруждает себя поворотом головы. - Сколько их может в тебе поместиться? Миша кладет наполовину пустой пакет у него перед носом, и Дженсен замутненным взглядом успевает разглядеть лишь что-то блестящее и гладкое, прежде чем в него скользит нечто прохладное и округлое. - Миша! - пораженно выдыхает он, понимая, что это просто стеклянные шарики, что обычно используют для украшения чего-либо. - Ты... - Разве тебе не будет приятно, когда ты встанешь, и они начнут выскальзывать из тебя? Это будет так... весело! Он не знает, сколько их у него внутри, но чувства непередаваемые - его внутренний жар быстро нагревает холодные шарики, создавая непередаваемый контраст и заставляя Дженсена стонать в голос с каждой новой стекляшкой. Должно быть, их уже около пятнадцати, когда Миша удивленно восклицает. - Они все ещё продолжают входить... Какой же ты ненасытный, Дженни! Его рывком поднимают на ноги, и Эклз понимает, о чем говорит Коллинз - из-за гравитации шарики падают вниз из растянутого отверстия, по пути успевая пройтись по, кажется, каждому квадратному миллиметру. Стекающую по бедрам смазку вперемешку со спермой Миша зачерпывает пальцем и заталкивает обратно, убеждаясь, что теперь Дженсен пуст. - Ты готов принять меня, Дженни? - абсолютно ненужный вопрос, Эклз и так уже еле соображает, в который раз за вечер содрогаясь и видя перед глазами белые вспышки, но так и не получая желанной разрядки. Миша укладывает его на кровать, задирая ноги Дженсена к себе на плечи, почти складывая его пополам. Он снимает колечко с его члена, щелкая по алой головке и с легким нажимом проводя до основания. - Ты сможешь не прикасаться к себе, Дженни? Сможешь кончить только от моего члена? - он толкается в его все ещё недостаточно растянутую дырочку. - Д-да, - выстанывает Эклз, напрягая разом все мышцы и тяжело дыша. Из его груди вырывается громкий вопль, когда Коллинз разом входит на всю длину, придерживая его за бедра. Дженсен сжимается до невозможности, привыкая к болезненной наполненности. Каждый раз - как первый. - Боже, какой ты узкий, - томно выдыхает мужчина, проезжаясь головкой по простате. Дженсен выгибается, громко выкрикивая имя Миши. - Как всегда. Эклз уже ничего не соображает, вцепившись в простыню и подкидывая бедра навстречу адской смеси боли и удовольствия. Взгляд находит размытый силуэт между его ног, блестящая от пота смуглая кожа, сильное, мускулистое тело, изящные пальцы, сильно сжимающие его бедра, тонкую шею, вздернутый вверх в экстазе подбородок, подернутые пеленой возбуждения глаза, жадно разглядывающие Дженсена из-под почти опущенных век. - Миша... - тихо шепчет Дженсен, обильно изливаясь себе на живот и пачкая своей спермой простыню, сжимаясь и вздрагивая всем телом, извиваясь в оргазменной судороге. - Дженни, - усмехается Миша, прежде чем зажмуриться и с гортанным стоном кончить, падая на кровать рядом с лежащим на боку мужчиной. Тот не издает ни звука, когда Миша вставляет два пальца ему в анус, делая ножницы и раздвигая пульсирующие стеночки. - Ну, и кто из нас альфа-самец? - пошло ухмыляется он, растягивая каждый слог и натирая простату. Дженсен всхлипывает, поддаваясь бедрами назад. - Ты... о Боже, Миша,... Ты, ты, только перестань так делать... - Нет уж. Мы поспорили. Я говорил, что фанаты выберут тебя, как альфа-самца. Проиграл - отрабатывай, - он заставил Эклза перевернуться и оседлать его бедра.