Breath

При прочтении слушайте Greg Haines – 183 Times.

      Закрываю за собой дверь ритмики и с облегчением прохожу вглубь класса. Дверь не спасает от сумасшедшей, громкой музыки, но хотя бы немного приглушает. Поверьте, мне и этого достаточно. Не включаю свет и стараюсь полностью раствориться, слиться с каждой частичкой этой комнаты.       Идея пойти на эту школьную вечеринку была паршивой, пора честно в этом признаться. Я чувствую себя ужасно. Ни гремящая музыка, от которой, кажется, скоро взорвутся колонки, ни суетящиеся люди не отвлекают. Меня даже раздражает моё красное платье и идиотские туфли на высоких каблуках, которыми я так гордилась весь прошлый месяц. Я весь вечер наблюдаю за человеком, за которым никогда и ни за что не должна наблюдать. Меня мало интересовал Финн, обнимающийся с Куинн – я старалась вовсе на них не смотреть, ибо это причиняет нестерпимую, жгучую боль. Воспоминания о тех теплых словах, которые он говорил мне, кажутся выдуманными и совсем нереальными, когда смотришь на их счастливые и такие влюбленные лица... Но не в этом беда.       Мне кажется, я схожу с ума. Весь вечер я хотела поцеловать Блейна. Смешно? Совсем не смешно. Это как наваждение. Я смотрела на них с Куртом, я ловила их движения, я видела, как они смеялись. И с каждым новым взглядом Блейна на меня я... была не я. Я пыталась избегать его, пряталась среди девочек и, скрестив пальцы, лишь ждала момента поскорее сбежать отсюда, чтобы, проснувшись завтра утром, забыть о сегодняшних причудах, как о страшном сне. Но, когда Курт отошел всего на минуту, Блейн пригласил меня танцевать.       Он говорил о чем-то бессмысленном, смеялся, кружил меня, а я только старалась найти в себе силы не прижаться к нему. По-моему, моя улыбка выглядела неубедительной, потому что вскоре он перестал пытаться переключить меня. Теперь наш танец стал больше походить на медленное покачивание. Мы выбились из ритма, я даже, похоже, наступила на чью-то ногу, но мне было всё равно. Я просто смотрела в его медовые, тёплые глаза, окруженные ореолом длинных ресниц.       Как только пришел Курт, я убежала. И вот теперь я здесь.       Стягиваю туфли и с наслаждением бросаю их в самый дальний угол комнаты. Мне нужно только пережить этот вечер, а завтра всё будет как прежде. Я не сомневаюсь в этом. Прислоняюсь лбом к зеркалам, опираясь на станок, чувствуя, как блаженная прохлада окутывает ладони и лицо. Вдох-выдох, вдох-выдох. Раскрываю глаза и вглядываюсь в своё отражение: алый румянец на щеках, горящие глаза, шоколадные локоны, спадающие на плечи... В любой другой ситуации я бы казалась себе необычайно обворожительной, но сейчас мне лишь хотелось поскорее смыть с себя макияж, снять платье, расчесать волосы и быть обычной Рейчел Берри, которая в очередной раз упустила Финна.       Снова закрываю глаза. Вдох - выдох. Вдох - выдох.       Я слышу, как скрипит дверь, слышу чьи-то тихие, осторожные шаги, но даже не пытаюсь обернуться. По правде говоря, мне всё равно, кто это, лишь бы поскорее ушли: я чувствую, что скоро расплачусь. Дурацкая эмоциональность.       - Рейчел, - моё имя больше похоже на выдох, чем тихий шепот, но всё равно словно разрезает тишину класса, тот вакуум, в котором я находилась. Чёрт, только не он.       Блейн медленно подходит ко мне, словно боится спугнуть, но я не оборачиваюсь. Все мои попытки привести дыхание в норму не увенчались успехом. Спасибо, Блейн.       Вдох - выдох. Вдох - и парень разворачивает меня к себе. Лунный свет играет в его черных, цвета воронова крыла, волосах, переливается на коже. Он выглядит так волшебно, что у меня перехватывает дыхание. Нет рубашки-поло, нет тонны геля и коротких брюк. Он словно пришел из таинственной сказки, чтобы захватить меня, чтобы пленить и никогда-никогда не отпускать.       - Рейчел, - в голосе слышится хрипотца, и я чувствую, как дрожат мои колени. Слава небесам, сзади меня всё ещё страхует станок. Я не поднимаю глаза на Блейна, понимая, что погибну в этот момент окончательно, и ничто в этой темной, закрытой от всей Вселенной комнате не спасёт меня от самой себя.       Его прохладные пальцы легко приподнимают мой подбородок. Я всё больше чувствую, как к глазам подступают слёзы ярости и беспомощности, как сильно дрожат руки и проклинаю себя за то, что вообще сунулась на этот праздник.       Я сдаюсь. Понимаю, что бесполезно смотреть в облупленный, истёртый пол, бесполезно пытаться пересилить себя и как ни в чём не бывало вернуться к друзьям. Это не просто бесполезно. Это практически невозможно. Робко, медленно поднимаю на него глаза, стараясь оттянуть момент моей капитуляции и полного поражения. Ещё мгновенье - и вот я снова плавлюсь под этим пронзительным, изучающим взглядом из-под опущенных ресниц. Он стоит настолько близко, что я вижу янтарные крапинки в его глазах. От Блейна пахнет утренним июльским солнцем и сосновым лесом, что ещё больше лишает меня рассудка. Кажется, что он весь соткан из солнечного света и тепла, пронизан свежестью бриза и шумом бескрайнего океана. Я любуюсь им.       В глазах уже стоят глупые слёзы. Медленно опускаю веки и позволяю слезам позорно скатиться по щекам, но парень мягко вытирает их у самого края подбородка. Невинный жест заботы заставляет целую стаю мурашек пробежать по всем телу, и я окончательно покоряюсь этому сумасшествию. Мне непонятно, чем руководится Блейн и почему наличие обаятельного, потрясающего парня не отягощает его, но я покоряюсь. Неторопливо поднимаю свинцово-тяжёлую руку и поправляю ему выбившуюся прядь волос. Он выглядит сегодня невероятно.       На губах нет привычной улыбки. В глазах растерянность, непонимание и... дикое желание. Таким я его ещё не видела никогда, клянусь.       За дверями почти неслышно играет музыка. Всё, что было и что будет, кажется теперь таким мелким и второстепенным! Луна бросает блики на его лицо, оставляет причудливые тени на стенах класса. Всё вокруг кажется ненастоящим, будто из параллельного мира. Всё, кроме его необыкновенных глаз, вобравших в себя всю мягкость и милосердие человечества.       Пусть всё катится к чертям. Я буду сожалеть, терзать себя и ненавидеть весь белый свет завтра.       Провожу ледяными пальцами по тёплой, гладко выбритой щеке, еле дотрагиваюсь до точёных губ, касаюсь скул. Его лицо - словно шедевр неизвестного скульптора, который усердно трудился над своей работой, но умер, так и не показав своего творения людям. Блейн ловит мою руку и утыкается носом в ладонь. Лёгкая улыбка трогает его губы, но вмиг исчезает, как только он натыкается на мой взгляд. Такое ощущение, что мурашки пробегают даже в животе.       Между нами - несколько сантиметров, которые кажутся невыносимо огромными, пока Блейн склоняется ко мне и невесомо целует мои веки, скулы... А потом целует меня. Медленно, трепетно, почти неощутимо, словно ветер, ласкающий лицо, пока ты стоишь у бушующего моря.       - Рейчел, - и я зарываюсь пальцами в его густые волосы, оставляя легкие поцелуи на подбородке, шее, ключицах. В воздухе опьяняющие запахи солнца и леса, его дурманящие губы и сумасшедшее, необъяснимое счастье, которое не отберёт ничто, пока мы в этой темной, закрытой от всей Вселенной, комнате.