Суицидальное счастье.

Ты помнишь свою смерть? Я не помню. На самом деле. Просто не было такого дня, что б я так ярко выражено осознал, что умер. М... Это было в 2007. Где-то между октябрем и ноябрем. Обидно, если бы я помнил день своей смерти, было бы за что выпить раз в год. — Доброе утро, милый, — Веард счастливо улыбался. — С днем рождения! М? А ну да, девятнадцатое февраля, мой день рождения. Я собрался с мыслями и улыбнулся ему в ответ. — Спасибо. — Это тебе! — он протянул мне цветную коробочку, к ней даже бантик был примотан. Надо же, как старался, мелочь, а приятно. Я вгляделся в надпись на коробке. Круто! Плеер! — Я тебя обожаю! Как ты узнал? — я кинулся на Веарда и повалил его на кровать. — Потому что дома ты от магнитофона вообще не отходишь, вот я и подумал, что ты будешь рад, — его лицо светилось радостью, он явно был доволен собой. — Так мило, — это было одно из лучших начал дня за всю мою жизнь. — Поздравляю, ты теперь официально можешь покупать водку, — вообще этот факт не сильно менял мою жизнь. — Двадцать один год, это тебе не хухры мухры. — Дурацкое выражение! И кстати, кто бы тут про водку говорил, тебе даже сигареты без паспорта не продают. — Это потому что я так молодо выгляжу в свои девятнадцать, — он провел рукой по волосам, как в рекламе шампуня. — Это намек на то, что я старо выгляжу? Веард подленько захихикал. — Ах ты, вредная малявка! — засмеялся я. — Удушу тебя подушкой! — Ребята звонили, предлагают потусить тут в честь твоего праздника, — он выжидающе смотрел на меня. — У Грега есть кусочек, а Клер обещала принести бухла. Опять они всё решили за меня. Ну, в принципе, так даже проще. — Ок. Я только за. Сегодня суббота, значит завтра можно поспать подольше. На работе мне дали отгул, в честь дня рождения. — Пойдем в магазин? Надо купить, что-нибудь пожевать, — Веард протянул мне мою куртку. — Подожди, — я подошел к компу и щелкнул несколько клавиш. — Пусть музыка скидывается. Должен отметить, что компьютер – единственная дорогая вещь в нашей квартире. Мы копили на него около полугода, откладывая почти всю зарплату. Я направился к входной двери. Не так уж и плохо всё выглядит, если не считать ободранных обоев и гвоздей в стене, вместо вешалки. Мои ботинки стояли в уголке, как всегда идеально отполированные. Вот что-что, а ходить в грязных ботинках я не могу! Даже не знаю, почему так вышло, в детстве меня никогда не ругали за то, что я пачкался. Хлоп! Мне в спину ударился снежок. Жизнерадостный Веард уже заготавливал новый снаряд. Иногда он ведет себя так по-детски, что я начинаю чувствовать себя педофилом. — Ты ведешь себя как твои подопечные! — я старался сделать серьезное лицо, но у меня не получилось сдержать улыбку. Да, я же не сказал: мой "ребенок" работает в детском саду и учится на третьем курсе педагогического института. Умничка моя. А вот у меня за спиной имеется только полиграфический колледж, и то я не знаю, нафига я там четыре года колбасился, если сейчас работаю консультантом в отделе мобильных телефонов. Меня туда Клер устроила по знакомству. Мы дошли до магазина и остановились покурить у входа. Ко мне снова вернулась привычная апатия. — Опять загрустил? — у Веарда было озабоченное лицо. — Нет, радость моя, просто задумался, — я постарался улыбнуться как можно более правдоподобно. Я учусь жить так, чтобы у меня ничего не вызывало эмоции. И у меня действительно неплохо получается. — Пойдем, ребята приедут через 4 часа, а нам надо ещё что-нибудь приготовить! — он потянул меня за собой.