Начало новой жизни

Теплые, насыщенные цвета красочной природы потеряли свой облик. Замок окутала тьма, стараясь как можно лучше спрятать его от солнечных лучей и белого света. Тучи напоминали огромные, бушующие сгустки черного дыма, и при взрывных ударах, холодные капли стремительно пронзали землю. Словно, сталкиваясь лбами, небо приобретало лазоревый отблеск. Казалось, что темные, негодующие волны накроют беззащитных жителей Италии. Все это время Вольтерра стойко и безмятежно стоял на одиноком холме. Молнии, подобно огненным языкам, периодически касались его, обжигая, но не нанося увечья. Сильный, завывающий ветер сметал все на своем пути: крыши лавочных, ветки деревьев, людской быт - с шумом летели вслед за бурей, оставляя за собой ужасающий хаос. Наконец стихия добралась и до замка. Холодный поток ветра ударил по его стенам, но унести с собой или разрушить не смог. Все, что происходило на опустевших улицах, наводило страх и придавало неприятные ощущения. Капли дождя с резким, периодическим звоном били по мокрым окнам и тонкими струйками стекали вниз. Это была их некая мелодия, наводящая свою тишину. Проходя по еле освещенным коридорам, служанка с содроганием в душе прислушивалась к звукам певчей природы. Боясь оглянуться назад, женщина спешила в покои. Замок был настолько окутан тишиной, что даже маленькие каблучки казались тяжелым молотом. Отыскав нужную дверь, она немедля постучала. - Войди! – послышался хриплый голос. Как только служанка дернула за ручку, по ее лицу пробежало прохладное дуновенье. Съежившись от холода, который мгновенно пробежал по ее телу, женщина терпеливо вошла в комнату. Пару минут назад, передвигаясь по одинокому замку, служанка думала только о том, как скорее бы оказаться возле своей хозяйки, которая до сих пор милосердна к ней. Бродить одной в клане, кишащем вампирами, опасно, особенно если ты человек, не представляющий никакой значимости для них, разве что пищи. Оказавшись внутри темной, до дрожи холодной комнаты, служанка не видела ничего, что ее окружало. Стояла страшная тишина, давящая на слух. - Поторопись, нужно все убрать до прихода повелителя! – недовольный голос Афинодоры рассеял темноту и заставил содрогнуться каждую клеточку человеческого тела. Вспышки молнии моментально осветили помещение, и только на секунду служанка смогла рассмотреть знакомую фигуру. Пытаясь совладать со своим собственным страхом, женщина двинулась вперед. Словно напуганное дитя, до ужаса боящееся темноты, она быстрым шагом сократила расстояние к своей хозяйке. Остановившись возле стройного высокого силуэта, ее взгляд упал на туфли с острым каблуком. Они были красивы, изящны, но и в них скрывалась какая-то грубость. Сделанные из лучшего кожаного материала, они привлекали утонченностью, ярким блеском камней, но какой ценой эта вещь оказалась на тонких ножках хозяйки? Сколько крови было пролито, сколько жестокости видела эта ценность, что сама приобрела грубое очертание? - Зажги свечи и прибери здесь, – не отрывая взгляда от окна, тихо произнесла хозяйка. Не смея медлить и вдаваться в подробности неузнаваемого настроения девушки, служанка принялась за работу. Всматриваясь в темноту, она заметила на стене маленькие полочки, на которых стояли давно потухшие свечи с застывшим воском. Держа двумя пальцами лучинку, служанка аккуратно встала на табурет, и как только дотянулась до блюдца, со стороны кровати послышался кашель. Дернувшись от испуга, женщина выронила свечу, а блюдце, ударившись об пол, с острым шумом раскололось на мелкие осколки. - Ну, что там еще? – с досадой выпалила Афинодора, на этот раз повернувшись лицом к женщине. Девушка явно нервничала, и, снова услышав периодический кашель, резким рывком открыла окно. Всматриваясь в даль улиц, она с наслаждением вдохнула свежий воздух. Прибравшись в покоях и осветив комнату, служанка была готова удалиться, но, увидев возле кровати бутылку с разбитым горлышком, поспешила качественно закончить работу. Наклонившись к полу, ее рука, в которой она держала маленький светильник, повела в сторону кровати и осветила чье-то лицо. Осторожно ухватив кончиками пальцев за бутылку, женщина принялась искать свой мешок, но как только ее взгляд упал в сторону света, служанка увидела девушку. От неожиданности женщина вскрикнула и отскочила назад. Случайно выронив светильник, она закрыла лицо руками. Дрожа от страха, служанка ждала гневную реплику своей хозяйки, так как в очередной раз разбила вещь и тем самым разбудила незнакомую особу. На удивление, в покоях стояла та же тишина, а девушка даже не приоткрыла глаз, как будто ничего и не произошло. Пухлые пальцы медленно сползли по лицу, а большие напуганные глаза тщательно осмотрели комнату. Афинодора стояла на том же месте, как и прежде. Скрестив руки, она неподвижно наблюдала за горизонтом. Голубые глаза пронзительно смотрели вперед, а детские игривые огоньки затухали с каждой секундой. После неожиданного случая с Сульпицией девушка была начеку. Она до сих пор не могла поверить, что кто-то смог провернуть такое за спиной самого повелителя. Был ли это бунт, месть, спровоцированная смерть кого-то из вампиров или что-то еще - необходимо было разобраться. Словно очарованная, служанка продолжала рассматривать незнакомку. Кожа Сульпиции была покрыта неравномерным синеватым оттенком. Сухие губы, которые вечно прикусывала и сладостно облизывала особа, имели неестественный темно-бурый цвет. Девушка была больна и ослабла. Не прошло и секунды, как хриплый кашель снова застал врасплох. Выгибаясь от боли, Сульпиция одним рывком скинула с себя одеяло. Ее глаза приоткрылись. С небывалой грустью она смотрела на освещенный желтизной потолок, на котором играючи пылали языки свечей. Женщине на секунду показалось, что из больших зеленых глаз робко сверкнула маленькая слезинка и, словно боясь показать слабость своей хрупкой хозяйки, в спешке скрылась в густых агатовых прядях. Слегка поморщив нос, дрожащие реснички сомкнулись. - Он идет… – прошептала Афинодора. Ее большие голубые глаза темнели, а частое дыхание становилось все слышней. Теперь и служанка отчетливо слышала приближающиеся шаги. Женщина не успела моргнуть, как перед ней появилась высокая черная фигура. Это был мужчина. Через считанные секунды он уже сидел рядом с ней, ласково держа за руку. Он аккуратно коснулся фалангами холодной щеки Сульпиции. В его глазах пробежало сочувствие, затем - вина перед ней, и, наконец, Ярость озарила его взор. Тело господина напряглось, а его ладонь сжалась, казалось, он уничтожит всех, не давая ни малейшей пощады. Приподнявшись с кровати, он медленно повернулся к Афинодоре. Она видела, как он анализирует ситуацию, и то, что творится внутри него, переворачивается и горит адским пламенем. - Афинодора, луч света наших темных дней, - медленно двинулся вперед Аро. Расстояние между ними сузилось, и девушка с ужасом наблюдала, как его глаза пылают огненным чистилищем. -Я не имею и малейшего понятия, как могло такое произойти… - виновато прошептала она. Он грубо схватил ее за подбородок и резким рывком прижался губами к ее уху. – Ты знаешь, чего мне стоило привезти ее сюда? - От дикого испуга Афинодора обмякла в его руках. -Тебе повезло, что Кай - мой брат. Я уважаю его и тех, – сильнее сжал ее плечо, – кого он любит. Мимолетная пауза казалась девушке вечностью. Отстранившись, Аро продолжил: - Ты не выполнила элементарной просьбы, - разочарованно вздохнул господин. - Ах, да! Кай знает, чем занимается любимая супруга в его отсутствие? – угрожающе улыбнулся повелитель. – Я все еще храню твои секреты… Его взгляд не переставая давил на нее, от чего несокрушимая крепость девушки потихоньку рушилась. - Пожалуйста… - тихо прозвучал умоляющий голос. Но повелителю уже наскучило общение с ней. Мольба, слезы, душераздирающие вопли больше не возбуждали его, наоборот, такое поведение удручало и приводило к желанию быстрой и беспощадной смерти. Мелодичное биение сердца с головой поглотило повелителя. На секунду и Афинодора прислушалась к громкому импульсивному стуку. Они совсем забыли о тихом, как мышка, свидетеле. К сожалению, добыча была обнаружена и поймана. - Она сейчас уходит… - девушка поспешила предотвратить его кровожадные планы. - Нет. Она останется. – монотонный голос тяжело и жутко осел в комнате. Напуганная служанка поняла, что именно сейчас, именно в эту секунду прозвучал смертный приговор. Одним рывком он сократил дистанцию и прокусил ее шею. Бедную женщину охватили судороги. Она пыталась вырваться, но руки мужчины были сильны. Внезапно с кровати слетело одеяло. Сульпиция преодолела расстояние к своему супругу. Она была не настолько сильна, чтобы предотвратить намерения Аро, но и не настолько бессердечна (правда ли?), чтобы остаться в стороне. После сильного отравления Сульпиция ослабла и моментально потеряла равновесие. Афинодора бросилась в ее сторону и сильным толчком откинула на кровать. От нелегкого удара девушка сжалась от боли. - Прости…– прошептал невероятной силы белокурый воитель. Тяжело дыша, Сульпиция приподняла голову и увидела, как Аро хищно сжал каменными руками шею несчастной. Кожа неизвестной женщины постепенно слилась с руками господина. Ее застывшие от ужаса глаза, смотрели куда-то вверх, и на последнем стоне она тяжело выпустила из себя душу. Насладившись сполна, он отпустил ее. Служанка, подобно тяжелому мешку, рухнула к его ногам и застыла навечно. После насыщенной трапезы Аро легко и беззаботно достал белоснежный платок и поднес к губам. Поглощенная болью и страхом, Сульпиция до сих пор не могла понять, находится ли она в реальном мире или же умерла, оказавшись в аду. Ее слабая ладошка аккуратно примкнула к мокрому лбу, но глаза продолжали следить за помутневшим силуэтом мужчины. - Ей нехорошо! - послышался далекий голос Афинодоры. Она была рядом. Взволнованная, придерживала за плечо. Подворачивая рукав, на котором красовались свежие узоры крови, Аро медленно и не спеша направился к ней. На последних секундах сознания девушка увидела, как его рука тянется к ее щеке, и только холодные пальцы коснулись бледной кожи, Сульпицию окутал нездоровый сон. Блуждая в чарах сна - безмятежности и безразличия ко всему – тело Сульпиции расслабленно плыло по течению в неизведанную и таинственную даль. Ни боли, ни страха, ни сил. Внезапно девушка ощутила ласковое прикосновение ветра. Он принес запах старых, но пропитанных активной жизнью улиц. Звонкое пение птиц нежно ласкало слух. Глубокий вдох полной грудью. Мир стал ярче, красочнее и прекраснее. Теперь она видит глубже: людской гул и повседневный шум, запах спелых фруктов, пускающих сок, и мокрых лепестков роз, смех девушки и робкий разговор. От разнообразия красок природы приподнимается грудь и дрожат ресницы в ожидании увидеть все таким, как проиграли фантазия, слух и обоняние. Распахнув черные крылья, кроваво-изумрудное сияние глаз озарило комнату. Чужие покои были спокойны и пусты. Прохладный ветерок приподнимал кружевные гардины и открывал вид на цветущий яблочный сад. Золотистый луч солнца медленно пробрался к письменному столу, на котором изредка бушевали листы бумаги и гусиное перо. На стене висела небольшая библейская картина с позолоченной рамой. На ней были изображены праведники и жалкие грешники, падающие в небесный океан. Из белых пушистых облаков выглядывали маленькие пухлые ангелы с крыльями, в два раза меньше их самих, и наблюдали за жизнью на земле. Осматривая комнату, Сульпиция заметила, что картин довольно много, и еще парочка убрана за маленький шкафчик. Все они носят определенно свою историю и немало могли бы рассказать о своем обладателе. Девушка подумала о том, какие картины украшали бы ее комнату: щедрые художники, не жалея ярких и сочных красок, оживляли кистью пейзажи - густые сады, большие бутоны цветов, аккуратно подрезанные и убранные в хрустальную вазу, теплые вечера и семейный уют. Сульпиция стянула с себя тонкое одеяло и сладко потянулась. Ее руки и грудь моментально окунулись в лучи утреннего солнца. Девушка засияла легкостью, светом и душевным теплом. Приподнявшись с кровати, она продолжала любопытно осматривать тихие, светлые и клонящие в сон покои. Казалось, будто именно здесь собираются ангелы и все небесные существа. Сульпиция бы и дальше продолжала наслаждаться загадочной атмосферой, но ее внимание отвлек мужской пиджак. Красуясь своим изящным кремовым оттенком и модным подворотом на запястье, он аккуратно висел на спинке кресла в ожидании хозяина. Возле шкафчика со стеклянными дверцами, из которых были видны всевозможные колбы, склянки и ступки, висел белый халат, от которого сразу же повеяло бинтами и стерильными инструментами. Любопытство усиливалось с каждой секундой, как и шаги, доносившиеся за дверью. Дверь тихо приоткрылась. Теперь девушка не одна. Спиной она чувствовала сильную и, в то же время, легкую энергетику мужчины. Сульпиция обострила слух, пытаясь предугадать его дальнейшие действия. -Доброе утро, – мелодичный голос прозвучал тепло и приветливо Не смея препятствовать желанию увидеть того самого обладателя библейских картин и кремового пиджака, она уверенно оглянулась и сразу же встретилась с лучезарными голубыми глазами. Это был океан, который поглощал своей свежестью и чистым блеском. В одно мгновение все поменялось. Глаза заблестели золотистым оттенком. Он вампир. Белокурые волосы золотистыми волнами переливались в косых лучах солнца. Он был одет в шелковую блузу молочного цвета и приятного кофейного оттенка брюки. Девушка опустила взгляд и смущенно заметила, что верхние пуговицы были не застегнуты. - Прошу прощения, я без стука. Девушка продолжала холодно держать дистанцию. - Позвольте мне представиться, - продолжая согревать улыбкой, мужчина закрыл дверь и приблизился к Сульпиции. – Карлайл Каленн, зовите просто – Карлайл. - Приятно познакомиться, - подала руку девушка – Сульпиция Бар.. – запнувшись на самом простом приветствии, она окунулась в воспоминания, которые мимолетно отрезвили ее разум. А ведь и правда, кто она и кем стала? Столько событий произошло за довольно короткий срок. Аро… где он? - Морщилась Сульпиция, позабыв о незнакомце с доверительной улыбкой. Что произошло тогда в комнате? – Разум крутил разные картинки одну за другой. Его холодные касания и малиновый перелив глаз… - Все хорошо? - От Карлайла не утаилась интимная пауза. Он аккуратно коснулся ее локтя, отчего она быстро пришла в себя. - Д-да, просто Сульпиция …. Карлайл направился к маленькой тумбочке. Открыв ее, он достал напудренные резиновые перчатки, а затем снова взглянул на девушку. - Вы самая обсуждаемая и интригующая фигура. Кто Вы и откуда – интересует, пожалуй, каждого. Будьте начеку… Сульпиции была уверена, что за дружеским наставлением, скрывалось предупреждение об опасности. - А кто же Вы? - Милый взгляд коснулся его лица и просил говорить только правду. - Я простой лекарь. Пожалуйста, присядьте. Сульпиция послушно подошла к кровати и, присев, запрокинула голову. Неожиданно сильные руки коснулись пухленьких девичьих щек. Опустив глаза, девушка почувствовала, как робеет и заливается розовой краской. -Взгляните на меня, – продолжал осмотр Карлайл. Длинные ресницы неохотно раскрылись, и, преодолевая застенчивость, смотрели на него. В глазах мужчины мелькнула профессиональная заинтересованность и что-то еще. - Вы очень слабы и слишком бледны, даже для вампира. Снимая перчатки, он продолжил: - У меня есть лекарство, которое моментально приведет Вас в чувство. Сделав паузу, мужчина будто хотел навести ее на то, чего она сама хочет в данный момент. - Вы о человеческой крови? Только от одной мысли девушка готова была побледнеть еще сильнее. Мужчина достал небольшой мешочек со стеклянным сосудом, от которого повеяло кровью. Было не противно. Мучал голод, от которого сводили живот и зубы. - Благодарю Вас, - улыбнулась Сульпиция, сдерживая пробудившегося зверя. - Вы единственный, кто не предлагает расправиться с человеком, чтобы достичь настоящего чувства насыщения. Боюсь, сейчас я бы уже не справилась. - Я слышал, что Вы не сторонник данной трапезы. Решил не подвергать Вас неприятной процедуре, – дружелюбно подмигнул Карлайл. Сульпиция коснулась губами горлышка сосуда и опрокинула его. Девичьи пальцы сжали бутыль, жадно опустошая ее до дна. После утренней трапезы Карлайл и Сульпиция вышли в зеленый сад. Как только лучи солнца коснулись их бледной кожи, она приобрела серебристый блеск. Игриво шевеля пальцами, Сульпиция подняла руку и с огромным интересом наблюдала за необычайным явлением. Карлайл со стороны присматривался к девушке, и что-то его приятно цепляло. Удивленный и открытый взгляд, полный невинности и чистоты, напоминал ему ребенка, который впервые увидел что-то необычное. В ее глазах не потухал огонь. В нем бушевали жизнь и любовь. Пытаясь подавить то, что зарождалось и тосковало в глубине его души, он поспешил объяснить, что для вампиров свойственно данное проявление и какая участь ждет несчастного, если об этом прознает человек. - Не переживайте, здесь люди нас не увидят. Огромная территория принадлежит клану. Прогуливаясь в тени пушистых деревьев, девушка наслаждалась прохладой легкого ветра, одурманенная запахами яблок и ванили. Увлеченные беседой, они медленно передвигались по влажной и рыхлой тропинке вглубь яблочного сада. Малознакомый Карлайл пришелся по нраву. Приятный, светлый собеседник. Устремленный, задумчивый взгляд мужчины таил добрый и необычный огонек. Словно они старые друзья легко и непринужденно говорили обо всем на свете. Узнав, откуда пожаловала гостья, Карлайл был приятно удивлен. В Англии у него остались старые друзья, и даже о некоторых из них он охотно рассказал историю. За все время, проведенное с ним, он ни разу не затронул тему клана. Карлайл жил воспоминаниями, но как только тема касалась Вольтури, обходился лишь поверхностными фразами. Посередине маленькой полянки находился глубокий фонтан. В центре него из белого мрамора стояли на носочках небесные ангелы. Они выглядели маленькими детьми, еле прикрывающими себя тонкой материей. Трубя пухлыми губами в дудку, билась струя воды. В этом месте было особенно красиво и сказочно. Птицы перелетали с ветки на ветку и, словно радуясь неожиданным гостям, звонко щебетали. Присев на деревянную скамью, девушка вздохнула и восхищенно оглянулась: - Как же здесь красиво. - Вы правы. Здесь время останавливается. Можно много о чем поразмыслить, – мысли прошлого вихрем закружили его и грозились унести глубоко в сознание. – Или же просто отдохнуть. Улыбка появилась на его лице, говоря о том, что он снова здесь, с Сульпицией. Они встретились взглядом. Он украдкой отметил тонкости ее белого платья, нежными кружевами на груди и запястье, как легкий ветер обдувал и сгонял агатовые пряди с милого лица. Мужчина обернулся и, потянувшись, сорвал цветок розы. - Карлайл, у Вас кровь на пальцах! – обеспокоенная Сульпиция хотела помочь ему, но он опередил ее, зацепив за прядь распустившийся алый бутон. Мимолетная пауза возникла между ними. Смутившись от его прикосновения, Сульпиция вскочила с места и хотела уже что-то растерянно придумать, например, провалиться сквозь землю или убежать куда глаза глядят, как Карлайл произнес: - Афинодора, приветствую тебя! – его золотистые глаза устремились в глубь сада. Взгляд Сульпиции последовал за его. - Кого я вижу!? - знакомый женский голос в секунду разрушил тишину сказочного сада. Вдалеке показался летящий стройный силуэт. Из-за ветра девушка придерживала одной рукой ярко-каралового цвета платье, а другой пряди длинных вьющихся волос. Уже издалека она ослепляла улыбкой и озорными глазами. - Карлайл, какая приятная встреча! – поравнялась с ними Афинодора и подала руку. - Вы как всегда неотразимы, – поприветствовал Карлайл и коснулся губами тыльной стороны руки девушки. - Что ж, не смею вам больше мешать. До скорой встречи. – Тоскливо, но с той же легкой улыбкой обратился он к девушкам, но его глаза прощались с той, которой была подарена колючая и в то же время нежная роза. Афинодора была наблюдательной, но даже она не придала значения необычно заряженной атмосфере. Для нее это было слишком сложно и ….невозможно. Сульпиция лишь продолжала смотреть ему вслед и гадать, что сейчас между ними было. Уходя прочь от нагнетающих мыслей, Карлайл ощутил нарастающее жжение на руке. Каково же было его удивление, когда он завернул рукав и увидел необычные, переплетающиеся между собой царапины. Словно по его руке ползли тонкие колючие змеи. Присмотревшись к одной из них, он обнаружил вонзившийся острый шип. Проскочила догадка: Аро, как настоящий коллекционер, нашел истинно полезный клад. Карлайла радовало только одно: в обиду она себя так просто не даст. - Как ты себя чувствуешь? – Афинодора с интересом наблюдала за девушкой. - Что произошло тогда, в комнате? – пробудившись словно от долгого сна, Сульпиция перевела взгляд от зеленой глубины сада на свою собеседницу. - Что ты хочешь услышать? – небрежно смахнув белокурую прядь, она металась в сомнениях: стоит ли продолжать откровенный разговор или уйти от ответа. Борьба с самой собой была недолгой. Побежденная, Афинодора обреченно вздохнула и хотела продолжить, но Сульпиция начала первой: - К чему ворошить то, что произошло? Верно? - Холодный и абстрагируемый тон девушки наводил лишь на то, что она все обдумала и сделала свои выводы. – Как видишь, есть дела важнее … Возникшая пауза между девушками была прервана легким, забавным смешком Сульпиции. - Мне срочно нужно освежиться и подобрать наряд! Кто, если не ты, сможет помочь мне? - Что ж, - груз тяжких разговоров вмиг улетучился. Афинодора задорно улыбнулась, хоть и заметила просквозившую ложь. Было понятно, что к разговору они вернутся и не раз. Привкушая приятные хлопоты, она хлопнула в ладоши: - И я тебе помогу! Пойдем скорее, заодно обсудим дальнейшие действия. – последнюю фразу она почти прошептала. Проходя по длинным темным коридорам, Сульпицию не отпускало чувство опасности. «Какая же я госпожа? Роль пленницы подходит мне больше», - грустно заметила девушка. Жуткое, мерзкое чувство комом скопилось в груди. -Как же ты свободно ориентируешься в этих зловещих туннелях? – Сульпиция подметила, что если бы хотела запомнить дорогу на случай побега, то сделать это практически невозможно. - Есть у меня одна лазейка… – алые глаза хитро заблестели в темноте. - Настоящая лиса! – улыбнулась Сульпиция, в надежде раскрыть очередной ловкий секрет. Вскоре темная каменная дорога, пропитанная сыростью и обросшая мхом, сменилась черным мрамором. Низкие потолки сменились высокими. Они восхищали, приковывали взгляды своей необычной красотой. На толстой рельефной стене, хранящей свою историю, изображены скульптуры святых. Словно живые, застыли в мертвой тиши. Сквозь маленькие оконца пробивались светлые лучи. Они нежно ложились на рельефы скульптур, пытаясь безнадежно согреть их. Прогуливаясь по замку, девушки услышали голоса мужчин и женщин. Переплетаясь в унисон, характер беседы был непринужденным, но вовлекал всех присутствующих. Подходя ближе к толпе, Афинодора безразлично упорхнула дальше. Среди голосов послышался знакомый смех. Сульпицию будто прошибла молния. Алые глаза, переливаясь с блеском изумруда, проникли в толпу. Бегая от одного к другому, они, как маленькие ключики, волнительно заводили шкатулку там, где стучало когда-то сердце. «Нашла! Нашла!» - трепетало в ее груди. - В чем дело? – мягко отозвалась Афинодора, заботливо касаясь рукой ее напряженной спины. Взгляд белокурой девушки последовал за ее, но ничего необычного для себя она не заметила. Но не для Сульпиции. Высокий стройный силуэт стоял к ней спиной. Оливковый плащ струился до пола, а каштановые волосы аккуратно были убраны в пучок. Тонкие пальцы скользнули к уху, задевая длинную медную серьгу. Стоявшие рядом мужчины заметили их - склонили головы в знак почтения. Другие последовали за ними. - Добрый день, госпожа! –начал один из свиты. – Мы рады видеть Вас в здравии! – продолжил другой. - Благодарю! – ровная, отрешенная улыбка лишь на мгновение появилась на лице Сульпиции. Не отводя взгляда, словно держа невидимой цепью, она боялась потерять ее из виду. Подол платья тихо шелестнул по полу. Медленно, не торопясь, она обернулась. Красный огонь горел в ее глазах. Сверкал, намереваясь испепелить всех присутствующих или только Сульпицию? Взгляд прямой, хищный. В нем не было тепла и человечности. На фарфоровых щеках стерт румянец. Уголки губ поползли вверх, как только они встретились взглядом. Не было в этом невинности, трепета, тепла. Что-то изменилось – заледенело. - Ну здравствуй, моя дорогая! - возвышенно прозвучал ее голос. - Фанесса… – шепот сорвался с ее губ и, как перышко, мягко коснулся всех присутствующих.