Удивительные приключения МинКи в Греции

Кибом брел по лесу, не глядя по сторонам. Видеть ему мешали текущие из глаз слезы. - Я всего лишь пить попросил, а он мне: «Да пошел ты!» И в автобусе: «Весело тебе?» Я просто хотел, чтобы он на меня внимание обратил. А он: «Заткнись! Вынь руку! Достал!» Слезы текли по щекам и капали на узкую тропинку. - Ой! - Кибом споткнулся обо что-то и рыбкой скользнул в траву. - Сука Минхо, - почему-то проговорил он, садясь на землю и потирая ушибленные коленки. - И хорошая сука? - бархатный мужской голос раздался откуда-то сверху. Кибом поднял голову и увидел Джонги, который лыбился ему, облокотившись о ствол могучего дерева. - А то ты сам не знаешь, каким бывает Минхо! - парень удивленно разглядывал хена. Джонг поигрывал накаченными грудными мышцами и жевал травинку. Скользнув глазами по голому торсу друга, Бомми спустился ниже, и с удивлением увидел заросший темной шестью пах, уходящий в козлиные ноги с копытами. Одна нога была выдвинута на тропинку, как раз в том месте, где, по подсчетам парня, и произошло падение. - Я не могу знать всех сук. Это Минхо обидел тебя, милое создание? - Джогхен-а! Выплюнь травку! Похоже, она влияет на твое сознание! - Джонгис. Меня так мама назвала. - Так! Погоди. Наверное, тут какие-то растения, которые отравили меня своим запахом. Мне уже копыта мерещатся. - Эти? - Джонгис два раза цокнул копытом о зарывшийся в траву камень. - Это тоже от мамки досталось. Мы, сатиры, очень к матерям привязаны. - А к отцам? - медленно приходя в себя, зачем-то спросил Кибом. - Да кто ж там разберет, кто в стаде твой отец. - Стадо? А где твое стадо? - парень с испугом закрутил головой, мысленно представляя стадо таких вот Джонгисов с копытами. - Я одиночка. Меня из стада выгнали. - За что? - Бомми облегченно вздохнул - Я имел неосторожность чпокнуть сына нашего вожака. - И что? Ему не понравилось? - Ему-то как раз понравилось. А вот его папаше - нет. - Неужели сынок ему сам проговорился? - Счас! Папик нас застукал у водопада в самом процессе. - Чпоканья? - уточнил парень. - Ага! - сатир мечтательно погладил козлиную шерсть в паху. - Слушай. Я жутко устал и хочу есть и пить, - Кибом попытался отвлечь сатира от радужных воспоминаний. - А что еще хочешь? - глаза Джонгиса сально разглядывали стройное тело блондина. - Домой еще хочу. Вернее, в группу экскурсионную. - А! Я думал, может чего погорячей. Ну, дорогу я тебе покажу… потом, если захочешь, - сатир подмигнул Кибому и жестом пригласил его следовать за собой. Жилище сатира было маленьким и грязным, как и он сам. На деревянном столе, в форме небольшой горы, красовалась немытая посуда. Старая кровать была неубрана, и тряпки, которые, видимо, служили постельным бельем, были непонятно-серого цвета. Больше в комнате мебели не наблюдалось. Джонгис отодвинул рукой гору тарелок на столе, освобождая место, стряхнул на пол крошки, залез под кровать и достал оттуда кусок сыра, завернутый в мокрую тряпицу, и батон хлеба в куске бумаге. - Я сейчас! - проговорил сатир, выкладывая еду на стол, и полез в небольшую дыру в полу, которая, видимо, вела в погреб. - Вот! - с этими словами он поставил на стол большую и грязную бутылку. - Воду мы, сатиры, не пьем, а вот вино - всегда пожалуйста. Он с громким хлопком открыл бутылку, дунул в глиняную чашку и потряс ею в воздухе. Из чашки выполз обиженный жизнью паучок и направился в сторону горы Килиманджаро из грязной посуды. - Попробуй вот, - сатир плеснул красную ароматную жидкость в чашку и протянул Кибому, - давай. Вино из виноградников самого Диониса! Правда, сам-то он сейчас не пьет. Печень стала пошаливать. А раньше мы с ним так отрывались, что… Бомми жевал сухой хлеб с сыром, запивая это все действительно вкусным вином, грустно глядя в грязное окно. Ему снова захотелось плакать. Он не слушал трепа Джонгиса, а думал о Минхо. Ему было интересно: волнуется ли он о нем или все так же сидит на пляже. А может, уже заигрывает с кем-нибудь из экскурсантов? - …я ему вставляю, а он задницей крутит и не дается! Прикинь, сучка какая! Похлеще твоего Минхо! - на этой фразе Кибом очнулся. Сатир лежал на кровати, держа одной рукой кружку с вином, а другой лихо прохаживаясь по паху. В голове у Бомми давно шумело от выпитого, и при виде того, что вылезало из козлиной шести сатира, мысли о Минхо испарились напрочь. - Что? Нравится? - Джонгис нежно поглаживал ровный смуглый член с большой розовой головкой. - А ты не бойся! Подойди поближе, можешь даже потрогать, он не кусается. А еще ему нравится, когда его нежно лижут и сосут, - после этих слов Кибом громко сглотнул, облизал внезапно пересохшие губы и плюхнулся на колени перед сатиром, не отрывая глаз от возбужденного члена. - Козлом пахнет, - принюхался он. - Конечно козлом, у нимф - цветами, у русалок - тиной, у меня вот козлом. По-моему, логично, - направляя член в рот парня, рассуждал Джонгис, - ты не отвлекайся давай! Бомми обожал этот процесс. Иногда ему казалось, что он может заниматься этим постоянно. Несмотря на устоявшиеся отношения с Минхо, он иногда отвлекался на члены ребят из группы, представляя, каковы они на вкус, и мысленно посасывая. Еще он всегда завидовал парням из порнофильмов, которые делали минет сразу нескольким мужчинам. В эти моменты он думал про себя, что у него это получилось бы лучше. Уже через три секунды запах его не отвлекал. Он старательно вылизывал красивую головку члена, не забывая водить рукой по ровному стволу, иногда легонько поигрывая яйцами сатира. - А теперь давай немного поглотаем, - сатир прихватил голову парня и, подбрасывая бедра, начал вгонять член ему в глотку. Кибом задохнулся от удовольствия. Одна его рука шарила в зарослях козлиной шерсти, а другая нервно подергивала его собственный член. - М-м-м! - мычал Бомми, захлебываясь слюной, но не выпуская изо рта красивый член. - М-м-м! - несколько толчков, и струя густой спермы шибанула ему в глотку. - А-а-х! - простонал парень, облизывая губы и кончая на грязный пол. - Недурно! - довольный сатир сделал большой жадный глоток вина. - Мне так отсасывали всего один раз в жизни. Прикинь, иду я как-то по горе и вдруг вижу… - Ты обещал мне дорогу показать, - прервал воспоминания Джонги Кибом, - меня, наверное, уже ищут. - Ах, да! Сука Минхо! Помню! Значит так: выйдешь из моего дома, повернешь направо, дойдешь до полянки, обойдешь ее слева, упрешься в большой дуб. После него вниз с пригорка и по тропинке прямо домой! - Ага, спасибо! - кивнул Кибом поникшему члену сатира, встал с коленей и пошел к двери. - И привет твоему Минхо! - уже в спину парня крикнул сатир.