Второй шанс

      Они пришли в тот ресторан, который называли "наш". Их знал в лицо, каждый каждый член обслуживающего персонала, а с хозяином сего заведения они стали приятелями, в свое время ребята ему сильно помогли, "крышанули" как говорилось раньше, а сейчас подписали договор с вневедомственной охраной, но сути это не меняло, только методы. Хотя, иногда и методы это не меняло, все-таки 90е еще долго не исчезнут из нашей страны.       Владелец ресторана был хилый, но очень мозговитый пацан, в 92-м он взял кредит на нереально выгодных условиях и приватизировал здание, в котором раньше процветал "Гастроном", но уже к концу 90-но года его процветание превратилось в медленное увядание, поэтому к 92-му году его стоимость составляла сущие копейки. Так как место было очень ходовое: "Гастроном" находился почти в центре Москвы, а кухня была действительно качественной, то ресторан быстро начал приносить доход, причем не малый, о кредите мозговитый парень забыл уже спустя месяц, а заодно и о том, что такое ходить пешком и одеваться на рынке, теперь его гардероб составляли костюмы от "Версаче", "Армани", "Дольче Габана" и прочие элитные бутики, названия которых он не запомнил до сих пор.       И вот однажды этот парень, подъезжая с дамой своего сердца на очередное светское мероприятие, выходит из машины, и тут на него "наезжают" какие-то бугаи, объясняя ему, что если через 2 дня у них на столе не будет лежать чемоданчик с энной суммой денег, то вместо него на их столе будет лежать его голова! Естественно, в такой ситуации очко жим-жим, еще и времени в обрез! Покидать страну и успешно процветающий бизнес парнишка не хотел, поэтому он решил найти других "бугаев", которые смогли бы за него вступиться. Его брат как-то занимался боксом и был в хороших отношениях с Валеркой Филатовым, так вот он сейчас со своими дружками не последнее лицо в мире криминала, они точно смогут разобраться с этой ситуацией. И брат подкинул номерок Валеры, тот обговорил все с друзьями, и дело было крыто. С тех пор у них есть неплохая доля в этом ресторане и место, где можно действительно хорошо посидеть!       Они сидели в закрытой комнате за столом, который просто трещал от изобилия еды.       - Ну что, мужики, за нас? - Саня поднял рюмку.       - За нас! - раздался звон, а затем они все залпом выпили 100 граммов "холодненькой".       Нас-вот оно ключевое слово их успеха! Они всегда были друг за друга горой, не смотря ни на что. В их жизни было много испытаний, но они все их прошли, со своими трудностями и заморочками.       - Спасибо, мужики! Если бы не вы, я не справился, - сказал, почесывая затылок Пчелкин.       - Да ладно, чего уж там, обращайся, - беззаботно ответил Филатов.       Это было более 20 лет назад. Тогда они были совсем ребятами, верили в светлое будущее Советского Союза и мечтали стать пионерами, комсомолами, членами партии. А началось все с какой-то ерунды: после физкультуры, в раздевалке, какой-то кент с 5 класса начал на Пчелу наезжать, что он вещи свои не там кинул, и это место всегда было, есть и будет его! Ну а что Пчела? Он молчать не стал, ответил ему пару ласковых. Ну и тут пошли речи, по типу: а ты знаешь, что старших уважать и слушаться надо? Пока ты сопли по горшку размазывал, я уже азбуку учил? Тут к разговору подключился Валера Филатов, он уже тогда был на голову выше своих сверстников и начал ходить в секцию по боксу.       - Опа! Да у тебя защитники есть! Что ж ты сразу не сказал? Я бы испугался и убежал, - компашка заржала.       - Ну так и беги, - Фил прервал их смех, - Показать, где выход находится?       - Так, я че-то не понял, это что за два мушкетера? - пятиклассники начали наступать на ребят, пытаясь за гнать в угол.       - Я думал, ты не умеешь читать, а нет, ошибся! - Витя и Валера стояли на месте, но уже были окружены толпой.       - Так, мелкий, ты сейчас договоришься, мамочку потом на помощь звать будешь!       - А ты бы маму не трогал, - сказал, вошедший в раздевалку Белов. Мама его воспитывала одна, отец умер, у него были проблемы с сердцем. Следом за ним вошел Космос-сын профессора астрофизики. Не, ну не будет же он стоять в стороне, когда своих бить собираются!       - Да вас тут целая армия, - снова сказал борзый пятиклассник.       - При правильной расстановке сил и наличии мозгов, даже десять человек могут выиграть, - это снова был Белов.       - Чеееее? - старшеклассники недовольно посмотрели на ребят.       - Да, с мозгами у вас явно проблемы, - усмехнулся Космос.       - Какого мы с ними церемонимся? - сказал один из бугаев и закатал рукава. Он замахнулся, но Фил метко дал ему поддых, он как раз отработал этот удар. Бугай свернулся пополам.       - Ах, ты сука! - и тут понеслось. Правда, юные бригадиры были меньше, поэтому более юркие, они легко выкручивались, хотя и получили не хило, хорошо, удары приходились не по лицу, а то родители бы панику навели.       - Шухер! Саныч идет! - в раздевалку залетел какой-то парниша, и все тут же разошлись. Саныча все боялись как огня, он был настоящим уральским мужиком: жестким, строгим и дисциплинированным. Правда, начальные классы ему не доверяли, а вот старшие и средние - да. Ребятам из того самого 5 класса от него не раз уже попадало.       - Почему еще не на уроке? - Саныч кинул взгляд на своих учеников, - Барыгин, опять какую-нибудь кашу завалил? А ну, бегом! Что бы через 2 минуты в зале стояли! - пятиклассник кинулись переодеваться и переобуваться, уже забыв о ребятах.       Так все и началось: они потом не раз стояли друг за друга, списывали, а затем стали не просто школьными друзьями, а настоящими лучшими друзьями.       - А давайте нашу, а? – Космос посмотрел на друзей.       - А давайте! Пчел? – Пчелкин в этот момент разливал очередную бутылку водки.       - Давайте! Только сначала, - он поднял рюмку.       - Что бы все было, а нам за это ничего не было! – тостующим в который раз был Космос.       - Отличный тост! – сказали ребята и их рюмки соединились вместе, а затем их содержимое было выпито.       - Я начал жизнь в трущобах городских И добрых слов я не слыхал. – начал Пчелкин, и дальше его подхватили ребята. Когда ласкали вы детей своих, Я есть просил, я замерзал. Вы, увидав меня, не прячьте взгляд, Ведь я ни в чем, ни в чем не виноват. За что вы бросили меня, за что Где мой очаг, где мой ночлег. Не признаете вы мое родство, А я ваш брат, я человек. Вы вечно молитесь своим богам И ваши боги все прощают вам. Край небоскребов и роскошных вилл Из окон бьет, слепящий свет. О если б мне хоть раз набраться сил, Вы дали б мне за все ответ. Откройте двери, люди, я ваш брат, Ведь я ни в чем, ни в чем не виноват. Вы знали ласку матерей родных, А я не знал, и лишь во сне В моих мечтаньях детских, золотых Мать иногда являлась мне. О, мама, если бы найти тебя, Была б не так горька, моя судьба.       Это была действительно их песня, она отражала суть их жизни. Это песню они пели на свадьбе у Сани. Ни один праздник или застолье не обходились без этой песни. Даже детям своих вместо колыбельных они её пели и будут петь.       - Я поведу, - еле выговорил Космос, когда они вывались из ресторана ближе к рассвету.       - Кос, Кос, ну куда ты поведешь? – Фил забрал у него ключи, обняв за плечи, - Я такси вызову, нас довезут, - он начал шарить по карманам в поисках телефона.       - Никаких такси! Я сейчас позвоню куда надо, - Белов достал телефон и начал искать неведомый номер.       - Пчел! Пчел, ты куда, - Фил крикнул другу, который побрел вдоль дороги.       - На Воробьевы! – ответил Пчелкин, подняв вверх бутылку виски.       - Пешком? – удивленно пролепетал Космос. В ответ он получил кивок головой.       - Ну вы идете? – Пчелкин облокотился на фонарный столб.       Друзья медленно побрели на Воробьевы Горы. Туда они добрели, когда уже совсем рассвело. Бутылка виски закончилась через 20 минут пути, поэтому, когда ребята дошли, они слегка протрезвели. Какая все-таки Москва большая и красивая! Особенно на рассвете в субботу, когда нет пробок, и люди еще спят, а лёгкий туман покрывает город, словно покрывало. Это было как какое-то обозначение чего-то нового. У них все новое начиналось здесь: после окончания школы рассвет здесь встречали; Саню в армию здесь провожали; встречали здесь; здесь они клятву дали, клятву, которая, возможно, перевернула их жизни; на все свадьбы сюда приезжали – здесь было все. Здесь, на Воробьевых, Москва была их, он была буквально у них под ногами! Все в их руках, они знали это, они это доказали.