Мост

(отбечено) Мост - рукопожатие противоположных берегов. Это, по-моему, совершенно не нуждается в доказательстве. И строят чаще всего именно так – с двух концов сразу. Строители мостов - это элита строителей, и дело, наверное, тут не только в сложности задачи, а еще и в том, что когда по новенькому мосту идут пробные нагрузки на грани возможного, главный строитель стоит под мостом. Гордый и уверенный в своем детище, но все же, наверное, волнующийся, он думает, скорее всего, о новой жизни, о пользе… а еще о том, что несет его творение в мир. Положительные черты очевидны, но вот кто посчитает отрицательные? Может быть, по этому мосту пройдут захватчики, сокращая себе путь, а еще какая-нибудь дуреха с его помощью сведет счеты с жизнью, приняв крах в очередной любви за конец света. Так может быть, мост – это не всегда благо? И все-таки… И все-таки раз за разом, из века в век тянутся руки с противоположных берегов, сцепляясь в рукопожатии, соединяя, удерживая, даря надежду. Начало Дорога до вокзала запомнилась Гарри прежде всего тем, что дядя Вернон впервые отправился в путь ради своего нелюбимого племянника и поэтому был особенно раздражен. Гарри, задвинутый чемоданом на заднем сидении в самый угол, сидел тихо. Грых в его ногах, наоборот, ерзал и подпрыгивал, с трудом соблюдая необходимую конспирацию. Дядюшка, припарковавшись у вокзала, велел племяннику убираться и с облегчением быстро уехал. Гарри загрузил чемодан на тележку, сверху посадил обалдевшего от многолюдья и от количества разнообразной обуви Грыха и стал пробираться в глубь вокзала в поисках платформы девять и три четверти. Вопреки уверениям Грыха, новая одежда стесняла Гарри. Ему казалось, что он притворяется кем-то, кем не является. Казалось, что из-за нее все взгляды устремились на него, а Гарри всегда хотелось этого избежать. Спина стала деревянной, движения - какими-то искусственными и неестественными. Грых с состраданием наблюдал за мальчиком, а потом выдал в свойственной ему манере: - Мажонок, давай я сейчас малость поработаю над шмотками, и ты опять будешь выглядеть как клошар. Может быть, тебе это поможет. А то такое впечатление, что ты проглотил линейку. - Не, не надо! Что о нас подумает этот… - Он подумает, что зря потратил свои денюжки! Тогда я заколдую ее так, чтобы никто не обращал на нее внимания. - А ты можешь? – с сомнением спросил мальчишка. - А то! После второй пары этого носатого я еще и не то смогу! - Тогда давай, колдуй! Грых пофыркал, погырхал, пошелестел иголками и самодовольно произнес: - Готово! - Что-то я ничего не заметил, - огорчился Гарри осматривая свой безупречный костюмчик–троечку. - Ну, буду я еще и тебя заколдовывать,- рассердился Грых. – И так пол-запаса ушло на такую ерунду. Странное дело, но Гарри реально полегчало, он ухватился за ручку тележки, и уже свободно и легко стал продвигаться вглубь вокзала. Он не заметил, как хитро и довольно блеснули глаза его друга. Тут надо сделать некоторую историческую справку о магическом мире. Как и в любом другом человеческом обществе, тут бурлили политические страсти. Большинство волшебников, конечно, были совершенно аполитичны и обеспокоены только собственным благополучием и безопасностью, но в верхах существовало два противоборствующих политических течения. Сразу после второй мировой войны образовались две политические партии, ставившие задачи совершенно противоположные друг другу. Если первая, партия традиционалистов, состоявшая в основном из старых магических семей, хотела полной изоляции от маггловского мира, максимально сохраняя культуру и традиции своего сообщества, то вторая, наоборот, выступала за постепенную интеграцию магов в маггловский мир. Во главе этой партии стоял величайший волшебник всех времен и народов, директор школы чародейства и волшебства, Глава Визенгамота Альбус Дамблдор. А лидер первой партии был уничтожен полуторогодовалым ребенком Гарри Поттером, и с тех пор эта партия находилась в глухой оппозиции, чуть ли не подполье. Но это только на первый взгляд, а на самом деле как раз именно представители этой партии занимали в правительстве все ключевые посты и успешно саботировали все прогрессивные начинания правящей клики. Их негласный лидер, занявший место сгинувшего волшебника, был выбран на этот пост не только за то, что был богат и родовит, но, скорее всего, за то, что имел гибкий ум и совершенно непостижимое умение выходить сухим из воды в любой ситуации. Ничего не теряя при этом, а наоборот, преумножая и политическое влияние, и, что немаловажно, состояние. Это был Люциус Малфой собственной персоной. Он стоял на перроне девять и три четверти в окружении сторонников. Сегодня они провожали своих возлюбленных чад в лапы своего злейшего врага. Было отчего волноваться и терять присутствие духа. А еще Люциусу было грустно. Пусть говорят, что для мужчины-мага возраст чуть за тридцать - пора зрелой юности, но все равно, отправка собственного ребенка в школу это рубеж. Время подводить кое-какие итоги. Все разговоры вертелись вокруг имени Дамблдора, школы и факультета Слизерин, куда, без всякого сомнения, поступят наследники. Ибо только так можно было сохранить заложенные с детства ценности и не допустить вредных влияний в их неокрепшие души. Время еще было, и стояли тут же и даже говорили о том же. На секунду Люциус выпал из разговора, потому что увидел Гарри Поттера. Тот только что прошел, похоже, совершенно самостоятельно на платформу и сейчас сосредоточенно толкал тележку к экспрессу. Первое, что поразило сиятельного лорда Малфоя, мальчишка приоделся. Сейчас он выглядел как ребенок из порядочной семьи. Можно, конечно, нарядить бродяжку, но невозможно научить его носить такие вещи. Это первое, что он заметил, а второе… это трудно объяснить. Как будто рядом с этим мальчиком что-то было. Будто пуп земли перемещался вслед за ним, как послушный песик, привлекая всеобщее внимание. «Ерунда! - оборвал себя Люциус. - Просто, я знаю, что это Поттер!» А между тем стоявший рядом грузный мистер Гойл совершенно неприлично причмокнул губами и зашептал Малфою на ухо: - Какая прелестная задничка! Случайно не знаешь, кто такой? - Случайно знаю, - зло ответил Люциус. Он и сам не понял, почему его так разозлил вопрос приятеля. – Это Гарри Поттер собственной персоной! И если у вас, милейший, свербит в паху, я бы попросил вас не выносить свои половые проблемы в место, где собираются наши дети! Гневный выпад привлек всеобщее внимание. Все резко замолчали, а сконфуженный Гойл поспешил ретироваться, подхватив под руку растерянную жену. - Дорогой, тебе не показалось, что ты был слишком резок? - спросила его жена, Нарцисса Малфой, растерянно оглядываясь. - Не показалось, - спокойно ответил Люциус. - Но… - Я, кажется, высказал свою точку зрения, мадам. И не вижу смысла обсуждать это далее, - оборвал жену Малфой. Если честно, то он и сам был недоволен своей несдержанностью. Тут звон колокола дал сигнал к отправлению, и толпа на перроне пришла в движение. Волшебники стали прощаться, подсаживать детей в вагоны, выкрикивать последние напутствия. Лорд Малфой поцеловал сына в лоб, на чем, собственно, церемония прощания и закончилась. Нарцисса промокнула совершенно сухие глаза платочком и тоже поцеловала свое чадо. Юный наследник Малфоев терпеливо снес родительские ласки и поспешил в вагон навстречу новой жизни. Ничего из происшествий на перроне он не заметил. Да и немудрено: скажите, ну кого может интересовать, что там происходит у родителей, когда решается твоя собственная жизнь. А она обещала быть приятной во всех отношениях, не будь он Драко Малфой, наследник самой влиятельной семьи магической Британии. ***** Гарри видел из вагонного окошка, как пестрая суетящаяся толпа после сигнала зашевелилась и пришла в движение. Смутно знакомая элегантная леди поцеловала воздух возле уха светловолосого страшно недовольного мальчика. Гарри уже не завидовал, прошло то время, когда он отчаянно хотел иметь родителей или хотя бы кого-то, кто бы их заменил. Теперь он только спокойно решил про себя, что этот школьник просто не знает, какой он счастливый. Он и дальше бы смотрел на посадку, но Грых по своей привычке отвлек его неожиданным вопросом: - Жаль, что дверь в купе не закрывается. Мне бы отлучиться. Я могу рассчитывать, что пока я… буду разведывать обстановку, ты не влипнешь в какую-нибудь историю? - А я надеюсь, ты действительно на разведку, а не покушанькать? - фыркнул мальчишка. - Эх, мажонок, самая лучшая разведка, она только на сытый желудок, потому как с вашим братом, с магами, нужно быть начеку. А что для этого нужно? Правильно! Плотненько позавтракать… И не спорь, - он пошарил где-то там у себя под брюшком и достал яблоко. – А это тебе, не скучай! Все-таки это была большая загадка: яблоко было с голову гремлина, и непонятно, где он мог его прятать. О том, откуда он мог его взять, Гарри уже не думал, привык. Позавтракать ему никто не предложил, поэтому он с удовольствием вгрызся в сочную мякоть. Поезд тронулся. Он сидел, болтал ногами, хрустел яблоком и провожал взглядом проплывавшие мимо пригороды Лондона. Яблоко съелось, как обычно, целиком. И очень быстро. Мальчишка с сожалением осмотрел тонкий яблочный скелетик - назвать это огрызком не получалось, уж больно тщательно он был объеден. Вздохнул и подумал о том, что хорошие вещи, в отличие от плохих, заканчиваются подозрительно быстро. Но это, видимо, из законов жизни, к которому он давно привык. Его внимание привлек разговор на повышенных тонах, который уже какое-то время происходил у дверей его купе: - …рыжий, в обносках своих братьев… ты – Уизли! - с каким-то непонятным удовлетворением произнес давешний светленький мальчик. Весь его вид демонстрировал, что быть Уизли совершенно неприлично и непозволительно. За стеклянной дверью купе появилась возмущенная и покрасневшая физиономия пресловутого Уизли. Рыжий и веснушчатый, с круглыми вытаращенными голубыми глазами, он от гнева уже не мог что-то членораздельное ответить и просто засветил обидчику в глаз. Вернее, попытался это сделать. Напрасно он думал, что его противник - изнеженный аристократ. Конечно, воспитание наследника благородного дома не включало в себя обучение кулачному бою, но кое-какие навыки в боевых искусствах противник имел. Он смог уклониться. Тогда рыжий просто кинулся на блондина, переведя дальнейшие боевые действия в партер, лишив Гарри возможности наблюдать за дракой. Не то, чтобы Гарри нравилось наблюдать за подобными вещами, но, если честно, это было первый раз, когда бить пытались не его. И потом, может, кому-нибудь могла понадобиться его помощь, поэтому он открыл дверь. Драка вошла уже в ту фазу, когда кулаками уже не машут, а только бестолково хватают противника, стремясь подмять под себя. Шуму было много, а толку мало. Пока Гарри соображал, что тут можно предпринять, с одной стороны к дерущимся летели два подростка. Явно на подмогу рыжему, потому что были такой же масти. С другого конца вагона неслись не менее грозные мальчишки с криками: "Драко, держись!" Дерущихся растащили в разные стороны. Гарри уже было засобирался вернуться к себе в купе, когда брыкающийся рыжий Уизли завопил: - Ну, держись, пожирательский сынок! В школу едет Гарри Поттер! Он тебе покажет, гнида белобрысая! Он герой и настоящий гриффиндорец!!! - Да я твоего Поттера!!! Одной левой!!! – не остался в долгу блондин. - Не тебе, слизеринская гадюка, нашего героя трогать!!! - голос рыжего перешел в визг. Это послужило сигналом. И все трое рыжих бросились на несколько неподготовленных противников. Но те быстро пришли в себя, и вскоре в проходе вагона образовалась куча-мала из сопящих и рычащих подростков. Обалдевший Гарри, все-таки зашел в купе и закрыл дверь. Он потер лоб и сказал сам себе в немалой растерянности: - Это что? Они из-за меня? Мне кажется, что я и половины не знаю из того, что мне нужно знать. - Это точно, мажонок, - раздался томный и довольный голос Грыха. Гремлин явно удачно сходил на разведку и сейчас валялся на сидении, поглаживая себя по животику и сыто щурясь. – Но мы прорвемся, и носатый нам поможет! - Не нравится мне это. Я еще и не приехал в школу, а тут… - Никто и не говорил, что будет легко. За дверью серьезные старшекурсники разбирались с нарушителями дисциплины, споро и слаженно разводя противников в разные стороны. Но разговоры за стеклянной дверью не затихали. Кто-то ругался, кто-то оправдывался. Поезд уверенно шел на север. ____________________________ Автор просит прощения за долгое отсутствие. Больше, надеюсь, такого не будет.