Мораторий

      В доме царила тишина. Мальчишки уже спали, а Лею разместили в библиотеке, где когда-то жил Дерек. Сам он вместе со Стайлзом расположились на кухне, пытаясь переварить обстоятельства всего произошедшего и придумать, как поступить дальше. Дерек как раз закончил заваривать чай, расставляя чашки на столе, а Стайлз бездумно вертел в пальцах лист с загадкой, полученной вместе с малахитовой шкатулкой.       — Что мы будем делать? — повторил Дерек вслух вопрос, волнующий обоих.       — Я не знаю, — отозвался Стайлз. — А что мы должны?       Он прекрасно понимал, к чему Дерек клонит. Всё-таки Лея — его племянница, единственное, что осталось от любимой старшей сестры.       — Не так уж просто будет всё замять, — продолжил тихо, не отрывая взгляда от окна.       — А мы могли бы? — Дерек тоже избегал зрительного контакта, только принялся постукивать пальцами по чашке.       — Как бывший детектив и действующий шериф Крипин Вайли, скажу, что нет, — вздох. — Но как твой партнёр…       Он мог и не продолжать мысль, его поняли без слов. По факту, Лея — ещё ребёнок. Ребёнок, живший всё это время вдали от настоящих родных, оторванный от мира и общества, запутавшийся, заплутавший, испуганный… И в то же время — оборотень с голубыми глазами, унесший несколько невинных жизней.       — Стайлз, — позвал Дерек, — я понимаю всю абсурдность ситуации.       — Это не абсурд, — возразили в ответ. — Есть множество факторов, повлёкших её. Вопрос лишь в том, как это исправить.       Снова тишина, неприятная, колкая. Слишком сложный выбор, практически невозможное решение. Внутри боролось чувство справедливости, ответственность шерифа, чутьё полицейского с родительскими чувствами и любовью. Вместе с тем, Стайлз знал, что именно ему предстоит вынести приговор — Дерек не будет противиться.       — Завтра нужно будет сделать пару звонков, — наконец он решил.       — Кому? — голос прозвучал беспристрастно, но это было напускное.       — Знакомым в ФБР. Нужно запретить открытие шахт.       Дерек кивнул неохотно. Он всё ещё ждал окончательного ответа.       — Мы не можем допустить, чтобы с Леей случилось то же, что и с Питером. Не зря же Ундина взяла на себя всю вину, пытаясь защитить её.       Ну вот, самое главное было произнесено. Война в душе Стайлза закончилась. Чувства победили. И, как результат — облегчённый вздох Дерека. Он потянулся ладонью по столу, перехватывая Стайлза за руку, сжал крепко пальцы своими.       — Ты объявишь её в розыск?       — Именно, — Стайлз хмыкнул, аккуратно пожимая чужую ладонь в ответ. — Пусть гоняются за Ундиной, всё равно она вряд ли когда-нибудь ещё покажется людям.       — И нужно будет оформить новые документы для Лоры, — поняв, что сказал, Дерек тут же исправился. — Для Леи. Всё-таки она тоже Хейл.       Стайлз издал тихий смешок, уловив эту оговорку, и впервые за вечер развернулся к возлюбленному лицом. Дерек подался навстречу, прислонился к его лбу своим, губы отчётливо, но беззвучно произнесли простое: «Спасибо». Последовал лёгкий поцелуй, нежный и чувственный, как следствие обоюдного доверия и безграничной любви, подталкивающей на совершенно безумные и преступные вещи.       — Хреновый я детектив, — фыркнул Стайлз в любимые губы.       — Почему же? — ему улыбались.       — Так и не разгадал загадку…       Дерек перевёл взгляд на записку в свободной руке Стайлза.       — Разве нет?       — Нет, — тот покачал головой. — Я понял практически всё: мост, ключ, песню и дураков. Всё, кроме «замка».       — Может, и нет в этом никакой подоплёки? — предположил Дерек. — Может, замок и есть та пещера.       — Как знать, — Стайлз немного нахмурился. — Но зачем нужно было присылать мне шкатулку? Если бы не она и эта песня, я бы не вышел на сирену.       — Ты просто любишь всё усложнять.       Дерек поднялся, потянув Стайлза за собой, обнял его за плечи, прижимая к себе и повёл прочь из кухни. Чай так и остался нетронутым на столе. Уже в спальне, Стайлз снова взял шкатулку в руки, поворачивая и рассматривая со всех сторон. Он так и не понял, как её открыть, и есть ли вообще там что-то внутри. Оставив Дерека расстилать постель, он поднялся на чердак, где хранился сейф с той самой катаной, что была подсказкой в первом деле, расследуемом им в Крипин Вайли. Открыл сейф, помещая внутрь шкатулку, провёл пальцами по малахитовой поверхности… Ему снова показалось, что кто-то поёт, так грустно и отчётливо уже знакомую мелодию. Он вздохнул, закрывая сейф вместе с нераскрытой тайной раз и навсегда.       — Сдаёшься? — Дерек уже лежал в постели, когда он вернулся. — Я же предложил разбить её.       — К чёрту, — отмахнулся Стайлз, падая на кровать рядом. — У нас с тобой и без того дел полно.       — Вот как… — Дерек повернулся набок, сгрёб его в охапку, плотно прижимая к своему телу, коснулся губами макушки.       — Ну да… Хотя. Кажется, ты наложил мораторий на новых детей в этом доме?       Дерек рассмеялся, зарываясь лицом ему в волосы.       — С этого момента. Мораторий действует с этого момента.       И Стайлз понял, теперь его семья окончательно воссоединилась.

***

      Ральф Каннингем всегда слыл человеком крайне упрямого нрава. Его упорству завидовали и им восхищались, как партнёры, так и соперники в бизнесе. Если он что-то решал для себя, то двигался навстречу цели несмотря ни на что. Однако мало кто знал, насколько суеверным он был на самом деле — сказывалось воспитание бабушки, что жила в таинственном и мистическом городке на задворках штата под названием Крипин Вайли. Именно от неё Ральф почерпнул знания о мире сверхъестественного и, вероятно, набрался того самого упрямства.       Большую часть своей жизни Каннингем искал секретный замок, способный помочь ему достигнуть невероятных высот и успеха. И он очень удивился, когда выяснил, что этот замок так и не покинул границ Крипин Вайли, поэтому решил вернуться и найти его. Подсказки вели его в тайную малахитовую пещеру, где должна была храниться величайшая ценность морского народа. Но этим утром ему сообщили, что федеральное бюро ввело запрет на открытие шахт, что означало окончательную потерю замка. Выяснив, кто именно был инициатором запрета, Ральф пришёл к шерифу за объяснениями, но так ничего и не добился. В порыве злости он отправился исследовать местность, где когда-то был вход в шахты.       Так ничего и не обнаружив, Ральф вышел к единственному озеру, существовавшему там с незапамятных времён. Взгляд рассеянно блуждал по водной глади. У него оставался лишь один способ, одна попытка добыть замок. Припомнив старую песенку, что часто напевала бабушка, Ральф постарался воспроизвести её, хоть и нещадно фальшивил. Но этого оказалось достаточно. Поверхность воды пошла кругами, и вскоре из неё показалась женская голова, шея, плечи… Он знал, кто перед ним.       — Сирена, — подозвал существо Ральф. — Я пришёл за помощью.       — За какой? — прошелестел дивный голос русалки.       — Мне нужен «замок».       — Чтобы открыть замок, нужен и ключ, — ответила она уклончиво. — У тебя имеется ключ?       Чёртова сирена! Он знал, на что эти существа способны, как и знал, что убийства его сотрудников — их рук дело. Постаравшись усмирить злобу, Ральф сделал ещё одну попытку.       — Есть.       — Покажи его мне.       Ярость окончательно его захлестнула. Ральф сделал несколько шагов навстречу, заходя по колено в воду.       — Отдай её мне! — требовательно.       — Нет ключа, не будет и замка, — она даже не шелохнулась.       — Отдай мне чёртову шкатулку!       Сирена мелодично рассмеялась, запрокидывая голову. Волосы сползли с её плеч, погружаясь в воду и открывая белоснежную кожу.       — Ты знаешь, что в ней спрятано?       — Знаю, — продолжал злиться Ральф. — В ней величайшее сокровище и таинство всех морских обитателей — мистическая фибула, наделяющая каждого даром вашего народа.       — Правильно, — существо словно издевалось. — Любой, кто наденет фибулу, будет обладать голосом сирены, сможет заманивать, дурманить и управлять другими людьми. А я не могу допустить, чтобы она попала в руки к ненадёжному человеку.       — Так шкатулка у тебя? — глаза Ральфа загорелись азартным огнём. — Я сделаю всё, только отдай её мне.       — Ты никогда не найдёшь замок, — усмехнулась сирена. — И никогда не откроешь его. Фибула навсегда останется под замком.       Сказав это, она всплеснула руками, мгновенно скрываясь под водой, и оставляя Каннингема ни с чем. Тайна должна сохраниться тайной — свою миссию сирена выполнила, отправляясь наконец на покой.