Карамельная смерть

Уже сидя в самолете, я заметила несколько странностей : во-первых, посох Локи сейчас был тростью, во-вторых, сам Лофт был в черном костюме и в-третьих, мы летели в самолете, когда у Лафейсона есть тессеракт. Ну, с первыми двумя понятно – конспирация, а вот третье… Может спросить? - Спрашивай, - прозвучало у меня над ухом, и я подпрыгнула на месте. - Хватит читать мои мысли, - прошипела я и, уже спокойней добавила, - Почему мы просто не телепортировались? -Потому что еще рано привлекать внимание и травмировать твоих друзей и братца. - Что значит травмировать моих друзей и брата? Локи наклонился к моему уху и прошептал: - Против меня уже собрана некая команда «Мстители», в которую входит твой братец, зеленый гигант, человек из прошлого, твоя подружка и должен был там быть еще и твой дружок –стрелок, но он перешел на мою сторону. - Что ты натворил, если Фьюри собрал «Мстителей»? Хоть мой директор считает этот проект засекреченным, о нем знает чуть ли не половина штаба. Тем более Наташа тестировала Старка, и тот провалился, кстати. Но почему он тогда в команде? - Я еще ничего не сделал, почти. А человек в железных доспехах там, потому что ваш директор отчаялся. Он не может противостоять моей силе. Ему для этого нужно больше пешек. Однако некоторых я уже его лишил. Особенно трех важных, - на последних словах Локи переплел наши пальцы. - И кто же эти пешки? – поинтересовалась я. - Ты, Бартон и доктор Селвиг. - Я!? А причем тут вообще я!? - Фьюри хотел использовать тебя, чтобы промыть мозги сначала «Мстителям», а потом – мне. Час назад за тобой приходили. Поэтому я и забрал тебя. Хотя, я бы просто не вынес разлуки. - Ох, Локи, - я прислонилась к нему и вскоре уснула. *** Вы никогда не просыпались от поцелуя любимого? Тогда вы либо неудачник, либо везунчик, либо еще маленькие. Но могу вас заверить – это очень классно. Настроение резко поднимается, а на сердце становится тепло-тепло. Но как только я открыла глаза, то наткнулась на холодные, безразличные глаза. Вся радость вдруг сменилась на печаль. Но ничего говорить не стала. Я знаю, что он ответит. А единственная фраза, которую он сказал мне за весь путь была : - Мы прилетели. Потом все смешалось в один поток: аэропорт, такси, дорога. Я очнулась только, когда мы подъехали к огромному одноэтажному зданию. - Где мы? - В Штутгарте. - Ясно. *** Локи, как самый настоящий джентльмен, бросил меня и побежал к своему тессерактику. Нет, серьезно. Как можно быть таким... идиотом? Бросить девушку в каком-то странном, не известном ей, здании. Я в шоке. Ладно. Нормально. Хорошо. Отлично. Просто супер. Чтобы не потеряться здесь, среди людей, пойду за ним. Знать бы, где он. По одному из тысячи коридоров, по которым я шла, уже шел мужчина. Шел не спеша, будто с неохотой. Он казался мне слишком знакомым. Словно мы знакомым лет сто. Стоп. (Я действительно остановилась.) Локи что-то такое говорил. Клинт! Он здесь. Я сорвалась с места и побежала за Бартоном. - Клинтушка! - повиснув у него на шее, закричала. - Элли? - он неверяще уставился на меня. - Что ты здесь делаешь? - Я пришла с Локи. Мы вроде бы теперь вместе. - я покраснела и отстранилась. - Ух ты! Ну, я рад за тебя. Прости, но мне уже пора. - Ясно. Пока. С Бартоном определенно что-то не так. Он не такой. Он не пытался надо мной пошутить. И он не должен был обрадоваться за меня и Локи. Нет. Все не правильно. Но Локи должен все объяснить. *** После часого бессмысленного брождения по коридорам здания, я поняла, что в конец заблудилась. Пожалуй, я уже и забыла, зачем шла к Лофту. Ах да. Я не хотела потеряться. Ну здорово, что я еще могу сказать. Решив, что хуже уже не будет, я развернулась и собралась идти обратно, как мой взгляд зацепился за яркое свечение из комнаты. Любопытство пересилило - я вошла. Посередине комнаты стоял высокий стол на одной ножке, украшенной узорами. А на нем лежал, ярко светясь, тессеракт. Он словно манил меня, и я поддалась. Протянув руку, коснулась его. Мое тело тут же охватило синее свечение. Внутри меня зародилось что-то новое и очень сильное. С тем прекрасным ощущением пришла боль, и я, вспомнив про свой низкий болевой порок, потеряла сознание.