Дьявол, который принадлежит мне

      На следующий день он рассказывает мне, чем они с Жанин занимаются уже почти полгода. Эта сыворотка контролирует разум, они собираются использовать Бесстрашных, чтобы истребить всех из Отречения, чтобы захватить власть. А эта Жанин та еще сука.       Первая моя мысль, что я против, что надо всех предупредить, но следующая – это то, что он верит в это, он сказал что любит, он мой. Я не предам его! Единственное от чего я не откажусь. Я поступлюсь своими принципами, но не оставлю его!        - Что я должна буду сделать?        - Почему ты думаешь, что сможешь? Скажи мне, сможешь ли ты убить кого-то? Сможешь ли убить кого-то из них? Из своей фракции? Сможешь ли ты сделать это не под действием сыворотки? Раздумывать нет времени, но я не знаю, не знаю смогу ли, встретившись с ними лицом к лицу.        - Да, я сделаю это! Постараюсь, просто верь мне. И не смей вкалывать мне сыворотку, будто я одна из них. Не одна, больше нет. Он улыбается, целует меня.        - Хорошо, я постараюсь найти тебе место в штабе.        - Кто еще знает? Когда вы начнете?        - Слишком много вопросов, Грей. Я отвечу на все, обещаю, но сейчас я должен идти, - берет меня за подбородок, - и никому не говори! Хватаю его за шею, притягиваю, целую, потом прерываю поцелуй и произношу:        - Только попробуй вколоть мне эту хрень, и ты будешь первым, кого я убью!        - Не убьешь, потому что любишь! – произносит он уже около двери, и смеется, опять, только этот смех другой, этот больше похож на победный смех, будто мы уже выиграли, а может это его маленькая победа.

***

      Проходит несколько дней, после того, как я все узнала.        - Сегодня мы начнем вводить сыворотку. Будешь помогать ее вкалывать, - он говорит это мне утром, а я теряюсь, - ты готова? Сможешь? - киваю. Иду на завтрак. На тренировке смотрю на всех вокруг, я знаю большинство этих людей с детства, каким человеком нужно быть, чтобы предать их сегодня? Ищу взглядом Эрика, он смотрит так пристально и так, будто сомневается во мне. Я не успеваю подумать о том, что делаю и уже стою напротив него:        - Чего тебе? - он так хамит мне, что я чувствую себя намного увереннее.        - Там тебя попросили позвать, не могут решить какой-то вопрос, - лишь бы он догадался, что мне нужно прямо сейчас.        - Что же это такое? Почему нельзя без меня решить пару вопросов? Лорен возьми эту группу, - он чувствует меня, это просто великолепно.       Мы выходим из зала, и я больше не могу сдерживаться, бросаюсь на него, обхватываю его бедра ногами, он прижимает меня к стене:        - Не здесь, - произносит он, а сам уже расстегивает мои брюки.       Мы заворачиваем за угол, туда, где та самая пропасть, с которой чуть не сорвалась Кристина по вине Эрика. Я расслаблюсь и позволяю ему сделать все самому. Хорошо, что во время тренировки мало кто слоняется по коридорам, но он все же зажимает мне рот рукой, чтобы я не стонала очень громко, кажется во время оргазма я прокусываю ее. Другой рукой он поддерживает меня. Чтобы как-то помочь ему, опираюсь о стену и раздираю спину до крови об камни, но вся боль меркнет и исчезает, когда мы кончаем в унисон, словно не существует остального мира.