На осторове Астерия. Хроники Элиоса

**Глава 5** **С моей высоты** Ещё один яркий, насыщенный событиями день подходил к концу. Солнце уже почти скрылось за горизонтом, окрашивая небо Ингисона в глубокие пурпурно-золотые тона. Я люблю смотреть на него именно отсюда, с главной крепости. Кажется, что здесь небо особенно величественное. Хотя, возможно, дело вовсе не в небе. Одинокая фигура с иссиня-чёрными растрёпанными волосами стояла на краю платформы, купаясь в последних лучах угасающего солнца. Большой красивый лук за его спиной вызывал одновременно уважение и лёгкий трепет. Сколько раз его стрелы спасали меня от верной смерти… Мне нравится рисковать. Нравится ощущение, когда моя жизнь полностью находится в его руках. Мы вместе охотимся на землях сумрачной Асмодеи. Смертельная опасность, бесконечные враги, жаждущие моей крови, и его стрелы, пронзающие их насквозь… Всё это доводит меня до вершин экстаза. Иногда мне хочется казаться слабее, просто чтобы почувствовать спиной его обеспокоенный взгляд. Но я далеко не слаб. Я — Целитель. И я знаю, что он тоже доверяет мне. Я сделаю всё, чтобы оправдать это доверие. Выйду за рамки возможного, совершу невозможное, но никому не отдам его жизнь. Она должна принадлежать только мне. Одинокая фигура вдалеке помахала мне рукой. Я ответил тем же, но на секунду меня пронзила ледяная мысль: а вдруг он всё знает? Вдруг мои самые тёмные желания, скрытые в глубине души, стали видимыми? И сейчас он с отвращением отвернётся… Но мысль пугливо съёжилась и растворилась. Нет. Он не узнает. Мы будем бежать бок о бок вечность, оберегая друг друга. Я подошёл ближе. — Не хочешь пройтись по данжам? — спросил я небрежно, хотя внутри всё напряглось в ожидании. Он долго смотрел на меня, словно обдумывая предложение. В его поведении было что-то странное. Слишком медленная реакция, затуманенный взгляд. Он слегка пошатнулся. Я не успел даже осознать, что делаю — просто обнял его. Его подбородок уткнулся мне в грудь. Дыхание было частым и прерывистым. Он не отстранился. Спустя мгновение его руки сомкнулись у меня за спиной. — Я, кажется… много выпил… — тихо пробормотал он. — Мне сложно сконцентрироваться… мысли разбегаются… Боюсь, сегодня из меня не выйдет хорошего напарника… Боясь упасть, он ещё сильнее прижался ко мне. В этот момент мне стало абсолютно всё равно, что будет завтра. Существовало только это мгновение. Я нащупал в кармане свиток перемещения и активировал его, не разжимая объятий. Мир вокруг мигнул, и мы оказались в моей личной комнате в одном из тихих уголков Элиана — скрытом от посторонних глаз месте, которое я давно обустроил именно для таких моментов. Я осторожно подвёл его к широкой кровати и усадил. Он смотрел на меня снизу вверх мутным, но всё ещё красивым взглядом. Щёки слегка покраснели от выпитого, белоснежная кожа казалась особенно нежной в мягком свете эфирных светильников. — Амареус… — выдохнул он моё имя, и в этом звуке было столько усталости и доверия, что у меня внутри всё перевернулось. Я опустился перед ним на колени, медленно стянул с него верхнюю часть брони, потом рубашку. Его тело было горячим, кожа влажной от долгого дня. Я провёл ладонями по его груди, чувствуя, как под моими пальцами учащённо бьётся сердце. — Ты сегодня мой, — тихо, почти благоговейно произнёс я, наклоняясь и целуя его в ключицу. — Весь. До последней капли. Он слабо застонал, когда мои губы спустились ниже, оставляя влажный след. Его руки запутались в моих серебристых волосах. Я расстегнул его штаны и стянул их вместе с бельём, полностью обнажая его перед собой. Он был уже твёрд. Пьяный, расслабленный, невероятно красивый. Я взял его в рот медленно, наслаждаясь каждым звуком, который он издавал. Его бёдра дрожали, дыхание превратилось в прерывистые стоны. Я ласкал его языком, то глубоко заглатывая, то дразня кончиком, пока его пальцы не сжались в моих волосах почти болезненно. — Амареус… пожалуйста… Я отстранился, быстро избавился от собственной одежды и лёг сверху, прижимая его к кровати всем телом. Наши губы встретились в жарком, пьяном поцелуе. Он отвечал мне уже без всякого сопротивления — жадно, отчаянно, словно тоже долго этого хотел. Я вошёл в него одним плавным, но глубоким толчком. Он выгнулся подо мной, громко застонав мне в губы. Я начал двигаться — сначала медленно, давая ему привыкнуть, потом всё быстрее, жёстче, глубже. Каждый толчок вырывал из него новые стоны, каждый раз, когда я входил до конца, его тело содрогалось. — Ты мой… — рычал я ему в ухо, вбиваясь в него с всё возрастающей страстью. — Только мой… Его чёрные волосы разметались по подушке, глаза были полуприкрыты, губы приоткрыты. Он кончил первым, сильно, с долгим, надрывным стоном, забрызгав нас обоих. Его внутренние мышцы сжались вокруг меня так сладко, что я продержался всего несколько толчков дольше. Я излился в него глубоко, горячо, с низким рычанием, прижимая его к себе так сильно, словно хотел слиться с ним в одно целое. Мы долго лежали, тяжело дыша. Я не выходил из него, просто наслаждался теплом его тела и тем, как он слабо дрожит подо мной. — Останься сегодня… — тихо прошептал я, целуя его в висок. — Я ещё не наигрался с тобой. Он устало, но довольно улыбнулся и слабо кивнул, зарываясь лицом мне в шею. Сегодня Бог Элиоса сделал мне воистину бесценный дар. Он подарила мне его — пьяного, расслабленного и полностью моего. ---