"Рыжий словно осень"

Девица Марианна просыпается долго, со вкусом, пробуя вернуться в мир снов то лежа на одном боку, то на другом; окончательно же открыв глаза, долго лежит и смотрит наверх, на чудный расписанный потолок. В комнате слабые порывы рыжего лисьего осеннего ветра (ночью было душно, и миссис Клак открыла в комнате окно) играют друг с другом, прячутся по углам, и заставляют Марину легко зарычать от холода и глубже спрятаться под покрывало и прижаться к Робину. Он тихонько дышит ей в плечо, и его лицо расслабленно и умиротворенно – как же ему идёт это выражение, думает Марианна мимоходом. Она старается не шевелиться, чтобы не разбудить его: он обещался сегодня быть с нею, но мало ли, когда дорога вновь решит его позвать, и следовало эти моменты, когда он находится рядом с ней, продлить хотя бы ещё на чуть-чуть. Робин чему-то улыбается во сне и переворачивается на другой бок. Марианна встала и подошла к окну, чтобы закрыть его: на улице стояла потрясающая осень, и она немного пожалела, что не может сейчас выйти на прогулку – миссис Клак поднимет такой шум, а Робин ещё и добавит… Это было очень печально, особенно в такую солнечную и туманную осень, пахнущую мёдом и тягучим ароматом влажных деревьев. Марианна всегда любила это время года. Она была рыжей, как осень, она родилась в сентябре, в сентябре же встретила Робина… а ещё её дочка должна была как раз скоро родиться, в это чудное время «бабьего лета». Девица Марианна любуется видом из окна и думает, что, наверное, это время самое счастливое из её пока ещё короткой двадцатилетней жизни; счастливее него были только те опасные дни, когда Робин находился в опале, и они могли видеться лишь тайно, изредка; а когда он принял ради неё участие в турнире!... А теперь они живут в замке её родителей: славный король обещал Робину подарить замок, но тот отказался, шутливо посоветовав ему отдать эти деньги бедным. Любимый, обожаемый муж – а такой разгильдяй. Окна их выходили на озеро, вокруг которого стояли тёмно-зелёные смолистые сосны Ноттингемского леса; ещё так рано, а возле него уже сидит тот очаровательный малыш, сын крестьянки, который вечно носится за Робином и его командой – вероятно, скоро должны прийти его друзья, и они будут играть здесь, или же собирать шишки, ловить рыбу… Девица Марианна вдыхает полной грудью свежий воздух, и легкие её радуются; какая же я счастливая, думает она, как же мне повезло со всем этим, спасибо тебе, Судьба… — Эй, Мэри? – она вздрагивает и резко поворачивается на сонный голос Робина. Она широко улыбается, видя его – заспанного, рыжего и взъерошенного, удивительного милого, каким он никогда не выглядит перед остальными – только перед ней, ради неё. И это было очень… очень. — Доброе утро, — она садится обратно на кровать и приникает губами к его голове. Робин смешно урчит, ложится на спину и весело подмигивает жене: — С годовщиной, любимая. Марианна ложится к его приветливым и крепким объятиям, смотрит в задорные лисьи глаза и понимает, что всё у них будет; и что её любовь – самый настоящий счастливый билет, который только могла подарить ей Судьба. «Спасибо, Боже», тихонько шепчет она перед тем, как её шутливо и очень любовно кусают за ухо – просто так, ни для чего. От простой и великой распираемой нежности.