"Меньше, меньше надо пить!" ©

-А давайте я вам...ик..ой... а д-давайте я вам рассссскажу о моем друге В-викторре? Виктор, сидевший на барном стуле слева, цедил свой бокал янтарного виски с колотым льдом и делал вид, что "друг Ввикторр" вовсе не он. Несколько ребят, сидевшие с ними по соседству за барной стойкой, тоже делали вид, что внимание в дупло напившегося темно-шерстного кота обращено вовсе не на них. "Друг Ввикторр" был им глубоко фиолетов. "Каким образом его так разнесло с двух бокалов?! Этот парень до сих пор вообще ни разу не пил?!" - Тааак вот! О-он такой з-здоровый...ик...как, блин, дом! К-кирпичный дом, такой з-здоровый...ик...упс! Д-дом...к-кирпичный...а г-где эта штука в моей руке? Куда она делася...ик...а о чем я говорил? Аааа, В-виктор! В-викторр крутоой... Виктор рядом продолжал изображать фоновые декорации. Пока получалось. - О-он здороовый, вооо такой! Ик...вааабще...да где эта херь?..Виктор сильный! Ты прикинь...ик...он даже может задушить тебя вот прям голыми...ик...руками: крак, и нету тебя! И меня т-так может, т-только я, хаха, быстрее!..ик...он меня не п-поймает. "Кошмар какой. Меня тут нет, меня тут нет, я сказал!" - Дааа, у В-виктора такие сильные р-руки...сильные и длинные...и сам он весь такой из ссебя сильный и к-к-красивый...ик... "?!" - ...у него такая херь на глазу, ну...ну как ее...повязка на глазу у него на левом...или на правом? Ну в общем...ик...где-то на лице...мне нравится...и он весь такой рыжий и мягкий...ик...мне нравится, к-когда он дотр...датрр...до-тра-ги-ва-ет-ся до меня. Блиииин...ик...я так его л-люблю... "Все, пора с этим заканчивать." - ...так люблю...ик...прям сильна-сильна...а вот он меня не любит, прикинь?! Совсем...ик...не лююбит...к-кажется я куда-то еду... Барный стул не выдержал пьяных раскачиваний на нем и через какое-то время опасно накренился и стал падать в его, Виктора, сторону. Последний даже не шелохнулся, просто молча поймал непутевого коллегу. Коллега тем временем пытался сфокусировать взгляд на "спасителе". - Ой, В-виктор...привееет...ик...а я т-иебя люблю, знаешь?.. - Да вот как-то просветили, - Васко по удобней перехватил пьяную тушку товарища. Слегка нагнувшись он перекинул его руку через плечо и повел совсем не сопротивляющегося Мордекая к выходу из бара, по пути крикнув хозяйке: - Митзи, запиши все на мой счет! - Конечно, милый! - крикнула в ответ жена Атласа, владельца кафе и подпольного бара "Lackadaisy". А потом довольно вильнула хвостом и достала записную книжку, когда дверь за Виктором и Мордекаем закрылась, - включая два разбитых бокала и сломанный стул. Поздняя осень царила в Сент-Луисе. Никакого великолепия той золотой недавней поры, когда еще можно было насладится россыпью листвы на деревьях в аллеях, парках, да даже просто редкими деревцами на улице. Теперь же кроме промозглого ветра с реки и сырых покореженных веток ничего не осталось. Да и некогда было Виктору рассматривать остатки былой роскоши и наслаждаться даже тем минимальным пейзажем. Ночь на дворе, местность вокруг освещает один единственный фонарь, а ему теперь надо думать, как благополучно доставить коллегу до дома, причем не важно: до его дома или дома Виктора. Вот Мордекаю вся эта промозглая жуть понравилась бы. Он и сам был весь темный, жуткий и холодный, как этот осенний сумрак. Но в данный момент окружающие пейзажи его мало интересовали. Он даже стоять самостоятельно не мог, а уж наслаждаться романтикой полночи и красотой туч, застилающие на небосводе полумесяц луны, ему как-то в голову не приходило. А еще было жутко, безумно неудобно волочить на себе это недоразумение. В силу разницы роста ноги Мордекая едва касались подошвой земли и Виктору приходилось постоянно сгибаться. Да и самому Мордекаю не сильно хотелось передвигать ногами. Зачем, когда можно так удобно повисеть? Поэтому Васко смирился, оглядел улицу, что бы удостоверится, что свидетелей сего действа точно не будет, и сгреб в охапку пьянючее тело, которое раньше было его напарником по оружию, решив, что легче будет остаток пути просто пронести его. - Уааа, к-как здорово! В-виктор, а почему ты меня так раньше не к-катал? - Потому что. Ты же вроде где-то рядом живешь? Мордекай неопределенно махнул лапой в глубь улицы, мол: "туда", и удовлетворенно потянулся на руках у Виктора, впившись когтями ему в плечо. Васко тихо зашипел. - Т-ты такой баальшой и теплый. К-как мишка. Миишка...знаешь, я всегда хотель б-большого мишку. Баальшого и мохнатого. Н-но у нас никогда не б-было денег купить мне мишку...медв...мидв...мидове...мед-ве-жо-нок. М-можно я тепер так буду т-тебя называть?.. Виктор оставил все это без внимания и молился, что бы весь этот цирк остался незамеченным для случайных зрителей и они бы как можно быстрее дошли уже до дурацкой квартиры. - Стоооп! Н-нам здеся! Квартира оказалась совсем не такой, какой её представлял себе венгр. Тут даже не было самой завалявшейся коллекции ножей, или какого-нибудь небольшого пыточного аппарата. Нет, конечно, буквально все в этой квартире кричало о её владельце: от чистой, без единой складки простыни, до стопки листов на прикроватной тумбочке, лежавших идеально по отношению к друг другу. "Он что, расстояние сантиметром измерял?" Но в целом это была обычная квартира. Маленькая, скромная, холодная и несколько неуютная. Небольшой стол без скатерти с единственным стулом, диванчик, одно кресло, вычищенная до блеска полка с книгами, расставленными по алфавиту. На окнах не было ни цветов, ни свисающих с гардин занавесок. Даже радио пресловутого не было. И как-то сразу ясно, что сюда приходят только ночевать. "И как здесь жить вообще можно? Я бы свернулся от тоски" с такой мыслью Виктор не слишком аккуратно складывает свою "ношу" на кровать. Тот сначала недовольно морщится, но потом ощущает мягкую ровную поверхность под собой и блаженно раскидывает руки. - Кровааатка. Ну на этом Васко посчитал свой долг друга и товарища выполненным и уже собирался направится прямиком к двери, как "тело" на кровати зашевелилось и неуклюже пнуло его ногой по бедру, требуя внимания к своей персоне. - Ну что еще?! - Р-раздевай меня... - Чего?! - Ну р-раздеень, ну тебе жалко чтоле?..з-завтра я прроснусь помятый, злой...ик...противный и буду весь день к-капать тебе на мозги... Когда нибудь, на очередном задании, он закопает его вместе с жертвой где-то посреди ромашкового поля. Ну это в будущем, а сейчас он стиснув всю волю в кулак и демонстрируя свой самый уничтожающий взгляд из всего имеющегося арсенала медленно подходит к кровати, садится на корточки и под довольное хихиканье начинает стягивать с Хеллера обувь. Но про взгляд не забываем, да, он полон злобы и ненависти ко всему происходящему. "Минуточку...этот идиот что, мурлычет?!" Закончив со вторым ботинком, Виктор решил не мучить себе нервы со снятием штанов, рубашки, галстука и прочего, а ограничится только обувью с пиджаком. Хватит с него и этого, он и так ему должен за выпивку и доставку на дом. С комфортом доставку, между прочим! К тому же он шестым чувством чуял, что Мэй наверняка и про стаканы со стулом не забудет. Нависнул над распластавшимся под ним телом, что бы расстегнуть пуговицы на пиджаке и встретился взглядом с причиной всех его нынешних бед и страданий. Мордекай с прищуром и абсолютно трезвыми глазами смотрел на него в ответ. А потом ухмыльнулся так, как он обычно ухмыляется когда начинает разделывать очередную жертву заказа, резко притягивает к себе Виктора за воротник и впивается кровожадным даже не поцелуем, а укусом в его губы. А пиджак они потом в процессе снимут.