Баран!

Наступила ночь. После выматывающего задания команда №7 устроилась на небольшой уютной полянке в лесу. Минато носил дрова, Какаши разводил костер, Рин варила кашу, а Обито ставил палатки и стелил спальные мешки. К костру они подтянули сухие бревна и заслужено отдыхали. После ужина команда разбрелась спать. — Какаши, ты спать идешь? – зевая и потягиваясь, спросил Обито. — Иду, – буркнул он и поплелся в палатку. Ему с Обито приходилось делить одну, так как палаток было всего три. А Минато-сенсей занимал слишком много места и усиленно храпел. Тогда приходилось ночевать, в лучшем случае, на улице под бревнышком в обнимку с комарами. Обито решил, что благоразумнее будет потерпеть одну ночь. Он молча улегся на свою половину, отвернулся от напарника и натянул одеяло до ушей. Какаши все никак не мог уснуть. На него внезапно нахлынула ностальгия и ужасная меланхолия. Обито рядом зашуршал одеялом и перевернулся на другой бок. Какаши усмехнулся глупости своего друга, который спит, ни о чем не подозревая и ничего не боясь, размышляя: «В какой-то степени я даже завидую этой толстокожести. Он в любом месте может нормально выспаться, не то что я. Голова у него конечно пуста, как ракушка без улитки, но на него всегда можно положиться. Шумный, суетливый, в принципе нормальный напарник, хоть и труслив временами. Во всяком случае, могло бы быть и хуже…» В это время сосед снова заворочался. Он что-то невнятно мямлил с дурацкой улыбкой. Вдруг, Какаши сгребли со спины в охапку обеими руками и нагло закинули ногу на бедро. «Вроде и хлюпик, а руки разжать не могу», – раздраженно думал Какаши. Он упорно пинался, лягался, брыкался, выворачивался и, уже отчаявшись, хотел звать на помощь, как тут его осенило. Не дай Бог кто-нибудь увидит их в такой позе. Это же будет вселенский позор и вечные вездесущие насмешки. Хатаке еще немного поворочался, но тут, его ухо обожгло горячее дыхание и тихий неразборчивый нежный шепот. По спине побежали мурашки и, казалось, что каждый волосок на теле встал дыбом. «Ладно, не так уж все и плохо…» — как-то неуверенно пытался убедить себя Какаши. «Одну ночь потерпеть можно. К тому же так и не холодно вовсе…» Под утро Какаши проснулся первым. Они лежали в той же позе, что и уснули. Только Обито обхватил его обеими ногами. Мышцы затекли и жутко болели. Но это было не столь важно. Важнее было то, что вдруг приспичило в туалет, а вырваться все еще было никак. Какаши то потерпит, а природа-то – нет. Она не собиралась ждать, пока Его-Величество-Дибил-Учиха-Обито соизволит продрать глазки и отпустить бедного напарника сбегать в кустики. «Черт. Что же делать», — решил Какаши. Потом повернулся к Обито, на сколько это было возможно, и зажал ему нос двумя пальцами. Тот сдавлено хрюкнул, засопел, резко распахнул глаза, разжал Какаши и замахал руками. Хатаке разжал пальцы. Обито жадно хватал воздух ртом, держась за горло. Он не успел толком проснуться, поэтому запутался в одеяле. Он попытался встать, но тут же свалился набок и придавил собой Какаши. Это негативно сказалось на бедном терпеливом Какаши и Матушке-Природе. Обито наконец-то сфокусировал взгляд и уставился на напарника. Они полежали так немного, ошарашено глядя друг на друга. Какаши первым нарушил тишину: — Ну и долго ты собираешься на мне лежать? Обито опомнился и вскочил на ноги: — А ты чего тут разлегся? — Это моя половина, если ты не заметил. Обито не нашелся, что возразить. Он отвернулся и быстро вышел из палатки. Какаши наконец-то осознал и порадовался тому факту, что кусты-то не далеко. И уже ничто его не остановит. Рин уже вовсю готовила у костра и увлеченно болтала о чем-то с сенсеем. Когда все собрались завтракать, сенсей как бы невзначай спросил: — Как-то прохладно сегодня… Вы не замерзли ночью? – обратился он к обоим парням. — Не-а, я как-то не почувствовал, – с набитым ртом ответил Обито. Какаши тихо засопел и промолчал. После завтрака все быстро собрались, залили костер и отправились дальше. Обито шел сзади, и Какаши отстал немного, чтобы выровняться с ним. — Скажи, а что тебе тогда снилось? – тихо начал Какаши. — Какая тебе разница? – огрызнулся Обито. — Ты всю ночь держал меня стальной хваткой руками и ногами, чтоб я, упаси Ками, вырвался. Обито покраснел. — Тебе еда, что ли, снилась? — Не-а. — А что тогда, Рин? — Не-е-е… — Минато? — Да ну тебя! — Тогда не знаю. Обито усиленно разглядывал свои носки. — Ну, так что тебе снилось? – не унимался Какаши. — Мне снился теплый, мягкий, большой… козел. — Тебе козел снился? — Баран. — Ты всю ночь считал овец?! — Ты баран! — В смысле? — Баран, мне снился ТЫ…