Альтернативная история

      Эрик моргает, и его взгляд меняется с испуганного на стальной и отчужденный.       - Говори, - приказывает он.       - Не здесь же, - я вжимаю голову в плече, искоса смотрю на своих друзей. Они, молча, наблюдают за мной и Эриком.       - Боишься?       - Нет, Эрик, - я расслабляюсь и отрицательно качаю головой, - я не боюсь своих чувств, - и шепотом добавляю, - боюсь причинить боль тебе.       Он шокировано смотрит на меня, подняв брови. Невероятное зрелище. Я смогла поразить Эрика. Моя личная маленькая победа над его черствой скорлупой, в которую он так старательно закутался. Еще чуть-чуть и я смогу пробиться к его сердцу.       - В 8 у меня в комнате.       Я улыбаюсь уголками губ. Эрик такой «Эрик». Никогда не просит, но всегда приказывает.       - Что это было? – Сандра вопросительно смотрит на меня.       - Что «это»? – делаю вид, что не понимаю, о чем она говорит.       - Ванесса, не строй из себя идиотку! О его «в 8 у меня», конечно!       Ну, и любопытная у меня подруга.       Джош тоже внимательно изучает мою реакцию. Черт, как же выкрутиться.       Я опускаю взгляд и придаю лицу виноватый вид, - Эрик обучает меня рукопашному бою.       Ой, Несса, ну ты и врушка! Мне противно от самой себя. Я редко лгу, в особенности близким людям. В особенности тем, кем дорожу и кого люблю. В особенности Сандре. Потому как моя подруга исключительно проницательная.       - Брехня, - грозно высказывается Джош и, резко встав из-за стола, да так, что чуть его не перевернул, удаляется из столовой.       Закрываю глаза. Слышу громкой стук хлопнувшей двери – Джош, выходя, ожесточенно закрыл за собой дверь.       Я обреченно вздыхаю.       - Я пойду за ним.       - Несса, зачем нам врать? Зачем врать мне? – во взгляде Сандра читаю разочарование.       - А ты бы поняла меня? Ты бы одобрила? – во мне закипает злость, - Сандра, тут не о чем говорить. Я сама не знаю, что он чувствует. Понимаешь?       - Ты ему говорила о… о своих чувствах?       - Мы никогда не говорили о нас.       Может в этом причина? Внутренний голос ехидно хихикает – ну, ты и дура! Конечно, не в этом. Хотя, с Эриком не угадаешь. А почему бы не попробовать? Но для начала нужно успокоить Джоша. Ох, бедный, милый Джош. Угораздило же тебя влюбиться в такую как я.       - Сандра, милая, прошу, не держи меня. Я сама ни в чем не уверена. Обещаю, что поговорю с тобой и все-все расскажу, но только не злись. Я так тебя люблю, ты мой самый близкий человек, прошу!       Сандра все еще обижается:       - Только попробуй не рассказать, и я перестану быть тебе родной и любимой подругой. Ясно?       Я радостно киваю и, улыбнувшись, чмокаю ее в щеку, убегаю за Джошем.       Где же его искать? Я прибегаю в нашу спальню, но его там нет, бегу в тренировочный зал, но и там его нет. В Яме тоже пусто, как и в зале для метаний ножей и стрельбы. Да, где же он?       Измотанная и порядком уставшая, я иду по одному из многочисленных коридоров Бесстрашия в надежде наткнуться на того, кого так страстно желаю сейчас увидеть. Увидеть и объяснить. Хотя, что тут объяснять.       Я подхожу к лазарету и, вспомнив о своей травмированной руке, которая, к слову, все еще перебинтована, решаюсь зайти. Меня встречает полная девушка с совершенно белыми волосами и черным бантом на макушке. Смешная такая. Видимо когда-то она была рыженькой, потому что все ее лицо усыпано веснушками. У нее ярко-зеленые глаза и добрая улыбка, располагающая к общению.       - Проходи. Что случилось? – добродушно интересуется она.       - Моя рука… - начала я, но девушка меня перебила.       - А, да, я помню тебя, - говорит собеседница, - ты вовремя, пора снимать повязку.       Я протягиваю кисть. Девушка берет со стола ножницы и разрезает бинты. Сдвинув брови, она внимательно рассматривает мою ладонь. Ее теплые руки скользят по подушечкам пальцев, чертят линии на ладони. Она надавливает на какие-то мне неизвестные точки, спрашивая, что я чувствую. Лишь приятное покалывание. Боли нет. Между тем, я замечаю, что моя правая рука, еще недавно сломанная, полностью восстановилась. Кости срослись, но все еще чувствую в руке напряжение. Наверное, из-за долгого ношения повязки, препятствующей доступу большего количества крови к кисти. Девушка сгибает и разгибает мои пальцы и кисть, проверяет реакцию на раздражители, проводя кусочком льда по руке. Я вздрагиваю и инстинктивно отдергиваю руку.       - Вот и отлично! – подводит итог девушка, - кости срослись. И ты даже не потеряла чувствительность.       - А могла? – ужасаюсь я.       - Да, тебе повезло. Я, например, ничего не чувствую вот этими, - она шевелит большим и указательными пальцами левой руки.       - Должно быть не очень-то удобно жить, не чувствую.       - Ко всему привыкаешь.       Я киваю. Это точно, ко всему можно привыкнуть и адаптироваться. Человек – самый приспосабливаемый вид на Земле.       - Спасибо, - благодарю я прежде, чем выйти из лазарета.       Идти к Сандре мне не хочется. До 8 часов вечера еще далеко. Сейчас только 14 часов. А Джоша я так и не нашла.       Я прохожу мимо злополучного обрыва. Воспоминания накатывают ледяной лавиной, пробираясь в самую глубь сердца, заставляя внутренности сжаться. Такая типичная реакция организма. Подсознательно наш разум помнит все. И в моменты повторения боли (не важно, душевной или физической), выдает контрольную команду мозгу, который, в свою очередь, передает сигналы в нервную систему, предупреждая, а чаще контролирую действия человека в определенный момент. Именно так работают условные рефлексы. Вот почему так легко контролировать всех, кроме Дивергентов.       Мой взгляд падает на часть скалы, скрывающую за собой потайной выступ. Когда-то давно, кажется, что в прошлой жизни, именно с этого выступа Итан показывал мне и Сандре людей из Эрудиции, переносящих сыворотку из машин в нашу фракцию. Тогда для меня все это было лишь игрой, шуткой, но сейчас я понимаю, насколько все серьезно.       Я наклоняюсь, чтобы пролезть через потайной ход и, пару секунд спустя, оказываюсь на выступе. На этот раз небо не усыпано звездами. Точнее на нем ярко сияет лишь одна звезда – Солнце. По ясному голубому небу неспешно плывут пушистые облака, создавая иллюзию безмятежности. Издали слышны пение птиц и шепот ветра в зеленой листве деревьев. Неподалеку раздается веселый смех ребятишек – это дети, рожденные в Бесстрашие, играют на улице. Одним словом – гармония. Но мое наслаждение природой нарушает посторонний звук. А точнее кашель.       - Кхм, кхм. Ты-таки нашла меня, - справа, прислонившись к холодному камню, сидит тот, кого я так упорно искала.       - Привет, - я сконфужено улыбаюсь. Не ожидала увидеть здесь Джоша. Приятная неожиданность.       - Дай угадаю, - злые искорки в глазах друга не дают мне покоя, - ты сейчас начнешь объяснять, почему и как ты влюбилась в этого садиста, как твоя любовь возродила его и теперь вы планируете совместное будущее. Или, что он самый лучший и добрый парень на свете, что с ним ты чувствуешь себя живой. Или, может, ты опишешь, как вы тра… занимаетесь сексом?!       Мне больно слышать такие слова от Джоша. От моего доброго, милого Джоша. Но я понимаю причину такой внезапной вспышке язвительности. Он ревнует.       - Не угадал, - я сажусь рядом с ним. Какое-то время мы, молча, созерцает голубое небо и раскидистые верхушки деревьев вдалеке.       - Не делай такое лицо! – первым заговаривает Джош.       - Какое?       - Будто бы я самый лучший человек на свете. Я обидел тебя и знаю это.       - Но ты один из самых лучших.       - Ванесса. Не. Нужно. – медленно произносит он.       Я замолкаю. Мы все так же смотрим на величественную природу, покорившую эти места. Слышим визг и заливистый смех детей. Малыши лет пяти резвятся у воронки, образовавшейся в земле после губительных действий в прошлом. Припоминаю урок истории в школе. Мистер Бредли рассказывал, что во время войны люди использовали точечные ядерные бомбы. Бомбы были величиной с грецкий орех. Вред они причиняли не малый, создавая воронки глубиной до 100 метров и диаметром, кажется, до 10 метров, в которые проваливались все, кто находился рядом в момент взрыва. Упав в воронку, человек погибал. Еще бы! А кто бы выжил, упав с высоты 25-этажного дома? И вот эти маленькие Бесстрашные на моих глаза перепрыгивают через одну из таких воронок. Безумная игра. Опасная игра. Игра с жизнью. Обычные игры детей в Бесстрашие.       - Прости, - прерывает наше молчание парень.       - И ты меня.       - Я не должен был говорить все это тебе.       - Не должен. Но, что сказано, то сказано. Слова не вернешь. И, нет, я на тебя не обижаюсь, - отвечаю я на его немой вопрос, - но мне есть, что сказать.       Джош чуть сдвигается в сторону от меня, но лишь для того, чтобы сесть поудобнее, развернувшись ко мне лицом.       - Ты мой друг, Джош. Ты мне очень дорог. Очень-очень. Я не хочу причинять тебе боль и тем более врать. То, что я сейчас скажу, совершенно неправильно по отношению к тебе, но честно. Мне важно, чтобы ты знал это, - я глубоко вздыхаю, собираясь с силами, - Я люблю тебя, но лишь как друга. И я люблю Эрика, - при этих словах Джош откидывает голову и закрывает глаза, - И вы оба для меня крайне важны. Я знаю, я эгоистка, но я не смогу без тебя. Пожалуйста, будь рядом. Ты поддерживаешь меня, как никто другой. Рядом с тобой мне хорошо и уютно…       Внезапно, Джош бьет кулаком о каменную глыбу под ногами.       - А С НИМ ТЕБЕ ТОЖЕ ХОРОШО И УЮТНО?! – орет он. Парень становятся еще опаснее, когда его загоняют в угол.       Я каменею, становлюсь частью этой самой глыбы. Первое, что мне хочется – это заплакать. Почему он кричит на меня? Но я сдерживаюсь.       Джош вскакивает на ноги и быстро исчезает в проходе.       Я осталась одна. Нельзя плакать. Нет. Нет. Нет. Нельзя. Нерешительно встаю и подскакиваю от неожиданности.       - А знаешь что? – Джош вернулся, - Раз ты хочешь, чтобы все было по-честному, то так тому и быть.       Он вплотную подходит ко мне. В его глазах боль и какая-то странная решимость. Что он задумал?       - Он тебя целовал?       О, если бы только знал, что Эрик меня не только целовал…       - Да.       - Тебе понравилось?       - Я не понимаю, к чему эти вопросы.       - Отвечай мне!!!       Ого, такого Джоша я еще не знала.       - Да.       - Я хочу, чтобы ты поцеловала меня прежде, чем сделать свой окончательный выбор.       - Что? – я удивленно моргаю.       - Если сама не хочешь, то это сделаю я.       И он целует меня. Неистово, с какой-то нечеловеческой страстью. Будто бы этот поцелуй последний в его жизни. Будто бы мы больше никогда не увидимся. Поцелуй перед смертью.       Я не отвечаю ему, все еще пребывая в легком шоке. Его рука, до этого спокойно лежащая на моей спине, переместилась на щеку. Джош прекращает поцелуй также внезапно, как и начал. Он оторвался от моих закрытых губ и прошептал:       - Я должен был узнать, каково это – быть рядом с тобой. А ты должна была узнать, каково это – целовать меня.       То, что я делаю дальше, даже спустя время не могу толком объяснить. Даже себе.       Я целую его. И он целует в ответ, но не яростно, не жестко. А нежно, трепетно, словно боясь, что я могу расправить крылья и упорхнуть. Его поцелуй ненавязчив, он так легок и упоителен. Совсем ни как с Эриком. Наши языки переплетаются и ласкают друг друга в чувственной борьбе. Мои руки обвиваются вокруг его шеи, а его ласково обнимают меня. Одним словом – нежность.       Я первая прекращаю поцелую. Джош позволяет мне это сделать, но не дает отодвинуться, все еще держа меня, он нежно целую мое лицо: уголок губ, кончик носа, щеку, висок. Я закрываю глаза и улыбаюсь, когда его губы касаются моих ресниц.       - Ты так сладко пахнешь, - шепчет он.       Я грустно смотрю в его добрые глаза. И почему я не влюбилась в Джоша? Он такой милый, такой надежный, с ним комфортно. Я знаю, что он бы любил меня до скончания дней, буквально носил бы на руках. Я могла бы быть счастлива с ним. Но… вот всегда есть это самое «но». Чтоб его!       Я осторожно отодвигаюсь и, чмокнув парня в щеку, пролезаю обратно к обрыву через потайной лаз.       Мое сердце не бьется учащенно, как это бывает рядом с Эриком. Внизу живота нет сладкого томления от предвкушения чего-то большего. В груди нет и намека на «О, Боже мой, он рядом! О, Боже мой, он ласкает меня!». Я спокойна. Мне хорошо. Потому что рядом с Джошем чувствую себя увереннее. Я знаю, что он никогда намеренно не обидит меня, не развернется и не уйдет. Он – полная противоположность Эрику. И это хорошо. Но, к несчастью, плохо для него…       Смотрю на часы. Сейчас 14-14. Ого, впору загадывать желание.       - Мммм, пусть Джош встретит свою истинную любовь, не меня, - мысленно произношу я.       Мы все иногда нуждаемся в сказке.

***

Глава получилась короткой, но надеюсь, что она вам понравилась) Пишите отзывы, критикуйте, ставьте лайки:) *И по традиции, всем вам обнимашки))