Так, как раньше, уже не будет

Ночь казалось длилась целую вечность, все тело Дина уже затекло, но благодаря очередному наркотику он все еще спал. Ровное дыхание заполняло пустую комнату, которая казалась слишком стерильной. Эти белый стены от которых буквально веяло холодом, огромное пространство и полумрак, который словно поедал изнутри. Когда уже начало отпускать, было наверное раннее утро, а быть может уже и обед. Сколько прошло времени было совершенно неизвестно, ведь в комнату не проникал свет из-за плотных штор, а часы отсутствовали. Словно это было сделано специально, чтобы свести жертву с ума, довести до состояния отчаяния или приступа паники. С трудом открыв глаза Дин тут же осмотрелся, все тело буквально прожигало от онемения, все что он мог лишь повернуть голову. Голова раскалывалась от количества выпитого вчера и того, чем его накачали. «Твою мать… это не сон. Как же все болит, еще и шею жжет словно от каленого железа. Отвратительно», — пронеслось в голове у Винчестера старшего. Попытавшись дернуть руками, он почувствовал буквально обжигающую боль от того, что руки затекли из-за долгой фиксации. Волна острых, как лезвие, уколов пронеслась буквально по всему телу, отдаваясь в висках. Капельки крови покатились от запястий ниже, падая прямо на лицо Дину. — Бляять… где этот мудак, — раздался хриплый голос омеги. Закрыв глаза он пытался выкинуть все то, что случилось из головы, но как назло он помнил все, каждое слово, каждое действие своего похитителя и поясница ныла от непривычной ранее боли. Он думал, что может у него есть шанс на нормальную жизнь, пусть он и ненавидел себя за свою суть, но теперь, он был в плену, его изнасиловали и еще и поставили метку. Дин думал, что это конец, что теперь его жизнь превратилась в сущий ад. Перед глазами до сих пор был взгляд Крейга, его надменная усмешка, метка обжигала как пламя печи и не давала покоя, словно намеренно причиняла ему боль. Сам Паркер уже проснулся, размышляя над тем, с чего бы хотел сегодня начать, остальные жертвы его уже не так интересовали, но у него появилась идея того, как воздействовать на Дина, чтобы сломить его дух, показать то, что все бесполезно и он никому не сможет помочь. В голову Крейга пришла мысль, чтобы устроить шоу прямо на глазах пленника. «Что ж, кажется кому-то пришло время умирать. Раз уж Дин возомнил себя защитником, надо показать ему, что все это бесполезно», — улыбаясь от собственных мыслей, мужчина натянул темную футболку и джинсы, почесывая затылок, он вышел из комнаты, перебирая ключи в своей руке. — Думаю, этот прекрасно подойдет, — тихий голос раздался возле одной из дверей, где находился уже измученный и изможденный омега. Ключ провернулся довольно легко и следом послышался скрип двери. Темная комната с единственным источником света, тусклая лампа, что стояла на столе, то, что не давало погрузиться в кромешный мрак. Тихие шаги раздались уже в самой комнате, он не торопился. Молодой парень, лет 25 лежал прямо на полу, пристегнутый руками к батарее, чтобы никуда не рыпался. Казалось он пробыл тут уже больше месяца, ребра выпирали из-за недостатка пищи, светлые волосы были растрепаны, а все тело покрыто рубцами от плети или ножа. Крейг любил экспериментировать, но всегда поддерживал жизнь своих испытуемых, ведь быстрая смерть ему была не интересна. Ровное дыхание раздавалось едва уловимо, казалось бы он уже смирился со своей судьбой. Единственный элемент одежды, что присутствовал это было нижнее белье. На полу под парнем лежало что-то вроде небольшого ковра, чтобы тот не замерз от холода и не умер раньше времени. Впалые скулы, мертвенно-бледная кожа, все его тело буквально кричало о том, что он едва цепляется за жизнь, да и разве такое можно назвать жизнью. На шее красовалась точно такая же метка, как и у Винчестера, он метил всех своих жертв, хотя тем самым было бы легче его найти, но быть может он этого и добивался. Крейг склонился над пареньком, отстегивая его руки от батареи и легонько пнул носком ботинка его в живот, от чего голубые глаза резко распахнулись, в них читался ужас, отчаяние и что-то, что больше напоминало смирение над происходящим. — Ну чтож, Мэтью, пора кое-кому показать шоу, пришел твой звездный час, — голос Крейга звучал вкрадчиво, мелодично, но не предвещал ничего хорошего. Мужчина опустился на корточки, протягивая тому стакан с водой, он хоть и был ненормальным, но понимал, что оставлять жертв без воды, значит обеспечить гарантийную смерть раньше времени. Мэтью буквально впился тонкими пальцами в стакан, начиная жадно глотать воду, так, словно не видел ее уже неделю или больше. Каждый прием пищи или воды для него был, как спасение. — Какое шоу? Ты хочешь опять меня изнасиловать? Или вновь будешь меня бить? — голос Мэтью звучал хрипло, едва различимо, словно жизненные силы его покидали. Насытившись водой, парень уставился на своего мучителя, он уже устал, не мог все это выдерживать. Пару раз, когда его не пристегивали он пытался покончить с собой, о чем свидетельствовали его перебинтованные руки, но после его стали каждую ночь пристегивать к батарее, не давая даже попыток. — Скоро узнаешь, нет, насиловать я тебя больше не буду. У меня появился новый мальчишка для моих утех, — хмыкнул Крейг и забирая из его рук стакан, прицепил небольшую цепочку на запястья пленника, потягивая его вверх, чтобы он поднялся. — Это хорошо… хотя бы теперь ты перестанешь это делать со мной, — в голосе слышалось даже какое-то облегчение, но после он взвыл, чувствуя, как по телу разнесся электрический разряд от браслета, что был прикреплен к его лодыжке. — На твоем месте я бы так не радовался. Правда это не важно, сегодня ты его увидишь, — голос Крейга был совершенно спокойным. Мужчина тянул свою жертву за собой, уже направляясь из комнаты в сторону той самой белой комнаты, что больше напоминала медицинскую палату. Все это время они оба молчали. «Что же он хочет? Неужели хочет, чтобы я с ним переспал? Как это было с другим? Или он хочет убить меня, потому что я ему надоел?» — мысли Мэтью заставляли его нервничать, пусть он и пытался сохранять спокойствие. Казалось бы за время, что его похитили он уже привык ко всему, даже помогал порой Крейгу с другими жертвами, за что получал еду и теплую кровать в качестве награды, но буквально неделю назад все изменилось. Паркер перестал к нему приходить, лишь иногда кормил и давал воду, но большую часть времени он слышал крики других, мольбы о помощи и сам буквально трясся от того, что с каждым днем он угасал все больше. Останавливаясь возле той самой двери, мужчина вновь достал связку ключей и с первого раза взял нужный. Мэтью увидел на ней надпись «Дин Винчестер — детектив», от чего в его глазах тут же мелькнула тревога. «Черт, он схватил именно его. А ведь когда-то мы были друзьями. Неужели он омега? Или Крейг уже в конец спятил и начал трахать всех кого не попадя?» — пронеслось в голове у Мэтью и когда дверь отворилась, он увидел именно того, кого думал, что больше не увидит. — Дин? Это ты? — раздался тихий голос Мэтью, которого завели уже в комнату, закрывая ее изнутри на ключ. Изумрудно-зеленые глаза повернулись в сторону голоса, но видя кто перед ним, Винчестер старший нервно сглотнул, он ожидал увидеть кого угодно, но только не его. Сердце обливалось кровью от того, в каком состоянии перед ним был его старый друг. — Мэтью? Ты… так ты никуда не уезжал? — хриплый голос Дина раздался в ответ. Он думал, что его друг уехал жить в другой город, ведь последним сообщением было именно оно, а после Мэтью просто перестал отвечать. Правда детектив не придал этому значения, решил, что просто друг решил начать жизнь с чистого листа. — Как же я попал в точку. Да Дин? А ты правда подумал, что этот болван куда-то уехал? — в голосе Крейга звучал довольный смех. Да, он хотел заставить Винчестера страдать, но и подумать не мог, что попадет в точку настолько точно. Даже младший брат был не нужен, да и с ним было бы сложнее, ведь Сэм был альфой, а этот едва стоящий на ногах омега прекрасно подходил на роль психологического рычага. — Ты последний человек, которого я бы хотел видеть сейчас, — выплевывая каждое слово Винчестер с ненавистью смотрел на Крейга. Если бы не его положение, он бы наверное накинулся на него с кулаками, с намерением убить, но сейчас он только и мог что лишь наблюдать за тем, что его похититель словно упивался собственным превосходством. Дин увидел, что Крейг подошел с Метью к стене и зафиксировал руки того над головой, а он даже не сопротивлялся, словно это было бесполезно. — Дин… мне очень жаль, — только и сказал Метью, опуская удрученно голову. — Ты… ты не виноват, — парировал он тут же, словно пытался оправдать своего друга. — О… не виноват? А ты точно в этом уверен? Он был прекрасным помощником. Опаивал других пленников, помогал их пытать, активно участвовал даже порой в убийстве других. Дин, твоя наивность так меня забавляет, — довольная усмешка скользнула на лице Крейга. Мужчина приподнял голову блондина за подбородок, впиваясь поцелуем в потрескавшиеся от сухости губы, но после чего резко прервал поцелуй, чувствуя на себе буквально прожигающий взгляд второго пленника. — Я тебе не верю… ты лжешь! Он не мог так поступить, — пытался прокричать Дин, но голос звучал сорвано, хрипло и слабо. Метью поднял голову, словно хотел что-то сказать, но в глазах выступили слезы, ведь Крейг не врал, он действительно помогал ему, многие пленники видели в его лицо, и он не пытался даже отрицать слова убийцы. — Вот, видишь, он даже сказать ничего не может, — рассмеялся Паркер, уже приближаясь к кровати второй своей жертвы. Дин не отрывал от него взгляда, он не понимал, что же будет дальше. Запекшаяся кровь ощущалась на лице, но сейчас это было не важно. Сердце бешено колотилось, как только Крейг уже навис над ним. — Знаешь, на самом деле он мне просто надоел. И сегодня он умрет, из-за тебя. Потому что ты слишком поздно взялся за это дело. Его кровь будет на твоих руках, — голос Крейга донесся прямо возле уха Винчестера, отдаваясь болезненно в виски, потому что боль до сих пор не отпускала. — Не смей! Ты… ты больной ублюдок! — тут же начал хрипеть в ответ Дин и плюнул ему прямо в лицо, надеясь, что это поможет. Дин почувствовал, как сильные руки начали ослаблять кожаные ремешки, но чувствительность рук пока еще до сих пор не восстановилась, именно поэтому его руки даже не пошевелились. А после он расстегнул и его лодыжки, осматривая степень повреждений, невольно цокнув языком. Крейг вытер слюну с собственной щеки платком и бросил его в ведро, что располагалось рядом с кроватью. В комнате на мгновение повисла тишина, словно предвещая о каком-то злополучном событии. — И зачем ты так сильно дергался, все руки себе стер, — словно родитель, отчитывающий непослушного ребенка, мужчина вернулся к кровати уже с бинтами, спиртом и чистыми полотенцами, чтобы обработать его раны, а так же налил воды в стакан, чтобы дать ему попить. — Не нужно мне твое сострадание. Я… я выйду отсюда и убью тебя, — Дин все еще не сдавался, несмотря на боль и то, что он не мог даже пошевелиться, он продолжал выпускать свою агрессию в сторону своего мучителя. Крейг лишь усмехнулся от его слов, помогая ему сесть для того, чтобы попить. Не смотря на злость и боль, все же детектив принял воду и большими глотками осушил весь стакан, чувствуя облегчение. Сейчас вода была действительно необходима и она словно придала хоть немного сил. «Как я его ненавижу! Я сейчас как беспомощный ребенок! Сэм, прости меня… я должен был предупредить! Кас… ты наверное теперь возненавидишь меня. А ведь ты мне тоже нравишься, но теперь… теперь я здесь!» — в голове буквально кричали мысли, заставляя его трепетать от собственной беспомощности. Крейг принес еще тазик с водой, укладывая свою жертву обратно на кровать, все же стоило его вымыть. Взяв в руки чистое полотенце, мужчина смочил его и садясь рядом начал бережливо протирать каждый участок тела своей жертвы. Чувствительность рук и ног постепенно возвращалась, но двигать ими Винчестер старший пока что не решался. «Черт… отец, мне стоило тебя послушать. Возможно сейчас у меня была бы нормальная семья. А я… своей упертостью теперь стал чертовым пленником. Отшил человека, который переживает за меня! Какой же я идиот!» — чувствуя руки своего пленителя в области своих бедер, Дин инстинктивно дернулся. Винчестер старший глубоко выдохнул и закрыл глаза, испытывая стыд за собственное положение. Его изрезанная одежда по прежнему лежала на полу, да и она уже не имела смысла. Крейг лишь продолжил, вытирая кровь и следы их вчерашней ночи с тела собственной жертвы, после чего подложил чистое и сухое полотенце под поясницу Дина, после чего вернулся к его запястьям. — Зачем ты это делаешь? Почему просто не убьешь? — вдруг раздался голос Дина, который начал постанывать от обжигающего спирта на собственных запястьях. Винчестер закусывал нижнюю губу, чтобы сдержать собственные звуки боли, но получалось у него это крайне плохо. Крейг лишь продолжал, иногда смотря на то, как ведет себя детектив, словно убеждаясь, что тот еще не на грани болевых ощущений. — Затем, что ты нужен мне живым, сейчас уж точно. И я никогда не убиваю сразу, — голос Крейга звучал совершенно спокойно, словно они болтали за столом какого-то ресторана на обеде, а не находились в комнате, напоминающую больницу, даже скорее хирургический кабинет, с его яркими лампами, столом с инструментами и койкой. — Ты точно больной. Меня спасут, а после… после я сам тебя убью, — взвыл Дин, чувствуя уже новый приступ боли, когда Крейг начал осторожно забинтовывать его запястья, что больше не кровоточили, а просто обжигали, разливаясь новой волной боли. — Ты так в этом уверен? И кто же? Сэм или быть может твой начальник? Как там его звали? Ах да, Кастиэль, которого ты сам же и отшил, — ухмылка не сходила с лица Паркера. Поднимаясь с кровати он так и оставил Винчестера лежать не привязанным, все же понимая на сколько тот измотан, он дал ему время побыть в таком положении, понимая, что сейчас он ни на что не способен. — Крейг, отпусти его… со мной можешь делать что хочешь. Но Дин… он ведь ничего тебе не сделал, — вдруг раздался голос Метью, он словно пытался защитить своего друга, пусть и жертвуя собой, для него это казалось сейчас самым подходящим выходом. — А я тебя и не спрашивал. Пока что да, он мне ничего не сделал, но если он окажется на свободе, то действительно начнет охоту на меня. Плюс он видел мое лицо, — парировал Крейг, словно объяснял совершенно очевидные вещи глупому ребенку. Паркер остановился возле стола с инструментами, словно выбирая с чего бы начать. Провернув в руке скальпель, он положил его на место, после чего взял склянку с какой-то жидкостью, она больше даже напоминала щелочной раствор и прекрасно въедалась в кожу, прожигая до костей. Правда этого ему казалось мало, взгляд направился в сторону плоскогубцев, которые он тут же взял в руку, словно примеряя. — Что ты задумал? Ты… ты заплатишь за все, — хриплый голос раздался с кровати, правда Дин по прежнему лежал без движения, лишь положение его рук изменилось, он наконец-то смог опустить их вниз. Боль от онемения конечностей еще не проходила, но чувствительность хотя бы постепенно начала восстанавливаться, что не могло не радовать. «Как же отвратительно. И ведь он словно понимает, что сейчас я ни на что не способен. Он чувствует это. Я ненавижу себя», — пронеслось в голове у Винчестера. Прикрыв глаза, он хотел убежать, раствориться в воздухе, вычеркнуть все из головы, но не мог, с каждым разом яркие картины вспыхивали у него в голове, правда сейчас он хотя бы на мгновение мог расслабиться, пока этот псих еще стоял над столом своего арсенала. — Ну что ж… думаю сейчас пришло время начать, — раздался низкий голос Крейга, который неспешно подошел к тому, кто продолжал стоять возле стены, ведь он и не мог никуда уйти, его руки были закреплены прямо над головой, а выбраться не имело смысла, да и как знать, что было бы, если он хотя бы попытался. — Ну давай… убей уже меня, чертов псих, — Метью словно уже отчаялся, ему стало плевать, что будет дальше, он понимал, что сегодня видимо его последний день, так к чему было себя сдерживать. — Ооо… вот тут ты не угадал. Твоя смерть не будет простой, — голос Крейга звучал вкрадчиво, он решил начать с той самой жидкости, поливая ее на плечи жертвы, слыша шипение от соприкосновения с кожей. — Бляяять… что это, — тут же взвыл Метью, кусая губы до крови. Жидкость буквально обжигала кожу, словно проникая внутрь, касаясь костей, но это было лишь ощущение. Ожоги тут же окрасили его кожу в красный, но это было лишь начало. Взяв в руки кусачки, мужчина опустил цепь ниже, так, чтобы Метью сел на колени и доступ к рукам был открыт. — Остановись… ублюдок, — прохрипел было Дин, пытаясь приподняться на кровати, но тут его тело вновь прожгло сильной болью, от чего он обессилено упал обратно, что-то невнятно пробормотав. — Дин… прости меня, — голос Метью дрожал, словно он извинялся перед ним во всем, что сделал в этом доме, в том, что сам его друг сейчас был здесь. — И какого тебе? Видеть и быть не способным сделать хоть что-то? — довольно скалясь Крейг прокрутил кусачки в своей руке, а после резко сдавил ими большой палец парня, так, что в комнате послышался яркий звук хруста костей. — Сволочь… остановись, — прохрипел Дин, слыша этот звук хруста, от чего его буквально разрывало изнутри. Он чувствовал свою беспомощность и ужасно корил себя в этом. Сначала он, теперь еще и его друг, с которым он думал, что потерял связь навсегда, с которым многое они пережили вместе. А сейчас, сейчас его тело совершенно его не слушалось, в голове стоял непонятный гул и крики его друга обжигали словно ножом по сердцу. — Черт… как же больно, — взвыл Метью, но не успел он оправиться от первого пальца, как кусачки сомкнулись на двух следующих, сначала на указательном, ломая его в двух местах, а после и не среднем, да так, что он чуть ли не вырвал ему ноготь. — Да, это прекрасно. Твои крики, словно как бальзам на душу, — Крейг буквально наслаждался криками своей жертвы, он старался не торопиться, — Видишь Дин? Это все твоя вина. Твой друг умрет из-за тебя, — Паркер чувствовал собственную власть, свое превосходство, и тянул каждый момент. Добравшись до мизинца, он расправился и с ним. Сейчас правая рука Метью походила на безжизненную куклу, повисшую на цепи. Пальцы посинели, но переломы были закрытые, из-за чего кровь не капала на белоснежный пол комнаты. Крейг вновь поднял свою жертву выше, заставляя его встать на ноги, все только начиналось. Дыхание Метью было сбитым, все тело пробивала дрожь, а его положение было настолько беспомощным, что он лишь надеялся на то, что все это закончится скоро. «Я уже не могу терпеть, это ужасно. Прости меня Дин… я надеюсь, что ты выживешь и моя смерть не будет напрасной», — пронеслось в голове Метью, он словно смирился со своей участью, понимал, что уже ничего не исправить, но вот Дин, у него был еще шанс. — Крейг… я ненавижу тебя, — прохрипел Дин, он видел, что его друг словно уже сдался, перестал сражаться и бороться, ему было больно на это смотреть. Как бледное исхудалое тело тряслось в этом полумраке, но после свет лампы резко включился, обнажая полную картину. Белые спутанные волосы, впалые щеки, тело уже больше напоминало высохшую мумию, чем человека. Яркие шрамы от прошлых пыток и красные плечи от того раствора, что до сих пор обжигал. — Знаешь сколько нужно времени, чтобы человек умер от потери крови? Ты же хотел покончить с собой, не так ли Метью, ну так сегодня я тебе в этом помогу, — усмехнулся Крейг, возвращаясь к нему уже со скальпелем. Мужчина разрезал бинты, что были на его запястьях, обнажая старые зашитые раны от прошлых неудачных попыток. Они были глубокие, яркие, еще красные, поэтому не долго думая Крейг полоснул лезвием сначала по предплечью, оставляя новые кровяные дорожки. После скальпель скользнул к его запястьям, нарочито медленно, словно впиваясь в кожу, глубоко и резкое продолговатое движение заставило сорваться крику с губ парня. — Агрх… ты ужасен, — голос буквально вырвался из глубины его легких, заполняя комнату отчаянным криком. Метью чувствовал, как глаза начала застилать белая пелена. Еще одно движение и вторая рука уже окрасилась новым следом от скальпеля. Крейг не трогал старые раны, он лишь оставлял новые, словно пытаясь отсрочить смерть Метью, и при этом сделать ее максимально мучительной. Кровь стекала по его рукам, телу, капая на белоснежный пол. Все тело буквально тяжелело с каждой минутой. «Это конец… вот так я и умру… я сколько всего не успел сделать», — в голубых глазах стояли слезы, губы дрожали в немом крике. Сил уже словно не было, слишком долго все это продолжалось, он был здесь слишком долго и душа словно почернела от Крейга. Все те, кто были тут, кроме Дина, почти все пострадали и от его рук тоже. «Если бы я мог вернуться в прошлое и поступить иначе…» — эта мысль не давала покоя. «Чтобы я сделал? Видимо я заслуживаю смерти, раз ради еды и кровати помогал убийце», — слезы полились из его глаз. Капельки пота стекали со лба и шеи, кадык дрожал от неровного и хриплого дыхания. Метью опустил голову, словно пытался извиниться перед Дином, но почувствовал грубый удар по ребрам, дергаясь от этого еще сильнее. — Смотри Дин… ты виноват в том, что сейчас происходит. А твой друг помогал мне с другими, он бы и с тобой помог, — словно пытаясь вызвать ненависть Крейг говорил это все громко, отчетливо, даже не оборачиваясь на того, кто сейчас был даже не связан. — Нет, Дин… я бы не стал. Я не стал бы тебе вредить, — прохрипел Метью, кашляя от очередного удара. Голова шла кругом, на полу уже сформировались две алые лужицы крови, но Паркеру словно этого было мало, от чего он полоснул скальпелем еще и по животу жертвы, делая уже менее глубокий надрез, не задевая жизненно важных органов. «Черт… Дин… нет, не надо», — Метью поднял голову именно в тот момент, когда увидел, что его друг все же смог подняться с кровати. Дин молчал, словно специально, его походка была неуклюжей, ноги практически не слушались, но он дотянулся до стакана, что стоял на столе и продолжил свое наступление. «Я должен это остановить… черт… все болит… мое тело с трудом меня слушается», — каждый шаг давался с огромным трудом, каждый новый шаг, как обжигающая волна боли, но он терпел, стиснув зубы, смахивая предательские слезы он терпел. И вот, оказавшись позади того, кто все еще продолжал добавлять новые порезы, дабы кровь шла быстрее, Дин замахнулся стаканом, уже собираясь нанести удар, как вдруг раздался крик Метью. — Нееет… Крейг, сзади, — уже угасающий крик его старого товарища заставил Винчестера опешить. «Что? Какого хрена? Я… я же пытаюсь помочь!» — Дин не понимал, почему его друг решил предупредить этого ублюдка, но этого крика хватило для того, чтобы его руку перехватили, заставляя выбросить стакан. — Так… а вот и спаситель нашелся. Правда как видишь, ему не нужна твоя помощь. Правда печально осознавать, что тот, кого ты считал другом не позволил тебе осуществить задуманное! — голос Крейга был словно наполнен ядом, чувством победы и нахальством. — Но… почему? Метью? — только и успел сказать Дин, но тут почувствовал, как ему в шею резко воткнули шприц с каким-то раствором. — Прекрасная работа Метью, но это тебя не спасет, — Крейг взвалил на плечо уже теряющего сознание Винчестера и отнес его обратно на кровать. В этот раз Паркер пристегнул его запястья наручниками к изголовью кровати и лишь после вернулся к своей жертве. — Я… знаю, просто если бы он это сделал, было бы хуже, — обреченно выдохнул Метью. Он уже действительно понимал, что ему осталось не долго, — может ты просто уже убьешь меня, раз ты усыпил Дина? — это больше звучало как мольба, как последняя просьба. Метью посмотрел на Дина, что лежал на кровати без сознания, словно прощаясь с ним. Губы дрожали, кровь бурлила в висках, а тело с каждым мгновением становилось все слабее, ведь кровь и не собиралась останавливаться. — Ну раз ты так просишь. То действительно, я это сделаю, — Крейг понимал, что его план все же не совсем сработал и смысла продолжать медленно заставлять умирать Метью нет. — Прости меня Дин… я не справился, я намного слабее тебя, — донеслись последние слова с губ Метью, а после резкий удар, прямо в сердце, хриплый вздох и безжизненное тело буквально повисло на цепях. Крейг довольный своей работой, все же снял его с цепей и убрал уже не нужный браслет с ноги омеги. «Вот и все… Дин, ты потерял хорошего товарища. Но ты хотел оглушить меня. Ничего… мы еще поработаем с тобой», — Крейг посмотрел на бессознательного детектива, унося труп в подвал, который был оборудован в некое подобие крематория и тут же открывая печь закинул туда безжизненное тело Метью. Паркер вернулся в комнату уже с чистой водой и тряпкой, отмывая кровь с пола, он всегда поддерживал чистоту и словно даже был помешан на этом. Мужчина оттирал все тщательно и убирая все ненужное из комнаты вновь вернулся к своей жертве. Усаживаясь на кровати, Крейг сомкнул на шее детектива браслет, что бил током, когда захочется самому мучителю, а после поставил капельницу с раствором, чтобы тот побыстрее пришел в себя. «Что ж, посмотрим сколько ты выдержишь без сна и еды. Это будет твоим наказанием. Для начала надо добавить в капельницу раствор с наркотиком, чтобы при этом его мучили галлюцинации», — Крейг отошел к столу и выбрал нужный флакон. Мужчина тут же добавил в раствор необходимую дозу и подготовил для Винчестера воду, все же не оставлять же его умирать полностью. Паркер просидел на кровати ровно до того момента, когда заплывшие глаза омеги не стали открываться. — Где… Метью? — хриплый голос раздался сразу же. Он уже не пытался пошевелиться, словно боялся это сделать, но единственное его волновало, где был его друг. «Его… его тут нет… и крови нет», — Дин сразу обратил внимание, что в комнате стало ярче и так же не было пятен крови. — Он? Уже мертв, я его убил Дин, из-за тебя, — подчеркнув последнее Крейг словно давил на него этим. — Ты… больной… я тебя ненавижу, — прохрипел Дин, чувствуя, как голова опять становится мутной, но спать не хотелось и даже не клонило. В глазах буквально застыли новые слезы, которые предательски скатывались по щекам. Вот так увидеть и потерять того, с кем дружил несколько лет. Винчестер старший совершенно не понимал в чем же дело, перед глазами мелькали разные образы, прошлого, недавних событий или того, что могло бы случиться. — Я это знаю. Но ты ничего мне уже не сделаешь. Я оставлю тебя на два, может быть три дня. У тебя будет вода, без еды пока что обойдешься, — хмыкнул Крейг и поднимаясь с кровати потрепал парня по щеке. Мужчина вел себя так, словно ничего не случилось, он убивал уже не первый раз, поэтому уже не видел в этом чего-то странного. В его голове был план, чтобы как можно больше навредить Винчестеру и пока что это прекрасно получалось. «Что теперь делать? Он убил Метью, а я ничего не смог сделать… он опять меня чем-то накачал. Я ненавижу себя», — мысли Дина пожирали его словно еще больше, чем он больше об этом думал, тем хуже становилось. Крейг вышел из комнаты, запирая ее на ключ, мужчина не собирался что-либо объяснять ему, но через время в комнате стал мигать свет. Каждые десять-пятнадцать минут свет в комнате начал то включаться, то резко выключаться, давя на самого Дина. — Черт возьми… это отвратительно, — прохрипел Дин, он понимал, что не может спать. Раствор продолжал медленно проникать в его тело, все больше разум его становился мутным. Винчестер не знал сколько прошло времени, но голова уже начинала болеть. Свет продолжал мигать, а так же через время ему уже стало казаться, что в комнате кто-то есть. Возможно это было галлюцинацией, а возможно просто еще больше действовал наркотик, что распространялся по его телу. «Черт побери, что же теперь делать? Сэм, сможешь ли ты меня найти?» — пронеслось в его голове. В висках отдавало болью, Винчестер старший закрыл глаза, пытаясь уснуть, но это было словно бесполезно. Парень вновь распахнул глаза, как раз в тот момент, когда комната вновь озарилась светом. Вновь боль пронзила его голову и если бы это было все, как вдруг расслабившись, он почувствовал удар тока, пронесшийся по телу, словно обжигающий яд. — Я… тебя… ненавижу, — прохрипел Винчестер, тело задрожало, ему с каждым разом становилось все страшнее. Крейг тем временем уже был в своей комнате, усаживаясь за стол и включил камеры, начиная наблюдать. Ему нравилось то, что теперь он полностью контролировал сон своего пленника. Свет добавлял еще большего давления, словно сковывая, заставляя начать осматриваться. Наблюдая за тем, как Дин с каждым разом вздрагивал на кровати, мужчина довольно усмехнулся и налил себе виски в бокал. — Ну что ж, посмотрим сколько ты выдержишь, детектив. Был таким смелым, а сейчас буквально трясешься от страха, что может быть лучше? — ехидная усмешка тронула его губы. Мужчина сделал какие-то заметки в своем блокноте и вновь вернул к камерам. Сейчас для него это было словно киношоу, где главным участником был Винчестер старший. И все, что он мог, лишь пытаться совладать с собственными страхами. Крейг решил, что этого не достаточно и увеличил интервал переключения света, теперь он гас после получаса на пять минут, а после включался так же на полчаса. Паркер словно играл со своей жертвой. А ведь его даже не было в комнате, это буквально вызывало наслаждение у убийцы. «Вот и славно, посмотрим, как скоро у тебя появятся галлюцинации. И что же ты увидишь?» — Крейг жалел о том, что не мог заглянуть ему в голову и увидеть четкую картинку, но и этого было ему вполне достаточно. Паркер чуть вздохнул и сделал пару глотков виски. Камера писала со звуком, именно поэтому он слышал все что мог бы сказать Дин, не важно на сколько бы тихо он это сказал. Пока что все шло спокойно и это даже немного огорчало мужчину, но он был терпелив и сейчас не собирался прерывать свой эксперимент потому что Дин пока еще ничего не сделал. Винчестер понял, что интервалы между светом увеличились и думал, что хотя бы к этому сможет привыкнуть, но он сильно ошибался. Его состояние стало более тревожным, тело потряхивало от образов, что он видел перед собой. Казалось бы у Дина была крепкая психика, но видимо Крейг смог добраться до его сознание подобными вспышками света, так еще и тем, что ввел в его организм. Размытые образы то ли людей, толи чего-то их напоминающее заставляло кровь стынуть в жилах, он вновь закрыл глаза силясь уснуть, но все попытки были тщетны. Дин начал уже размышлять, что видимо он сходит с ума, раз видит перед собой то, чего нет. Правда не успел он успокоиться, как почувствовал чью-то холодную руку на своем плече, а быть может это была галлюцинация. — Нет… не трогай меня, — хриплый голос раздался в тишине комнаты, он был совершенно один, но ощущения прикосновений было слишком отчетливым. — Неужели… началось, — облизывая губы Крейг вновь сделал глоток и продолжил наблюдать. Дыхание участилось, казалось бы кто-то словно навис над ним, забираясь прямо на кровать. Чьи-то руки бесстыдно трогали его тело. «Ты теперь мой Дин», — проносилось в голове у детектива, но это лишь было галлюцинацией, хотя ему так и не казалось. — Отвали… слезь с меня, — прохрипел Дин, но этот образ не выходил из головы, голос, который он считал реальным продолжал. «Теперь то уж точно не уйду», — голос продолжал буквально у него в голове. — Я… я не хочу… кто ты? — в голосе уже чувствовалась дрожь. Ощущение чужих рук на собственном теле, лице и волосах не покидало его. Казалось, словно кто-то сжимает его волосы и заставляет запрокинуть голову, но все это он делал сам. «Я твой худший кошмар Дин и я останусь с тобой», — голос казался все более зловещим. Дин попытался закрыть глаза, тряся головой, чтобы отогнать образ, но открыв глаза он увидел перед собой два черных глаза, словно две бездны, что разверзлись перед ним и закричал во все горло. — Аааа… что ты такое? — крик буквально заполнил всю комнату, отдаваясь звоном в ушах, но ответа не последовало. Ведь и отвечать было не кому, все это было лишь в его голове, хоть это был и не сон. Дин буквально дрожал, как осиновый лист из-за страха, из-за того, словно он уже не понимал где находится и что с ним происходит. «Тебе страшно? Ну ничего, ведь я рядом», — это скорее пугало еще больше, чем успокаивало. Холодный пот прошибал его тело, отчаянно дернув руками он лишь взвыл от боли, хотя это ему помогло. Чувство боли словно немного привело его в сознание и образ исчез. Без следа, руки словно растворились в воздухе. Но сердце бешено колотилось, словно пытаясь вырваться из груди. Дыхание не могло восстановиться, от страха голос стал едва различимым и его зрачки словно бешеные гуляли по комнате, пытаясь вновь найти того, кто исчез. — Что это было? Неужели мне показалось? — хриплый и дрожащий голос вновь раздался в комнате. Прикусывая нижнюю губу он почувствовал, что игла выпала из его руки и раствор наконец-то перестал проникать в его тело, но уже и того, что ему ввели было достаточно для новых видений и страхов. — Вот как? Интересно, что же он видел? Его буквально трясет, — рассмеялся Крейг, делая очередной глоток виски. Мужчина наслаждался шоу и теперь уже свет стал выключаться на десять минут, чтобы не было возможности быстро подстроиться. С каждым изменением интервала он словно чувствовал, что его пленник еще больше погружается в собственный кошмар. Казалось бы день подходил к завершению, но не эксперимент. Крейг посмотрел на время, уже действительно наступила ночь, а его жертва уже не выдерживала. Отправившись спать, он вернулся к камерам лишь на утро. Открыв глаза он увидел, что Дин уже сидел на кровати, всматриваясь в стену, словно там кто-то стоял. Подобная картина больше пугала, но Паркеру было действительно интересно, что же он там увидел. Винчестер за время ночи уже попытался привыкнуть к свету, но все было тщетно, любая попытка отвлечься и вновь размытый образ, вновь словно кошмар наяву. В этот раз ему казалось, что он видит перед собой своего брата. — Сэмми? Это ты? Ты пришел, чтобы вытащить меня? — голос Дина звучал устало, ему хотелось уснуть, но он не мог этого сделать. «Вытащить? А разве тебе это надо?» — раздался насмешливый голос, он не был похож на голос Сэма, словно это был не он. — Да, прошу, спаси меня отсюда! — буквально закричал Дин куда-то в стену. — А вот это уже интересно, он видит своего брата? — Крейг налил себе кофе, с интересом наблюдая дальше. Мужчина вновь сделал заметки о наблюдении и вернулся к экрану. Дин не верил своим ушам, тот человек, что говорил, что будет защищать его, сейчас словно насмехался над ним. «Ты сам виноват! Вот сам теперь и выбирайся. Так к тому же у тебя появился альфа», — слова Сэма звучали для Дина как болезненный укол, он не верил, что это был его брат, но отчетливо его видел перед собой. Сумашедшие глаза уставились в стену, где он видел образ брата, губы пересохли, Дин не верил своим ушам, он никогда бы так не сказал. — Нет… я тебе не верю. Да, я виноват, но он не мой альфа, он взял меня силой! — кричал в стену Дин, словно пытаясь оправдаться, вопрос только перед кем. «Почему не веришь? Думал, что я постоянно буду тебя прикрывать? Ты сам скрывал, что омега, а теперь просишь тебя спасти?» — голос стал еще ниже, словно доносился из преисподней. Дина буквально прошибло потом, вжимаясь в стену, он попытался отогнать этот образ. Сейчас он слышал те слова, которые всегда боялся услышать от брата или от кого-то, кто был ему дорог. «И что ты молчишь? Ты всего лишь беспомощный щенок! Бесполезный! Слабый! Отвратительный!» — каждое слово как болезненный удар звенел в его висках. — Нееет! Это не так! Ты не мой брат! Уходи! — завопил Дин, дергая руками, но он не мог их освободить, упав на кровать, он тут же уткнулся лицом в подушку, приглушенные всхлипы доносились по комнате. Винчестеру старшему было страшно, он не верил своим ушам, тело трясло, а из глаз предательски полились слезы. — Я… я не… не слабый, — приглушенный голос раздался прямо из подушки, а лживый образ уже исчез. За все это время Дин так и не притронулся к воде, словно боялся, что там будет яд или очередной наркотик. Правда не успел он успокоиться, как возле кровати возник новый образ, образ того, кого он уж точно не ожидал тут увидеть. «Дин… и как долго ты будешь мне врать?» — голос Каса раздался уже в его висках, от чего он резко поднял голову, красными глазами уставившись на новый образ, что был перед ним. — Кас? О чем ты? — в его голосе была растерянность, он словно не знал, что ему ответить. «Ты вечно бегаешь от меня. Врешь и теперь еще и нашел какого-то альфу! Ты мне противен. Забудь все то, что я тебе говорил!» — словно резкий удар хлыста разнесся по его спине, заставляя буквально замереть. — Кас… я никогда… ну почти никогда не врал тебя. Прошу… вытащи меня, — голос дрожал, как и он сам. Ему уже казалось, что вот-вот он потеряет сознание, все самые дорогие ему люди сейчас обвиняли его. Говорили то, чего он всегда боялся услышать, пусть это были и галлюцинации, но для самого Дина это было слишком реально сейчас. «Ты мне больше не нужен. Ты просто стал подстилкой этого альфы. Ах да, тебе не стоит больше работать в нашем отделе», — голос стал грубее, тяжелее, ниже, как раскаленный свинец и все больше вгонял в отчаяние самого Винчестера. — Кас… прошу. Ты ошибаешься, я не хотел… я… ты мне нравишься и я бы хотел быть с тобой, — последняя фраза звучала, как-то, что он давно держал в себе, но боялся сказать. Дин сам удивился от собственных слов, а образ вновь растворился, падая лицом в подушку, он вновь начал всхлипывать, словно сейчас его покинули все, он остался один. Винчестер не понимал, что делать, он был тут, один, все обвиняли его в том, что он сам виноват и отчаяние его все больше поглощало, заставляя опустить руки. — Вот как? Значит Кас! А вот это уже любопытно. Это же начальник отдела. Какой же ты глупый Дин. Тебе стоило сказать ему это раньше, а теперь ты мой, — ухмылка тронула губы Крейга и отпивая кофе в этот день он по-прежнему не пошел в комнату к омеге. Он видел, что тот все больше терял свои силы, свою волю и это лишь было на руку убийце. Мужчина словно упивался страданиями Винчестера. Лишь на третий день, он вернулся к тому в комнату с подносом еды. Крейг открыл дверь, слыша испуганный вскрик омеги, он чего он лишь улыбнулся. Глаза Дина были потухшими, огромные круги давали знать о том, что он все это время не смыкал глаз. Потрескавшиеся губы, которые больше напоминали пустыню и бледная кожа, словно потерявшая свой жизненный оттенок. — Уходи… Крейг… это ты? — голос Дина дрогнул, он уже не знал, как себя вести. В глазах читался страх, он думал, что это очередные образы, что возникали рядом. А по итогу это было реально, впервые за эти дни, перед ним был реальный человек. — Да, это действительно я. Дин, ты выглядишь так, словно видел призрака, — закрывая дверь за собой, мужчина поставил поднос на стол, а после отстегнул наручники от спинки кровати. Крейг понимал, что сейчас омега абсолютно безвреден для него и именно поэтому он спокойно сел рядом. «Черт… он настоящий. Это… что это было?» — Дин аккуратно протянул свою руку к альфе, трогая того за плечо, после за щеку, словно чтобы убедиться, что это действительно настоящий человек, а не очередной образ. — Крейг… что происходит? — голос немного дрожал, потому что ему было страшно, он словно перестал уже различать реальность и галлюцинации, время суток, реальность и вымысел смешались в его голове. — Все впорядке, я здесь, тебе нужно поесть, — Крейг вел себя максимально мягко по отношению к нему, словно специально, он взял поднос со стола и поставил его рядом. Мужчина начал кормить изголодавшегося Винчестера, наблюдая за тем, как он, словно кинутый котенок буквально сметал все то, что было на подносе. Он его не останавливал, но и так же он наблюдал за тем, чтобы тот не подавился. «Как долго я здесь? Брат и Кас действительно меня бросили? Получается, что мне придется всю жизнь пробыть тут, взаперти?» — Дин до сих пор думал, что то, что он видел и слышал реально, а убийца пока что ничего ему и не говорил. — Что ты видел? — решил вдруг спросить Крейг, словно тем самым решил воздействовать на итак его расшатанную психику. — Брат… потом Кас. Они… они правда так считают? Что я бесполезный? Что я ужасный? Они бросили меня? — Дин съел все и невольно уткнулся носом в плечо своего похитителя. Сейчас ему было страшно, он до сих пор не понимал было это реальностью или нет, поэтому решил все рассказать тому, кто был сейчас перед ним. — Мне очень жаль Дин, это правда, — Крейг говорил это с неким сожалением, делая тому еще больнее. — Но… но почему? А ты? Ты такой же? — голос Дина немного задрожал, словно он цеплялся за последнюю соломинку. Чувствуя крепкую руку на своих волосах он невольно прижался ближе и закрыл собственные глаза. Он помнил, что было еще до этих трех дней, но сейчас даже это казалось ему лучше, чем то, что он видел и слышал за последние дни. — Нет, я здесь и я тебя не оставлю. Ты же мой омега, — голос был ласковым, словно даже заботливым, от чего Дин прижался ближе. Почему то сейчас, он ему верил, возможно дело было в его общем состоянии, а быть может в том, что Крейг вел себя как прекрасный манипулятор. Ведь он довел Дина до такого состояния, а сейчас изображал из себя защитника, пусть это было и враньем, но он ему верил. «Какой же ты все-таки наивный. Все же лишение сна и еды прекрасно работают. Ты показал свои слабости», — улыбка тронула лицо Крейга и он поцеловал парня в макушку. — Мне пора, а ты отдыхай, — все же сказал Крейг, поднимаясь с кровати, в этот раз он ему вколол наркотик со снотворным и забирая все лишнее, покинул комнату. Мужчина посмотрел на то, что Дин действительно стал засыпать, он довольно усмехнулся и выключив свет, покинул комнату, оставляя его вновь одного. В этот раз он как обычно закрыл комнату и теперь отправился к себе, размышляя, как еще больше можно было бы с ним развлечься.