Часть 2.5
27 июня 2012 г., 09:42
- Да, Хеймитч, мы поцеловались при всех. Разве ты не этого хотел, выдавая нас за влюбленных?
Гейл поморщился. Не хочу сейчас думать, что в моей реплике ему не понравилось.
Наш ментор и я орали друг на друга уже какое-то довольно-таки продолжительное время. Мы выслушали, какие мы идиоты, и как мы подставились. Гейл в нашей перебранке участия не принимал. Он просто стоял передо мной, словно защищая меня от Хеймитча. Пока мы «лаялись», он не произнес ни слова.
- Поймите, это должно было открыться на интервью. А теперь мой план летит к чертям собачьим.
- Извините, ваше величество! Хеймитч, ты тоже должен понять, если ты выстраиваешь план с другими людьми в главных ролях, первым делом ты должен… Нет, ты обязан сообщить об этом этим людям! Ты сказал нам быть жутко влюбленными, да? Мы были таковыми! Как могли, но были!
Хеймитч упал на диван. Гейл повернулся ко мне и одними глазами сказал: «Молчи!»
- Ладно, не могу сказать, что это было хорошо, но к интервью мы придумаем что-нибудь еще. Идите спать.
Гейл приобнял меня за талию и повел в мою спальню.
- Не уходи. Останься, пожалуйста.
- Боюсь, придется. Не стоит еще больше злить Хеймитча. А то там ему и до греха недалеко. Убьет же.
Он целует меня в лоб и уходит. Я принимаю душ и ложусь в кровать. А затем погружаюсь в царство Морфея.
Наш лес. Рядом Гейл. У меня в руках лук. Я пускаю стрелу. Белка падает на землю мертвая, пораженная моим коронным выстрелом. Вдруг Гейл резко оборачивается и куда-то стреляет из своего лука. Кто-то очень большой падает. Раздается выстрел из пушки. На небе появляется фотография светловолосого парня. В нем я узнаю трибута из Второго дистрикта. Голос в моей голове говорит: «Вас осталось только двое.» Я нацеливаю стрелу в грудь Гейлу и отпускаю тетиву.
Я просыпаюсь в оцепенении. Не могу пошевелить ни рукой, ни ногой. Я глубоко и прерывисто дышу. А затем встаю и иду в душ. Умываю лицо, а когда смотрю на себя в зеркало, вновь цепенею. Глаза красные, из них водопадами струятся слезы. Впервые простой сон доводит меня до такого состояния.
Открываю дверь и выхожу из своей спальни. В этой части нашего пентхауса я еще не была. Здесь находится спальня Гейла. Вхожу. Он спит. Во сне он выглядит таким юным и беззащитным… А вот сейчас он откроет глаза, и все это рухнет в один миг. Я сажусь к нему на кровать и начинаю будить его. Гейл раскрывает глаза. Юный и беззащитный мальчик действительно пропадает без следа.
- Кискисс, что случилось?
В голосе Гейла столько ласки и нежности… Я прижимаюсь к его плечу и плачу. Он обнимает меня.
- Мне приснился кошмар.
- Не расстраивайся. Это всего лишь сон.
- Мне снилась Арена. Мы остались вдвоем. И я… И я… И я убила тебя!
Новая волна рыданий. Гейл взял меня к себе на колени и начал качать меня как маленького ребенка, напевая какую-то старую детскую колыбельную. Эта колыбельная пробудила во мне какие-то воспоминания, но вот было слишком тяжело вспомнить, какие. И еще у Гейла неожиданно оказался очень приятный голос.
- Почему ты никогда не поешь?
- Я не люблю. Я люблю другое…Многое другое… И тебя в том числе.
Но я уже не слышала последнюю его фразу. Под его голос я заснула. А перед тем, как уснуть, я увидела его лицо, бледное словно луна.
