Неужели?.. Или любовь подкралась незаметно

- А теперь, откройте миру правду! Есть ли у вас возлюбленная? – нетерпеливо хлопнула в ладоши миловидная ведущая. - Нет, никого нет, - ослепительная улыбка в ответ. - Нет, не верится! Как у такого великолепного мужчины, как вы, не может быть любимой девушки? - Нет, правда, нет. Любимой нужно посвящать всего себя, а сейчас у меня слишком много работы. - Какой вы благородный! По зрительному залу пронесся восхищенный ропот и аплодисменты. И неудивительно, ведь неподражаемый во всех отношениях Тсуруга Рен в очередной раз очаровал публику. - Ты был великолепен, как всегда, - сказал Яширо, когда Рен завершил съемки на ТВ-шоу и направился в гримерную. - Это часть моей работы, - улыбнулся в ответ актер. - Что бы ты ни говорил, это качество намертво прилипло к тебе, вне зависимости от работы, - поучительным тоном произнес менеджер. - Какое качество? - Очаровывать всех вокруг в радиусе трех километров! - Ехидно заулыбался Юки, садясь на небольшой диван в гримерке. - Это не считая телезрителей. Тогда ты просто ходячая атомная бомба… - Брось, Яширо-сан, я не в состоянии очаровать всех, - проговорил Тсуруга, переодеваясь за высокой ширмой. - Ну да, ну да… На Кьеко твое безграничное обаяние вообще действует абсолютно противоположно, - свернул на любимую тему Яширо, в очередной раз с интересом наблюдая за реакцией подопечного. - Что ж, с этим я ничего сделать не могу, - с грустной улыбкой ответил брюнет, выходя из-за ширмы. На какое-то мгновение в его глазах промелькнула неподъемная грусть, увидев которую неугомонный менеджер поспешил закрыть болезненную тему, ведь лишние страдания человеку, к которому за все время знакомства он стал относиться как к другу, причинять не хотелось. - Что у нас дальше по расписанию? – спросил Рен, - беря со стола принесенное кем-то из служащих кофе. - Так, дальше у тебя фотосессия у американского фотографа Хью Лэрда, а после обеда встреча с рекламным продюсером, режиссером и новыми партнерами по рекламе английского ювелирного бренда, - сверившись с ежедневником, отрапортовал Яширо. – И да, на обед мы идем в нормальный ресторан, где ты съешь нормальную еду, а то одна рыжая особа оторвет мне голову. Все ясно? - Ясно, ясно, не кипятись, - в примирительном жесте поднял руки актер. – Ну, времени нет. Пошли. *** - Вот ты мне скажи, ты воздухом питаешься? – бурчал менеджер, шагая за Тсуругой. - А? - Ты толком ничего не съел! Поклевал немного, по-другому не скажешь! – сердито пыхтел очкарик. - Ну, прости, мне не хотелось, - виновато улыбнулся Рен. - М-да… похоже, только Кьеко может заставить тебя съесть, помимо основной порции, еще и добавку, - тихо, чтобы его не услышал актер, пробормотал Яширо. Эта маленькая перебранка случилась в коридорах современного офисного центра, где должна была пройти встреча с будущей командой по рекламе. Оба мужчины, как всегда, были пунктуальны и приехали немного раньше назначенного времени, поэтому спокойным шагом шли в нужный зал. - Тсуруга-сан, вы уже прибыли? – к ним с улыбкой подошел один из работников центра. – Меня просили передать, что место встречи изменилось. Я вас провожу. Мужчины переглянулись, но без лишних вопросов направились за сотрудником. Как выяснил внимательный ко всем мелочам Яширо, режиссер отличался неординарностью даже среди своих неординарных коллег. Поэтому свою кинозвезду верный менеджер подготовил к любому развитию сценария. И вот, сюрпризы начались. Вместо традиционного конференц-зала их привели в настоящую английскую гостиную, с камином, гобеленами и мебелью из темного дерева, обитую бархатом. Но не успели новоприбывшие отойти от шока, как к Рену бросился, став лапами на грудь, огромный дог. - Гермес, нельзя! – раздалась резкая команда. Собака послушно отстала от актера и спокойно вернулась на ковер у камина. Тут совсем обалдевшие от таких неожиданностей мужчины рассмотрели присутствующих в комнате. За резным столом, раскрыв шахматную доску, сидели совсем юные темноволосые парень и девушка. У окна, тоже каким-то образом переделанного под стиль серебряного века, стоял довольно пожилой, коренастый мужчина, в котором прибывшие узнали продюсера. На изящной софе комфортно расположилась солнечно рыжая красавица, цвет волос которой невольно привлек внимание актера и его менеджера, вызывая лишь одну ассоциацию. И в массивном кресле, где обычно располагался глава традиционной английской семьи, сидела молодая женщина лет тридцати пяти, одетая в пышное платье с тугим корсетом, который подчеркивал все прелести ее фигуры. Черные волосы были уложены в затейливую прическу, а в руках, затянутых в изящные перчатки, лежал шикарный веер из белых страусиных перьев. Весь ее образ был буквально окутан ореолом загадочности. «Красива… но чудачка», - заключил про себя Яширо. «Может, ее с Такарадой познакомить?» - задумался Рен. - Добрый день, меня зовут Тсуруга Рен, - он не растерялся, вежливо представившись. Вместо ответа, странная женщина величественно поднялась с места и вплотную подошла к брюнету. Пронзительные зеленые глаза вбирали образ известного актера, казалось, в мельчайших деталях, не пропуская ничего. От столь пристального внимания Тсуруге стало не по себе. - Тсуруга Рен, значит… - наконец, произнесла она с легким акцентом и, к облегчению мужчины, отступила назад. – Вы как раз вовремя. Хорошее качество, - отвернувшись, она прошествовала к столу, где разыграли партию в шахматы еще не представленные парень и девушка, и взяла в руки красивый расписной чайник, наверняка имеющий немалую ценность. – Не желаете чаю, господа? - Нет, благодарю, - мотнул головой Рен. - Тогда присаживайтесь, - женщина вернулась в свое кресло. Дождавшись, когда прибывшие расположатся на свободном диване, она заговорила. – Меня зовут Кэтрин Форест, я режиссер данного проекта. Надеюсь, атмосфера, что была создана под руководством уважаемого мистера Ямамото, - она указала на продюсера, - поможет всей команде проникнуться истинным английским духом, чтобы сделать нашу рекламу наиболее реалистичной и яркой. «Кажется, она настолько же чудная, как и президент, - сокрушенно мотнул головой Яширо. – Вспоминая странные условия договора… И почему Такарада так настоял на этих съемках?..» – менеджер согласился с этими условиями не столько под мягким, но настойчивым давлением Лори, сколько из-за желания его подопечного сняться в этом бренде. Ведь эта ювелирная марка была популярна не только в Европе, но и во всем мире. И стать ее лицом азиатскому актеру являлось настоящей удачей. Хотя, Яширо уже прикидывал, какие слухи могут поползти во время этих съемок. Но… «Чего только не сделаешь ради успеха этого болвана», - горестно вздохнул он, скосив взгляд на вежливо улыбающегося Тсуругу. - Что ж, давайте я представлю вам актеров, с которыми вам предстоит работать, - щелкнула веером Кэтрин. – Джессика и Джейсон Баррет, - указала она на играющую в шахматы пару. – Внешне они довольно сильно отличаются, но на самом деле близнецы и оба очень талантливы. Молодые люди ответили на приветствие вежливым наклоном головы. - Буду рад с вами работать, - произнес японский актер. - А это мисс Моргана Грин, - жест в сторону рыжеволосой красавицы. - В Англии является известной моделью и актрисой. - Видел ваши работы, мисс Грин, они великолепны, - улыбнулся модели Рен, в ответ девушка тоже наградила его теплой улыбкой. - Благодарю, мистер Тсуруга. О вас все отзываются как о превосходном партнере по игре. Буду рада с вами работать. «Рен, какого черта ты с ней любезничаешь больше, чем с остальными?! – мысленно возопил Яширо. – Да, она красива и чем-то похожа на Кьеко… Но она не Могами!!!» - А теперь, позвольте рассказать вам об идее рекламы, - возвестила Кэтрин, величественно откинувшись на мягкую спинку кресла. – Эта реклама будет состоять из четырех клипов, где вы будете играть одну влюбленную пару, но в разном возрасте. Четыре клипа, как четыре эпизода жизни. Первый: встреча. Они юны и наивны, первый взгляд, первое прикосновение и нескончаемый поток эмоций, еще нерешительных, но сильных. Второй эпизод: расставание. Они не могут ослушаться своих родителей и им приходиться разлучиться навсегда, а юноша своей возлюбленной дарит лишь небольшое ювелирное украшение, чтобы она помнила об их любви. Это все играют наши дорогие мисс и мистер Баррет. Дальше все зависит от вашей игры, мисс Грин и мистер Тсуруга. Эпизод третий: спустя несколько лет, случайная встреча в аэропорту. Чувства вспыхивают с новой силой. Мужчина дарит девушке подарок, который предназначался выбранной родителями невесте. И, наконец, четвертый эпизод: на пальцах у молодой пары одеты обручальные кольца, и они входят в родительский дом, чтобы объявить о своем решении. Ролики будут примерно равные по времени, но совершенно безмолвные, то есть, вы должны будете показать все свое мастерство лишь мимикой и жестами. - Красивая история со счастливым концом, дающая надежду, - кивнул Рен. – Но у меня один вопрос, касающийся содержания договора: зачем требуется постоянный контакт со своим партнером вне съемок? Форест тихо вздохнула и, поднявшись с места, направилась к неприметной двери, расположенной рядом с камином. - Пройдемте со мной, мистер Тсуруга. Удивленный Рен молча встал и пошел следом за режиссером, оставив заинтригованных коллег теряться в догадках. Они оказались в комнате поменьше, видимо, оборудованной под личный кабинет, если судить по надежному дубовому столу, небольшой софе и многочисленным книжным полкам. Женщина подошла к высокому окну и, скрестив руки на груди, заговорила, не глядя на брюнета. - Я хочу увидеть лучшую игру, на которую вы только способны. Джессика и Джейсон – брат и сестра, они знают и любят друг друга на протяжении всей жизни, и то им придется немало поработать, чтобы реалистично сыграть влюбленных. А вы с мисс Грин, как я понимаю, встретились впервые. Как ни прискорбно, но думаю, даже ваш уровень мастерства не сможет скрыть разницы привязанности. Вы играете одних и тех же людей, только ваша сложность состоит в том, что чувства стали более горькими и глубокими. - Я понимаю всю трудность предстоящей работы, но все-таки, зачем нам с мисс Грин столь близкое общение вне съемок? Ведь вы еще не видели, на что я способен. - Зато я наслышала про ваши слабые стороны в актерской игре. - Что?.. - Лори мне кое-что рассказал, правда, уверил, что вы справились с вашей проблемой, - легкую улыбку скрыл за собой веер, и только зеленые глаза впились внимательным взглядом в остолбеневшего актера. – Я очень высоко оцениваю его слова, но мой принцип такой: доверяй, но проверяй. И пока я не буду удовлетворена вашей игрой не перед камерами, о съемках можете забыть. «Кто она? – Тсуруга пытался не показывать своего напряжения. – И почему Такарада ей настолько доверяет?» - Эта реклама – мировой уровень пиара. Все вы были выбраны за уникальный талант и неповторимую внешность. Осталось только показать свои возможности перед режиссером и заказчиками, прежде чем вас будут оценивать зрители, - Кэтрин неожиданно тепло улыбнулась. – Такарада отзывался о вас, как ни о ком другом. Так что игра в любовь до начала съемок не должна составить вам особых проблем. Тем более, по окончанию работы, все слухи о ваших отношениях с мисс Грин будут опровергнуты. А возможно… - Форест задумчиво приподняла брови, - возможно, у вас есть любимая девушка, которой будет неприятно смотреть на эти действия? Рен чуть вздрогнул, но быстро взял себя в руки и невозмутимо заявил: - Ничего подобного. Теперь, когда все недоразумения решены, ничего не может помешать началу работы. *** Тсуруге было приятно осознавать тот факт, что Моргана Грин была вполне здравомыслящей девушкой и настоящим профессионалом своего дела. Иначе вся прошедшая неделя казалось бы ему абсолютно невыносимой. Мало того, что ему приходиться чуть ли не все дни напролет проводить с приятным, но все же посторонним человеком и из-за этого круглосуточно терпеть нападки журналистов, так еще Кьеко стала старательно его избегать. Он не знал, почему это началось, но неприятное чувство подсказывало, что это по его вине. - Тсуруга-сан, почему вы такой мрачный? – участливо спросила его Моргана, когда они сидели в кафе и обедали. - Со мной все в порядке, - встрепенулся Рен, вспомнив, что они находятся под пристальным вниманием десятков глаз. Надев свою фирменную улыбку, он заметил. – Ваш японский становится лучше день ото дня. - Благодарю. Я с детства увлекалась японской культурой, в том числе и языком. И только практика позволяет мне развивать этот навык. - Буду рад помочь. И все-таки, Тсуруга был рад, что его партнершей оказалась такая здравомыслящая девушка, способная на публике играть самые нежные чувства, но одновременно оставаться хорошим другом. - Думаю, самое время заказать чай, - сказала Моргана, аккуратно положив столовые приборы на опустевшую тарелку. - Как пожелаете, мэм, - улыбнулся актер и, повернувшись к проходящей мимо официантке, с милой улыбкой произнес. – Пожалуйста, принесите нам меню напитков. То ли официантка оказалась такая слабонервная, то ли она являлась поклонницей Рена, но факт остается фактом: следовало брюнету повернуться к девушке и одарить своей блистательной улыбкой, как та споткнулась и, кратко взвизгнув, окатила любимого многими актера содержимым своего подноса. Видимо, по счастливой случайности на нем не оказалось горячего, а только порция вишневого сока. - Ох, простите меня, простите, - заголосила несчастная девушка, неустанно кланяясь поднявшему в успокаивающем жесте руки Тсуруге. – Мне так жаль! - Ничего страшного, с каждым могло случиться, не стоит винить себя, - говорил актер. – Все целы, и это главное. - Но ваша рубашка безнадежно испорчена, - покачала головой Моргана, глядя, как белой ткани расплывается красное пятно. - Не страшно, агентство рядом. Там и переоденусь, - уверил ее Рен. - Но не идти же вам мокрым! – взяв несколько салфеток, Грин склонилась над грудью брюнета и стала старательно промокать пятно. – Надо же, насколько опасным может быть ваше обаяние… Актер лишь усмехнулся и собирался что-то ответить, как его слух прорезал до боли знакомый голос. - Тсуруга-сан?! На входе в кафе стояла оторопевшая Кьеко, чьи глаза, и без того большие, стали просто квадратными при виде двусмысленного положения ее семпая. - А, Могами-сан, я… - Простите, что помешала! – и она рыжим торнадо вылетела из помещения. - Постойте, вы не так поняли! - крикнул Рен, но было уже поздно. - Хм, нехорошо получилось… - протянула Моргана, смяв пропитанные соком салфетки и выбросив их в пепельницу. - Я потом ей все объясню,- проговорил брюнет. - Чем скорее, тем лучше, - кивнула модель. – А то рискуете потерять ее. - Простите? - Просто ваше лицо приобрело невиданное мной до этого выражение, следовало этой девушке появиться. Но не переживайте, - махнула рукой Грин. – Я сделаю вид, что ничего не видела. Потрясенному своей ошибкой по время игры Тсуруге оставалось только кивнуть… Конечно, подобное понимание со стороны мисс Грин не могло не радовать Рена, если бы после того случая Кьеко не стала избегать его еще старательнее. Стоило ему появиться в ста метрах от нее, как Могами испуганным зайцем неслась по срочным делам, даже не приветствуя своего семпая. Яширо обвинял в подобном поведении только своего подопечного, даже несколько новых эпитетов придумал, чтобы объяснить этой самой-самой большой звезде, насколько он не прав. Тсуруга запутался окончательно. И только профессионализм и ответственное отношение к работе не позволяли погрузиться ему в полное уныние. В таком темпе прошло несколько дней. В одно нерадостное утро, еще до того, как прозвенел будильник, Рена разбудил собственный телефон. - Алло? – не взглянув на дисплей, хрипло бросил он в трубку. - Прости, что звоню в такую рань, - на другом конце раздался бодрый голос президента. – Но можешь сегодня еще поспать, примерно до обеда. На сегодня все твои съемки отменены, вот только во вторую половину дня ты мне нужен в агентстве. - Почему съемок нет? Вы что опять задумали? – нахмурился актер. - Так получилось. Временная накладка, но я все улажу, а пока можешь спокойно отдохнуть. Но в три чтобы ты был в LME! – и Такарада отключился. Ничего не понимая, брюнет сел на кровати и набрал номер своего менеджера. Лори не соврал. Яширо подтвердил, что буквально полчаса назад отменились его утренние съемки, а вечернюю программу перенесли на послезавтра. Все еще озадаченный столь резкими изменениями планов, Тсуруга откинулся на подушки в надежде немного подремать. Но мысли о Кьеко, которая стала шарахаться от него, как от прокаженного, не дали ему забыться. Поэтому, так и не выспавшийся, ничего не поевший и хмурый, как сегодняшнее небо, Рен приехал в агентство чуть раньше назначенного времени. Войдя в кабинет президента и молча оценив его вид, который сегодня представлял роль католического кардинала, Тсуруга спокойно ждал, когда Лори закончит телефонный разговор. Наконец, положив трубку, Такарада посмотрел на своего любимчика. - Как продвигается подготовка к съемкам? – задал он вопрос. - Благотворно, - только и был ответ. - По твоему лицу заметно, - хмыкнул президент. – Ты хоть что-нибудь ел? - Кофе выпил. - Могами-кун будет в ярости. - Ей все равно. - Хм? – заинтересованно протянул Лори, а Рен мысленно отвесил себе подзатыльник. Хотя, рано или поздно, этот старый лис докопался бы до правды. - У тебя есть особые мотивы утверждать, что ей все равно? Вряд ли Могами-кун изменила своим убеждениям. - Что вы хотели от меня, президент? – вздохнул Тсуруга, всем видом показывая, что не хочет развивать эту тему. - Опять хочешь что-то скрыть от меня? – чуть прищурился Такарада. – Жизнь еще не научила, что это тухлый номер? Опустив голову, Рен упрямо смотрел только на носки своих ботинок. «Как дитя малое, честное слово», - вздохнул президент. - Значит так, из-за своего промаха… - начал он. - Какого промаха? – тут же встрепенулся актер. - … ты выполнишь одно мое поручение, - невозмутимо продолжил Лори. – Сейчас ты должен спуститься в третий зал для репетиций и провести одну театральную постановку. - Что за поручение такое? Почему я? - Только ты один сегодня свободен, а актриса юна и имеет еще мало опыта. Тебе нужно всего лишь заменить ее партнера на сегодня, - Такарада величественно махнул рукой, показывая, что это его последнее слово. – И поторопись, а то девушка опоздает на следующие съемки. - Просто заменить ее партнера, да? – бормотал Тсуруга, идя по коридорам родного агентства. – И какая муха укусила Такараду? Сегодня он еще более странный, чем обычно… В этот час залы для репетиций были пусты. Пожав плечами, Рен направился в указанный третий зал, подумав, что актриса тихо ждет замены ее партнера. Главное, чтобы ее удар не хватил, когда она эту замену увидит… - Простите меня, простите! – сквозь мысли парня прорвался любимый голос. «Могами-сан?» Не успел он ничего проанализировать, как к девичьему голосу добавился мужской, не менее знакомый. - Кьеко, все хорошо. Если так тяжело, то закрой глаза и представь его. И потом открой свое сердце. «Папа?! А он тут что делает? Что тут вообще происходит?» Ошеломленный и заинтригованный, Тсуруга тихо вошел в зал. Он увидел, как на сцене стоят Кьеко и Куу. У девушки глаза были плотно закрыты, а лицо пылало румянцем смущения. - Тсуруга-сан… - сорвалось с девичьих губ. Рен вздрогнул и невольно сделал шаг вперед. Хизури, чуть повернув голову, заметил его присутствие. Плавно подняв руку, он еле видимым жестом позвал сына к себе. Завороженный смущенным видом своей возлюбленной, брюнет неслышной кошачьей походкой приблизился к парочке. Молча ухмыльнувшись, Куу отступил назад, уступив свое место Рену. А Кьеко, погруженная в свой собственный мир, чуть приподняла руку, словно пыталась коснуться чего-то. После всех переживаний из-за потери ее доверия, загипнотизированный ее близостью и необычностью окружающей атмосферы, Тсуруга не выдержал и осторожно взял ее за руку, переплетая их пальцы. - Рен… - от звучания его имени, сказанного с придыханием ее нежным голосом, ему едва не снесло крышу. Руки дрожали от необходимости обнять и прижать дорогое существо к себе. И скоро ему будет все равно, как она на это отреагирует. Но дальше… - Я люблю тебя, Рен. Больше, чем кого-либо еще. Ее слова повисли в воздухе, вдруг ставшем плотным от возникшего напряжения. Тсуруга резко выдохнул, но не в силах был вздохнуть. В ушах продолжали звенеть ее слова. «Она сказала…» На девичьем личике явно читалось недоумение по поводу возникшей паузы, а после актриса медленно открыла глаза. Пару раз моргнула, сфокусировав взгляд на замершем изваянием актере, нахмурилась, зажмурившись на несколько секунд. А после посмотрела на брюнета более осознанно, и на ее лице стало проступать понимание, а потом – паника и ужас. - Тсуруга-сан? – пискнула она совсем другим голосом, отличающимся от того, которым она призналась ему в любви минуту назад. Рен начал осознавать сложившуюся ситуацию. «Она меня любит? Меня… любит… любит!» Он с восторгом сжал дрожащую девичью ладошку в своей руке. - Где папа? – пролепетала Кьеко. - Я за него, - ответил брюнет. Он чувствовал, как внутри него надувается, словно воздушный шарик, чувство безграничного ликования. – Вернее, это он был на моем месте, не так ли, Могами-сан? - Но… - девушка не знала, куда спрятать глаза. Казалось, еще немного, и она упадет в обморок. «Любимая моя», - нежно произнес про себя актер, твердо решив дойти до победного конца. - Вы думали, что я позволю кому-то постороннему услышать слова, которые предназначались мне? – его голос стал сладким, словно мед. - Это… это все Такарада-сан! – закричала актриса, делая отчаянную попытку вырваться, но тщетно. Наоборот, это послужило сигналом для Рена. Резко дернув девушку на себя, он прижал к груди стройную фигурку, надежно сцепив вокруг тонкой талии руки. Такого чувства счастья, которое его охватило в это мгновение, он еще никогда не испытывал. - Нет уж, - чуть шевеля дыханием рыжие волосы возле покрасневшего ушка, промурлыкал он. – Теперь-то я точно никуда тебя не отпущу, Кьеко. Трепеща от восторга, он нашел желанные губы и накрыл их осторожным поцелуем. Могами сначала дернулась в сторону, но уже через пару мгновений доверчиво прижалась к мужскому телу и даже начала отвечать на поцелуй. - Никуда и никогда не отпущу, - выдохнул Рен, прислонившись лбом к ее лбу. Чуть затуманенные золотистые глаза как ничто доказывали полное согласие с вердиктом парня, а чуть слышный стон, сорвавшийся с нежных губ, словно скрепил это соглашение несмываемой печатью.