Глава №8. Школьные приключения
5 мая 2014 г., 17:32
– Лайтвуд, Гермиона! – отчеканила Минерва МакГонагалл.
Для Гермионы решили сделать исключение, так что при распределении она оказалась первой в списке. Было немного неловко – все её ровесники внимательно смотрели с рядов своих факультетов, а она стоит здесь совсем одна.
Гермиона придала себе уверенный вид и прошествовала к Минерве. Та была намного моложе, чем при их первой встрече: черные волосы заплетены в тугую косу, морщин было совсем немного, но не изменился все тот же нравоучительный взгляд, который мог пристыдить любого.
Как только шляпа оказалась на голове Грейнджер, та затаила дыхание. Её обуревало множество мыслей и чувств. На первом месте стояло волнение, она посмотрела на других учеников. Взгляд зацепился за Джеймса, который уже освободил рядом с ними место. Уверен в том, что она поступит на его факультет. Что же, сейчас и проверим сговорчивость распределителя.
– Хм, в тебе есть что-то непонятное, – пробормотала шляпа.
– Десять лет моей жизни были стерты, – попыталась соврать Гермиона. – Но мне говорили, что я подхожу для Гриффиндора.
– Определенно, Гриффиндор будет тебе хорошим домом, но в Рейвенкло твоя смекалка придется к месту.
– Мои новые друзья на факультете Годрика, – не оставляла попытки переубедить шляпу Грейнджер.
– Хорошо, что ты так быстро нашла друзей, и я все же сделаю для тебя исключение. Гриффиндор!
«Ага, как же, исключение», – она мысленно хмыкнула.
Для всех же Гермиона искренне улыбнулась и под аплодисменты своего факультета направилась к ним.
– Я удивлен! – воскликнул Джеймс, когда Грейнджер подошла к ним.
– Не переигрывай, Поттер, – улыбнувшись, сказала Гермиона и села на отведенное ей место.
– Что это она так тебя держала? – спросил Сириус, с недоверием посмотрев на нее.
– Не беспокойся, шляпа не предлагала мне Слизерин, – весело ответила Грейнджер. Её очень забавляла реакция Блэка.
– Тогда какой еще факультет? – не унимался он.
– Прекрати, Бродяга! – возмутился Джеймс. – Ну, так на какой факультет тебя хотели распределить?
– Джеймс! – уже Поттера пришлось усмирять.
– Рейвенкло, – с гордостью сказала Гермиона.
– Так неинтересно, – отец Гарри наигранно обиделся и отвернулся.
– И как же было бы, по-твоему, интересно? – Гермиона приподняла бровь и, как обычно это делает МакГонагалл, сжала губы в узкую полоску.
– Если бы тебя отправили к змеям. Ты только послушай: «мы же тебе доверяли, а ты, оказывается, одна из них», – невозмутимо ответил Поттер, демонстративно размахивая руками. Привлекать к себе внимание он умел.
Вся компания в тот же момента засмеялась. Даже стеснительный Ремус поддался общему настроению, а обиженный Поттер лишь фыркнул и что-то невнятно пробормотал.
– Не обижайся ты так, Сохатый, – сквозь смех выдавил из себя Сириус, пытаясь поддержать его, вот только это явно не получалось. Джеймс, как ребенок, стал ковырять вилкой в еде.
***
Впрочем, Джеймс сдался очень скоро, так что дружная компания уже вовсю развлекалась и шутила в гостиной их факультета. Опыт в общении с Гарри и Роном очень помог Гермионе в налаживании отношений с Мародерами. В начале своего первого курса они не ладили, так как те были убеждены, что их новая знакомая – зазнавшаяся особа, которая все время пытается учить других. Хотя это и было так, но чувство обиды терзало её очень долго. Позднее, не без помощи ребят, Гермиона смогла немного исправить свой характер, но все же иногда нравоучительный тон мелькал в её речи. Ладно, ладно, просто не так часто, как на первом курсе. Эту деталь она и учитывала при общении с Мародерами. Но радовал тот факт, что с Лили она могла окунуться в любимую среду и просто быть собой, хотя и в компании Ремуса, как ей казалось, можно было позволить себе это. – Слышал, что у нас новый преподаватель ЗОТИ, – вставил свою реплику Сириус, вырвав Грейнджер из размышлений. Гермиона прислушалась к разговору. – Ну и где он? – спросил незнакомый ей гриффиндорец. – Я просто уверен, что у нас не будет этого предмета – каждый год они уходят по разным причинам. – Дамблдор позволил ему подготовиться к новому учебному году, так что он не был в Большом Зале, – с умным видом заявил Люпин. – Мне уже интересно, – рассмеявшись, сказал Джеймс. Он вальяжно развалился на диване и разместил свои ноги на журнальном столике. Лили лишь фыркнула, на что получила укоризненный взгляд Джеймса. – А я вот хочу, чтобы наш новый учитель имел много шрамов и во время урока рассказывал бы случаи из своей бурной жизни аврора, – мечтательно произнес Сириус. – Вот когда нахватаешься такого опыта, смело иди преподавать сюда, а сейчас не фантазируй так, – не выдержала Гермиона, решив немного отомстить за недоверие. – Вот и наберусь! – с гордостью заявил Бродяга и вскочил с кресла. – Куда это ты? – лениво поинтересовался Джеймс, но в его глазах проскальзывал неподдельный интерес, но он умело скрывал это. – А ты как думаешь, Джим? Естественно, набираться шрамов и опыта в схватке со злом, – его глаза сверкнули недобрым огоньком. – Я так полагаю, зло – это Слизерин? – обреченно спросила Гермиона. «Уж лучше бы я промолчала!», – ругала себя Грейнджер. Губы Сириуса расплылись в ухмылке.***
Без сомнений, тот факт, что первый учебный день отменили, был напрямую связан с некой группой подростков, именующих себя Мародерами. И без сомнений, что не обошлось без «змеиного» факультета. Вдохновленный «великими и героическими» подвигами, Сириус Блэк принял для себя решение, которое не подлежало оспариванию. Но что же делать его верным друзьям, не способным отказаться от такого заманчивого предложения? Конечно же, помочь «герою» избавить мир от вселенского зла. Зная Мародеров, можно с уверенностью сказать, что «зло» носит галстуки с серебристо-зеленой расцветкой, а главными источниками являлись студенты, на которых все время косились ребята. В это число вошел и Северус Снейп, который надеялся, что его вечер в гостиной Слизерина пройдет тихо и уж точно без проделок ненавистной компании. Но не только Северус надеялся на это – весь его факультет, а в частности, первокурсники, которым уже успели рассказать о проказах «львиного» факультета, с опаской посматривал на проход в их гостиную. Впрочем, сам вечер прошел, хоть и на иголках, но все же спокойно, а вот ночь… Враг подкрался незаметно, как говорится. Если бы они знали о том, что произойдет ночью, поставили бы кого-нибудь сторожить свои спальни, или не засыпали бы. Во-первых, никто не ожидал, что все слизеринцы проснутся с красной кожей – зачем уж скрывать свой факультет, все и так знают, чьих рук это дело. Во-вторых, только Регулус мог ожидать, что страницы их учебников и пергаментов превратятся в бумажных птиц, которых нельзя расколдовать до следующего вечера. Года два назад старший брат проделал тот же трюк и с Регулусом, вот только те птицы держались три недели, но сейчас было больше «материала». В-третьих, смена «имиджа» явно не входила в их планы. Утром парни поняли, что длинные волосы после сна крайне сложно расчесать, а вот девушки лишь на одно мгновение радостно проснулись, не ощущая привычной тяжести волос. Вот только потом женские спальни наполнились визгом по поводу нового «загара» и слишком короткой стрижки. В-четвертых, некоторым личностям досталось вдвойне. На учеников, которые первыми вышли из комнаты – в самом скверном настроении – посыпалась волшебная пыльца фейри. Все прекрасно знают, что эти существа все время любят подшутить над кем-нибудь, и не всегда безобидно. Вот и сейчас их волшебство «одарило» бедолаг рогами, а кого-то и хвостом. Вероятно, это был не самый тонкий намек компании о том, какого они мнения о студентах Салазара. Естественно, весь факультет не мог присутствовать на уроках, но преподаватели решили, что и другим следует пропустить первый учебный день. Гермиона решила провести это время на природе. Устроившись подле дерева, она начала читать в тишине, так как сделать это в её гостиной было просто невозможно. Весь факультет бурно обсуждал выходку Мародеров, которые наслаждались славой. Грейнджер не замечала, как быстро пролетело время, проведенное за чтением. А в своей отстранённости от внешнего мира она не заметила, что кто-то приближается. – Сколько ты тут сидишь? – поинтересовался, судя по голосу, парень. Гермиона вздрогнула и подняла на него глаза. Как оказалось, это был младший брат Сириуса, Регулус. Вот только Грейнджер думала, что его кожа будет красной, но тот выглядел обычно. – Не знаю, – она пожала плечами. – А ты что тут делаешь? – Решил прогуляться, – он сел рядом с ней и облокотился на дерево. – В гостиной почти все мельтешат и суетятся, пытаясь найти заклинание, которое приведет их в норму. – А ты? Я думала, что они разукрасили всех, – Гермиона изучающе посмотрела на Блэка. – Ты забыла, кто мой брат? Эти заклинания для меня не в новинку, так что противоядие я нашел сразу же. Конечно, последние курсы уже избавились от этой проблемы, а вот остальные… – Ну, значит, Сириус еще может купаться в лучах славы, – она усмехнулась. – Это была его затея? – поинтересовался Регулус. Гермиона заметила, что в разговоре о старшем брате он оживился. – Он хотел стать знаменитым аврором, который побывал во многих битвах. Регулус засмеялся. – В этом весь он. В детстве Сириус где-то достал маггловскую книгу, где описывались приключения пиратов – он месяц ходил с повязкой для глаза и хотел отрезать себе руку. – Отрезать себе руку? – искренне удивилась Грейнджер. – Ага, он был очень впечатлительным ребенком, вот только отец, которому проболталась Нарцисса, гостившая у нас тогда, лишил его любой возможности сделать это. – И как именно? – заинтересовалась Гермиона. – Наказание длилось неделю, а когда Сириус пытался снова выкинуть что-то из ряда вон выходящее, действовало непреодолимое заклинание чесотки. Грейнджер рассмеялась, представляя себе эту картину. Зная неугомонный характер Сириуса, можно было с уверенностью сказать, что попытки подшутить над кем-нибудь не прекращались. – Да, наверное, старший брат - это хорошо, – неосознанно вырывалось у нее. – У тебя же есть брат, – Регулус удивленно посмотрел на нее. – Да, но… – начала оправдываться Гермиона. – Мы не так близки, как хотелось бы. – Мы с Сириусом на дух друг друга не переносим, – он усмехнулся. – Так что тебе еще повезло со своим старшим братом. – Иногда он бывает просто непереносимым. Особенно, если подбирает для меня платье, – Грейнджер попыталась сгладить обстановку. – Он заботится о тебе, – очень серьезно сказал Регулус. – Это он подослал тебя? – выпалила она со странной переменой настроения. Лицо Блэка исказилось, но он сразу же придал себе безразличное выражение лица. «Что это с ним?», – мысленно удивилась Гермиона. – Меня мучает совесть, – сказал он спустя пару минут давящего молчания. – И что же ты такое натворил? – поинтересовалась она. – В тот вечер твою мать убили по моей вине, – Гермиона затаила дыхание, а Регулус продолжил объяснение. – Хоть непростительное заклинание выпустил другой человек, но это из-за меня её нашли Пожиратели, когда все пытались покинуть поместье. – А сейчас ты пытаешься загладить свою вину с моей помощью? Общаешься со мной лишь из жалости? – поинтересовалась Грейнджер, отвернувшись в сторону замка. – Я… – он замялся, пытаясь подобрать нужные слова. – Я не убийца, так что не могу спокойно смотреть на смерть человека. – Но все же смотрел на её смерть, – холодно произнесла она. – Темный Лорд не позволяет нам отказываться от, как он сам говорит, захватывающего зрелища. Гермиона вздрогнула. Она прекрасно помнила темного волшебника и его сумасшедшую приспешницу, Беллатрису. Эти воспоминания навсегда въелись в её память, словно душевный шрам. Шрам, который так и не заживет. – Как можно идти за этим психом? – дрожащим голосом спросила Грейнджер. – Он не… – начал оправдываться Регулус, но был прерван Гермионой, которая неожиданно вскочила с земли. – … Не помешанный монстр, который с легкостью может убить других людей, по его мнению, не достойных на жизнь. Да как он смеет такое решать? Регулус промолчал, поджав губу. – Вот и ответ на мой вопрос, – раздраженно сказала Гермиона и направилась к замку.
