Врага надо знать в лицо

Легко накликать на себя беду, Когда жене понятны твои враки. Известно, что грешникам гореть в аду. Но поджаривать их начинают в браке.*

      Прошло три дня, муж приходит совсем ночью, заваливается на меня своим телом, а изо рта неприятный запах вина. Все становится неприятным, когда человек неприятен. А сегодня его не было. Всю ночь. На улице продолжают гореть высокие фонари, заливая своим светом подоконник, на котором стоит белоснежная ваза с тюльпанами, которые мне подарил муж. А я ведь не люблю тюльпаны. Неужели он останется у неё на всю ночь? Руки предательским вспотели, а сердце застучало так бешено, что вот-вот выскочит из груди. Это был бы хороший конец.       Сняв с себя чёрную футболку, кинула небрежно на стул, оголяя грудь и живот, которые были в мелких царапинах. Муж всегда был груб. Легла на постель, накинув до пупка тонкое одеяло, всматриваясь в потолок. Голова кружится, и мысли сплетаются, что невозможно ничего разобрать. Внутренний голос бьётся в истерике, пытаясь что-то понять, а паутина из мыслей медленно окутывает всё тело, коля маленькими шипами каждый сантиметр тела. Надо же когда-то это закончить. Невыносимо жить всегда в муках, что-то внутри умирает от этого. Своя гордость навеки должна быть превыше другой чужой.       На утро мой любимый уже лежал рядом со мной, своей грубой рукой обхватывая мою талию. Снова пахнет вином. Дурманящий, но приторный запах заполнил уже всю квартиру. Медленно встаю, а его ногти впиваются в мою кожу, нагло царапая и оставляя красные следы. Переложив ладонь супруга на постель, встала с постели, глубоко вздохнув, а потом жадно заглатывая воздух. Соленые слезы снова скатились по щекам. Как же ненавижу себя, когда я такая слабая. Женщина не должна быть слабой.       Перед выходом, осмотрела себя в зеркале. Короткое платье без бретелек нежно-голубого цвета, так по-летнему, а волосы безобразно неряшливо падали на плечи. Немного покрасовавшись перед зеркалом, вышла на улицу. В нос сразу ударил запах свежести. И никакого гадкого аромата вина. Она такая странная, эта женщина. Быть любовницей так низко для женщины, а разрушать чужие жизни и подавно. Зато как вкусно пахнет этот грех... Безумно сладко и маняще. А её глаза проникают в самые тайные места души, заставляя поддаться и совсем забыть о какой-то злости. Быть может, это моему супругу и нравится, что его превосходит какая-то женщина, в то время, как дома ждёт податливая жена?       Тот же дом, та же дверь, и с той стороны двери та же самая особа. Волосы собраны в хвост, широкие зелёные шорты и белая майка, которая невероятно сильно просвечивала чёрный лифчик. Женщина усмехнулась, чуть склонив голову на бок и пропуская в свой дом без слов. Зелёные глаза смотрели с тем же интересом, что и в первый день, так далеко заглядывали внутрь, что мурашки прошлись также где-то внутри, а не по коже. Я спокойной прошла, гордо подняв голову и не сводя с неё глаза. А она усмехалась. Рыжеволосая прошла к тому же самому дивану, а я за ней, молча садясь на него. — Ну почему нам нельзя быть друзьями? — произносит она. — Ты спишь с моим мужем. Это довольно веская причина. Она тихо засмеялась, облокотившись спиной о диван, зелёными глазами проходясь по всему моему телу, останавливаясь на шее, после она перевела свой взгляд на меня. — Сколько тебе лет, голубка? — ухмыляется она. — Двадцать один, ну а Вам? Должно быть, лет эдак двадцать пять. Она залилась громким смехом, отведя от меня взгляд, после, успокоившись, снова посмотрела на меня, улыбаясь. — Мне тридцать пять лет. Ты всего на десять лет ошиблась. - она продолжает улыбаться, чуть поерзав на диване, закидывая ногу на ногу. — Тридцать пять?! — не без удивления громко повторила я, широкими глазами посмотрев на рыжеволосую. Она снова засмеялась как-то по-дружелюбному, слабо кивнув. — Может, чаю? — женщина встала с дивана, выпрямившись в спине, пристально смотря на меняя. — Было бы неплохо. — я немного замялась под её взглядом. Она смотрела, будто пытаясь что-то понять или разглядеть что-то в моих глазах. А там ведь пусто. Может именно это она и хочет разглядеть? Она плавной походкой удалилась из комнаты. Она такая очаровательная. Также вкусно пахнет. Почему же она живёт одна? Или её хобби — уводить замужних мужчин? Через несколько минут она вернулась, ставя на кофейный столик две чашки и садясь рядом со мной. Совсем близко. Её кожа коснулась моей и тело обдало неимоверным жаром, хотя её белая кожа была холодной. Холодная, но такая сладкая. Наверное, её кожа на вкус тоже как конфетка. ____ *Сергей Родионович Бесчастный