First love, last love.

Сильные мужские руки забинтованы, но вновь взяли тонкую кисть. Впервые за последний месяц. ОН так успокаивается, ЕМУ так легче преодолевать ужасную боль внутри. Уже больше двух лет его верными друзьями были и остаются... Краски. Парню особенно тяжело сейчас. Сегодня его вновь прогнала любимая девушка. Пит хотел рассказать о том, что чувствует. Взял её за руки и сжал их. Она вопила, билась, кусала его за руки до крови, но ему было все равно. Главное, что она была близко. Буквально в нескольких сантиметрах от него. Китнисс и не думала сдаваться. Она кричала так, будто её рвут на кусочки. Это был животный крик. Крик души. Такой сильный, что казалось барабанные перепонки парня не выдержат. Она думала, что ОН отпустит её, но понимает, что сама не хочет этого. Девушка и не думала, как сейчас ведет себя. Эгоистично. Брюнетка смотрела на окровавленные руки парня и ужаснулась. Это сделала она. Действительно ОНА. Пит словно не замечая места укусов, продолжал смотреть на неё, так, будто она что-то совсем не существующее. Будто она сейчас исчезнет. Раз и навсегда. Девушка продолжала кричать, поднимая всю окрестность на уши. Погода, словно поддалась её настроению и начала портится. Небо хмурилось и покрывалось серо-синей краской. Сверкали яркие молнии, а ветер беспощадно гнул деревья. Окно комнаты внезапно распахнулось, ударившись рамой о стену. Стекло рассыпалась мелкими зернышками по полу девичьей комнаты. Яркие вспышки света отвлекали девушку, ужасно пугая. Она не решалась до этого раньше, но сейчас ей это было нужно. Именно сейчас. Опять проблеск эгоизма в её пустынной душе. Китнисс подается порыву и резко обнимает парня, зажмурившись. Пит стоит в оцепенении. Ему непонятны действия брюнетки. Он не понимает, что происходит, но тут же обнимает любимую в ответ. Как же ему хотелось нажать на кнопку "Пауза" и остаться жить в этом моменте. Капельки крови беззвучно падают на пол, пачкая дорогое дерево. Блондин обнимает её с такой заботой и лаской, на которую только способен. Он слышит тихие всхлипы и слова жалости в свой адрес. Пит хочет рассказать, что не вернется больше в седьмой, что готов остаться и забросить учебу только из-за неё. Теперь он останется здесь, но если она скажет, что не любит, ему нечего здесь делать. Он уедет. -Китнисс, мне нужно... -начинает он, но брюнетка перебивает его. В неё словно вселился кто-то другой. Совсем отличающийся от той нежной и хрупкой Китнисс, которую он помнил. Но Пит любит её и такой. Разъяренной, яростной, ненавистной. -Отпусти, -шепчет она, всхлипывая, - Пусти же меня! Эвердин толкает его, будто ошпарившись о раскаленный чайник или утюг. В их головах творится что-то ужасное. Они оба напуганы поведением Китнисс. Пит переживает за неё и протягивает израненные руки к девушке, но та бьет по ним с такой силой, что юноша вскрикивает. Ему больно, но он терпит. Он привык... Блондин вновь уходит, ничего не сказав в ответ. Слишком трудно. Слишком больно. Всё это слишком. Ему становится зябко от холода. Юноша не спешит домой. Смысл идти туда, где тебя никто не ждет? Только его верные товарищи постоянно лежали на одном месте, поджидая друга с кистью. Блондин выводит тонкие линии, вырисовывая узоры на полотне. Руки пекут, сердце болит, а душа опустошается. С каждой встречей, он пустеет. Становится чем-то неживым. Боль накрывает его и не отпускает, сжимая все органы в один пучок, не давая вдохнуть. Кисть движется все дальше и дальше, рисуя знакомый портрет. Все тот же любимый. Китнисс Эвердин. Та, которую он предал, и та которая хранила его любовь глубоко в сердце. Тонкие нос, ровные брови, и пухлые губы, показывали молодость девушки. Красивые серые глаза излучали тепло, а румянец говорил о здоровье. В этой картине было все идеально, если бы заядлый художник не велел себе самому дорисовать нечто противоположное нарисованному несколько секунд назад. Слеза. Горькая и горячая слеза скатывалась по её чудесному румянцу, изображенному ранее. Брови сузились, а лоб поморщился. Пухлые губы немного сжались,а глаза... Наполнились болью. Той болью, которую он мог увидеть только в её глазах. Пита накрывает волна ярости и ненависти к самому себе. Один удар и бинт на руке покрывается еще не высохшей краской. Душа постепенно умирает, разрываясь от пустоты, постепенно поглощающей юношу.

***

-Джо, приди. Мне нужен совет. Ты должна прийти черт возьми! -Кричит девушка в трубку. В ответ ей ничего не приходит. Лишь тихое пиликанье. Бесит. Раздражает. Даже сейчас она беспомощна. Как тогда. Два года назад. Воспоминания вновь даю о себе знать. Китнисс плачет, не зная куда себя деть. Безысходность. -Кискис, ты тут? -кто-то спрашивает. Дверь приоткрывается тихонько поскрипывая. Пришел ей брат. Гейл Эвердин. Юноша он хороший, но безумно злопамятный. Однажды, ему пришлось заступится за сестру. Брюнет так увлекся процессом, что его ели оттащили от пострадавшего - Пита Мелларка. -Да, Гейл проходи. -Хрипит девушка, вытирая проступившие слезы рукавом кофты. -Дорогая, ну что опять? -немного грубо спрашивает он. Гейл никогда не выставлял свои чувства на показ, и это безумно бесило Китнисс. Она знала парня больше его самого. И ей просто надоедает постоянно предугадывать его действия. -Нет, Гейл. Все хорошо. -Холодно отвечает она. Ей трудно говорить о Пите. Она запуталась. -Опять он? -бесцветно спрашивает парень. Хотя он изображает безразличие, ему безумно жаль сестренку. За последние два года, ему приходилось успокаивать её и говорить о том, что все наладится и будет хорошо. -Ну даже если он, то это ничего не меняет! -Господи Китнисс, забудь ты его! Сколько ты можешь себя накручивать! Ты же знаешь, я могу разобраться с ним и делу конец! -Кричит парень, встав с кровати. В его серых глазах мелькают искры ярости и ненависти к Мелларку. Это ужасно пугает девушку, ведь она не хочет причинять боль Питу. Китнисс все так же любит его. Но предательство не прощают. Никогда. -Нет! Гейл убирайся! Ты не посмеешь! -Вскрикивает она. Да она ненавидит Мелларка, но не может забыть тот взгляд в гримерке. Что он значил? Это было нечто другое, совершенно непохожее на привычного для неё Пита Мелларка. Девушка выбегает из комнаты, громко хлопнув дверью. Она уже не слышала привычных для неё криков родителей. Китнисс выбежала на улицу в том, в чем была. Её маленький силуэт расплывался под проливным дождем. Она идет туда по инерции. По памяти. В светлый дом, находившийся в двух кварталах от неё. Одежда намокла, темные кудрявые волосы выпрямились, а глаза пекли. Она бежала и плакала. То, что она старательно скрывает от самой себя, убивает её. Это бомба замедленного действия. Небо плачет вслед за ней. Она замедляет ход и подходит к большому дому. Переступает ступеньки. Теперь нет пути обратно. Последний шаг. Она должна узнать, почему он так смотрит. Почему мучает её. ______________________________________________ Не знаю, понравится или нет. Надеюсь на хорошие отзывы и мягкие помидорки! Уж простите за неразбериху:\ То что могла, то и написала.