Какой есть...

О произошедшем Том доложил декану сразу после того как сдал Билла на попечение медсестре. Герр Зауэр согласился, что откладывать нельзя, но, тем не менее, отсрочил разбирательство почти на неделю. Когда Дэвид обо всем узнал, Каулитцу больших усилий стоило удержать его на месте, и не дать разобраться с «этим сукиным сыном», уж больно большой соблазн был отпустить. Билла все-таки положили в больницу по настоянию Дэвида «на всякий случай». Том был с ним полностью согласен, но что за «случай» такой, так и не понял. Нотбек все это время ходит тише воды, но по-прежнему раздражающе спокойный, будто все тузы были у него в рукаве. Bill Меня выписали довольно быстро, опасность миновала – отделался легким испугом и наглотался воды. Но одному Богу известно, чем бы все закончилось, если бы герр Каулитц не появился там, в нужный момент. Я был ему безгранично благодарен и чувствовал, что нахожусь перед ним в неоплатном долгу, хотя даже «спасибо» сказать не успел. Дэвид снова превратился в сварливую наседку, опекая меня практически круглосуточно и следя за каждым моим шагом. До начала разбирательства было решено в одностороннем порядке запереть меня дома. Так что выражение благодарности откладывалось еще на несколько дней. После случившегося, я уже не боялся, что о моей беременности узнают, самое страшное чуть было не произошло. Больше чем увидеть страх потери и обреченность в глазах Нотбека, я хотел увидеть Тома. Avtor Герр Зауэр подошел к делу основательно, выяснив, где в это время находился герр Сайрус, что там делали Нотбек с Трюмпером, из-за чего произошел инцидент и как там оказался герр Каулитц. Все сказанное фиксировалось офицером полиции. Сайрус: После урока я проверил инвентарь и отправился в главный корпус. *** Нотбек: Не люблю шум и суету, а в столовой всегда так. Поэтому я взял обед с собой и пошел в бассейн. Потом пришел Трюмпер, попросил подойти. Пока я шел он поскользнулся и упал в воду. Я растерялся, не знал что делать. Хорошо, что герр Каулитц был поблизости. *** Каулитц: В тот день мои пары закончились, поэтому я шел к парковке мимо бассейна. Следователь: Что вы увидели? Каулитц: Нотбек поцеловал Трюмпера, а затем толкнул его в воду. Следователь: Трюмпер сопротивлялся? Каулитц: Расстояние было довольно большим, но я видел, как Нотбек схватил Билла за руки, когда тот хотел отстраниться. Следователь: Нотбек утверждает, что Трюмпер сам попросил его подойти. *** Трюмпер: После физкультуры я направлялся со своим другом Сэмом в главный корпус, но вернулся, потому что забыл тетрадь в зале. Следователь: Почему вы не вернулись той же дорогой? Трюмпер: Через бассейн было короче. Следователь: Зачем вы позвали Нотбека? Трюмпер: Я не звал его, это он меня окликнул, сказал остановиться. Следователь: Герр Каулитц сказал, что видел, как Нотбек поцеловал вас, а затем толкнул, отчего вы и упали в воду. Трюмпер: Все так и было. Следователь: В каких отношениях вы состоите с Нотбеком? Трюмпер: Мы не друзья, но и не враги, хотя он меня постоянно оскорбляет, как и других ребят в группе. *** Следователь: Я должен предупредить вас еще раз, что за дачу ложных показаний вам светит до двух лет лишения свободы. Герр Каулитц утверждает что видел, как вы столкнули Трюмпера в воду, когда тот начал сопротивляться вашему поцелую. К тому же Трюмпер говорит, что это вы просили его остановиться. Нотбек: Он лжет! Следователь: Кто именно? *** Следователь: Ваш лечащий врач, в заключении указал, что опасности выкидыша нет. Я просто обязан спросить, кто является отцом ребенка? *** Следователь: В каких отношениях вы состоите с Трюмпером? Каулитц: В смысле, в каких? Он мой студент. Следователь: Хорошо, я сформулирую по-другому. Вы вступали с Вильгельмом Трюмпером в связь сексуального характера? Каулитц: Что? *** Следователь: Вы так и не ответили на вопрос. Кто является отцом вашего ребенка? Трюмпер: Это уже не важно, мы расстались. Следователь: Это Томас Каулитц? Трюмпер: Нет! Следователь: Тогда Нотбек? Трюмпер: Нет. Следователь: Кем вам приходится Дэвид Йост? Трюмпер: Он мой родственник и я временно живу у него. *** Нотбек: Трюмпер меня ненавидит, и дружка своего подговорил. Я не делал того в чем меня обвиняют! Да, мы повздорили с Трюмпером, и я не сдержался и толкнул его. Но я совсем не ожидал, что он упадет, все это не более чем случайность! Следователь: Из-за этой «случайности» у него чуть не случился выкидыш. И ничего не мешает мне обвинить тебя в попытке двойного убийства, нанесении вреда здоровью и домогательстве сексуального характера. Плюс дача ложных показаний. Это уже лет на семь тянет. Нотбек: Клянусь я не знал! Следователь: А если бы знал, то не сделал подобного? Нотбек: Конечно, нет. До суда дело доводить не стали, скандал институту был ни к чему, Нотбека исключили с занесением в личное дело и дали 5 лет условно. Том негодовал, но понимал что с такими связями как у Нотбека, меньшего ожидать не следовало. Через день после исключения Нотбека, Билл вернулся к учебе. Пропустив почти две недели, он снова набрал «хвостов» по некоторым предметам, в том числе и по экономике. Том нашелся в своем кабинете, проверяя работы очередных студентов, он и совсем не обратил на неожиданного гостя внимания. -Герр Каулитц? – робко позвал Билл. Услышав этот голос, Том тут же забыл про свое занятие. Поднявшись из-за стола, он подошел к Биллу, не сводя с него глаз. -Тебе уже разрешили вернуться к занятиям? -Да. Наступило неловкое молчание. Том хотел спросить о его самочувствии и о том, почему его все-таки забрали в больницу, но не решился, посчитав свои вопросы назойливыми. -Герр Каулитц, я хотел сказать вам спасибо, за то, что спасли меня тогда. -Не за что. Надеюсь, что помощь подобного рода тебе больше не понадобится, – мимолетно улыбнулся Том, умолчав о том, как он тогда испугался. -Я тоже. И я хотел узнать о пропущенных занятиях…. -Приходи как обычно, думаю, мы быстро все нагоним. Билл согласно кивнул и вышел, умолчав о том, что в свете недавних событий, декан дал личное разрешение не отрабатывать пропущенные занятия. Том смотрел ему вслед с легкой улыбкой на губах, думая о том, какой добросовестный студент ему попался, если так печется о пропусках, на которые сам декан разрешил всем преподавателям закрыть глаза и о том, как хорошо кормят в больницах, раз там можно поправиться за неделю.