Кружевница

Для подготовки побега у меня оставалась неделя. За это время нужно было не только собрать необходимые вещи, но и разведать то, чего не увидела в предсказании. И раздобыть платок, волосы у меня светлые, видно издалека. Поскольку убегать придется ночью, то не хотелось бы светиться со своей шевелюрой перед стражниками. Кроме того мне нужна была емкость для воды. Все эти предметы смогла отыскать за пару дней. В тот день, когда агарцы прибыли в замок, я как раз принимала постиранное белье у прачек. Выглянув во двор, внимательно рассмотрела, где поставили фургоны. Вспомнила, что в фургоне можно спрятаться под лавкой, закрывшись корзинами с едой, но вот как попасть в фургон, не представляла. Вернее, не рассмотрела в своем предсказании. Вечером меня буквально трясло от волнения. Зубы от страха выстукивали дробь, еле дождалась пока стражники закончат обход и пройдет новая смена. И только потом осторожно спустилась в помещение прачечной. Чтобы завязать на голове косынку и прихватить узелок, много времени не понадобилось. Потом вытолкнула в окно вещички и следом протиснулась сама. Хорошо, что демоны у себя в замке опасаются только внешних врагов, то, что происходит внутри замка, никого не волнует. Конечно, у Повелителя имеется личная стража, но крыло, где обитали слуги, не охранялось. Так что я смогла спокойно проползти вдоль стены и забраться под один из фургонов. Теперь оставалось только попасть внутрь. Поскольку, повозка была высокой, пришлось попыхтеть, чтобы перебраться через бортик. Там уже на ощупь двинулась к дальнему углу, отодвинула две корзины, расстелила плащ, притянула корзины к себе, закрыв обзор, и завернулась в свою накидку. Всё! Теперь если повезет, то даже усну. Как ни странно, действительно уснула и проснулась, когда возницы стали запрягать лошадей. Сквозь щели видела, что на улице ещё темно. Получалось, что в запасе часа два до того времени, как старшая служанка придет меня будить. Интересно, что она сделает, когда никого не обнаружит? Про это в моём видении не было ничего. Вообще-то, это меня не волновало, потому что точно знала, что до того, как попаду на корабль Агарцев, демоны меня не догонят. Всю дорогу до порта я прислушивалась к тому, о чём беседовали возницы. Ничего важного не услышала. На пристани снова всё получилось замечательно. Пользуясь тем, что возницы начали распрягать лошадей, я выбиралась наружу. Действовала чётко по плану, то есть нагло. Встала и пошла на выход. Те, кто сидел впереди, меня не видели, а те, кто был в следующих фургонах, решили, что всё так и должно быть. Я же уверенно спустилась вниз и, не оглядываясь, пошла к причалу. Теперь предстояло найти тот ящик, в котором раньше перевозили полудрагоценные камни, а теперь в него загрузили фрукты. Ящик отыскался быстро. Потом оторвала одну из досок и начала выгружать большие колючие фрукты. Бросала их позади себя, в море. Совесть меня совсем не мучила, а чего переживать, если во время шторма это всё потонет, вместе с экипажем? Когда места в ящике стало достаточно, забралась внутрь и приладила доски на проем. Вскоре несколько человек подхватили ящик и понесли его на корабль. Размер у моего временного укрытия был такой, что в трюм никто опускать не стал. Примотали на палубе веревками, да и забыли, занимаясь остальным грузом. Ещё раз я успела вздремнуть, пока грузили остальной товар, купленный у демонов. Впереди ожидалась сложная ночь, так что лучше отдохнуть, пока есть такая возможность. Действительно всё происходило именно в таком порядке, как видела в пророчестве. И когда я ощутила, что мы уже в открытом море, то испытала ни с чем не сравнимое чувство свободы. Правда, вскоре оно сменилось другими ощущениями, меня снова мутило. Предусмотрительно я вчера ужинать отказалась, показав демонессам, что болит живот. Кстати, надеялась, что старшая служанка, не найдя никого в спальне, шум поднимать не станет, а пойдет искать меня болезную. Вот уж когда совсем не обнаружит, то поднимет тревогу. Впрочем, не мои заботы. Пока же лежала в ящике, сжав зубы, и терпела изо всех сил. Корабль раскачивало всё сильнее, снасти скрипели так, что казалось вот-вот рухнут. Наконец, я решила, что пора выбираться наружу. Плащ оставила внутри, а фляжку привязала к поясу. Возможно, что ещё был вечер, но из-за разгулявшейся стихии небо казалось темнее. Темная одежда скрывала меня от постороннего взгляда, и привязать себя к ящику оказалось просто. Один конец веревки закрепила к своему запястью и улеглась сверху ящика. Ненавижу море! Мутило так, что мне не было дела до того, что творится вокруг. Люди кричали, что-то рушилось и ломалось, раз за разом меня окатывало водой. В какой-то момент корабль накренился так, что мой ящик смыло за борт. А дальше начался настоящий кошмар! Руку пекло из-за содранной кожи и соленной воды. Второй рукой я пыталась уцепиться за доски. И на какое-то время даже позабыла, что меня должно тошнить. Все свои силы я направила на то, чтобы удержаться на поверхности. Никакое пророчество не могло передать всю гамму ощущений. От холода я стучала зубами и пыталась негнущимися пальцами поддерживать свое тело на поверхности. Ветер отгонял моё плавсредство всё дальше и дальше. Но вскоре шторм стал стихать, на небе появились звезды, а ещё через час я мирно качалась на небольшой волне. Отвязала свою руку и стала стаскивать одежду. Ветер почти утих, да и воздух не был холодным, а вот в мокрой одежде все-таки зябко. Теперь оставалось только ждать. Я знала, что даже грести не нужно, волны и ветер сделают своё дело. Наверно, всё же уснула и резко вздрогнула, когда ящик наткнулся на шлюпку. Вот теперь можно собрать свои вещи и прыгать в шлюпку. Девушка внутри была давно мертва. Скорее всего, её посадили сразу, как только начался шторм. В своем видении я не разглядывала, кто в лодке, тогда меня волновало совсем другое. А вот теперь я смогла рассмотреть несчастную. Вероятно, деревянная щепка пробила висок и прошла в мозг. Мгновенная смерть, удивительно, что тело не выбросило в море. Прежде чем сбросить девушку в воду, повернула её лицом к себе и буквально застыла от увиденного. Пару минут понадобилось, чтобы сообразить, что с ума ещё не сошла, а мертвая незнакомка это не я, хотя и выглядит, как моя копия. Похоже, что это её я видела рядом с принцем, и это её свадьбу показало пророчество, да и брачный браслет с гербом королевства подтверждал мою версию, что передо мной принцесса Джанни. Еще раз вздохнула, и попрощалась с девушкой, перекинув ее тело за борт. Принцессе уже без разницы, а мне нужна лодка. Отломала доску от ящика и погребла на север, воды должно хватить до того, как меня подберет агарский корабль. На возвращение в столицу у меня ушло почти две недели. Хорошо, что в коберском порту есть королевский банк. Сняла немного денег, заселилась в ближайшую гостиницу и прожила там несколько дней. Купание в море не пошло впрок. Я простыла. Лекарь навещал меня каждый день. Он же сообщил новость, которую я и сама могла увидеть ещё раньше, если бы была повнимательней. Серебристый круг на животе показывал, что я беременна и родится сын. Кто папочка сомнений не возникало. Вот только мне это добавило хлопот. Едва отошла от болезни, отправилась на рынок. После «встречи с принцессой», я решила, что не стоит показывать своё лицо и лучше приобрести специальную накидку. В рядах анийских купцов нашла традиционную одежду анийских женщин – платок и бурка. Купила не торгуясь. Свои вещи сложила в заплечный мешок и пошла договариваться насчет дилижанса в столицу. Если на меня и смотрели косо, то вопросов никто не задавал. Я понимала, как странно выгляжу, анийские женщины никогда не путешествуют без сопровождения мужчины, но вознице было в общем-то без разницы, лишь бы за проезд платила. А мнение окружающих меня не волновало, главное, чтобы никто не увидел во мне принцессу Джанни, а на всё остальное наплевать. Огорчало, что видение пророчества заканчивалось на том моменте, когда я заходила в гостиницу и что случится дальше предположить не могла, потому старалась всячески обезопасить себя. Естественно, что как только добралась до столицы, сразу направилась к единственному близкому для меня человеку – господину Кейману, надеясь, что он посоветует, как быть. Вот только рассказывать всё, что со мной случилось не стоило. Господин Кейман, как я и ожидала, обрадовался неимоверно, оставил в библиотеке помощника и повел домой. – Девочка, я так скучал. Хотел с Инни весточку передать, когда тебя в Голубой дворец отправили, – хлопотал вокруг меня старый библиотекарь. – Рассказывай. Почему в таком виде и что произошло? Я поведала краткую версию. В Эрите меня украли, сейчас беременна и сбежала от мужчины. А ещё сообщила, что скорее всего, принцесса Джанни моя сестра-близнец, потому показываться на людях не хочу. Даже если я не её сестра, то очень похожа, и закономерно у принца возникнут вопросы. – Это правильно, – одобрил наставник, – но ты же наверно не слышала, что принц погиб месяц назад. Страна в трауре, а в столице ходят слухи, что демоны украли принцессу. – Какой ужас. А зачем демонам принцесса? – изобразила я полное непонимание. – Помнишь, мы пророчество читали? Книгу у меня тогда изъяла королевская служба безопасности. Но я и сам понял. Да и Инни, старый змей, потом поделился, что вроде бы у демонов уже лет пятьдесят, как не рождаются дети. И согласно пророчеству, кровь рода Нави поможет им возродиться. От таких новостей я вообще прикусила язык. Получалось, что если я смогла забеременеть, то принцесса Джанни точно моя сестра, соответственно и я из рода Нави. Молчать, молчать, а то сожгут и разбираться никто не будет. Дальше стал вопрос где и за какие средства мне жить. Накоплений у меня было меньше двухсот золотых. На эти деньги в столице долго не проживешь. Господин Кейман предлагал остаться у него, я же хотела купить маленький домик в ближайшей деревне. Мы немного поспорили, выясняя все за и против. Получалось, что в деревне жить дешевле, моих денег может хватить лет на пять. Но одинокая женщина, эритка, да ещё с ребенком рано или поздно привлечет внимание соседей. В доме же наставника я сама отказывалась жить, не хотела его стеснять. – Девочка моя, я настолько стар, что моей репутации уже ничего не угрожает, – убеждал наставник. – Сын женился и сейчас служит на границе с Ливией. Других родственников у меня нет, запишем тебя, как племянницу моей жены. Для приличия, я ещё немного посопротивлялась, но в результате согласилась, что это идеальный вариант, и перебралась в бывшую спальню Остара. С прислугой вообще повезло. Приходящая кухарка работала у наставника много лет, меня знала с детства. Когда ей сообщили, что «девочка попала в пикантную ситуацию», только поохала, пожаловалась на мужиков-кобелей и пообещала никому не рассказывать. Так мы и стали жить. Деньги за питание и проживание наставник отказался брать, иногда я всё же надевала бурку анийки и выходила на рынок, покупала различные мелочи для малыша. Жить у господина Кеймера в доме мне нравилось. По старой нашей традиции вечерами беседовали в гостиной на разных языках. Как-то вечером наставник поведал, что по городу пошли слухи, о том, что на границе с Ливией неспокойно. Эти слухи через два дня заменили словом «война». Из-за чего начался конфликт, никто толком не мог объяснить. Но ливийцы уже захватили часть приграничья. А через месяц наставник получил известие о смерти сына. Меня эта новость потрясла, просто не верилось, что этого симпатичного и улыбчивого парня больше нет в живых. Господин Кеймер постарел ещё больше. – Юленька, если бы не ты, то даже не знаю, что могло задержать меня в этом мире, – признался он. Я пыталась его ободрить, и похоже, это удавалось. В один из вечеров наставник принес купленные у горожанина старые учебники ливийского языка. Парень, что продал их, утверждал, что одна из его родственниц была ливийкой полукровкой. После её смерти остались книги, которые не то хранили, не то прятали в семье. Прочитать книги никто не смог. Парень носил их букинистам в лавку, но никто не хотел покупать, тем более после начала войны. А наставник взял. – Юленька, смотри какое сокровище, – шептал он. Я полностью разделяла его восторг. Отчего мы раньше ничего не слышали о древнеливийском языке? Оказалось, есть и такой. И сейчас у нас был учебник с переводом древних слов на современный, и одна книга на древнеливийском языке. – Похоже, что ливийцы охраняют свои секреты ещё строже, чем демоны, – поделилась я своими наблюдениями. – Они не самая общительная нация, – согласился со мной наставник, продолжая разглядывать приобретение. – Надо же, как сильно отличаются понятия, – восхищалась я. – Вот, смотрите: одно и то же слово, только чуть изменено написание. В современном языке это женщина, а на древнем — человек. – Да, Юленька. Это просто восхитительно! Мы переписывали и составляли для себя более приемлемый справочник почти два месяца. Сначала сделали перевод на коберский, записали слова, значения которых не смогли отыскать в словаре. Потом по смыслу пробовали выявить обозначение. Времени потратили много, но в итоге получили древнюю ливийскую книгу. Традиционно это были исторические хроники. Ничего нового в книге не узнали. Все эти события изложены в современных издательствах. Но само написание слов восхищало. Я, как кружевница, могла оценить эту изящную вязь букв. А ещё удивляло, как сильно поменялось значение слов со временем. Обычное «прикосновение», на древнем языке означало — «убить». Создавалось впечатление, что со временем слова стали мягче, как бы «добрее». В один из дней мне припомнился перевод книги, что я делала для ливийца в Тонске, там ещё такие забавные рецепты были. Скуки ради написала один по памяти. Потом заменила все слова на древнеливийский, ещё раз переписала теперь уже на коберский язык и замерла. Внимательно еще раз перечитала. Руки задрожали. Сожгла все свои черновики и отправилась на кухню выпить воды, поскольку меня продолжало трясти. За такие знания могут и убить. Ха! Рецепты. Безобидные. Сказочка для молодой дурочки. У меня и мысли тогда не возникло, что в книге было что-то не так. А вот поведение ливийца должно было насторожить. И платил хорошо, и сидел рядом, забирая сразу все листы перевода. Наверное, только мой наставник знает, какой уникальной зрительной памятью я обладаю. Я-то всё запомнила. Хорошо, что ливиец об этом не догадывался, а то прирезал бы меня на месте. А может он и хотел, вот только я из города на другой день уехала. Даже если ливиец отправился в храм спрашивать обо мне, то мало чего узнал. Уж очень зол на меня был жрец. Наставнику рассказывать о той книге я не стала, такие опасные знания нужно держать при себе. Вечером за ужином пыталась донести до старого библиотекаря мысль о том, что наши изыскания в ливийском языке лучше держать в секрете, он со мной согласился. Незаметно война добралась и до столицы. Мы, опасаясь за свои сбережения, забрали всё из банка и спрятали в книгохранилище. Помощник библиотекаря уже давно был уволен. Городские службы не хотели платить за то, что во время войны считалось не актуальным. Сейчас все расходы направляли на нужды армии. Король с личной гвардией покинул столицу. Он повёз древний артефакт, который мог активировать только наследник королевского рода. На это чудо-оружие многие возлагали надежды. Кухарка ежедневно приносила нам подслушанные на рынке сплетни. Пришли известия, что было какое-то сражение под Тонском. На рынке висел список погибших. Вроде бы коберцы побеждали. Потому новость о том, что король погиб, застала всех врасплох. Простые люди никак не могли поверить, что несколько отрядов магов не смогли уберечь короля. Вместе с известием о смерти короля пришло извещение о закрытии библиотеки. В город стало страшно выходить. Появились какие-то банды. Маги и стражники с трудом поддерживали порядок в богатых кварталах. Объявили, что страной пока правит королевский совет во главе с герцогом Кристином. Меня сильно удивляло то, что случилось. Почему прорицательницы не сообщили заранее? Не могли же они не увидеть смерть короля? Или действительно, кроме новых фасонов платьев больше ничем не интересовались? Из дома я вообще перестала выходить. Очумевшие горожане хватали без разбору эритцев, анийцев и вешали тут же на улице. Возможно, что внешность эритцев можно было отдаленно спутать с ливийцами, но чем помешали агарцы и анийцы, оставалось только гадать. Наставник пытался меня оградить от всех ужасов, но всё же некоторые сведения ему приходилось сообщать. В последние недели беременности я вздрагивала от каждого громкого звука. Мне казалось, что разъяренные горожане вот-вот ворвутся в наш дом и убьют меня. Но все обошлось. В положенный срок наставник привел старую сгорбленную повитуху. Она приняла моего сыночка и только ворчала, что уже стара для посещений рожениц. Мол, ей уже демоны мерещатся. Я тряслась от страха и молилась, чтобы никто не услышал её речи. Книг на савойском языке я прочитала достаточно. И знала, что ребёнка демона в первые годы не отличить от человеческого дитя, но всё равно опасалась за своего малыша. Сына назвала Аланом. Мне показалось, что это наиболее близкое по звучанию к имени его отца. Малыш был спокойным и никаких хлопот не доставлял. Первые два месяца только спал и кушал. Через некоторое время стало заметно, что глаза у сыночка ярко-синие. Но тому, кто никогда не встречал демона, вполне могло показаться, что ребенок коберец, полукровка. Смуглая кожа и тёмные волосы. А глаза можно сказать, что достались от меня. Конечно, голубой оттенок моих глаз даже близко не походил на цвет глаз демонов, но, похоже, наставника вполне устраивало такое объяснение. Алан вообще был хорошеньким. Господин Кейман часами просиживал возле кроватки, любуясь малышом. Так в заботах и хлопотах о ребенке прошли полгода. Закончилась война с Ливией. Кто-то кому-то уступил территории. Кажется, Кобер подписал не совсем выгодные для себя территориальные и торговые соглашения. Нового короля ещё не провозгласили, но порядок в стране постепенно наводили. Мы с наставником не сильно вникали в то, что происходило во внешнем мире. Нам удалось создать для себя маленький счастливый уголок, которым мы и наслаждались. Библиотека по-прежнему была закрыта, никому не были интересны книги, только мы с наставником навещали библиотеку, чтобы выбрать очередную книгу для чтения вечером. И хотя в столице стало спокойно, из дома я не выходила. Гуляла с Аланом в маленьком саду. Наставник сам покупал одежду для малыша, сам ходил за молоком, когда молочник перестал появляться на нашей улице. Надо признаться, что старый библиотекарь полностью обеспечивал нас. Продукты после войны сильно подорожали. От моих денег давно бы ничего не осталось. Мясо стоило раз в пять дороже от прежней цены. Но питались мы хорошо. Конечно, особых деликатесов не покупали, но и не голодали. Даже могли покупать фрукты для Алана. Я же вспомнила, что в детстве меня поили рыбьим жиром. Деревенский знахарь утверждал, что детям полезно. Узнав об этом, господин Кейман тут же послал кухарку на рынок. Она приобрела для Алана большую бутылку. Вот только малыш пить рыбий жир не стал. Я попробовала и меня чуть не стошнило. Как это раньше пила такую гадость? В общем, бутылку припрятали где-то в кладовке. Желающих поправить свое здоровье таким способом не нашлось. Господин Кейман любил возиться с Аланом. Купал его по вечерам, укладывал спать. Не уставал восхищаться тому, что малыш так красив. И попыток узнать о настоящем отце ребенка не предпринимал. Можно сказать, что господин Кеймен заменил Алану и отца, и деда. Первые проблемы начались, когда Алану исполнилось два года. Хорошо, что в тот день именно я гуляла с сыном в саду. Алан захотел поймать красивую бабочку. Долго гонялся за ней, а когда бабочка взлетела высоко, то сын сердито махнул рукой и из его ладони вылетел огненный шар. Бабочка обгорелым трупиком упала на траву, а я похолодела от страха. У людей магия не просыпается в таком раннем возрасте. Прижала к себе ребенка и стала пояснять ему, что так делать не нужно. Однако, понимала, что сынуля сделал это не нарочно. Он просто не мог контролировать свою магию. После этого случая я старалась быть всё время рядом. Опасалась, что наставник увидит нечто похожее. Повезло, что вскоре инспектор принес решение об открытии библиотеки. Правда, зарплату господину Кеймену поставили в три раза меньше довоенной, но он все равно радовался. И теперь большую часть дня находится в библиотеке. В следующие полгода я бдительно следила за Аланом. Старалась пресечь малейшие всплески его огненной магии. Но пару раз он подпалил скамейку в саду. А ещё один раз прожег ковер на полу в спальне. Ковер я тогда развернула так, чтобы дырка оказалась под кроватью. Сын рос, а я с каждым днём нервничала всё сильнее. Но, вероятно, судьбу не обманешь. Это случилось в начале осени. На улице шёл дождь, и я не разрешала Алану выходить из дома. А ему как раз хотелось пошлепать в луже, тем более что господин Кеймен купил новые сапожки. Я терпеливо доказывала сыну, что мы обязательно оденем эту замечательную обувку, но чуть позже. Алан же возмущенно топнул ножкой и обернулся в свою истинную сущность. Я замерла. А наставник выронил книгу. – Юленька, это же демон, – прошептал он. У меня же слов не осталось. Алан вообще не понял, что случилось и с удивлением разглядывал свои руки. – Мама, смотри, какие длинные ногти! А тут еще он непроизвольно дернулся и распахнул крылья. – Мама! Смотри. Я как птичка! – Юленька, ты же знала, что родила демона? – попытался уточнить старый библиотекарь. – Знала, – не стала отпираться я. Наставник молча поднялся и вышел из комнаты. Я же попыталась уговорить Алана «перестать быть птичкой». Как это сделать не представляла. Но вероятно Алану самому вскоре надоело цепляться за мебель крыльями, и он вернулся в свой прежний облик. Переодеть сына в целую рубашку, заместо той, что порвалась от крыльев, я не успела. В дом вломились стражники. – Прости, Юленька, но ты же понимаешь, что я не могу позволить этому злу возродиться, – пробормотал мой бывший и единственный друг, пряча глаза. Я всё ещё не могла поверить в случившиеся. Как он мог?! Он же так любил малыша! А нас с Аланом уже вели к экипажу. Ничего хорошего я не ждала. И ничуть не удивилась, когда нас выгрузили во внутреннем дворе тюрьмы. Алана сразу увели. Я слышала, что где-то в коридоре он зовет меня, но помочь не могла. У следователя я провела несколько часов. Ревела, отвечала на вопросы и снова рыдала. Под конец, следователь сообщил, что меня, конечно, сожгут, но только когда разузнают все обстоятельства. Как они будут это узнавать, я не представляла до того момента, пока, сидя у себя в камере, не услышала жуткий крик. То, что это кричал Алан, сомнений не было. Всю ночь я зажимала уши, чтобы не слышать детского крика. А утром меня отвели к Алану. Сил рыдать у меня уже не было. Глаза опухли от слез. Но я всё же смогла рассмотреть в том, что лежало в углу, моего ребенка в облике демона. Палач зачем-то отрубил ему кисти рук и их обмотали тряпками. По-видимому, кровь долго текла из ран, Алан лежал в луже крови, и, как ни странно продолжал дышать. Оставалось только недоумевать, почему ребенок двух с половиной лет ещё жив, испытав такие мучения. Предвидя мой вопрос, следователь усмехнулся и сообщил, что у них на службе очень хорошие маги, и если я еще что-то вспомнила, то лучше сообщить сейчас. Вспоминать мне уже было нечего. Я рассказала всё. И сейчас мечтала умереть, как можно скорее. Меня вернули в камеру и даже принесли воды. Кормить никто не собирался, но пытались поддержать во мне силы до казни. В следующую ночь криков Алана слышно не было, но уснуть я все равно не могла. Расплела волосы, вынула свою кружевную ленту. Была мысль узнать напоследок будущее. Вдруг, существует хоть малейшая возможность спасти сына или помочь умереть быстро. Если расплести ленту и сплести кружево по новой, то возможно я что-то увижу. Ни игл, ни подушки у меня не было, но если постараться, то плетешок можно сделать, придерживая нити одной рукой. Всю ночь я расплетала старый узор. И когда у меня в руках остались только концы нитей, я очнулась. И ошеломленно посмотрела вокруг. В какой-то момент боялась пошевелиться и решила, что сошла с ума. Не было ни камеры, ни тюрьмы. Я сидела перед подушкой в спальне замка демонов, рядом лежала коробка с иглами, а на мне форма служанки. Всё ещё не веря в случившееся, зажгла магический светильник, приподняла подол и внимательно посмотрела на свой живот. Всё правильно, чуть заметный серебряный ободок, мой сын ещё не родился. Распутав кружево, что показывало мою судьбу, я вернулась к истоку, к началу событий. Какое-то время пребывала в размышлениях, но потом невероятная мысль посетила меня. Надела кольцо богини на правую руку и приступила к плетению. Теперь я знала все события, и сосредоточилась на том, как отыскать другой путь, другую судьбу, картинки замелькали перед глазами. Вот лодка с принцессой. Если я правильно запомнила, то наследник Кобера уже к этому времени мертв. Теперь снимаю платье сестры, забираю её браслет. Прежде чем столкнуть обнаженную принцессу в воду, рассмотрела у нее на животе серебристый круг. Как удачно! Она тоже была беременна. Жаль, что мои нити заканчивались на видении, когда в парадный зал дворца входят демоны. Кажется, в этот раз я смогла увидеть события ближайших двух-трех месяцев. В принципе, не важно. Потом смогу просмотреть будущее, сплетя другое кружево. А вот с этим куском ленты мне расставаться не хотелось. Убрала все следы своей ночной работы и занялась магией. Намотала кружево на левую лодыжку и завязала узлом. Спасибо, тому неизвестному ливийцу, что познакомил меня с запретной магией узорного письма. Процарапала иглой на ноге заклинание. Капнула кровь на ленту и кружево перестало быть видимым. Все. Теперь можно и поспать. Утром занялась привычной работой. Подшивала обтрепавшиеся подолы юбок, приносила белье из прачечной. Странно было видеть всех этих демонов. Оказалось, что я уже успела многое позабыть за годы, чем вызвала недоумение со стороны старшей служанки. Неделя до приезда агарцев прошла незаметно. И я снова посередине бушующего моря цепляюсь за доски ящика. Ненавижу море! Никогда не смогу понять путешественников, восторгающихся его красотами. Уснула и проснулась от звука столкновения со шлюпкой, и поспешила перебраться внутрь. Теперь мне предстояла непростая задача – снять с мертвого, окоченевшего тела платье, даже поняла, почему принцессу не смыло за борт во время шторма. Ворох её пяти юбок был буквально намотан на сидение лодки. Осторожно выпутала все слои и стала стаскивать вначале нижние юбки и белье. Потом попыталась протащить через голову платье. Кажется, трещали кости, когда я протаскивала руки через рукава. Прости, сестрёнка, но мне моя жизнь дороже, чем твоё мёртвое тело. Пока возилась, старалась не думать о том, что делаю. Отчего-то вспомнила своё пророчество и свадьбу сестры. А ведь действительно прорицательницы видят только знакомых людей. Возможно, в младенчестве я видела сестру, пусть несколько минут, но этого хватило, чтобы мои предсказания восприняли её, как знакомого человека. Солнце было уже высоко, когда я управилась. Напоследок сняла обручальный браслет и надела его, как вдова, на левую руку. Прополоскала одежду в воде и разложила на солнце. Моей магии хватило только на то, чтобы высушить панталоны. Выкинула свои, и содрогаясь от брезгливости, надела кружевное белье сестры. Теперь стоит поспешить, чтобы корабль агарцев обнаружил меня. Куском доски я бодро гребла несколько часов. Иногда останавливалась, чтобы глотнуть воды, чуть отдохнуть и снова гребла. Ближе к вечеру надела просохшее платье, переплела волосы. И вообще всячески постаралась придать своему облику благородный вид. Даже умылась остатками пресной воды, чтобы смыть с лица соль. Корабль я увидела немного дальше, чем в предыдущий раз. Но смотрящий на корабле оказался зорким парнем. Вскоре в мою сторону отправили шлюпку с шестью крепкими парнями. – Принцесса Джанни, – представилась я на эритском. Показывать знания агарского языка я не планировала. Надеюсь, что парни поймут. К тому же, слово «принцесса» почти во всех языках звучит одинаково. В этот раз на корабле мне выделили самую лучшую каюту. Кроме того, удалось побеседовать с капитаном на эритском языке. Ему я сообщила, что ничего не помню. Была во дворце, очнулась на корабле. Потом страшный шторм. Где тот корабль – не знаю. Но обязательно отблагодарю моих спасителей. Торговец оказался дядькой смышленым и сразу сообразил, что если доставит меня в столицу, то возможно благодарность приобретет более существенное денежное воплощение. Наутро мы уже были в порту. Потратили немного времени, чтобы сообщить начальнику порта о том, что корабль агарцев подобрал потерпевшего. В прошлый раз я не только подписала бумаги, но ещё и заплатила один золотой (за спасение). Сейчас от меня попросили только подпись, а затем бережно перенесли в экипаж. Хорошо быть принцессой. Я даже лекаря просить не стала, хотелось побыстрей попасть во дворец. Но на второй день мне стало настолько плохо, что мы вынуждены были задержаться в каком-то городе. Агарец хлопотал надо мной так, как этого не делала мамка. Он искренне волновался, что если не доставит меня живой, то не получит обещанной награды. Через сутки температура спала и я сообщила, что могу продолжить путешествие. Естественно, сразу во дворец мы не попали. Стражники долго не могли поверить, что прибыла принцесса. Агарский торговец кричал и возмущался, обещал, что если принцесса вот сейчас умрёт, то он лично открутит стражникам головы. Но похоже, что посыльного стражники всё же отправили. Примерно через час дверь моего экипажа распахнулась и я увидела знакомое лицо герцога Кристина. Успела ему сообщить, что нужно бы отблагодарить агарцев и позволила себя унести. Во дворце раньше мне бывать не приходилось. Потому радовалась, что сил идти нет, а то свои, вернее принцессы Джанни, покои я бы не отыскала. Тут же был вызван лекарь. Он осмотрел меня и сообщил, что это обычная простуда и слабость от перенесенных волнений. Напоил травяным отваром и разрешил служанкам отвести в ванную. Утром долго соображала, как вызвать служанку, на прикроватной тумбе лежало три колокольчика. В конце концов выбрала золотой. Не угадала. Прибежали два стражника. Сообщила, что ошиблась, поскольку перепутала цвет, а мне нужна служанка. Ещё с вечера заметила, что всё окружение принцессы разговаривает только на эритском языке, да и охранявшие покои принцессы стражники, скорее всего, были эритцы. После завтрака меня навестил король с главой службы безопасности. Король эритский язык не знал, и герцогу приходилось выступать в качестве переводчика. Им я поведала уже отработанную версию. Ничего не помню, ничего не видела. Кому принадлежал корабль, не знаю. Была ночь, шторм, высокие волны. Меня кто-то посадил в шлюпку и спустил вниз. В свою очередь поинтересовалась, что же случилось по их версии? Оказалось, что я гуляла в саду, а потом исчезла (как это мне знакомо). Всплеска магии на том месте, где я гуляла, не обнаружили. Но предположили, что если демоны и раньше искали принцессу, то возможно не оставили эту идею. Теперь мою охрану усилили. Гулять одну не отпускали. Но вообще-то герцог не велел даже выходить за пределы покоев принцессы. Удивительно, что никто не заподозрил подмены. Может, и были какие отличия в поведении, но их вполне можно было списать на стресс и болезнь. Через две недели началась война с Ливией. Я примерно уже знала, как будут развиваться события, и потому решилась на разговор с герцогом. Высказала свои опасения по поводу того, что коберцам может не понравиться эритская принцесса. Герцог логической связи между войной с Ливией и моим происхождением не нашёл, потому велел не волноваться. Вероятно, для моего успокоения прислали портного. Герцог искренне верил, что мозги у женщин устроены так, что кроме разговоров о нарядах и драгоценностей, большего вместить не могут. Я мужественно терпела примерки и заставляла себя улыбаться через силу. Как вдову, да ещё ожидающую ребенка, на балы меня никто не заставлял ходить. И к чему мне столько новых нарядов, понять не могла. Но определенная польза от визита портного была. Пока он, вместе с помощницами, подбирал ткани и украшения, слушала дворцовые сплетни. Разговаривали мастерицы на коберском языке и думали, что принцесса Эриты их не поймет. Зато я разгадала одну загадку, почему никто не предупредил короля о скорой кончине. Во дворце ходили слухи, что три прорицательницы были отравлены, а ещё две пропали. Это сообщение надолго погрузило меня в размышления. Отравить или похитить прорицательницу вот так просто не получится. Если одна ещё может не заметить, то пять девушек вполне способны обнаружить покушение, даже если это будет незнакомый человек. И опять если... если только это не одна из них. Прорицательницы в своих видениях не видят друг друга, и значит, любая может принести яд. Очень хотелось спросить герцога о его жене. Что-то мне подсказывало, что Ника жива и здорова. И для чего понадобилось герцогу жениться на прорицательнице, становилось понятно. Я помнила, что именно он станет главой королевского совета и практически станет руководить страной. От таких открытий стало как-то не по себе, но паниковать себе не позволила. У меня-то другая судьба, так что сижу спокойно и жду, когда муж явится за мной. Он, конечно, не в курсе, что придет за той же самой женщиной, и скорее всего снова рассердится. Когда сообщили о прибытии делегации демонов, я ничуть не удивилась. Меня интересовало, только то, под каким предлогом Повелитель уговорит отдать меня демонам. Время для визита было выбрано идеально. Король только покинул столицу, оставив герцога Кристина во дворце. А глава службы безопасности между выбором возрождения демонов и властью, предпочел последнее. Безусловно, все приличия были соблюдены, сам герцог даже не присутствовал при встрече с делегацией. Он якобы бы лично следил за соблюдением порядка и тем, чтобы гостей не покалечили слишком ретивые горожане. Но я-то знала, что герцог в курсе пророчества и понимает, что демоны пришли за наследницей рода Нави. Естественно, ни одного мага на встречу с делегацией не послали. Герцог мотивировал это тем, что нужно усилить патрули в городе и не допустить волнений. Встречали демонов в парадном зале дворца. За моей спиной толпились придворные. Вместо того, чтобы разбежаться, эти прожженные сплетники буквально наступали на пятки друг другу. Ещё бы! Впервые за последние сто с лишним лет демоны пришли на людские земли. А посмотреть было на что. Повелитель был облачен в изысканный чёрный наряд расшитый серебром. Не менее шикарные одежды были у его спутников. Ну и говорить, что все демоны, как на подбор были красавцами, не стоит. Приветственную речь подготовили на Эритском языке. В смысл я даже не вникала. Продолжала наблюдать за мужем. Он подал знак одному из сопровождающих, и тот вынес шкатулку. Повелитель открыл крышку и продемонстрировал всем присутствующим великолепное бриллиантовое ожерелье. Придворные ахнули. Красиво. Демон же взял его в руки и быстро подошел ко мне. Вспышка огненного круга и вот мы стоим у входа в пещеру, а на моей шее защелкивается прекрасное ожерелье подчинения. Знакомая дорога вниз. Мда... А когда-то Фика обещала, что я замуж не выйду. А я вон, как зачастила. Второй раз и за одного и того же демона. Надо сказать, что если дедушка-жрец и удивился, то вида не подал. Без возражений согласился развести и ещё раз поженить демона. Привык наверное к причудам Повелителя. На вопрос господина, почему не загорелись узоры на запястьях, жрец невозмутимо сообщил, что это такой специальный ритуал. – Ребенка благословлять будем? – поинтересовался жрец, когда наша «свадьба» завершилась. – Ты беременна? – очень удивился демон. Кивнула. Вероятно, желая удостовериться лично, демон мгновенно трансформировал свою руку. Огромные когти разорвали ткань платья на животе. Серебряные круг просматривался четко. Повелитель, не говоря ни слова, повел меня на выход. Уже во замке он соизволил заговорить. – Мне нужен мой наследник, а не твой ребенок. Родишь, я его сразу убью, – сообщил демон и удалился. Вот как. Коротко и по существу. Что ж, попробую еще раз спасти Алана. По крайней мере, я теперь знаю, что демон хочет иметь сына. На ощупь отыскала ленту кружева на лодыжке и начала её расплетать.