Выживут только любовники.

На стол перед Крисом легли разнообразные бумаги, диктофон, наушники, куча "флешек". - Здесь вся инфа с показаниями свидетеля, выуди все, что тебе нужно и нарисуй, - Райли ткнул пальцем в папку сверху. - Там нет детального описания лица, но оставив лицо пустым, обрисуй хотя бы что-то, какой-то облик. А я пошел на экстренное совещание. Волосы на концах вились, спутались у корней и пригладить их было ну никак невозможно, в еще сырых джинсах, с хлюпающей водой в кедах... У Криса расширились глаза. Вот он дебил! На ключице, призывно открытой вырезом футболки, алел засос, который он поставил. Райли выглядел сейчас совершенно не внушительно, а как-то беспомощно и трогательно. Настолько трогательно, что его хотелось сломать, изничтожить, разрушить, переломить в пальцах и наблюдать агонию такой вычурной красоты. Крис открыл рот, чтобы удержать Райли, но тот подмигнул ему и покинул кабинет. То, что простительно для его круга "а-ля творческих", неприемлимо для Скотланд-Ярда. И пусть по каналам все подряд орут, что Британия толерантная страна, реалии жизни вносят свои жестокие коррективы. А они, ввалившись мокрые, глупо хихикающие, неприлично счастливые в обнимку со своим розовым медведем в этот серый мир зомби, оглушили всех запахом клубники и свежей кровью, полной жизни. Как инопланетяне. Чужие, обреченные на осуждение. Крис обхватил голову руками. - Вместо того, чтобы шляться непонятно где, вам бы следовало углубиться в дело, наконец, - процедил комиссар, взявший дело под свой личный пристальный контроль. - Где я "шлялся" в свое нерабочее время вас не касается, сэр. Меня вызвали - я приехал, - "а вот сейчас разжалует и выставит всю жизнь в патруле гнить". Но Райли почему-то было сейчас абсолютно плевать. За столом повисло напряженное молчание. - Вам мало того, что ваш напарник мертв? - Я не машина, сэр. Нового напарника мне не определили, эксперты ставят мое дело в общую очередь, и мои улики обрабатываются согласно порядку. Мне не выделили дополнительные силы - двадцать лично подотчетных мне людей не справляются с делом, у которого география весь Большой Лондон. Я вхожу в спецгруппу, и меня дергают еще и поэтому. Передайте дело другому, если считаете, что я некомпетентен. - И долго вы будете со мной препираться? - недовольно пророкотал комиссар. - Виноват, сэр. Хотя больше всего хотелось взять пепельницу с эмблемой и бить ею по лицу мерзкого начальника, пока его глаза не вытекут, а нос не станет как у сифилитика. Томпсону устроили выволочку по всем пунктам, прошлись по всему делу, распяли и отымели за каждый промах и нерабочие версии, сто раз пригрозили увольнением без права восстановления и тысячу - патрулированием в полиции метро до конца жизни. - Отчитываться лично мне. Ваше дело в первой категории, любые силы, любые средства... в разумных пределах, конечно, - тут же поправился осмотрительный комиссар. - Свободен! Райли развернулся и, нарочно громко шлепая мокрыми кедами по начищенному паркету, покинул кабинет. - Сильно досталось? - Крис встретил его с совершенно больными глазами. - Тут все на цыпочках ходят, ор слышен был в коридоре и, кажется, во всем здании... - Да фигня это все. Инспектор, на которого не лежит пара сотен жалоб, и которому не трахает мозги начальство, плохой инспектор. Что у тебя? - Райли оперся о спинку стула Криса и наклонился к нему. - Вот смотри... Только так. Добавлю еще что-то и будет отсебятина, мое воображание, - Хэйс протянул рисунок и не удержался от того, чтобы взяться за ремень на джинсах Райли. - А чего они так жестко? - Да мудаки потому что. Классно получилось! Знать, когда остановится - важная вещь в жизни человека... - пробормотал Томпсон, продолжая рассматривать рисунок, шагнув к Крису ближе, когда тот потянул его за ремень. - Матушка нашего свидетеля жалобу накатала. Ну и все срутся, что в прессу рванет такая инфа, что убийца-то полицейский. Что своих же режет... Каннибализм практически. Вот и прессинг стал такой жесткий. Год мурыжат уже, не парься... Когда та буча была с массовыми беспорядками, было даже похуже, так что расслабься. К слову, ты-то чего переживаешь?! - отвлекся от рисунка Райли, удивленно уставившись на Криса. - Это касается тебя. Все, что касается тебя, меня беспокоит! - Ути, какие мы милые, - улыбнулся Райли, отойдя от Криса и садясь за стул напротив. - Считай свидетеля у нас нет, это было понятно с самого начала - такого не пустишь в суд... Но что-то он нам дал. Слушай, ты можешь мне помочь по части клише? Мои копают, но пока как-то глухо, а ты тусишь с такими ребятами, больше знаешь, лучше разбираешься... Попробуй выведать, ладно? Кто делает, был ли заказ на то, что мы ищем, кто подозрительный, одним словом, все, что найдешь. Дам тебе два дня, на созвоне пока, а сейчас иди домой - мокрый весь, простынешь. - А ты? - А я простыну, но что поделать? Мне нужно работать - начальство бдит! - поднял указательный палец Райли. - Мне к тебе приехать? - Не стоит. Тут такое начнется сейчас... Я дома вообще не появлюсь. Звони, как что-нибудь узнаешь. Распрощавшись с Крисом, Томпсон скрепя сердце принялся за версию, к которой не хотел вообще никак подходить. Убийца - полицейский. Не цирк с переодеванием, а реальный полицейский из действующего состава Скотланд-Ярда. Показания свидетеля и то, что Старски не был на посту, а поехал туда улаживать "личные вопросы", об этом не мог узнать посторонний, да и внутреннее чутье подсказывало, что все реально очень плохо. Хуже не придумаешь. Крис проехал через весь город с мишкой в обнимку. На душе скребли кошки, но надо браться за свое задание. Приехав домой, он сразу взялся за телефон и начал тряску на тему клише. Два дня прошли в каком-то угаре. Райли вообще потерялся во времени и пространстве. Телефон был раскален, по коридору у его кабинета еще более активно бегали люди, его ловили даже у туалета и всучивали очередные доклады и результаты экспертиз. Он ругался с комиссаром, потом ругался с коронером, потом отчитывал сержантов, потом хвалил сержантов, мирился с коронером и снова ругался с комиссаром. Требовали эксгумации всех жертв, но, твою мать, некоторые кремированы, а кто-то в земле уже год! Родные погибших бастовали, строчили жалобы, пресса дежурила у ворот парковки, патрульные бунтовали, требуя выдачи личного оружия, а то "ходят как лохи с дубинкой и шокером, подставляются!" Это было чистой воды безумие... И Райли чувствовал, что заложенный нос и гудящая от недосыпа и голода голова вообще его добивают. - Паршиво выглядишь... - бросил инспектор одного из отделов тяжких, когда Томпсон мыл руки в туалете. - Любовник молодой спать не дает? Райли замер, затем медленно выпрямился и обернулся к говорившему. Датчик воды сработал, и она перестала течь из крана. - Что ты сказал? - Да брось, все ж в курсе уже. Ну конечно... Только и думаешь, кому бы задницу подставить! А ребят режут как на бойне! - злые слова эхом прокатились по туалету, вернувшись в стократ больнее. - Обижен, что тебе дырку не предложил? - Обижен, что Старски из-за тебя прирезали! А может это ты сам балуешься так? А? Пидор! Потому не торопишься искать? Я тебя, гомосека, насквозь вижу! Райли воздел очи горе и направился к выходу. - Ты ж сдал Билла комиссии! Хвосты свои так подчистил? Режешь своих подельников, чтоб молчали? - У тебя все? Мне надо идти. А обличения свои расскажи комиссару, он выслушает с большим вниманием, а мне некогда. - И расскажу! "Вот этого делать не стоило", - пронеслось в мыслях Томпсона, когда его впечатали лицом в дверь. - Мне кажется, ты сам латентный гомик, зайка. С такой бурной реакцией на меня... - Райли прекрасно понимал, причину такого поведения людей - страх. Все напуганы, а он козел отпущения. Конкретно к его персоне они вообще никаких претензий не имеют, но им нужно воплощение их страха, им нужно кого-то казнить, чтобы спать по ночам крепко. И плевать, что он не убийца. Главное, он имеет отношение к убийствам, да к тому же гей! А все проблемы от пидарасов, как известно... И потому сейчас его носом пытались пробить дверь. Не стоило провоцировать, но Райли чертовски устал, он зол, голоден и хочет домой. Поэтому... Поэтому спустя полчаса он сидел в кабинете старшего инспектора Нэша. Райли отделался разбитой губой и опухшими кулаками с кровящими костяшкам пальцев. Второй же получил повреждения серьезнее. - Ты сломал инспектору Ричардсону ребро, выбил челюсть и разбил в месиво лицо. Его увезли наши парамедики. Что скажешь в свое оправдание? - Не люблю мудаков, - Томпсон пожал плечами. - Комиссар на пресс-конференции, но будь уверен, он приедет, и ему сразу понесутся докладные о том, что ты тут творил. Райли, что происходит? Я постараюсь помочь, но разговора с комиссаром тебе не избежать - я не смогу увести его гнев. И к слову, праведный гнев, у нас и так людей не хватает, а тут ты еще их калечишь! - Он ведь не умер? Ну и все тогда! Оклемается, незапланированные каникулы во время такой жаркой поры... Ладно-ладно! - Райли поднял руки вверх. - Я осознал свое аморальное поведение, пошлю Ричардсону цветы с пожеланиями скорейшего выздоровления! Могу быть свободен? - Не паясничай. Я понимаю, что тут болтают всякое, и тебе неприятно, но ведь каждому нос не сломаешь за слова. - Очень интересно, и что же про меня болтают? - Будто ты не в курсе! - отмахнулся шеф. - Если у людей есть время молоть языком, то, мой вам совет, загрузите работой - у нас убийца полицейских. Райли покинул кабинет старшего инспектора и поморщился от трели звонка на телефоне. - Да! - Райли? Это Крис... - А, это ты, - голос инспектора смягчился. - Нашел что-нибудь? - Да, хочу приехать показать и рассказать. - Не надо. - Но я думал... - Я сказал, не приезжай. Отправь на мыло все, что посчитаешь нужным, опиши в общих словах. И... - Райли понял, что ему реально херово, раз ему хочется спрятаться за Крисом. - Поговорим вечером. Не против если я к тебе приеду? - Господи! Да нет же! Что-то случилось? - Да что у меня может случиться? Только очередное дерьмо... - Новый труп? - Сплюнь. - Ладно, что бы там ни было, ты все порешаешь как надо. А я приготовлю ужин и ванну, идет? - По рукам. Это ж как его прижало-то, раз он только что напросился к Крису за тем, чтобы его пригрели и пожалели? Райли сунул телефон в карман и пошел к своему кабинету. Руки саднит, блин... - Привет, - тихо поздоровался Томпсон, стоя в дверях квартиры Криса в начале третьего ночи. - Привет. Ты живой, или ко мне пришел неупокоенный дух? - Хэйс посторонился, пропуская мужчину в долгожданное тепло квартиры. - Заползай. Райли вошел и сполз по стенке вниз, усевшись прямо на пол и вытянув ноги. - Это еще что? - Крис осторожно погладил ранки на руках Томпсона. - Откуда боевые раны? - Подрался. - Он хоть жив? - Жив. Будет не таким красивым как прежде, зато скинет пару кило на протертых супах. - Ясно, - Крис принялся стаскивать с Райли ботинки. - Поешь или помоешься сначала? - Жрать хочу невыносимо просто. - Окей, тогда топай на кухню, я разогрею. - Крис? - Что? - обернулся тот, уже уходя. - Улыбнись мне, - попросил Райли, стаскивая с себя плащ. - О-о-о, был ебаный пиздец, очевидно, - Крис вернулся, присел рядом с инспектором и погладил его по плечам, посмотрел в глаза и улыбнулся. - Ну вот... Жить стало чуточку приятнее, - произнес Райли, поднимаясь с пола. Ели в молчании, хотя Криса грызло любопытство и беспокойство. Но раз Райли пришел, значит, сам все расскажет, когда посчитает нужным. В ванной Крис топтался рядом, пока Томпсон не потянул его за руку к себе. - Залезай, - и пододвинулся так, чтобы парень смог сесть позади него и обнять. Какое-то время они молчали, разглядывая клубы пара, поднимавшегося от воды. - Кажется, это реально полицейский. Все сходится к тому. Я знал Аманду, тринадцатую жертву. Была у нас с ней пара совместных дел... определенного характера. - "Конверты"? - уточнил Хэйс, затыкая голос дурацкой ревности не к месту. - Да. И Старски... В общем, я начал копать в этой части, оказалось, все убитые не то, чтобы пипец наглые коррупционеры, но на звание "самый честный полицейский" явно не тянут. И этот убийца... типа чистильщик. Как-то так. И он один из наших. Подбирает не только время и место, но и полицейского. Он в курсе всех дел, всех расписаний, всех планов... Я пробил по твоим рисункам, по клише всю информацию компануем, и я обрабатываю... Завтра наведаюсь к одному типу, и если там все подтвердится, значит, можно вязать подозреваемого. - Ты узнал кто это? - У нас есть подозреваемый. Крис поцеловал Райли в плечо и погладил по животу. - И кто он? - Поймаем, потом скажу - примета плохая. - Не доверяешь? - Не то, чтобы... - произнес Томпсон, накрывая руки Криса своими и прижимаясь к нему спиной. - Но лучше промолчу. Обиделся? - Нет. Мне другое интересно - почему ты мне не дал приехать? Почему не позвонил? Ты едва живой! И не думай, что я дурак наивный, тебя должно было прижать по самое не балуйся, чтобы ты ко мне приехал! Райли поморщился, вспоминая, что творилось за эти два дня. Помимо ударными темпами двигавшегося расследования, неприятного для всех, круглосуточных допросов и беготни, была самая жестокая травля в его жизни. Всего за каких-то сорок восемь часов его отношения со всем Скотланд-Ярдом покатились к черту. Все его былые заслуги и товарищи по попойкам и "корпоративкам" канули в Лету, будто их и не было. - Страх. Им пропах весь Скотланд-Ярд. Когда уже стало очевидно, что убийца кто-то из наших, все разом подумали на меня. Я их не виню, сам бы также подумал... От страха начали нести чушь и лепить на нее подробности. Не надо тебе этого видеть и сышать, - подытожил Райли. - И, наверное, были оравшие, что ты мерзкий гомик и все дела? - вздохнул Крис. - Да там что только не орали! Это фигня все... просто не читай газет... пару месяцев, - Томпсон повернул голову к парню и улыбнулся. - Не приезжай, ладно? Крис кивнул. - Все очень плохо? - На самом деле полный отстой. Но у меня есть задача - поймать преступника. И я это сделаю, пока меня не отстранили. А там уже посмотрим, как все сложится. - Год копали - нашли за два дня? - Год копали, месяц удобряли почву, неделю сеяли, всходы - через два дня. - Я люблю тебя, и плевать на них всех, - Крис чмокнул Томпсона в шею и принялся намыливать губку. - Вот и я о том же: к черту всех, - согласился Райли, про себя отметив, что хочешь - не хочешь мнение социума, в котором живешь, надо учитывать. А сейчас это мнение сходится к тому, что он неблагонадежный тип. Но все эти проблемы будут завтра. Пока у него есть пара часов спокойного сна и некоторое время уютного сидения в ванной в обнимку. Влюбленные всегда немного инопланетяне. Влюбленные? Он Криса...