The Wretched And Divine

POV Алекс. Я проснулась и радостно вздохнула, ведь сегодня не было никаких кошмаров. Я думаю это было потому, что Энди обнимал меня. Он мой спаситель; всегда защищает от вещей, которые вредят. Я осторожно повернулась, и посмотрела на спящую фигуру Энди, потом выскользнула из-под его руки, и подползла к нему. Это оказалось трудной задачей, так как движение вызывало сильную боль. Я снова вздохнула и пошла в ванную, чтобы сделать свои дела. Как только я высушила руки, я не смогла остановить порыв посмотреть на свой живот в зеркале, что я не потрудилась делать долгое время. Я размышляла, стоит ли это делать, как мой парень в майке с Dropkick Murphys потянулся и нахмурился. Должно быть, я потолстела, по меньшей мере, на 10 или более футов! Я не могла поверить, что позволила себе так… потолстеть. Я была слишком далеко в мыслях о ненависти к себе, чтобы заметить фигуру, вошедшую в ванную. - Что ты делаешь? – слабо спросил Энди. Я замерла, а затем быстро натянула рубашку обратно вниз. - Ничего, - пробормотала я, как попыталась пройти мимо него, но меня удержала пара сильных рук. Энди выжидающе посмотрел на меня. Как будто он ждал, что я снова сломаюсь. - Почему ты смотрела на себя в зеркало? – озабоченно спросил он. Я покачала головой, и опустила взгляд на пол. Он и так достаточно беспокоится обо мне, и мне не нужно, чтобы он ещё больше беспокоился. - Я-я просто смотрела на синяки, вот и всё. Не беспокойся обо мне, - неубедительно прошептала я. Энди прищурился, смотря на меня, и подумав, кивнул “ладно”. Он поцеловал меня в лоб, прежде чем прошёл мимо меня в душ. Я плохо себя чувствовала из-за того, что соврала ему, но как я сказала, я не хочу, чтобы он волновался! Я спустилась по лестнице на кухню, чтобы взять в аптечке обезболивающее. Я достала бутылочку “Tylenol”, и положила в рот две таблетки, прежде чем подойти к холодильнику, и взять бутылку с водой, чтобы запить лекарство. Я услышала, как кто-то вошёл, и молилась, чтобы это был Энди. - Привет, дорогая. Как ты? – спросили приглушённым тоном. Я сразу же поняла, что это не Энди, а мать Энди. Я внутренне вздохнула, не желая говорить с кем-то, кроме самого Энди, но не хотела грубо уходить от разговора. - Я в порядке, спасибо, - обернулась я, инсценируя улыбку. Моя улыбка дрогнула, и я нахмурилась. Я закусила губу, которая дрожала, пытаясь не заплакать. Мать Энди увидела мою борьбу, и грустно вздохнула, прежде чем подойти ко мне и обнять. Слёзы покатились по моему лицу. - Шшш, дитя. Всё будет в порядке, - прошептала мама Энди. Я прекратила объятия, и кивнула, вытирая слёзы и шмыгнув носом. - Простите, я не хотела плакать, - извинилась я, почувствовав, что глупо плакать перед ней. - Это вполне понятно, Алекс. Ты прошла через многое за последние несколько дней, - успокоила она меня. Я ещё раз кивнула, прежде чем кое-что понять. - Я не знаю вашего имени, - заявила я, краснея от смущения. - Ты права! Ну, меня зовут Эми. Моего мужа, который в настоящее время находится в кабинете, зовут Кристофер. Но можешь называть его Крис, - сказала Эми. Я кивнула, и тепло ей улыбнулась. Она была замечательной женщиной, хотя она формально говорила, что я выросла, чтобы потом её действительно полюбить. - Я рада, что мы поговорили об этом, Эми. Спасибо, что успокоили меня, ведь меня не успокаивала женщина, что была на роли моей матери, когда я была маленькой, - нахмурилась я. Эми передразнила мои действия, перед тем, как потереть мою руку. - Твоя мать скончалась? – осторожно спросила она. Я покачала головой. - Нет, но возможно. Причина, по которой я остаюсь здесь, является то, что мой отец жесток физически и эмоционально. Он бил мою маму, когда она делала не то, что он сказал, поэтому всякий раз, когда он ударял меня или обзывал, она смотрела в другую сторону. Я была на грани бегства или того, что нельзя было бы изменить, как встретила Энди, - я сделала паузу, улыбаясь. – Я всегда говорю ему, что он мой спаситель. Эми нахмурилась из-за моих слов, но улыбнулась при упоминании её сына. Она кивнула, прежде чем обойти меня, чтобы собрать всё продовольствие вместе. - Ты голодна? Я сделаю свою знаменитую лазанью! – рассмеялась она. Я открыла рот, чтобы сказать “да”, но закрыла его. Должна ли я? Я имею в виду, когда я посмотрела на себя в зеркало, и всё что я увидела – жир. Мои руки, мой живот, и когда я посмотрела вниз, мои ноги. Я сглотнула, прежде чем снова открыть рот, отодвигая сожаление, которое попыталось мешать говорить мне ложь. - Ужасно голодна.