Я был первым

— Как лучше всего возбудить парня, чтобы он от тебя не сбежал? — спросили у Лео. Интересовался Котаро. С горящими глазами и шальной улыбочкой. Догнал после тренировки в коридоре, подёргал Лео за рукав — подожди, мол. А потом — в лоб. Первым делом Лео подумал о связывании — зафиксированный партнёр точно не сбежит. Но Котаро явно нужно было что-то менее радикальное, поэтому Лео ответил: — Минетом. На что Котаро улыбнулся так широко, что выступающие клыки заметно впились в губу. И сказал: — Научи меня. Не знал бы Лео его — подумал, что Котаро так клеит. Котаро иногда совсем дурной, и по-хорошему — на правах товарища — Лео стоило осадить его. Но ещё Котаро, когда загорался, становился упёртым и деловым, и если бы Лео ему отказал, он пошёл бы искать себе другого учителя. Менее подходящего. Лео не хотел, чтобы он искал кого-то ещё. И по-хорошему сейчас поступать тоже не хотел. — У тебя родители когда возвращаются? — он взглянул на скомканную майку с семёрками, которая торчала из сумки Котаро. Вечно он торопится. — Отец — в девять, мать уже через час дома будет. — Тогда едем ко мне, — решил Лео. Его родители всегда задерживались на работе допоздна. Котаро радостно кивнул и нетерпеливо обогнал Лео, потянул за собой. Его открытая энергичность подкупала. В метро они ехали обыденно, будто Котаро снова всего лишь собрался к нему в гости. Трепались об учёбе и о том, как зверствует в последнее время Мацумура-сенсей. Котаро развалился настолько беспечно, что на выходе с Хигашиямы Лео не удержался, поймал его за локоть и склонился к уху, сказал раздельно и чётко: — Я засомневался. Ты вообще понимаешь, что собираешься взять в рот чужой член? Котаро заметно удивился. — Ну да. Попробую, по крайней мере. А ты передумал, что ли? Одна из девчонок впереди услышала, обернулась на них с ужасом и вспыхнула. Лео очаровательно ей улыбнулся. Вот как. Попробует. В квартире Котаро быстро скинул кроссовки и остановился, поджидая. С кухни выглянул заскучавший без компании кот, потёрся о ноги, но Лео его отпихнул. Не до того. Да и Котаро, который всегда любил бесцеремонно потискать и почесать кота, прижав лапы, чтоб не царапался, сегодня его проигнорировал. — Куда идти? — спросил он. — Ты ведь был в душе после тренировки? Тогда в мою комнату. Котаро сбросил сумку на пороге — позволил ей соскользнуть с плеча, — и кинул сверху школьный пиджак. Как только Лео закрыл дверь — прямо перед кошачьим носом, — Котаро шагнул к нему и встал вплотную. — Что мне делать? Теперь он выглядел напряжённым. Всё-таки занервничал. Лео на пробу положил ладонь на его макушку, взъерошил короткие жестковатые волосы, привыкая к мысли: сейчас он будет показывать Котаро, как соблазнить другого парня. Котаро хотелось расслабить. Понежить. Дать привыкнуть. Поэтому он сказал: — Начнём с поцелуя? Это было скорее предупреждением, подготовкой, чем запросом на одобрение. Лео обнял Котаро за плечи, наклонился и прижался ртом к мягкой шее под ухом. Котаро немного откинул голову — подставился. Лео забыл, что губы после улицы были совсем сухие, поэтому, едва оторвавшись, он медленно облизнул их, задевая языком тёплую кожу шеи. И снова поцеловал, и ещё раз рядом. Скользнул влажными губами до плеча, поддев и оттянув ворот рубашки. Котаро выдохнул в его волосы, но последующий вдох Лео услышал не сразу. — Ты девственник? — целуя ухо совсем рядом с виском, спросил Лео. Больно деревянным стал Котаро в его руках. Хотя ему могло быть и просто противно. — Не-а, — ответил Котаро. — Но с парнем-то я впервые. Подожди! — выдохнул он, выставляя руки вперёд. Лео решил, что всё — Котаро осознал, что ему это не надо, и дал задний ход. Такой исход тоже был неплох. Хотя Лео уже вошёл во вкус, и прекращать ему не хотелось. Может, самое время для лёгкого принуждения? Не зря первой мыслью была идея о связывании. Но Котаро не собирался пасовать. Он всего лишь попросил: — Можно я тебя потрогаю? Хочу попривыкать. Ох уж эта его прямолинейность, думал Лео. Ох уж этот Котаро. — Пиджак с меня сними, — предложил он и кашлянул, чтобы снять хриплость голоса. — И рубашку немного расстегни. Котаро шустро расправился с пуговицами, стянул пиджак, с силой проведя по рукам Лео. Пиджак скользнул на пол, Котаро повёл ладонями обратно, вверх. Вид у него был чересчур сосредоточенный, не соблазнительный совершенно. Но то, как он плотно прижимал ладони, привыкая к ощущениям неизящных мужских рук под ними, здорово заводило. Котаро подцепил пуговицу рубашки под воротом и подался вперёд, будто принюхиваясь. — О, давай-ка сядем, — он обернулся, отыскивая взглядом кровать, и подтолкнул Лео к ней совсем естественно. Лео попятился, стараясь поддерживать зрительный или тактильный контакт. Котаро не убрал пальцы с ворота, и Лео чувствовал их сквозь ткань. Хотелось, чтобы Котаро потрогал, погладил его по-нормальному, но голую кожу под ключицами Котаро задевал едва-едва и только ногтями. Что ж, так тоже было неплохо. Прыткий Котаро навалился слишком сильно, Лео не удержался, и они повалились на кровать. Лео едва не ударился затылком о стену, но Котаро опасности вовсе не заметил. Он рассматривал Лео с жадным интересом. Его движения стали плавными, как бывало, когда он берёг силы перед энергичным выплеском. Разгорелся. Это хорошо. Лео погладил его по щеке. Котаро вывернулся, наклонился к его животу и жадно вдохнул — действительно принюхивался. Подтянулся выше и вдохнул ещё раз, раздувая ноздри. — Ты вкусно пахнешь, очень. Можно я ещё немного расстегну? — пробормотал он и, не дожидаясь ответа, выдернул из петель ещё несколько пуговиц. Лео немного выгнулся. Котаро прижался носом к коже и проехался им вверх, плотно прижимаясь. У шеи он замер, жадно вдыхая через нос и горячо выдыхая ртом. Лео снисходительно усмехнулся — энтузиазм Котаро компенсировал неопытность, и… пожалуй, Котаро было совсем не обязательно обращаться к нему за помощью. Интересно, с девушкой, которая у него была, он обращался так же? — Реально вкусно, — Котаро поднял голову. — Это что, одеколон такой? Ему в самом деле не нужны были ответы. Он тут же наклонился обратно и широко лизнул шею Лео. Без стеснения, совсем откровенно. Лео не ожидал такой прыти, и горячий язык, вылизывающий кожу, заставил его вздрогнуть. — Не горько, — пробормотал Котаро. Он с интересом взглянул на Лео и опустился на локти, навалился всем телом, — Лео решил, что Котаро собирается его поцеловать. Но он погладил двумя пальцами лоб, а потом запустил обе пятерни в волосы. — И волосы у тебя мягкие. Лео приподнял голову, чтобы Котаро было удобнее. Котаро пропустил пряди между пальцев, приложил одну из них ко рту, протянул между губами. Снова сжал все пряди и с силой оттянул. Обхватил затылок Лео, подёргал за волосы и там, помассировал затылок. Лео прикрыл глаза — шея уже устала, но кожа головы всегда была его слабым местом. Безумно сладко становилось, когда её трогали. И так хорошо чувствовалось биение сердца прижавшегося Котаро. — Ещё так поделай, — попросил Лео. Котаро прошёлся подушечками пальцев от макушки до шеи. Ласка вышла нежной. Лео поймал себя на желании поощрительно помурлыкать или застонать, до того приятными были пробежавшие по спине мурашки. Его веки согрел выдох — Котаро по-прежнему дышал ртом. Лео сдавил его бока, провёл по ним до пояса, легко обхватил задницу, которая тут же напряглась. — Не бойся, я не буду ничего делать, — сказал Лео, трогая губами подбородок Котаро. — Потискаю только. В подтверждение он прижал ладони плотнее и неторопливо огладил ягодицы от поясницы до бёдер. Котаро уже разогрелся, даже пальцы стали горячее. Лео уже хотелось, даже и под самого Котаро подставиться, но готовиться — долго, а в паху уже тянуло нещадно. — А если я возбужусь? — вдруг спросил Котаро. Ладони, он, очевидно, имел в виду ладони, мнущие его задницу. Ему всё-таки было приятно. — Мой бог, Котаро, ты и должен возбудиться, — Лео несильно укусил его за щёку. — И запоминай, что я делаю. Ты ведь собираешься быть сверху? Котаро снова навис над ним на вытянутых руках, кивнул и ещё неожиданнее выдал: — Ты такой симпатичный. — Спасибо, Котаро, — довольно улыбнулся Лео. Котаро не впервые сказал ему подобное, но в такой обстановке — в первый раз. — Что это ты вдруг? — Но ты правда симпатичный. Красивый даже, — Котаро провёл большим пальцем по контуру его лица и остановил ладонь на груди. — И лежишь подо мной. — Это ненадолго. Лео ухватил его за плечи и, пользуясь неустойчивым положением, перевернул под себя. Они едва не свалились с кровати и скомкали своим ёрзаньем одеяло. — Всё, я возбудился, — сверкнув клыками, сообщил Котаро. То, что он уже мог смеяться в процессе, было совсем хорошо. Окончательно расслабился, значит. — Я проверю, — улыбнулся Лео ласково и потрогал его между ног, с силой потёр раскрытой ладонью. — О, и правда. Лео расстёгивал его брюки на ощупь и следил за лицом. Котаро немного покраснел и сжал губы. Очаровательно. — Эй, я думал… я буду это делать, — выдохнул он, когда Лео стащил с него брюки и трусы. — Ты тоже, позже. Сядь, — скомандовал Лео, опускаясь на колени рядом с кроватью. — И колени посильнее разведи. Котаро теперь сидел перед ним. С расставленными ногами, немного смущённый. И со стоявшим членом. Вот это уже было соблазнительно. Это было так соблазнительно, что Лео облизнулся. Отсасывать — в том случае, если член влезал в рот — Лео любил. Он подался вперёд, аккуратно помял яички, облизал ладонь и провёл ей по головке. Бёдра у Котаро тут же напряглись, мышцы обрисовались чётче, и Лео не удержался — куснул его за ногу. Котаро неровно вздохнул. Лео медленно потёр головку широкой частью языка. Вкус сразу стал острее. Лео лизнул щель, прикоснулся к ней губами и неторопливо вобрал всю головку в рот, немного пососал. Отстранился, посмотрел на Котаро — тот зажмурился и прикусил пальцы. — Эй, — он сердито шлёпнул Котаро по колену. — Я тут не просто так стараюсь. Не только на ощущениях концентрируйся. Смотри, что и как я делаю. Котаро послушно открыл глаза и тихо застонал, когда Лео вобрал его член в рот наполовину и головка оказалась зажата между нёбом и языком. — Вообще-то… это здорово смущает, сестрёнка. Лео не стал его одёргивать — он уже увлёкся. Облизал член снизу вверх, обхватил губами и повторил движение. Ощущение горячего твёрдого ствола во рту так сильно заводило, что ему самому стало некомфортно от возбуждения. Он расстегнул одной рукой брюки и погладил себя через трусы, второй придерживая член Котаро. Лео втянул его до основания, привычно подавив рвотный рефлекс, и напряг горло. Котаро несдержанно вскрикнул и приподнял бёдра. Лео остался доволен такой реакцией. — Ну что, — спросил он, выпустив член и неторопливо надрачивая. — Не сбежишь? Котаро помотал головой. Во рту скопилось слишком много слюны. Лео сглотнул, потёр углы губ большим и указательным пальцами. И снова тронул мягкими губами влажную головку, остановился, поглаживая гиперчувствительную кожу языком. — Лео, стой, — протянул Котаро. — Я же тебе так прямо в рот… кончу! Лео не остановился. Член под его пальцами и языком пульсировал, и он только плотнее сжал губы и насадился глубже. Котаро сильно дёрнулся. Пока на язык Лео выплёскивалась его сперма, он выдыхал долго, хрипло и неожиданно тихо. — На, вытрись, — Лео вытащил из-под кровати салфетки. — Ты проглотил, — слабо сказал Котаро. Кто бы мог подумать, что от оргазма он так разомлеет. Лео пожал плечами, гадая, способен ли Котаро ещё на то, зачем он сюда пришёл. Котаро ухватил его за руку, притянул и жарко прижался губами ко рту. В поцелуях он уже, видно, натренировался. — Я же только что тебе отсосал, — Лео отстранился. — Тебя это не смущает? — Нет. Спаси-ибо, — Котаро улыбнулся довольно-довольно, закинул обе руки ему на плечи и снова полез целоваться. Клыки у него были островаты. Пока Котаро явно наслаждался, собирая собственный вкус, Лео осторожно трогал левый языком. — Что, нравится? — Вообще-то мешает, — поделился Лео. Котаро в отместку укусил его за губу. Лео положил его ладонь на свой пах и сжал, подвигал бёдрами, потираясь. — Точно, моя очередь, — оживился Котаро. Послеоргазменное томление с него спало быстро. Он высвободил член Лео из трусов без брезгливости. С интересом помял его в руках, ткнулся носом в заблестевшую головку. — Промахнулся, — не удержался Лео. Энтузиазм Котаро его будоражил. — Я просто нюхаю, — отмахнулся Котаро. — Мне нравится твой запах. «Нельзя говорить такое, Котаро», — хотел сказать Лео, но тут Котаро на пробу лизнул его. Осторожно, самым кончиком языка — по краю головки. А следом — широко, от яиц до самого верха. Слюна у него закончилась на середине, и дальше Котаро вёл сухим языком. Почти шершавым. — Нормально? — Котаро поднял на Лео взгляд. Любопытный-любопытный, жадный до открытий. А пальцы его тем временем небрежно тёрлись вдоль щели. И на всё это было совершенно невозможно смотреть. Хаяма Котаро, между его, Лео, ног. Трахнуть бы его ещё для полного счастья. Лео представил, как Котаро с интересом оттопыривает искусанную задницу — задница у него была отличная, это Лео даже на ощупь понял, как и то, что не удержался бы от того, чтобы вылизать её как следует и покусать, Лео себя знал — и спрашивает: «А так хорошо?» А у самого глаза блестят. И румянец лихорадочного возбуждения на щеках. Представил — и не сдержал стона. — Ты, главное, не останавливайся, — сбивчиво сказал он. — И с клыками осторожнее. Котаро старался. Повторял его движения и пытался придумать что-то своё. Засовывать член глубоко в горло он не спешил, зато усердно сосал, прижимая к щеке, и гладил языком, и теребил пальцами мошонку. — Сильнее, — сказал ему Лео, когда Котаро лизнул головку совсем нежно. — Надави с силой, — и подавился воздухом, когда Котаро всё-таки просунул член к горлу и повторил приём Лео, сдавив его мягким нёбом и корнем языка. Техника у него была не ахти, но для новичка он всё делал неплохо. А Лео становилось совсем хорошо, стоило открыть глаза и посмотреть на старательного Котаро, у которого из угла рта стекала слюнка. Хо-ро-шо. Почувствовав, что вот-вот кончит, Лео положил руку на лоб Котаро и слегка надавил. Котаро упрямо смахнул его ладонь и попытался взять ещё глубже. — Подавишься же, — выдохнул Лео и подался назад, чтобы выскользнуть из горячего рта. — Я сейчас… Котаро всё равно поймал его головку губами, издал какое-то совершенное постыдное, вкусное «м-м», и Лео аж прошибло. От оргазма он выгнулся, прижав короткие волосы на макушке Котаро. Губы Котаро были неплотно прикрыты, поэтому немного спермы вытекло на подбородок, прежде чем он сомкнул рот. Лео ласково стёр большим пальцем и её, и слюну. — Ну сходи, выплюни. Котаро вскочил на ноги, а потом, видимо, передумал — и Лео услышал, как он громко сглатывает. Вот повезёт любовнику Котаро. А когда он поднатаскается, повезёт вдвойне. Котаро улыбался победно. — Раз ты кончил — значит, кто-то менее опытный не устоит? — Не устоит, — подтвердил Лео и потянулся за салфеткой. Котаро упал на кровать рядом с ним, и Лео подавил в себе желание отсесть. От своих мыслей он как-то устал и сник, эйфория от оргазма прошла слишком быстро. А Котаро по-прежнему хотелось — и трахнуть, и поцеловать, и за ушком почесать, — прижав руки, чтобы не вырывался. Это всё было весьма паршиво. — Слушай, а ты только минету хотел научиться? — не отказал себе в вопросе Лео, застёгивая штаны — хотя вообще стоило бы сразу переодеться в домашние. — В анальном сексе у тебя ведь тоже опыта нет? Котаро призадумался, но ответил быстро: — Нет. Но я, может, потом, — он легко пожал плечами. — Мне понравилось с тобой. — Ладно, — сдался Лео. И наконец задал вопрос, который следовало задать в самом начале. — Скажи хоть, на кого ты так глаз положил. Котаро посерьёзнел и посмотрел на Лео внимательно — проверял, похоже. Оценивал: может ли рассказать и довериться. Решил что-то для себя и тут же расползся в мечтательной, дурацкой совершенно улыбке. — Разыгрывающего Сейрин помнишь? — Изуки. — Ага, — Котаро радостно кивнул. — Изуки. Клёвый он. Вот только стопроцентно не гей, так что мне нужно наверняка. «Понятно», — хотел сказать Лео, но даже кислой улыбки выдавить из себя не смог. — Да ты мне просто сердце разбиваешь, — признался он. — Ты всё равно самый лучший, сестрёнка Лео, — Котаро уткнулся лбом в лоб, поцеловал его в угол рта и доверительно сообщил: — И тоже мне нравишься. «И первым у тебя был», — решил Лео, кладя ладонь на его шею. Котаро улыбался, и Лео несколько раз мягко прикусил губами его улыбку. В самом деле — где этот Изуки и где он, Лео. А Котаро может и передумать.