Давай заново

      Так прошёл месяц. Никуда дальше церкви Лорд не выходил. Нет, он не боялся мракороборцев или Ордена. Он просто не хотел знать, что там за стеной. Страх неизвестности и болезненное напоминание о провале сковывали его, как только он собирался выйти. Поэтому единственным местом, которое он посещал, был сад.       При церкви был небольшой английский сад с ровно выстриженными деревьями, как в старых поместьях Малфоев или Лейстренджей. Этот сад напоминал ему прошлое и чем-то даже успокаивал. Он садился на скамейку перед искусственным прудом и смотрел на воду. Было время подумать. Много времени.       Деревья в саду только-только перестали цвести и покрылись новой зелёной листвой. Воздух был свежий, влажный, с моря. Рядом было кладбище.       Отчего он не умер? И почему к нему вернулась его внешность? За что? Видимо, кто-то просто ошибся, оставив его в живых. Ошибся... Я сквиб. Нет, хуже, я магл.       От злости хотелось выть.        – Гуляете?       Лорд даже не обернулся. Отец Мартин стоял сзади скамьи и не решался подойти.        – Садитесь, раз пришли, – грубо бросил Лорд, выпрямившись.       Отец Мартин не спеша подошёл и сел рядом.        – Я подумал...        – Если я захочу поговорить, Вы будете первым, с кем я это сделаю, – процедил Лорд и отвернулся.        – И? – Отец Мартин пристально смотрел на него.        – Вы думаете, я хочу?        – Я думаю, да.        – Плохо думаете.        – Многие приходят ко мне на исповедь и молчат, хотя они пришли излить душу. Вы пришли именно в церковный приют, хотя могли прийти в любое другое место. Значит, Вам есть, что сказать.       Лорд промолчал.        – Я вижу, как Вам тяжело, Том, Вам нужно поговорить.        – Я сам виноват в том, что есть, и только мне это тянуть.        – Не всегда всё так, как оно кажется.       Лорд усмехнулся.        – В этом есть доля правды...        – Так как?        – Не думаю, что в этом разговоре есть смысл, святой отец, – последнюю фразу он произнёс нарочито насмешливо и слегка презрительно.        – И всё же...        – Вы всегда готовы. Я знаю, – Лорд встал и пошёл к калитке. Гравий приятно захрустел под его ботинками. На улице было лето. Такое, какое оно есть, тёплое. И ветер был почти южный. Он невольно остановился и вдохнул терпкие запахи природы.       Два года назад он даже не обращал на это внимания. Не чувствовал. Всё это было новым. Эти деревья, этот ветер, гравий и даже ботинки. Каждое ощущение на миллион. Как будто заново учишься ходить, и каждый шаг приносит наслаждение.       На обеде в столовой отец Мартин вновь подсел к нему за стол.        – Вы были больны? – спросил он, пытаясь поймать взгляд Лорда.        – С чего Вы взяли? – Лорд не отрывался от еды, незаметно следя за реакцией Мартина.        – Вы делаете всё так, будто до этого не могли это делать. Ходите, дышите, даже сейчас, когда едите. Будто раньше вы этого не могли, – да, это чем-то похоже на болезнь. Когда от целой души в тебе лишь осколок, это как болезнь. В тебе живёт лишь одно чувство – чувство слепой ненависти. Всё остальное умирает вместе с душой.        – Может быть, я был болен... Да, наверное, болен, – Лорд смотрит ему в глаза рассеянно, словно что-то вспомнил или понял. Он кладёт ложку на стол и слегка прикрывает глаза, пытаясь осознать что-то понятное только ему одному.        – Вам плохо? – забеспокоился отец Мартин.        – Нет, всё в порядке, – он открывает глаза. – Единственное, чего я хочу – понять, зачем я остался жить, когда должен был умереть? – давно сводивший с ума вопрос наконец-то задан, пусть и почти в пустоту, но задан. Стало чуть легче. Совсем чуть-чуть.        – Затем, что каждому положен второй шанс.        – Даже тем, кто по правилам его не заслужил?        – Правил нет. Каждому.

* * *

      Сквозь окно пробился первый луч солнца. Утро. Лорд слишком рано встал. Он сидел на кровати и следил за рассветом. Солнце медленно поднималось над горизонтом, обволакивая своим светом всё вокруг. После разговора с отцом Мартином прошло два дня.       Лорд встал с кровати и направился к двери. Впервые за месяц он вышел куда-то дальше церкви. Людей на улице не было. Ещё слишком рано.       Он шёл один по пустынным улочкам, вспоминая дорогу к морю. Наконец он вышел к пляжу, на котором появился.       Море было не таким, каким он его запомнил. Оно было синим. Не грязно-серым с коричневатой пеной. Синим. Цвета той синей лазури, которой уличные художники пишут свои этюды. Синим.       Он сел на песок и вдохнул солёный воздух. Море.       На пляже не было даже тех противных чаек, достававших его тогда. Ни людей. Никого. Только он и море.       Лорд закрыл глаза и прислушался к звукам прибоя. Звуки. Такие яркие... Душа цела. Она в нём.       "И что теперь?       Мне нужно домой.       У меня нет дома...       Хогвартс – мой дом.       Я сошёл с ума...       Мне нужно домой".       Лорд открыл глаза.       Вещей было немного. Правда, он совершенно не знал, как он туда попадёт, но точно знал, что должен. Собрав всё, он ещё раз осмотрел комнату: не забыл ли он чего? Взяв в руки старый рюкзак, который ему выдал отец Мартин, он закрыл за собой дверь: теперь уже навсегда.       Отец Мартин что-то писал в своей тетради, сверяясь с книгой.        – Я ухожу, – прозвучали словно эхо его слова.        – Что? – отец Мартин поднял голову и удивлённо посмотрел на него. – Куда?        – Домой.       Мартин хотел что-то сказать, но промолчал.        – Вам ничего не нужно? – вскоре спросил он.        – Всё, что было нужно, Вы мне уже дали, – внутри у Лорда билось какое-то странное и совсем непонятное чувство к этому человеку, но как его выразить, он не знал, поэтому стоял и молча смотрел на Мартина. А тот всё понял. Потому что всё не так, как оно кажется сначала.        – Да поможет вам Господь.        – Прощайте.