Лето

Генжи просто открывает глаза, никто не трясёт его за плечо или стучится в дверь с бодрым криком: "Вставайте, молодой господин!". Он просто открывает глаза и понимает, что уже давно утро, что он у себя и что рука, собственнически обнимающая и прижимающая его к телу позади него, почему-то на какую-то долю секунды кажется такой родной... А потом приходит осознавание того, что случилось вчера ночью. Или лучше отметить: несколько раз случилось. Вдруг утреннюю тишину разрывает трель мобильника Тацуи. Он слышит, как Тацуя чертыхается, и начинает возиться в поисках телефона, а Генджи даже предположить не может, куда он сам лично отбросил его джинсы. Вспоминает, как возился с ремнём и безмолвно усмехается. Судя по тому, что рука скоро вновь возвращается на "законное" место, а Мито отвечает охрипшим от сна голосом, Генджи забросил джинсы на так уж и далеко. Хорошо, что телефон не разбил, думает он и закрывает глаза, притворяясь спящим. Но динамик у Мито такой громкий, что он слышит весь разговор. — Где ты? Почему ты вчера не позвонил? — А должен был? — в свою очередь удивлённо спрашивает Мито, пытаясь сообразить хоть что-нибудь. — Судзуран нарушает Соглашение, а ты молчком? — И ты бы приехал из Осака? — фыркает Мито и понижает тон, боясь разбудить Генджи. — Я уже приехал. И у тебя дома... Поговорим? Мито обещает приехать через час и окончательно просыпается. Целует Генджи в плечо, пытаясь так сказать "Спасибо", пусть даже Такайя спит и не узнает этого, а потом встаёт и ищет свою одежду. Натянув джинсы, он оглядывается в поисках футболки, натягивает её и бросает взгляд на плечо, где оставлены следы от зубов Генджи. Усмехается и надевает рубашку поверх белой безрукавки, сейчас он рад, что у неё длинные рукава, иначе, как бы он объяснил следы собственных зубов вездесущему и всё подмечающему Наруми, что ожидает его дома. Попытка не шуметь и не кричать от удовольствия оставила столько отметин на теле Хосеновца, что он некоторое время просто стоит, переминаясь с ноги на ногу, а потом уверенным шагов выходит из комнаты. Как ни странно его никто не задерживает, никто не пытается бежать проведать младшего хозяина. "Может я его убил и целую ночь спал с трупом, чтобы не меня не заподозрили?" - раздраженно думает он, пока один из мафиози ведет его к выходу. Через несколько кварталов он ловит такси и за двадцать минут доезжает до дома. Входная дверь приоткрыта, что совершенно не удивляет Мито, он, игнорируя вышедшего навстречу из кухни Наруми, идёт в ванную. Там скидывает одежду и с наслаждением встаёт под прохладный душ. Прислоняется лбом к стенке душевой и вспоминает произошедшее ночью и ему вдруг кажется, что вода становится горячее. Он несколько раз глубоко вдыхает и подставляет лицо под струи, чтобы она помогла ему смыть все воспоминания или хотя бы ненадолго избавиться от них. Это ему удаётся и он снова становится высокомерным ублюдком с непроницаемым выражением лица, которого знает Наруми. Бывший ученик Хосена сидит на кухне вместе с его отцом, видимо, только что вернувшегося с ночной смены. Мито здоровается с отцом, почти даже улыбается, удостаивается кивка, а отец возвращается к своим байкам. Он прекрасный рассказчик, с отличным чувством юмора, Наруми смеется и едва не плачет смеха. Поедая завтрак, он внимательно смотрит на отца. Сейчас по нему не скажешь, что он полгода не мог заговорить с младшим сыном после смерти старшего. — Сильно не шалите! — на последок говорит отец и поднимается в их с матерью комнату отдыхать. — Нуу~ — Чего тебе, Наруми? — Что ты думаешь делать с Судзураном? — Пока ничего, — флегматично отзывается тот. — У нас не все карты. Киришима не один.. — Серизава? — И Генджи. Они оба принимают участие... Наруми замолкает и утыкается в свой чай. Сгрузив посуду в мойку, они уходят из дома. Мито переоделся и даже замотал руку бинтом, и хотя она привлекает внимание, сейчас хоть не видно синяков и следов от зубов. Сначала они заходят в больницу к Тайске, сменяя "семерку" почти на три часа. Наруми и Тайске веселятся, пока Тацуя разговаривает с врачом-стажером: девушкой лет двадцати пяти - которая с улыбкой подмечает быстрое выздоровление Тайске и выражает вероятность того, что через неделю его уже выпишут. По крайней мере нож не задел важные органы, рану уже зашили, а сломанные ребра лечить дома, приходя только на повязки. Тацуя благодарит и возвращается к парням. Так и они и сидят втроём, пока у Мито не звонит мобильник. — Слушаю. — Это Киришима. Насчет встречи. — Давайте раньше. У меня есть предложение. Через два часа подойдёт? — Д-да, вполне. Тацуя звонит "семерке" и сообщает о переносе встречи, после чего они, оставив Тайске отдыхать, покидают его. Генджи и Серизава по-прежнему выполняют роль молчаливой поддержки для Судзурана. "Вороньё встрепенулось, почуяв вожака," — философски изрекает Сайто, и Мито полностью с ним согласен. Даже если начать войну, они снова проиграют. Во всяком случае, пока тыл Судзурана прикрывают Серизава с Генджи. Он снова подходит в гордом одиночестве, оставив "семерку" за несколько десятков шагов позади. Подходит к троим Судзурановцам. Киришима нервничает, хотя пытается и не подать виду. Мито молча презрительно оглядывает их троих, ни на ком не задерживая взгляд. — Думаю, что выхода из ситуации нет, но даже я бы не хотел новой бойни... — Ты сказал, что у тебя есть предложение, — вставляет слово Киришима. — Да. Я изобью Сакаги. Бой. Один на один. — Я не позволю! — Подожди... — прерывает истерику Киришимы Серизава. — Ты сразишься с ним честно и всё? — Да. Если, конечно, он не запрячет куда-нибудь нож... — Когда? — Через неделю. Может чуть позже... Я хочу сделать это на глазах у Тайске. Вы согласны? Серизава кивает, и Мито этого достаточно. Он разворачивается и идёт к своим, слыша, как истерит за спиной Киришима. Но этого не его проблемы, как Серизава будет уговаривать последнего выдать своего друга. Хосен уходит с территории Судзурана, ни разу не оглянувшись и молча. Парни, не сговариваясь, идут к больнице, где лежит Тайске. Сайто сам рассказывает новость. — Зачем, лидер? — Я его лично накажу... И заставлю пожалеть, что он так сделал. — Спасибо, — тихо произносит Тайске, вызывая улыбку одобрения у Мито, который уже через полчаса уходит по своим делам. Он заглядывает домой, пока не пришла мать, ещё раз принимает душ, переодевается, собирает небольшую сумку и уходит. Попрощавшись с отцом, говорит, чтобы он его не ждал. Отец в отличии от мамы, хотя бы отвечает: кивает и желает удачи. Сначала Мито очень долго гуляет, перекусывает в кафешке, и снова гуляет. А когда начинает смеркаться он берет такси. — Зачем ты здесь? — удивленно спрашивает Генджи, увидев у ворот своего дома, сидящего на сумке Мито. Он... рад этому. Рад, что он пришёл, в душе даже шевелится какое-то чувство, похожее на спокойствие и умиротворение. Он улыбается. — Вчера ты приютил меня на ночь? Может будешь так щедр и сегодня поможешь... Генджи качает головой и пропускает вставшего с земли Мито первым в ворота, они повторяют вчерашний маршрут, правда, в этот раз его замечает отец. — Такайя, окайри! Познакомься со своей новой мамой! — Мужчина хлопает развратно улыбающуюся женщину по ягодицам, и это вызывает отвращение у обоих парней. Мито кланяется и представляется. После чего Генджи поспешно тянет его наверх подальше от унизительного зрелища и как только дверь за ними закрывается оба облегченно выдыхают, опираясь на дверь. Рука Такайи тянется к выключателю, но её перехватывает рука второго и просьба: — Не включай. Мито обнимает Генджи, утыкаясь в шею, и блаженно улыбается, когда Генджи тоже его обнимает.