Its Consuming Me.

      Капли дождя скатывались по стройной фигуре и проникали под ткань тонкой футболки, оставляя на коже холодные разводы воды. - Ащ.       Доен неприятно морщится и делает прыжок вперед. Ее кеды при каждом шаге издают чавкающие звуки, что с новыми шагами слишком сильно раздражает. Волосы липнут к лицу и лопаткам, создавая иллюзию мокрого плаща, неприятно облепляющего тело. Зубы уже стучат от холода и тихой истерики. Истерики ли? Все это больше похоже на злость, а вся ситуация выглядит до комичности смешно.       Игнорируя лифт, она поднимается вверх по многочисленным ступенькам, с нетерпением жмет на дверной звонок и для убедительности пару раз бьет в железную дверь. Электронный замок раздражающе пищит, а тихий мат из-за куска железа только больше раздражает. - Кто…?       Юнги не успевает договорить предложение, как вид его ночного гостя вводит в ступор. - Доен-а, - жалобно мычит парень, наваливаясь на дверной косяк плечом. - Кажется, меня бросили, - она неосторожно толкает его, проходя в теплое помещение. - Вот ублюдок, - тихо рычит Юнги, закрывая дверь.       В тишине квартиры слышится шум воды, исходящий из ванной. Доен хмыкает, стаскивая с себя кеды. - Я не вовремя? - Мы живем вместе. Левый кед выскальзывает из ослабевших пальцев, а девушка опасно покачивается на одной ноге. - Мне уйти?       Вся эта атмосфера напоминает старые фильмы про любовь, насквозь пропитанные фальшью и драмой, которые в итоге обычно кончаются хэппи-эндом. - Не говори ерунды, - теплые руки подталкивают ее вперед. - Я разогрею чайник, а ты пока возьми полотенца и вещи, чтобы переодеться. Ты знаешь, где все лежит.       Доен кивает, хотя Юнги вряд ли уже это увидит. Она проходит вперед, по дороге зачем-то подбирая свалившийся с дивана плед, щелкает выключателем, и просторную спальню заполняет приглушенный свет. В воздухе витает еле уловимый аромат цветочных духов, кровать непривычно опрятно застелена, а вещи не разбросаны по всему периметру комнаты. Пальцы проводят по поверхности письменного стола. На нем нет ни пылинки. Слишком непривычно.       Уверенным жестом Доен открывает шкаф с вещами, вытаскивая большое голубое полотенце. Взгляд натыкается на женские вещи, развешанные рядом. Пальцы скользят по приятным на ощупь платьям, перебирают стопку футболок, отодвигают в сторону джинсовую куртку. Девушка обводит изменившийся гардероб усталым взглядом и вытаскивает свой любимый свитер, который, как ни странно, все еще пахнет Юнги. - У нас гости?       Так непривычно видеть и слышать девушку в этой квартире. Юнги не такой, чтобы привязываться к кому-то именно тем чувством. Он даже ей ничего не сказал. Обидно. Считает, что не поймет?       “Идиот!- кричит подсознание. - Мог просто сказать, что влюбился!”       Это ревность? Да. Сильная и беспощадная, она вгрызлась в мозг, пульсируя адской болью, раз за разом повторяя одно и тоже: "Не рассказал - значит, не доверяет." - Я бы поняла, идиот Мин Юнги, - раздражение от того, что лучший друг, как всегда промолчал, сходит на нет. Они же все равно друзья. Она потом обязательно промоет ему мозги на эту тему. - Доен поживет какое-то время у нас. У нее проблемы, - Доен слышит, как друг тяжело вздыхает, и тенью проскальзывает в душ.       В небольшой комнате слишком душно, а воздух пропитан сладким шоколадом. Мокрая футболка летит на кафельный пол, оставляя под собой небольшую лужу воды. Узкие джинсы с трудом удается снять с худых ног. Когда все получается, они такой же серой массой падают рядом с остальными частями гардероба.       Горячая вода больно кусает кожу, постепенно обволакивая все тело. Постояв так немного, она меняет температуру на более прохладную. Длинные пальцы запутываются в волосах, больно оттягивая их назад. Из глаз падают горячие слезы, которые, смешиваясь с водой, падают вниз. - Дура.       Затылок больно бьется о кафельную стену, а из груди вырывается крик полный боли. Доен не знает из-за чего. - Доен. Ли Доен, открой дверь.       Вот так просто. Без лишних “что случилось, ты в порядке” Юнги просто требует открыть дверь. - Все хорошо, я просто поскользнулась, - та, кто ненавидит все эти женские романы, придумывает глупые фразы лишь для того, чтобы ее не трогали. - Если через пять минут не выйдешь, я выломаю дверь, - звук отдаляющихся шагов действует отрезвляюще. Мин Юнги всегда держит свое слово. *** - Значит, она твой лучший друг? – миловидная брюнетка смешно заламывает бровь и скрещивает руки на груди. - Минхе, не время устраивать истерики и скандалы, - Юнги осторожно заливает чай кипятком, даже не смотря в сторону собеседницы. - А кто устраивает? – Минхе устало опускается на стоящую рядом табуретку, подбирая под себя ноги. – Просто ты про нее ничего не говорил, даже не представил нас друг другу.       В ее голосе слышна обида, а Юнги хочется удавиться от всего этого спектакля. - Успел бы еще, - недовольно ворчит он, садясь рядом. - Не дуйся, хорошо? Его рука накрывает ее маленькую ладошку, а мягкая улыбка, появившаяся на лице, действует успокаивающие. - Не помешала?       Видеть Доен в своей одежде каждый раз как-то слишком волнительно. - Садись, чай уже готов, - Шуга незаметно убирает свою руку, успокаивающе улыбаясь. - Ли Минхе, - девушка старается быть дружелюбной, и Доен прекрасно понимает это. - Ли Доен. Прости, что побеспокоила, - улыбка выходит слишком вымученной и усталой, что незамедлительно действует на собеседницу. - Я пока постелю тебе. Приятно познакомиться, - Минхе подрывается с места и спешит скрыться из виду, бросая на последок.       Доен устало приземляется на стул, вытягивая ноги вперед. - Вот смотрю на тебя и никак не могу понять, - брюнетка задумчиво стучит пальцами по столу, смотря в напряженную спину друга. - Что?       Голос предательски дрожит, а руки начинают трястись, как у наркомана или алкоголика со стажем. - Кретинизм лечится или это пожизненно? – сильный толчок в поясницу заставляет расслабиться, а повышенный голос только улыбнуться. - Нет, Доен-а, это пожизненно, - тихий смех ласкает слух, разливаясь топленым сахаром по всему телу. - Значит, мы с тобой пожизненные идиоты.       Юнги неоднозначно хмыкает, понимая это по-своему.