Нашла коса на камень

У окна сидит молодой мужчина, он старательно вынимает пинцетом колючки из ладони, тихо ругая тот день, когда начал разводить эти чёртовы кактусы. Мимолётный взгляд на календарь и его накрывает желание броситься под поезд, улететь на Плутон, взорвать свою квартиру. В общем, сделать всё, что угодно, лишь бы оттянуть срок сдачи рукописи. До даты, обведённой маркером на настенном календаре, три дня. Он чувствует себя бездарем, серой посредственностью, вечно ничего не успевающей, нарушающей все сроки. Резкий звонок в дверь вырывает его из невесёлых размышлений. На автопилоте, всё ещё продолжая мысленно себя расстреливать, он плетётся в прихожую, распахивает дверь… - Лиам! Мать твою! Какого чёрта ты трубку не берёшь?! Несчастного, расстроенного уже до прихода нежданного гостя мужчину сметает волна праведного гнева. - Я уже думал, что ты тут помер! - А ты мне звонил? – тихо пробубнил Лиам, смешно приподняв брови. Вошедший закрыл за собой дверь, выдохнул и попытался улыбнуться. - Как у тебя с работой? - Я бесталанная пустота… - Сколько ещё? – устало вздохнул гость, зная, что ему всё же придётся выслушать всю балладу под названием «Я - ничтожество». - Около пяти страниц, - деловито доложил мужчина, но тут же погрустнел. – Я серая посредственность… - И сколько тебе надо времени? Ты вообще работаешь или чаи гоняешь?! Лиам сложил руки на груди и посмотрел на гостя. - Майлз, а почему бы тебе самому не заняться моей работой. Подгонять все мастера! - Прости, но я лучше своей займусь. Тащи сюда рукописи, я почитаю. А ты, садись, и заканчивай уже! Успеешь за сегодня, приглашу тебя в кофейню. Пока шёл сюда заметил на витрине какие-то новые пирожные. Кстати, там есть жасминовый чай… Подавленный автор коротко кивнул, вернулся за стол и быстро зашкрябал ручкой по бумаге. Нет, не ради чая, конечно, и пирожные тут не при чём, сроки ведь, да и редактор над душой висит. «Интересно, - подумал он. – А новые пирожные с шоколадом?». Погрузившийся в чтение редактор вздрагивает, когда его касается рука Лиама. - Готово. Как тебе рукопись? - По мне так слишком много словесных кружев. Попроще бы… - Это исторический роман. Дань эпохе. - Тебе виднее. Главное, чтобы нашему педанту понравилось. Учти, он вполне может прислать тебе рукопись обратно, с тонной пометок на полях. Он перед печатью все рукописи читает. Говорят, что он знает наизусть все книги, которые мы выпускаем. - Он просто любит свою работу. - Может и так, - поднимается с места Майлз. – Завтра идём в кофейню, а сейчас я съезжу в издательство, завезу твои бумаги. Чем быстрее они там окажутся, тем спокойнее мне будет. Или ты горишь желанием натрескаться сладкого прямо сейчас? Серьёзные серые глаза, казалось, прожигают в госте две дыры. - Я последние пять суток только и делал, что писал. Теперь я хочу помыться, поесть и выспаться. Пирожные отложим до следующего раза. - Как скажешь, - кивнул редактор, обуваясь в прихожей и наматывая шарф. – Лиам, завязывай ты с такими авралами. Здоровье важнее. - Угу… Стоило за Майлзом закрыться двери, как Лиам включил компьютер. В те моменты, когда заканчивалась одна официальная работа, а другая ещё не была начата, Лиам Леннарт, один из самых печатаемых авторов издательского дома «Метро», становился Эдвином Тиром – автором убийственных эротических новелл, которые гуляли по сети. Наверное, виной этому был нереализованный запас романтики. В свои двадцать девять лет, далеко не юный автор посвятил себя работе целиком и полностью, выпуская бестселлер за бестселлером. При наличии приятной внешности, таинственного взгляда серых глаз и фигуры, которой могли позавидовать модели, Лиам ни разу не ходил на свидания. Даже просто любовника у него не было. Потому как, глядя на заспанного, сердитого молодого мужчину, одетого в серые мешковатые вещи, у потенциальных партнёров отпадало всяческое желание вступать с ним в какие-либо контакты. Но главным его минусом было не это, Лиам был жуткостным занудой, когда дело касалось правил речи или правописания. Его бесили неправильные ударения, жаргон… Но больше всего его бесили грамматические ошибки! В такие моменты он хотел убивать и начинал искренне жалеть, что родился омегой. Погрузившись в мир своих рассказов для взрослых, он становился другим человеком. Более общительным, раскрепощённым, терпимым. - Что? Кто-то прислал мне сообщение, касающееся нового рассказа? – бурчит он. Лиам открывает сообщение. Это не похоже на фанатский бред, скорее всего, это пишет человек, сам хоть немного причастный к книжному делу. Терминология выдаёт. Он советует отнести новеллы в редакцию. Писатель усмехается. Уже носил… Безрезультатно. Зато в сети истории приобрели дикую популярность. О чём он незамедлительно сообщил автору письма. Ответ приходит сразу же: «И всё же вы делаете кучу однотипных ошибок в тексте, давайте я вам поправлю». - Он хочет стать моим редактором интернет - рассказов? – поражённо произносит вслух Лиам, попутно набирая этот вопрос. - Я не против, у меня есть опыт подобной работы, - приходит незамедлительный ответ. - Вы уверены? - Мне нравятся ваши рассказы. Они такие… чувственные. Поэтому я буду рад стать вашим неофициальным редактором. Омега усмехается. - Вы станете моей бетой? - Кем, простите? - Бета. Так называют человека, который вносит правки в любительские произведения. - Тогда ладно, буду вашей бетой. Откинувшись на спинку стула, Лиам почему-то улыбается. Всё же это так мило, когда есть кто-то, кто желает просто так, безвозмездно помочь. Сейчас такие люди – редкость. Оставив компьютер включённым, омега отправляется в душ, из душа на крошечную кухню, а оттуда прямиком под одеяло. Проснулся он раньше, чем рассчитывал. По откосам окна барабанили капли, а вся улица была затянута в плотный туман. Отвратительная погода, в самый раз для конца февраля. Сон улетучился, и мужчина нехотя поднялся с дивана. Окидывает взглядом свою небольшую квартиру и вздыхает; последний раз он убирался тут перед началом работы над свежесданной рукописью. И хотя в его голове уже начинались процессы «брожения ценных идей», оформить это в конкретную задумку новой книги пока не удавалось. А вот мысль взять небольшой отпуск и слетать куда-нибудь, где не так сыро и серо как в Мальмё, приобретает небывалую яркость. Раздумывая над вариантами недолгой поездки, Лиам раскладывает по местам вещи, вытирает пыль на полупустой книжной полке. Попутно собирая по всей квартире книги, которые он взял в библиотеке на весь период написания рукописи. Проходя мимо шкафчика в прихожей, ловким движением отрезает метр шнура и перевязывает стопку библиотечных книг. В его квартире хватает своего барахла, не хватало ещё чужие книги растерять. Немного прибраться и засесть за компьютер. Просмотреть почту, полистать отзывы на свою новую книгу. В куче сообщений снова оказывается письмо от неизвестного помощника. И они вновь забалтываются на часы, теряя чувство времени, забывая поесть. Этот незнакомец настолько интересный собеседник, что кажется плодом богатого воображения. Впрочем, Лиаму часто казалось, что всего окружающего его просто не существует, что он выдумал это сам. А на деле бродит между людьми, разговаривая сам с собой, и все шарахаются от него, принимая за сумасшедшего. Уже ближе к вечеру переписка приобрела неожиданный оттенок заинтересованности обеих сторон. - Если вы не против, то я хотел бы с вами встретиться, - сделал пробное предложение товарищ по переписке. - Зачем? – недоверчиво откликнулся омега. - Мне невероятно интересно, как выглядит автор моих любимых рассказов. - Я выгляжу как тысячи других людей. - Эдвин, не скромничайте! Я почему-то уверен, что вы настоящий уникум. Омега усмехается. Единственный его уникальный талант – это килограммами поглощать сладкое, не поправляясь. - Может, всё же не надо? - Я не могу вас заставить, но мне бы очень хотелось увидеться. Лиам листает ежедневник. Сегодня вечер вторника, завтра у него встреча с мистером Лерре, который соизволил лично прочитать его рукопись и найти там несколько орфографических ошибок. Омегу сие невероятно взбесило, но высказать всё, что думает, он не мог. Леон Лерре был не только профессиональным литературным критиком, но ещё и главой издательства «Метро», которое на данный момент занималось книгой Лиама. А ещё этот педант настаивал на смене названия! И в этом вопросе, они завтра точно сцепятся рогами, потому как менять название автор не хотел совершенно. Лучше уж он сменит издательство. И плевать на контракт, согласно которому он обязуется выпустить ещё две книги. Если он хочет, чтобы его роман назывался «Пять причин сгореть в аду», то он именно так и будет называться! И это не обсуждается! Ах да! Он отвлёкся. В среду встреча с главой издательства, и весь день будет испорчен. Четверг… На четверг ничего нет. Но уже в пятницу плановое совещание по поводу договора с издательством на новую книгу. Нет, лучше встретиться в четверг, глядишь, вдохновение накатит, и за ночь что-нибудь сочинится. - Я могу встретиться с вами в четверг. Когда вам удобно? - В первой половине дня, но до часу я должен освободиться, у меня совещание на работе. - Где вы хотите встретиться? - Мне, в принципе, всё равно. Могу предложить встречу в «Баристе»… - Для меня это на другом конце города! - Тогда выбирайте сами, мне без разницы. Омега задумался. «Бариста» была всем хороша, кроме нереальной далищи. А единственным приличным местом поблизости была только «Голландия». - В «Голландии». - Без проблем. Тогда в десять там? - Да, в десять будет идеально. На этой позитивной ноте они и распрощались. Лиам перевёл взгляд на свои наброски новой книги. Всё было невероятно скучно и серо, ему требовалась какая-то встряска, чтобы тексты заиграли красками, чувствами, правдоподобностью. Памятуя об утренней встрече, омега рано поужинал и лёг спать, зная, что завтра его ждёт настоящий бой. Утром, проснувшись вовремя благодаря приехавшему Майлзу, мужчина собирает бумаги, и под строгим взглядом своего редактора всё же переодевается в классические брюки и рубашку. Этот формализм портит его, и без того не ах какое, настроение. Окончательно добивают получасовое стояние в пробке и оторвавшаяся пуговица на пальто. Поэтому в издательстве он появляется мрачный и истекающий ядом на всё человечество. Майлз пытается как – то разрядить обстановку, не понимая, что делает только хуже. Когда лифт останавливается на третьем этаже, омега облегчённо вздыхает, его редактор наконец-то затыкается. Огромный кабинет, отведённый для подобный совещаний, пуст. Получается, они прибыли первыми. Лиам не спеша приготавливает необходимые бумаги, устраивается поудобнее. В принципе, он ещё никогда не видел главу издательства. Только слышал о нём. Кто-то говорил, что он педант, кто-то называл его нереальной душкой. Хотя… По мнению Лиама, у мистера Лерре был один огромный плюс – он был не любопытен. Поэтому, когда омега сказал, что выпускать свои книги будет под женским именем, со стороны главы издательства не поступило никаких вопросов. Майлз только упомянул, что в контракт добавят ещё один пункт, про сохранение тайны имени автора. Причин у него не спрашивали. Это приятно удивило. Из воспоминаний вырвал звук открывшейся двери и приближающиеся шаги. Мужчина поднял голову и встретился с взглядом тёмно-карих глаз, изучающе смотрящих на него. Лиам замер, он не чувствовал сущности этого человека. Кто он? Альфа? Бета? Омега? Чужой взгляд пронзил его насквозь и вошедший протянул ему руку. - Леон Лерре, приятно наконец-то встретиться, мистер Леннарт. Омега неуверенно пожал протянутую ему руку. - И мне, мистер Лерре. - Итак, - резко развернувшись и заняв место во главе стола, начал Леон. – Давайте приступим. Время не резиновое, а вы у меня не единственный автор. Только сейчас Лиам заметил, сидящих по обе стороны от главы издательства секретарей. Тем временем на стол легла его рукопись, пестреющая кучей цветных пометок. - Мистер Леннарт, вы имеете хоть какое-то филологическое образование? - Да. Я уже знаю, что вы нашли у меня ошибки, но я написал вручную триста двадцать семь страниц, думаю, логично, что я мог где-то ослабить бдительность. - Не могли. - Что? - Не могли, - отрезал Леон. – Книги – источник формирования грамотности у населения. Вы пропустили, ваш редактор пропустил, а если бы вычитку поручили кому-то из начинающих, то и они бы пропустили. Ошибки попали бы в типографию, и навсегда изуродовали бы собой нашу репутацию. Вы несёте ответственность за свои тексты! А с вашей стороны, оправдывать себя большим объёмом работы – это просто вести себя как школьник. На кону тираж двухсот тысяч копий и пара миллионов крон на печать, рекламу, реализацию. А вы проявили несерьёзность! Я хотел бы внести изменения в наш контракт. - Вы хотите расторгнуть его? – опешил омега. – Из-за нескольких ошибок! - Не расторгнуть, а внести изменения. Мы договаривались о четырёх книгах, одна уже отпечатана, вторая готовится к выпуску, но я не думаю, что нам стоит связываться с ещё двумя вашими творениями. Издательство выпустит ещё одну вашу книгу, уменьшенным тиражом. О чётвёртой не может быть и речи, мы, согласно оговоренным в контракте условиям, выплатим вам неустойку за нарушение договорных обязательств. - Вы не будете продлевать контракт? – ошарашено проговорил Лиам. Взгляд мистера Лерре стал ещё более неприязненным. - Мы и этот-то хотим разорвать, но, как видите, я сам себе наступаю на горло, и даю добро на выпуск. Но учтите, если третья рукопись будет такого же скверного качества, то нам придётся проститься гораздо раньше. Омега готов был разреветься. Из-за пары ошибок! Труд нескольких месяцев отправится на свалку! Майлз кладёт ему руку на плечо и обращается к главе издательства. - Если рукопись будет идеальна, сроки выдержаны, вы согласитесь на выпуск четвёртой книги? - Я не верю в сказки. Поэтому – нет. - Даже если будет готов пробный черновик? Глаза Лиама лезут на лоб. О чём он говорит! Третья книга ещё в набросках, а тут уже четвёртую надо будет планировать?! Это самоубийство. Никакого времени не хватит! - Я согласен с условиями мистера Лерре. Три книги вместо четырёх и уменьшенный тираж. А сейчас, я мог бы взглянуть на правки, которые вы внесли? Карие глаза изучающее скользят по мужчине. - После совещания. Вы говорили, что не согласны с моим предложением изменить название книги… - Нет, я не возражаю, - грустно мотнул головой омега. - Я подумал и решил, пусть остаётся то название, которое вы придумали, - не обращая никакого внимания на него, продолжил Леон. – Да, оно слишком длинное, но автор есть автор. У меня нет никакого желания доводить вас до суицида, поэтому, давайте не будем держать друг на друга зла. Вам надо отдохнуть и сделать перерыв в работе, иначе вы просто выгорите вместе с источником идей. На этом, думаю, мы закончим. У меня много работы. Стоило главе издательства выйти за дверь, как напряжение, повисшее в кабинете, пошло на убыль. Секретарь мистера Лерре улыбнулся Лиаму и протянул стопку бумаг. - Тут ваш предполагаемый план работ и ваша рукопись. А сейчас извините, у нас ещё одно совещание. Омега посмотрел на своего редактора. - Ты почти ни слова не сказал, - мягко упрекнул он Майлза. - Прости… Просто я таким его впервые вижу, - ошарашено откликнулся альфа. – С утра что ли не в духе… - Отвези меня домой. - Да, конечно… Благо на обратном пути пробок не было, и чтобы хоть как-то поднять настроение поникшему омеге, редактор без предупреждения останавливается у кафе. - Пойдём. - Куда? Мы же ехали домой… - Сегодня ты выслушивал это по моей вине, хочу хоть немного оправдаться. - Ради этого стоило везти меня в «Голландию»? Я согласен на извинения подешевле… Майлз открывает дверцу авто и вытаскивает Лиама за руку на улицу. - Идём. Я сегодня не завтракал… В полупустом кафе они долго пьют жасминовый чай с восхитительными румяными булочками, обменявшись всего парой слов, потом переходят на латте с крошечными шоколадными пирожными. Каждый думает о чём-то своём. Омега давно уже не сердится на Майлза, да и вряд ли будет это делать. Они работают вместе уже три года. Большой срок для того, чтобы начать понимать друг друга без слов. - Отвези меня домой. Я устал. Иначе потащишь меня спящего. Альфа кивает и просит счёт. Через десять минут они уже идут к машине. Редактор открывает дверь для Лиама и, обойдя машину, садится за руль. Весь путь до дома они молчат, только прощаясь, обмениваются дежурным «пока». Придя домой, омега сбрасывает с себя одежду и обессилено падает на диван. Сил больше нет! Спать! Способность спать сутками, конечно по развитости уступала таланту лопать сладкое, но всё же… Лиам просыпается только рано утром. Прикинув, что проспал часов пятнадцать, он блаженно потягивается. Часы показывают восемь утра. Как раз вовремя! Есть время спокойно одеться, выпить чаю, без которого у омеги не начинается ни одно утро. Бегло просмотреть почту. Полить кактусы. И вот уже без четверти десять он сидит на мягком диванчике в одном из залов «Голландии» уткнувшись в телефон, иногда он поднимает взгляд, и нервно озирается по сторонам. Бета опаздывает! Вот почему он должен ждать? Почему должен сидеть в этом кафе и ждать?! Обычно ждут омег, а не омеги. - Простите, а вы случайно не Эдвин Тир? – раздаётся приятный низкий голос позади омеги. Мужчина резко оборачивается. Позади него стоит здоровый… Нет, огромный… Громадный… Даже неистощимый словарный запас Лиама не может выдать ему нужное слово, для характеристики незнакомца. Человек-гора улыбается омеге, и тот чувствует себя блохой на ладошке. - Мы знакомы? – холодно смотрит омега на мужчину. - Я – Аксель, бета. Приятно познакомиться. Лиаму показалось, что раздался грохот. «Наверняка, - подумал он. – Это была моя челюсть».