Драбблы по "Виолетте"

      Диего шел по пустым коридорам студии, напевая под нос себе песню. В последнее время, он начал приходить на занятия раньше. К сожалению, это было не его обоюдное желание. После расставания с Виолеттой, он часто получал косые взгляды в свою сторону, поэтому он начал приходить раньше, когда в студии почти никого не было.       Зайдя в кабинет пения, Диего встал за синтезатор и начал наигрывать мелодию. Немного спевшись, он вышел из кабинета и пошел куда глаза глядят. Проходя мимо кабинета Бето, парень услышал пение. По голосу было понятно, что это девушка. Ее голос был нежен и завораживающий. Диего никогда не слышал, чтобы так кто-то пел, даже Виолетта. Мысль о том, что он больше не услышит такой голос, заставила его заглянуть. С гитарой в руках сидела Франческа. Диего был удивлен. Он никогда не слышал, что она так прекрасно поет.       По щекам девушки текли слезы. Диего всегда удивлялся силе этой девушке. Она всегда была гордой для него. Диего решил, что его помощь ей не помешает. — Франческа, — еле слышно проговорил Диего, но она услышала. — Диего! — удивленно сказала Франческа. — Ты чего плачешь? Тебя кто-то обидел? — произнес Диего, садясь рядом. — Мы с Марко поссорились, он теперь с Анной, — сказала Франческа и расплакалась еще сильнее. — Тихо, не плачь, если он ушел, значит, попросту, не достоин тебя. Не расстраивайся, таких, как он, у тебя еще очень много будет, — Диего вытер слезы с лица девушки и улыбнулся. — Спасибо тебе. Ты хороший друг, — итальянка никогда не винила Диего за тот случай, с Виолеттой. Она знала, что виноваты оба. — Ты тоже очень хорошая подруга.       На самом деле, Диего была очень симпатична Франческа. И если бы не план Людмилы с Виолеттой, он бы с удовольствием предложил ей встречаться. Поэтому, Диего пришлось скрывать свои чувства, под маской безразличия. К ней он всегда был холоден и беспринципен. Франческа сидела, положив голову ему на плечо. Парень тяжело вздохнул и приобнял девушку. — А ты мне нравишься, — по детски наигранно сказала Трейро. — А ты мне, — восторженно произнес Эрнандес.       Диего поднял Франческу и прижал к себе. Они смотрели в глаза друг другу и в то же время, растворялись в своей же обоюдной эйфории. Их чувства были сильнее безразличия. Сейчас они понимали, что никто не сможет их разделить. Как там Диего говорил: что у нее будет много таких замечательных людей, сейчас она понимала, что кроме него, ей больше никто не нужен.