***
- Привет, пап. – Придя домой и поймав на себе взгляд отца, мальчишка немного натянуто улыбнулся, все еще чувствуя себя неловко за вчерашнее. - Знаешь, если ты перестанешь сбегать из дома по ночам, мне будет гораздо спокойнее жить. – Шериф устало вздохнул, - Понимаю, ты уже взрослый, но можно было хотя бы отвечать на мои звонки или сообщить заранее. - Да, я просто был уверен, что ты не хочешь меня ни видеть ни слышать в ближайшее время. - Ну конечно, и поэтому звонил тебе раз десять? - Я потерял телефон. – Честно признался парень, припоминая, что оставил его в рубашке. – Мы можем поговорить? - Если ты собираешься оправдываться по поводу вчерашнего, то нет. Но я выслушаю тебя, если ты действительно возьмешь себя в руки, и это будет нормальный разговор отца с сыном. Только сначала я тебе кое-что скажу. – Джон сел за стол, жестом пригласив сына сесть напротив, только после чего продолжил. – Когда умерла твоя мать, я решил, что буду делать все, чтобы попробовать восполнить то, что не успела она. С тех пор я тебя еще ни разу не видел действительно счастливым, или чтобы были моменты, когда ты шел вперед, не оглядываясь на свое прошлое. Я пытался, но я не знаю, как это сделать. И не хочу, чтобы ты рано сбежал от меня… - Пап... - Подожди, я не договорил. - Да нет, пап, просто выключи суп. – С легкой улыбкой Стайлз кивнул на плиту. – Ты стал таким рассеянным в последнее время, что можешь быть спокоен, я от тебя никуда не уйду. Что ж ты будешь без меня делать? - Вот и я об этом задумываюсь периодически. – Джон, выключив плиту, вновь повернулся к сыну и, немного подумав над тем, как лучше сформулировать фразу, продолжил. – Стайлз. Я не хочу мешать твоим отношениям, не хочу вообще лезть в твою личную жизнь, если ты сам этого не хочешь. Я… Приму любой твой выбор, только бы ты был счастлив. В такие моменты лишь понимаю, что сильно отдалился от тебя. - Стайлз младший молча слушал, кажется, даже не зная, что ответить, и только изредка понимающе кивая. – Не отвечай ничего, просто я буду рад, если, как раньше, у нас будет гораздо меньше недомолвок и секретов друг от друга, ладно? Хотя мне скрывать от тебя нечего, уж точно. - А я подросток. У всех подростков должны быть секреты. – Попытался пошутить юноша как можно более непринужденно, проследив, как в окно влетела еще одна бабочка, которая, немного покружив над столом, села на запястье парня. – Спасибо. Правда, мне теперь намного легче. Тогда с Питером получилось так неловко, я даже не знал, как начать разговор и что сказать… - Я не буду вмешиваться. Только будь осторожнее, хорошо? В который раз кивнув, младший Стилински поднялся, попытавшись согнать бабочку, которая, похоже, сама слезать не хотела. - Я тебя услышал и принял к сведению, а теперь пойду отдохну, если ты не против. Да что ж это такое? – Зайдя в комнату, он, посмотрев на существо, удивленно заметил, что насекомое пьет кровь, проткнув длинным хоботком бледную кожу. Проводив сына взглядом, шериф вернулся к своим делам. - Без тебя мне все сложнее с ним справляться, Клавдия. Надеюсь, он не наделает глупостей, из которых потом не выкарабкается.***
Он провел в интернете пару часов, но все равно так и не смог выяснить, что это за странные бабочки-кровопийцы и как они взялись здесь. Единственные вампиры, которых он нашел, это были невзрачные серые мотыльки, но эта же была белоснежной, выглядела, как обычная цветочная, и совсем не должна питаться чем-то еще, кроме нектара. При этом, сколько бы он ни сгонял насекомое, оно все равно, покружив по комнате, упорно возвращалось, чтобы напиться крови. Прибить тоже не получалось, каждый раз появлялась новая. После пяти бессмысленных жертв, парень, устав сражаться с упрямым созданием, прекратил попытки выгнать или поймать. Что бы ни делал – все бесполезно, даже закрывать все окна и двери – все равно находят, как появиться, им зачем-то нужна была его кровь. Решив наконец не препятствовать столь упорным попыткам сверхъестественных существ, Стайлз наконец позволил сесть и напиться его крови вдоволь, чтобы проследить за тем, что будет дальше. Бабочка оказалась на удивление ненасытной, и прошло много времени к тому моменту, как она, наконец, вытащив свой хоботок, пару раз лениво махнула крыльями, которые покрылись алыми прожилками. Поднявшись в воздух, насекомое немного покружило по комнате и выпорхнуло в окно. Последовать за ней сейчас было не самой плохой идеей, как казалось Стилински, который завороженно наблюдал за трепещущими белыми крыльями, мельтешащими за окном, так и зовущими следом. Одна нога уже была на подоконнике, изо всех сил он тянулся к волшебному созданию и, не удержавшись, рухнул вниз, даже не успев толком сообразить, что произошло. Вопреки ожиданиям он не рухнул на землю, его кто-то успел подхватить, после крепко прижав к себе, но Стайлза волновало только насекомое. - Бабочка! Пусти меня, мне надо за ней! – Юноша попытался отбиться от своего спасителя и поскорее вскочить на ноги. - Да успокойся же ты! – Немного раздраженно повысил голос Питер, опустив парня на землю и не собираясь никуда отпускать. – Ты о чем думаешь вообще? Ты не оборотень, чтобы так запросто сигать из окна. - Нужно следовать за бабочкой...- В последний раз тихо прошептал мальчишка, отвернувшись. Как только злосчастное насекомое исчезло из поля зрения, Стилински опомнился, немного испуганно посмотрев на Хейла и опустив взгляд. – Черт, я не знаю, что на меня нашло… Я был уверен, что от нее зависит вся моя жизнь. - Так оно и было бы. И как же ты собирался следовать за бабочкой, рухнув со второго этажа? - Просто… Забудь, ладно? Мне бы самому понять, что происходит. – Снова увидев мелькнувшие белые крылья, парень высвободился из рук оборотня и пошел за насекомым, теперь уже уверенный, что больше не попытается себя угробить. – Потом поговорим, я скоро вернусь. – Махнул рукой, снова, словно под гипнозом, уходя в лес. - Ну конечно, красная шапочка. Ты обязательно вернешься целой и невредимой, когда по своей воле направляешься в лапы серого волка. – Предчувствуя, что ничем хорошим эта затея не кончится, мужчина вздохнул, все же последовав за Стайлзом. Как долго продлилась погоня за бабочкой, сложно было сказать, юноша просто шел и шел в глубь леса, ведомый чудесным созданием. Когда насекомое все же закружилось на месте, Стилински протянул руку, осторожно поймав существо и взглянув на свое отражение в глубоком ручье. Сорвавшись с тонких пальцев, бабочка рухнула прямо в воду, беспомощно затрепыхавшись, не в силах освободиться из ловушки. Парень попытался ее вытащить, потянувшись, когда такая же бледная рука, с громким всплеском показавшись из воды, схватила его за запястье, потянув на себя. Тихо вскрикнув, юноша испуганно попытался вырваться, изо всех сил тянув на себя, второй рукой силясь расцепить пальцы. Питер вовремя оказался рядом, прибежав на звуки возни, и, схватив Стайлза под руки, потащил на себя, помогая выбраться. Задыхаясь от смешанных чувств, подросток попытался отдышаться, вскакивая на ноги и разворачиваясь лицом к своему спасителю. Он было открыл рот, чтобы что-то сказать, но, заметив взгляд мужчины, быстро умолк. Питер обескураженно глядел через плечо подростка, после чего, схватив за рукав, быстро отвел к себе за спину. Из черной воды выбиралась точная копия Стайлза. Обнаженное тело, еще более бледное и худощавое, покрывали темные узоры вен, а радужки глаз светились желто-зеленым цветом. Пальцы заканчивались длинными когтями, как у оборотней, а клыки были лишь немного больше, чем обычно. Двойник держал в руке ту самую бабочку, которая, сидя на указательном пальце, сушила свои крылья, медленно ими покачивая. - Спасибо тебе, Стайлз. - Хриплый голос звучал с издевательской интонацией, а губы растянулись в наглой усмешке. - Ты действительно думал, что от меня можно так легко избавиться? Питер не один, кто может восставать из пепла. – Ногицуне подошел к мужчине, на что тот тихо угрожающе зарычал, выпуская когти. – Я бы на твоем месте этого не делал. - Но ты не на моем месте. – Хейл, злясь, взмахнув рукой, оставил на горле духа глубокие порезы, из которых полилась черная жижа, но лис, несмотря на то, что захлебывался в собственной крови, лишь попытался рассмеяться и раздавил в руке бабочку. Кровь Стилински, которую она так жадно выпивала, потекла по запястью, словно вливаясь в вены. - Мы связаны, лисенок. – Прошипел двойник, и парень почувствовал, как у него закружилась голова, а из горла полилась черная кровь. И снова из уст ногицуне прозвучали те самые французские слова, которые Стилински еще долго слышал эхом, проваливаясь в темноту.