Давай начнем все заново

Бежевый потолок, мягкая кровать, будильник не прозвенел… «Где я?». Винцент начал вспоминать, что произошло после того, как он зашел в бар. Он абсолютно ничего не помнил. Ни того, как сидел с задумчивым видом, ни того, как напился, ни того, как соблазнил альфу. Ничего. «Ладно. Не важно. Надо просто заплатить за номер и уходить. Черт, я еще и выпил вчера. Надеюсь, что ничего такого не произошло». Встав с кровати, он почувствовал слабость в ногах, однако свалил все на алкоголь, даже не подозревая о том, что вчера вытворял. Винцент Линдквист – нейрохирург в элитной частной клинике Перманансе в Берне, Швейцария. Серьезный, ответственный человек, которого не заботит ничего, кроме работы. Хоть он и омега, но альфами не интересовался никогда, поэтому и подумать не мог ни о чем таком. Конечно, он знал, что выпив, становится неуправляем, но особо не волновался по этому поводу. И вот такой девственник-нейрохирург и попал в сложную ситуацию, а именно… — Вы беременны, - заключил врач. — Что? – переспросил Винцент, так как поверить не мог в то, что услышал. — Вы беременны. Пятый месяц причем. Надо лучше заботить о своем состоянии. Чем вы питаетесь? — Эм, полуфабрикатами. В основном. — Не удивительно, что живот совсем не заметен. Вам надо хорошо питаться, чтобы с ребенком ничего не случилось. Я выпишу вам витамины. Начните заботиться о своем питании, - сказал врач, а Винцент так и остался лежать, не в силах поверить в происходящее. Пять месяцев назад… Что тогда было? Он не любил вспоминать это время. Именно тогда и умер его первый пациент. И какая беременность, если только… «Что было в том отеле? Как я туда попал? Кто меня туда привез? Или я сам дошел? Вряд ли. Я бы снял маленький, уютный номер, а не Вип. Но что же тогда произошло?». Сколько бы он не напрягался, а вспомнить все равно не мог. Да и из-за смерти пациента он полностью переключился на изучение нейрохирургии, оттачивая свое мастерство и ум. Он плохо питался, бегал по курсам, полностью сосредотачивался на операциях. А сейчас, лежа на кушетке, он почувствовал толчок. Совсем слабый, незаметный. Если бы он не обратил внимание на тошноту и резкое снижение зрения, то все еще работал бы и учился. — Вот рецепт. Купите все в аптеке. От этих продуктов лучше воздержаться. Конечно, не мое право вам это говорить, но если вы курите, пьете или что-нибудь употребляете, то лучше прекратить это немедленно, так как это может отразиться на вашем ребенке. — Нет-нет, ничего такого, - сказал омега, дотрагиваясь до живота. «А ведь если приглядеться, то очень даже заметно. Раньше я выглядел более… худым, да и эти толчки…». — Всего хорошего, - попрощался доктор, на что омега лишь кивнул. Выйдя из кабинета, он отправился в аптеку, где купил все, что прописано в рецепте. Хоть врач и сказал отдыхать, но Винцент не из таких людей, что бросят работу из-за беременности. Конечно, это было неожиданно, он до сих пор не оправился, но нельзя же все время на этом зацикливаться! Беременен так беременен. Ничего страшного. «Да, конечно, - прервал сам себя Винц. – Это очень даже страшно. Нет, это просто нежелательно. Нежелательная беременность! Можно сделать аборт. Нет, поздно. Он уже толкается, у него начали формироваться органы. Если я что-то и сделаю, то просто убью его». Омега метался от одного решения, к другому. Можно было бить себя в живот, но тогда ребенок может и не умереть, а родиться больным. Тогда проблем будет намного больше. Хотя его еще можно было отдать в приют. «Именно! Приют. Я просто отдам его тем, кому он действительно нужен!», - Винцент заметно ободрился. Это решение заставило расслабиться, но ведь еще надо пережить эти четыре месяца! — Мистер Линдквист, вас вызвала Главврач, - предупредили его, как только он зашел в свой кабинет. — Хорошо. Главврач – Лара Берсе – такая же ответственная и помешенная на работе женщина, как и Винцент. Однако Лара понимала, что так работать нельзя, поэтому брала выходные, в отличие от омеги, который наоборот только добавлял себе забот. — Можно войти? — Да-да, конечно. Винцент сел на стул перед Главврачом, ожидая, пока она отложит документы. — Винцент, я понимаю, что ты любишь свою работу… Ничего, если я начала вот так сразу? — Да, конечно. Вы же знаете, что я не люблю, когда время уходит напрасно. — Так вот, - продолжила женщина. – Ты, конечно, любишь свою работу, но надо иметь и меру. Ты совсем себя загнал, Винцент. Ходишь весь бледный, круги под глазами. Ты несколько дней пробыл в больнице, разбираясь с болезнями, которые лежат в архиве. И даже не удивляйся, откуда я все это знаю! После смерти Леона Калма, ты совсем погряз в работе и изучении новых методов. Нет, я, конечно, рада тому, что ты так обогащаешь не только свои знания, но и способствуешь процветанию клиники. Однако на операции ты можешь почувствовать себя плохо, рука может дрогнуть, дернуться, ты можешь свалиться в обморок. Мы не должны так рисковать! Тебе надо обязательно отдохнуть! — Миссис Берсе, я рад, что вы заботитесь о здоровье врачей, но я прекрасно себя чувствую. Никаких проблем вроде тех, что вы только что озвучили, у меня не возникало. Я не чувствую слабости, руки не дрожат, и я чувствую себя не настолько плохо, что готов упасть в обморок. Не волнуйтесь, со мной все в порядке. — Даже если ты так говоришь, я не могу отпустить тебя в таком виде. Возьми недельный отпуск. Естественно, клиника все оплатит, так как ты испортил свое здоровье только из-за работы. Ты должен хорошо отдохнуть, чтобы выйти с новыми силами. — Как скажете. Но сегодня пятница, поэтому сегодня и завтра я доработаю и выйду в отпуск со следующей недели, - решил не спорить с Главврачом Винц. Хоть он и сказал, что чувствует себя абсолютно здоровым, но на деле было не так. Его тошнило. Нет, тошнит прямо сейчас. Винцент еле успел дойти до туалета. Так как он ничего не кушал, то и выходить было нечему, но все равно было плохо. Он чувствовал, как поднимается температура. «Надо потерпеть. Этот день и еще следующий. А потом отдохну». Однако Винц совсем не хотел отдыхать. У него была нечеловеческая тяга к знаниям. Именно это ему и вредило. Как и сказала Главврач, он совсем себя не щадил. Питается полуфабрикатами, спит только в перерывах на обед, что-то читает, работает без устали. Любой бы этого не выдержал, даже Винц еле держался, но такого было его стремление. «По моей вине больше ни один человек не умрет!», - да, смерть того пациента сильно его задела. Вернувшись в свой кабинет, он взглянул на новую стопку. Это анализы от психолога. Ленц – молодой омега, один из пациентов Винца, плохо ориентировался в пространстве после операции. Он мог заблудиться даже в одной комнате. Как? Он просто кружился вокруг себя, не понимая, что творит. Такое случалось, когда нарушена нервная система. В ходе операции были задеты части, отвечающие за пространственное мышление, что и привело к такому исходу. Хоть Винц и не оперировал Ленца, но был заинтересован этим. Он сразу заявил, что исправит последствия прошлой неудачной операции. «С момента операции прошло два месяца. Вот и посмотрим, чувствует ли он себя лучше». Просмотрев анализы и вывод психолога, он с облегчением вздохнул. После операции Ленц чувствует себя намного лучше. Зато Винценту отдых не помешал бы. Хоть он это и осознавал, но на столе еще оставались папки и файлы, которые надо просмотреть. Он задержался на работе до позднего вечера (как и всегда). Однако на этот раз, Лара сама вытащила его из кабинета и сказала: — Живо домой и спать! И Винцент пошел, стараясь не срываться на начальстве. «Я стал раздраженным, уставшим, вялым. Со мной определенно что-то не так», - и рука автоматически оказалась на животе, будто проверяя, в порядке ли ребенок. Омега снова почувствовал слабый толчок. «Какой-то он совсем не активный», - вывел вердикт Винц. Придя домой, он первым делом пошел в ванную. Он долго не мылся, поэтому с наслаждением вдыхал запах детского шампуня со вкусом клубники, который делал его волосы мягкими. После ванны, омега было сел за чтение, но, посмотрев на время, передумал. «Отдыхать. Мне надо отдыхать!», - подначивал он себя. Однако он даже и думать забыл о еде и витаминах, которые прописал ему доктор.

***

Следующий день прошел в работе. Он практически не выходил из кабинета, так как операций назначено не было. Разбираясь в записях архива, он не заметил, как наступил вечер. Лара снова пришла к нему в кабинет. — Я уже ухожу, - сказал он, вставая из-за стола. — Нет-нет, я не за этим пришла. Так как это твой последний день… — Постойте-ка, вы же не собираетесь меня увольнять? Я всего на неделю ухожу! — Ха-ха, я помню. Я имею ввиду, что последний день перед твоим отпуском. Хотя я понимаю, что тебе надо дать хотя бы месяц… — Увольте. Я столько не выдержу. Вы же знаете, что я, как и вы, склонен работать до потери пульса. — Вот этого мне еще не хватало. Чтобы мои нейрохирурги попадали в обморок! — Шучу, шучу. Может, выпьете со мной кофе? – предложил омега, доставая баночку ароматного кофе. — А вот это с удовольствием, - ответила Главврач, садясь на стол. Однако нейрохирург вовремя вспомнил о ребенке. «А вдруг мне нельзя кофе во время беременности? Совсем забыл посмотреть статьи насчет этого. Приду домой и сяду за изучение беременности у омег». — Что-то не так, Винцент? — Нет-нет, просто я хочу выпить чаю. — Хорошо, тогда и я тоже. — Вы можете выпить кофе. — Нет, я тоже склонна к чаю, как и ты. После вечернего чаепития, Винцент начал собираться домой. — Все документы и анализы ты должен оставить в клинике! Отпуск подразумевает под собой отдых! Если ты будешь работать дома, то это никакой не отпуск! – предупредила его Лара. — Да, спасибо, что заботитесь обо мне. Последний автобус уже ушел. «Как же долго я там засиделся. А ведь хотел пораньше уйти, чтобы успеть на автобус», - подумал Винц, ловя попутку. Синяя машина остановилась недалеко от дома Винцента. — Спасибо, что подвезли, - сказал он водителю, веселому старичку за пятьдесят, который всю дорогу рассказывал разные анекдоты. Дойдя до подъезда своего дома, он увидел мужчину. Блондин негромко стонал, его ужасно лихорадило. — С вами все в порядке? – спросил Винцент, пытаясь определить температуру. Он уж было хотел позвонить в городскую больницу, когда заметил, что мужчина ранен в плечо. К огнестрельным ранениям относятся очень серьезно и с подозрением. *Доктора могут даже отказаться лечить человека, если не узнают причины ранения (вдруг он какой-то преступник). Однако Винцент уже пообещал себе, что не позволит умереть ни одному человеку, нуждающемуся в его помощи. Взвалив мужчину на свое плечо, придерживая его рукой, он потащил его к себе в квартиру. ___________________________________________________________ *Вряд ли доктора действительно так относятся к пациентам, так что это просто ради сюжета. Не думайте, что в Швейцарии так безответственно относятся к людям с огнестрельными ранениями.