Здесь и теперь

На улице противно и холодно, ветер с реки дует резкими порывами, голова неприятно замерзла, а холод пробирается все ниже по шее, на спину, сколько Грег не пытается поднять воротник повыше. Следственный эксперимент нещадно затянулся, Шерлока стоит поторопить, слишком уж настойчиво он разглядывает отполированные сотнями ног камни набережной, но это его первое дело спустя два года. Их первая совместная работа. Язык не поворачивается его прервать. Грег, честное слово, почти и не надеялся еще раз увидеть это вживую - тонкий силуэт в вечно незастегнутом пальто, кружащий над местом преступления, проникающий в него, будто смотрящий сквозь время. Грег наблюдал за работой Шерлока годами, почти вечность - и так же долго пытался перенять хоть какие-то навыки. Бесполезно. И пробовать не стоило - научиться такому просто невозможно. Шерлок такой один. Руки от холода противно немеют. Грег сдается и идет к патрульной машине - там оставался термос, а в нем должен быть еще теплый кофе. Растворимый, водянистый, вызывающий только желание выплюнуть его и прополоскать рот - но это намного лучше, чем совсем ничего. Пара оставшихся на дне термоса глотков не очень-то согревают, но в бардачке обнаруживается пачка сигарет - незнакомая марка, непривычно крепкие, кем-то давно забытые. Грег выходит из машины, облокачивается на капот и курит одну за другой, до одурения. Единственный способ потянуть время. Приятнее, чем одуреть от ощущения собственной бесполезности на месте преступления. - Я закончил. Можете вызывать своих сотрудников, детектив-инспектор, - мягкий голос теплой волной скользит по спине. Грег оборачивается. Десять лет в полиции не дают никакого преимущества, Шерлок всегда подкрадывается неслышно - но это почему-то совсем не раздражает. - Что удалось выяснить? - спрашивает он, коротко затягиваясь. - Немного. Уточню детали и сообщу в смс, - Шерлок оглядывается по сторонам, недовольно расширив глаза. Окраина города, будний день - кэб поймать практически нереально, Грег ему искренне сочувствует. - Тебе лучше уехать до их приезда, - констатирует факт он. - Мне неприятно повторять это, Шерлок, но на места преступлений тебе дорога закрыта. Ты ведь знаешь. Шерлок не спорит, даже внимания не обращает почти - задумчиво хмурится, достает телефон, включает его и замирает, гипнотизируя взглядом экран. Синий свет искажает его лицо почти до неузнаваемости, грубо вырисовывая в сумерках острые скулы. Он кажется усталым и очень злым - настолько, что Грегу становится не по себе. - Шерлок, это временно. Я очень надеюсь, что в ближайшее время ты сможешь вернуться к своему консультированию и называть сотрудников полиции идиотами, сколько твоей душе угодно... - Мне не нужна дешевая слава, Лестрейд, - Шерлок устало выдыхает, словно предсказуемость Грега - скучнейшее явление на свете. - Главное для меня - возможность заставлять мозг работать. Только и всего. - Я знаю, Шерлок, знаю, - примиряющим тоном говорит Грег и пытается улыбнуться. - Я делаю все, что могу, понимаешь? Не на все места преступлений есть такой легкий доступ, и далеко не всегда есть возможность потянуть время до приезда опергруппы. А привести тебя на расследование в открытую просто невозможно. Мориарти признан виновным, это так, но от работы в полиции отстраняют и за меньшее, а ты никогда не был сотрудником и... Шерлок, мне действительно жаль, но тебе придется потерпеть, а мне наконец-то выпадет возможность пошевелить мозгами самому и придумать, как продолжать все это скрывать. Шерлок улыбается - коротко, вымученно и совсем неискренне. Грег чувствует себя еще неуютнее. - Вызвать тебе такси? - глупо спрашивает он. - Или сразу звонить Джону? Он осекается, едва успев задать вопрос. Глаза Шерлока сужаются и стремительно леденеют, становятся еще светлее и прозрачнее. - Я не то имел в виду, Шерлок, - Грег едва не начинает тараторить, настолько ему неловко. - Я просто пошутил... Шерлок не отвечает, только смотрит. Грегу страшно любопытно, почему Джон не приехал на расследование, почему про Джона вообще ничего не слышно больше и почему Шерлок не называет его, Грега, идиотом, который лезет не в свое дело, а просто молчит. - Потому, что мне нечего ответить, - произносит Шерлок совсем ровным голосом. Грегу хочется спросить уже в сотый раз: "Шерлок, как ты, черт побери, читаешь мысли?", но он прикусывает язык. Вдыхает дым, от которого во рту уже начало горчить, отводит взгляд и принимается с нелепо наигранным безразличием разглядывать полутемную набережную. И почему только фонари стали включать так поздно? Правительство экономит бюджет казны за счет освещения улиц?.. Шерлок нетерпеливо забирает из рук у Грега пачку сигарет и раздраженно сминает ее в кулаке. - Это последняя, прости, - Грег сам толком не понимает, за что извиняется, но с Шерлоком так всегда, и он уже привык. Шерлок равнодушно пожимает плечами, наклоняется к зажатой в замерзших пальцах Лестрейда сигарете и затягивается - глубоко, с явным удовольствием. Грега передергивает, сильно и неконтролируемо. Он знает Шерлока много лет, это правда, но так близко друг от друга они никогда не были. Личное пространство Шерлока настолько огромно, что всей Англии не хватит, и он никого не пускает в него. Никогда. А здесь - короткая вспышка теплого дыхания на коже, серые глаза невозможно близко, мягкие губы на фильтре сигареты - потрескались от холода и на них крошечные капельки крови, а издалека и не разглядишь... Грег не Шерлок, у него нет Чертогов разума и он никогда не подмечает мелочи. Смотрит, но не видит. Так было всегда - и многолетний опыт работы следователем ничего не меняет. Вот только эти пару секунд он запомнит надолго. Сам толком не понимая, почему. Шерлок вернулся, Шерлок снова жив, и Шерлок не совсем такой, как раньше. Грег это видит. Вот это - точно видит. И абсолютно не понимает, что с этим делать дальше. *** На Бейкер-стрит темно и непривычно тихо - Грег замирает в дверях и озирается по сторонам. Боже, целую вечность здесь не был. После смерти Шерлока Джон его не приглашал, а сам Шерлок, после возвращения - тем более. Камин не горит, лампы в гостиной - тоже, бледная полоска света с кухни жалобно тонет в темноте. - Шерлок? - полушепотом зовет Грег. - Шерлок, ты написал, что это срочно... Шерлок! Шерлок спит на кухне, навалившись на стол, и даже во сне недовольно хмурится - тело уже затекло от неудобной позы. Столешница вокруг него завалена колбами, пробирками, обрывками каких-то записей и формул. Шерлок действительно неплохой химик, Грегу не раз говорили об этом, и он, ничего не смыслящий в рядах формул, всегда тихонечко поражался. Только не сейчас. Сейчас Шерлока жалко - до скулящий боли под ребрами. Шерлок - гений, наверняка в листочках, небрежно смятых на столе, хранятся великие вещи, великие знания, то, что способно изменить если не весь мир, то хотя бы чью-то жизнь. Восстановить справедливость, наказать виновных... И это никому не нужно. Больше того - даже не интересно. Грег окликает Шерлока, негромко, почему-то боясь напугать, хотя это ведь Шерлок, который даже не запирает дверь, разве можно застать его врасплох? Оказывается, можно. Шерлок чуть морщит нос, но все равно не просыпается, только пытается принять положение поудобнее. Не получается. И Грега накрывает - горячо, нежно и сильно. Жалость к Шерлоку - самое дикое ощущение из всех. что он когда-либо испытывал, и Грег мало понимает, как это вообще возможно, но ему зверски хочется сделать хоть что-то теплое - и прямо сейчас. Он подходит тихо, осторожно и убирает со лба кудрявую прядь. Мягкая. Забавно-непослушная. - Шерлок... - произносит он чуть громче. - Шерлок, проснись. Серые глаза распахиваются мгновенно, и ни капли сна в них нет. - Лестрейд? Рад, что ты смог приехать так быстро. Сам Грег, возможно, смутился бы, если бы его застал кто-то таким - спящим и абсолютно беззащитным, но это Шерлок - и он всегда будет не таким, как Грег. - Не слишком быстро, но как уж смог. Чего ты хотел? Шерлок бодро оглядывает залежи на столе, достает оттуда какие-то записи и протягивает ему. - Вот это было в крови жертвы. Запрещенный на территории страны препарат, который вреден для большинства людей, но ей, исходя из ее медицинской карты, прямо противопоказан. Достать его проблематично - нужны связи с поставщиками, в Лондоне на данный момент их всего три. Это, - он достает еще один листок бумаги, - их адреса. Дальше, надеюсь, вы способны справиться? Грегу хочется восхищенно вздохнуть, но он сдерживает порыв и просто кивает. - Ничего особенного, - бурчит Шерлок, без особых проблем видя его насквозь. - Необходимо что-то еще? Вопрос звучит, как прямое приглашение покинуть квартиру, это Грег слышит отчетливо. И, неожиданно для себя самого, игнорирует. - Ты взял анализ крови три дня назад, - замечает он, снова просматривая записи. - Лабораторного оборудования у тебя нет толком, в Бартс ты не ходил... Ты все это время работал вообще без остановки, что ли? Шерлок молчит, но Грег понимает, что он его услышал. Не ответил, хотя это неудивительно. И не очень-то важно. - На улице зверский холод, - говорит он, не в тему, но абсолютно искренне. - Я совсем промерз, пока добрался. Я сделаю чай? Шерлок равнодушно кивает. Грег заваривает две чашки, садится на жесткий стул - и как только Шерлок умудрился на нем заснуть? - и пододвигает одну из них к Шерлоку. - Ты ведь не только над этим делом работал? - уточняет он, смотря на десятки записей и судорожно вспоминая все, что когда-либо знал о химии. - Шерлок, тут же просто уйма всего! Когда ты вообще успел? - Мой мозг пашет безостановочно, - безэмоционально поясняет Шерлок. - Единственная сложность для меня - слишком большое количество свободного времени. - Расскажешь? - просит Грег как бы невзначай. И через пару часов он абсолютно убежден в двух вещах. Химия - отвратительно скучная вещь и он никогда ее не поймет. А еще - Шерлок совершенно невероятно меняется, когда увлечен делом. Особенно, когда вокруг нет раздражающих его полицейских и никто не ограничивает его во времени. И его искренняя улыбка - что-то действительно потрясающее. Наверное, потому, что бывает намного реже метеоритного дождя и солнечных дней в ноябрьском Лондоне. *** После свадьбы Джона Грегу никак не удается поймать Шерлока - тот, казалось, сделал все, чтобы исчезнуть. Грег все сильнее и осознаннее волнуется и все чаще проверяет телефон. Экран грустно показывает смс не от тех людей день за днем, пока однажды ночью не взрывается звонком. Звонит Джон - и он, без сомнения, напуган. Шерлок в больнице - явление редкое. Слабый Шерлок - вообще невероятное, рвущее все шаблоны. Он бледный, уставший, дрожащий от собственного бессилия и раздражения. Лестрейду он совсем не рад. - Мне нужна помощь, - шипит он в ответ на приветствие. - Я должен покинуть больницу, немедленно. Твоя задача - отвлекать моего брата и Джона так долго, как это будет возможно. - Шерлок! - восклицает Грег, сдерживая порыв выругаться. - Куда ты такой собрался? Сошел с ума? Шерлок смотрит напряженно и куда-то мимо Грега, весь ушедший в свои Чертоги. Губы искусаны до синяков, на бледных щеках едва светится румянец, будто след от слабой пощечины, светлые глаза потемнели, стали темно-серыми. Отказать ему, такому отчаянному в своей решительности - совсем невозможно. Давно, теперь кажется - вечность назад, Грег развелся с женой, устав делать вечный выбор между ней и работой. Он считал себя немножко героем, восхищался своей самоотдачей и преданностью службе и королеве - по-мальчишески импульсивно и эмоционально. Самозащита у каждого своя. Потому, что очень сложно признаться самому себе, что ты больше не нужен. Бесполезен. Закрыт и положен на дальнюю полку, как скучная и с трудом дочитанная до конца книга. Шерлок не сдается. Мир, никогда его не принимавший, теперь и вовсе отторгает изо всех сил - и Шерлок рвется, мечется в своей слабости, почти агонии, что держит его сильнее капельниц и простреленной груди. Отпускать его такого - страшно. Вот только для самого Шерлока намного страшнее остаться здесь, в белых безликих стенах, где в воздухе вечный запах лекарств, хлорки и боли. Остаться таким, как сейчас - бесполезным и ненужным. Это - не скука, не вечное Шерлоковское безрассудство, это - самозащита. Шерлоку невероятно хочется доказать себе самому, что для него в мире и в жизни Джона еще осталось место. И конечно, ему страшно. Не за себя. И вот это Грег прекрасно может понять. Слов найти не получается - он кивает, садится в неудобное больничное кресло и прикрывает глаза. Смотреть на то, как неуверенно стоящий на ногах Шерлок покидает палату, у него точно не хватит сил. Грег очень давно мечтал, чтобы Шерлок стал понятным. Человечным. Мечты сбываются, всегда сбываются, верно? Теперь Грег почти невыносимо хочет снова не понимать совсем ничего из того, что происходит в голове у Шерлока. Потому, что бьет это неожиданно сильно и глубоко, по той самой затертой глупыми сантиментами человечности. И скачет, бьется под кожей пульс, тяжело и быстро, на грани аритмии. Неприятное ощущение, будто вена дрожит внутри запястья. Грег сжимает его другой рукой, и зажмуривается еще плотнее, до непроницаемой черноты под веками. Ему все чаще хочется вымыть голову изнутри. *** - Шерлок, я давно хочу спросить... - мнется Грег, чувствуя себя до отвращения неловко. - Ты ведь помнишь все на свете, всегда помнишь, но мое имя забываешь раз за разом. Как такое может быть? Шерлок смотрит прямо в глаза, буравит взглядом и совершенно, ни капельки не смущен. Не внезапно. - Удаляю, - поясняет он. - Почему именно меня? - настаивает Грег. - Не только. Я время от времени провожу чистку памяти, как правило, выборочную. Сохраняются лишь действительно важные вещи. Грегу обидно. Действительно, обидно - потому что знакомы они целую вечность, они почти друзья, и Шерлок для него - в первой десятке важных вещей. Невыносимый, раздражающий, малопонятный, но слишком яркий для того, чтобы забыть. Впрочем, предъявлять ему претензии глупо, тем более сейчас - это их последняя встреча. Шерлоку нет смысла врать, да и Грег слишком хорошо сам все понимает - задание Майкрофта действительно опасное, убийство такого человека, как Чарльз Магнуссен, нельзя замять или засунуть в стопку нераскрытых дел. Все точно поменяется. Снова поменяется. Это, впрочем, тоже неудивительно, Шерлок и стабильность - вещи абсолютно несовместимые. - Надеюсь, наш прощальный разговор ты не удалишь, - шутит Грег. - А то, боюсь, после твоего возвращения нам придется заново знакомиться. Шерлок бросает на него нечитаемый взгляд и поджимает губы. - Я удалю его, если у меня будет повод, - говорит он, и добавляет невпопад, - Джон не будет в полной безопасности во время моего отсутствия. Приглядывай за ним. Грегу точно не хочется говорить о Джоне сейчас, он уже открывает рот в попытке сменить тему, но Шерлок, разумеется, почувствовав это, встает и протягивает руку. - Мое время ограничено. Я должен идти. Выполни мою просьбу... Грег. И вот это бьет под дых. - Ну... Ты там будь осторожен, ладно? - улыбка выходит смазанной и натянутой. - Звони. Без тебя у полиции точно прибавится работы. Рука у Шерлока твердая и теплая, он пожимает руку Грега деликатно и уверенно. И отпускать его ладонь совсем не хочется. А терять, в принципе, и нечего. Он ведь удалит? Грег тянется к нему и обнимает - так же, как во время их первой встречи после мнимой смерти - горячо, крепко. Пусть Шерлок считает его сентиментальным дураком, неважно. Он правда будет скучать. Точно знает. Проверял. Два чертовых года ушло на эту проверку, тут не до сомнений. Шерлок под ладонями кажется невероятно тонким, худые лопатки выпирают даже через толстую шерсть пальто, мягкая прядь волос задевает щеку, и Грег сжимает его еще сильнее. Шерлок, Шерлок, большой ребенок, ну что же ты наделал-то? Нельзя таким, как ты, идти на поводу у своего неравнодушия. Ничего не выйдет хорошего. Столько лет ты это понимал и терпел, ну почему ты сорвался именно сейчас?.. Впрочем, когда Грег касается губами его шеи, он тоже не слишком понимает, почему сорвался и почему сейчас. И думать об этом совсем не хочет. Только скользит поцелуями по мягкой коже все выше и выше, пока, наконец, не смелеет - а теперь терять совсем нечего - и прижимается губами к губам. Опыта у него хватает, вот только с Шерлоком все всегда идет не по плану и не так, и поцелуй выходит коротким и смазанным. Поэтому он выдыхает жарко, со слабым всхлипом и целует Шерлока снова. Осторожно, чтобы не спугнуть - как целовал свою первую подружку на выпускном - мягко вылизывает четкий контур губ, не напирая, лишь лаская. Шерлок не отталкивает, но и не отвечает. Просто стоит, как каменный, спокойно и ровно, даже дыхание не сбилось - а вот Грег совсем задыхается, сдали нервы. Он все-таки решился. - Береги себя, - шепчет он Шерлоку. - Ты ведь можешь быть осторожным, черт возьми, включи голову и не нарывайся на неприятности. Прошу тебя. Шерлок отстраняется, недоуменно смотрит него и явно ничего не понимает. - Сантименты? - уточняет он, неловко вытирая мокрые губы. - Так люди поступают, когда прощаются? - Так люди поступают, когда боятся, что больше не увидятся, - отвечает Грег. - Возвращайся, Шерлок. И запомни уже, наконец, мое имя! - Запомнил, - кивает Шерлок вполне искренне. Он не хлопает дверью и уходит совсем бесшумно, но Грег все равно вздрагивает, как от удара. Садится за стол, бездумно перекладывает бумажки из одной папки в другую, не видя текста. У него много работы, сейчас, без Шерлока - еще больше. Прекрасный способ отвлечься, всегда срабатывал. В конце концов, для взрослого человека немного глупо вот так сидеть и чувствовать внутри такую пустоту, что голова кружится и хочется выпить столько алкоголя, сколько способен вместить желудок. Это действительно глупо. Вернется Шерлок или нет, обсудят они то, что было сегодня или нет, от Грега точно не зависит, по крайней мере - в данную минуту. Он вздыхает и с силой трет лицо руками, пытаясь взбодриться. Ладони пахнут духами Шерлока - горько и едва уловимо. Несколько невыносимых часов назад он был здесь. Они были - и от этого отвлечься так же тяжело, как от давящей боли в висках. И Грег сдается. И признается себе: по-настоящему он сдался, на самом-то деле, давным-давно. *** - Командировка Шерлока отложена на неопределенный срок, - взволнованно говорит Джон на бегу. - Мориарти - или тот, кто выдает себя за него, объявился внезапно, но вовремя, черт возьми. Самолет Шерлока был уже готов к взлету, Грег, вариантов не было и... - И кто такой Грег? - раздраженно недоумевает Шерлок, не отрывающий взгляд от телефона. Впрочем, тут Лестрейд лукавит, долбанная самозащита всегда невовремя включается и затмевает разум. Шерлок отвлекается от мобильника, разрывается между Мориарти и Джоном, то жадно бросаясь читать каждое смс, то оглядывая своего блоггера с головы до ног. Грег всегда думал, что удаление воспоминаний у Шерлока занимает довольно много времени. Грег, как часто бывает, оказался не прав. Курить хочется невыносимо, но сигарет с собой, разумеется, нет. - Я бросил, и давно, - отрезает Шерлок, даже не дослушав просьбу - и Грег видит, что он не врет. Он действительно в это верит. А вот Грегу верить уже совсем не во что. Сирена на крыше их машины мигает, словно подгоняя на пути в очередную игру. Жизнь не заканчивается, точно не сейчас, не в эти секунды, Грег это точно понимает. Вот только от понимания практически никогда не становится легче.