***
– Хаку, милый, не кусай сестру! Леон, тяжело вздыхая, оттянул голубоглазого малыша от сестры, которая уже начинала хныкать. Он, как никто другой, знал, что такое вечный шум – ведь это были не дети, а три маленьких тайфуна! Теперь же, прижимая к себе ребенка, он довольно улыбнулся, видя, как дочка прижимается к его ноге. – Софа, а где твой брат? Дочка была так похожа на Криса: белые длинные волосы и голубые глаза. Всё же она больше всего походила на племя Северных. Тут же вторую его ногу обняли маленькие ручки. Это был Мир, их второй сынок. Он, как две капли воды, был похож на братца: как и Хаку, брюнет с огромными голубыми глазами и задиристым характером. Они просто облепили Леона, борясь за его внимание. В такие моменты человек просто таял от счастья. Его сзади обняли тёплые и сильные руки его альфы, прижимая мальчишку к себе и начиная вылизывать затылок, чуть покусывая кожу. – Ты просто идеальная мамка. Хихикнул Крис, оставляя на шее мальчишки яркий засос. – Э-э-э… Сейчас получишь, волчара! Радуйся, что у меня руки и ноги скованы. Недовольно пробубнил Леон, но тут его заткнул горячий поцелуй, и он забыл обо всём, расслабленно дыша и причмокивая губы любимого волка. – Ведь знаешь, как меня задобрить. Он с улыбкой томно смотрел на супруга. – А как еще мне доказать, что я тебя люблю? Леон улыбнулся, передавая на руки Крису сынишку. – У тебя и так уже есть три довольно весомых доказательства. А большего и не нужно. Он с улыбкой посмотрел на малышей, понимая, что вот оно, счастье!Эпилог.
31 мая 2014 г., 10:30
В поселение снова пришло жаркое лето, раскрасив яркими красками лес. Волки всё больше охотились и укрепляли свои жилища. В стае появилось так много малышей этой весной. Даже Томми принес потомство в свой дом, залетев от огромного альфы, который просто боготворил мальчишку. И тому было теперь не до Криса, ведь смыслом жизни стал белокурый карапуз.
А что до нашего семейства? Леон все так же строптив, но "материнство" явно смягчило его характер. Он и не думал, что у него будет такая любовь к детям. Теперь он стал полноценным омегой и, кажется, даже смирился с этим.