Особенное счастье

01.07.1290 г. от Э.Э. (пятница, продолжение)        К тому моменту, когда Алекс с мачехой заняли свои стулья, все гости тоже уже расселись. Только за их столом было не занято одно место – именинник ещё не появился. Несколько минут сидящие за главным столом обменивались приветствиями, Алекс представил Дэнни и Вирта генералу Алану Керту и его супругу Оливеру, владельцу сталепромышленной корпорации Андресу Лопесу и его бывшему секретарю, а ныне второму мужу – Габриэлю и ближайшим друзьям отца Октавию и Леону Сайти, владельцам крупнейшего банка в Ратинии. С этими людьми, кроме Габриэля, Алекс и Марк были знакомы с детства, так что обстановка за столом сложилась непринуждённая. В семь десять в зале приглушили свет и на специальной подставке на каждом столе появилась объёмная полуметровая голограмма ведущего вечера – известного актёра Оро Исстада.       - Добрый вечер, уважаемые гости. Сегодня мы собрались здесь, чтобы поздравить всеми любимого и уважаемого Дэвида Ройта с его пятидесятилетним юбилеем. Но где же наш именинник? Вот и он, встречайте!       Луч света был направлен на вход в зал, где замер представительный альфа среднего возраста. Высокий, подтянутый, со светлыми короткими волосами и темно-серыми глазами он совершенно не выглядел на свой возраст.       Увидев юбиляра гости встали и захлопали, кое-откуда раздались хулиганские свистки. Вирту пришлось потянуть Дэнни за руку, чтобы тот встал и развернулся к двери – парень был просто заворожён голограммой и не отрывал от неё взгляда даже когда все стали подниматься.       Дэвид, улыбаясь и пожимая руки, принимая поцелуи и объятья, неторопливо продвигался к своему столу.       Подождав немного, ведущий, сделал пояснения для гостей:       - Господа, в ближайшие два часа просим вас оценить по достоинству прекрасную еду и напитки, если кто-то сможет оторваться от угощения, чтобы поздравить юбиляра, то на каждом столе установлены микрофоны. Вручение подарков устроим через час, когда все утолят первый голод и немного выпьют, так кстати будет интереснее подсчитывать количество зажимов для галстука, которые получит юбиляр сегодня. Абсолютный рекорд был поставлен пять лет назад – двадцать три зажима при количестве гостей сто пятьдесят человек.       Гости рассмеялись, некоторые омеги смущённо прикрыли лица ладошками, выслушивая насмешки от мужей и соседей по столу.       Алексу нравилось бывать на вечеринках, которые вёл Оро. Тот всегда превращал официальные мероприятия в весёлые междусобойчики. Даже если присутствующих было пара сотен человек уже через час-полтора абсолютно незнакомые люди начинали пить на брудершафт и отплясывать в обнимку на танцполе невзирая на чины.       - Если кто-то постесняется вручить свой зажим лично, можете незаметно пробраться в комнату на втором этаже, где сейчас хранятся громоздкие подарки. Слуги прикрепят к подарочку бирочку с вашим именем и принесут всю кучу через час на столы справа от входа. Там же смельчаки смогут взять свой подарок и вручить имениннику, который потом передаст его слуге и тот снова положит его на стол. Какая сложная логистика… - последнее предложение Оро пробормотал, задумчиво подняв глаза к верху. Полуметровая голограмма вполне позволяла разглядеть такие детали.       Гости снова рассмеялись. Дэвид, наконец, добрался до стола, занятого семьей. По залу начали сновать официанты, разливая напитки и предлагая гостям принести что-нибудь с фуршетных столов.       - Ну что ж, вижу, что практически у всех налито, так что можно начинать пить. Или нет? Кажется, я что-то забыл? – миниатюрный альфа как бы в раздумьях сделал несколько шагов туда-сюда по голографической пластине, задумчиво почёсывая украшенным стразами микрофоном макушку. – Вспомнил! Мы же не можем пить без повода? А у нас сегодня есть отличный повод! Дорогой наш Дэвид, от всей души поздравляем тебя с этой важной для каждого альфы датой – пятьдесят лет! Этот тот возраст, когда можно оглянуться на прожитые годы, обдумать свои успехи и неудачи, сделать выводы и с новыми силами двигаться дальше. Желаем тебе дальнейшего процветания, личного счастья, здоровья и верных друзей!       Как только ведущий замолк, по залу прокатился звон бокалов, постепенно зал наполнялся шумом разговоров и смехом.       Голограмма погасла, свет в зале стал более ярким, и Дэнни с сожалением перевёл взгляд на стоящие перед ним тарелки с аппетитно выглядящей едой. Он немного успокоился и сразу захотелось есть. Сегодня он был так занят, да ещё и нервничал, что почти ничего не ел.       Наложив себе мяса и салат омега начал есть, прислушиваясь к разговорам, но почти ничего не понимая. Кажется, за столом все говорили одновременно, при этом как-то слыша, что говорят другие. Дэнни вспомнил, что ему советовал педагог в центре нейрохирургии: если говорят несколько человек, ему нужно сосредоточиться только на одном интересном ему человеке и его собеседнике. Остальные сами виноваты, если Дэнни пропустит то, что они говорят. Поэтому омега придвинулся немного ближе к Алексу, слушая, о чем тот говорит с отцом и Моритой. Оказалось, что о подарках.       - Папа, Дэнни сам сделал подарок, я надеюсь, что тебе понравится. Мы пока оставили его наверху. Тебе вручить его публично или потом посмотришь? – уточнил Алекс, вспомнив слова ведущего. - Не думаю, что это зажим для галстука? – усмехнулся альфа, переведя взгляд на Дэнни. – Дэнни, Морита сказала, что ты хорошо рисуешь. Я не ошибусь, если предположу, что ты мне подаришь картину?       Дэнни смущённо опустил глаза, папа Алекса говорил немного сложно для него, и он не сразу понял, о чем тот его спрашивает. Мысленно повторив про себя слова старшего альфы, как его учили в центре, он сообразил и ответил:       - Да, я нарисовал картину для Вас. Нет… То есть…, - запнулся он, но заметив, что старший альфа его внимательно слушает и не собирается смеяться, омега продолжил. - Я нарисовал две картины.       - Спасибо, мне очень приятно. Ты не против, если все их увидят? – уточнил он.       - Нет. Алекс сказал, что у меня хорошо получилось, я… Наверное, будет хорошо, если все смогут посмотреть. Мой учитель рисования говорит, что художнику нужно, чтобы его картины видели.       - Правильно. В восемь часов будет вручение подарков, и мы всем покажем твои картины. - Ладно, - совсем смутился Дэнни, заметив, что разговоры за столом затихли и все прислушиваются к их беседе.       Морита, желая отвлечь внимание от покрасневшего омеги, спросила пасынка:       - Алекс, картины – от вас двоих или ты что-то тоже подаришь?       Марк обеспокоенно посмотрел на друга, он прекрасно помнил, что тот предупреждал о скандале, который возможно вызовет его подарок.       - Я приготовил особый подарок. Во-первых, он общий для вас обоих, во-вторых, это кое-что, чего у вас нет.       - И что же это? – нетерпеливо спросил Габриэль.       - Это вы узнаете перед началом танцев, боюсь, что мой подарок спровоцирует скандал, не хотелось бы портить такой вечер в самом начале.       - Алекс, если твой подарок такой неоднозначный, может, стоит подарить его Дэвиду наедине, - рассудительно предложил Леон.       - Нет-нет. Если я так поступлю, отец просто откажется. Мне нужны свидетели, которые не позволят ему отказаться от подарка и в то же время не проболтаются посторонним, - отмахнулся альфа, подливая сок Дэнни.       За столом повисло молчание, Алекс практически видел, как в голове у присутствующих (кроме Дэнни) закрутились шестерёнки. Десять человек обменялись одинаковыми растерянными взглядами и задумчиво уткнулись в тарелки. Алекс с трудом сдержал смешок.       Через пару минут разговор возобновился, предсказуемо повернув в общую для большинства присутствующих тему – производство оружия. Ройт – производил оружие, Лопес – предоставлял сталь, Сайти – кредиты, а Керт это оружие закупал на нужды армии. Их дружба, начавшаяся в военном училище выдержала испытание временем и большими деньгами, став только крепче. Их омеги и Морита, хотя и являлись официально безработными бездельниками достаточно разбирались в бизнесе, чтобы участвовать в беседе.       Следующий час гости наслаждались угощениями, общались и время от времени провозглашали тосты за здоровье именинника. Оро периодически появлялся на пластине и требовал от того или иного приглашённого отложить ненадолго вилку и произнести тост.       - Милый, ты все ешь и ешь, может, хоть хозяина вечера поздравишь? - обратился возмутитель спокойствия к кому-то из омег, при этом голограммы на остальных столах специально были так же развёрнуты к другим жующим в этот момент омегам. За пятнадцатью столами, кроме главного, омеги одновременно поперхнулись, судорожно проглотили то, что жевали, смущённо кивнули и, держа бокал, поднялись с места. Несколько секунд они недоуменно оглядывали друг друга, дружно вздрогнули от громкого хохота, прокатившегося по залу, и обиженно плюхнулись на место, надувая губы.       Эта и ещё пара шуточек окончательно разрядили обстановку в зале, кое-кто из гостей отправился за добавкой к фуршетным столам, да так там и остался, стоя разговаривая с подошедшими знакомыми, а на их места подсаживались гости из-за других столов.       В восемь часов на столах снова загорелась голографическая пластина.       - Как я вижу все уже сытые и довольные, поэтому можно перейти к самому интересному – вручению подарков! Прошу юбиляра пройти к подарочному столу! – попросил Оро.       Дэвид промокнул салфеткой губы и потрепав сына по плечу, поднялся с места и направился к боковым столам, на которые за последние пятнадцать минут слуги сложили все доверенные им подарки.       - Итак, дорогие гости, кто самый смелый? Да-да, именно смелый, ведь первый на сегодня подарок запомнится и юбиляру и нам всем.       - Дэнни, давай ты первый подаришь папе подарок, ему будет приятно, - обратился Алекс к жениху.       - Ладно, но только с тобой.       Алекс встал и протянул Дэнни руку:       - Хорошо, пойдём.       Пока они шли к отцу Алекс кожей чувствовал направленные на них взгляды всего зала. Он был доволен тем, как все сложилось: публичное вручение подарка вполне заменит заявление о помолвке. Все, кто ещё не заметил у него и Дэнни брачных браслетов на руках и округлившейся фигурки омеги, увидят это сейчас, но формат праздника не позволит насесть на них с поздравлениями и вопросами.       Когда они подошли к отцу, слуги уже заканчивали распаковывать картины, держа их лицевой стороной к стене. Вновь раздался голос Оро:       - Самым смелым дарителем является Даниэль Альтин, юный омега сделал подарок собственными руками.       Официант, держащий первую картину, перегнулся через стол, чтобы поставить её ближе к Дэнни и Дэвиду, стоящим перед столом. Дэнни оставалось только развернуть раму к залу, что он и сделал с помощью официанта.       - Поздравляю Вас с Днём рождения! – тихонько произнёс омега, с волнением ожидая реакции будущего тестя на картину.       Дэвид восхищённо замер, рассматривая собственный дом, который казался сказочным замком. Вполне узнаваемый, но насквозь пронизанный солнечным светом особняк словно парил в воздухе, лёгкий и переливающийся как мыльный пузырь. Отсутствие чётких линий и острых углов превратило строгий и холодный дом в место, куда хочется возвращаться. Такой, каким он был когда-то. Альфа сморгнул выступившие слезы и шагнув к Дэнни, осторожно приобнял омегу, прошептав:       - Спасибо тебе, он прекрасен.       Гости зашептались: вместо Оро голограмма показывала пятачок вокруг Ройта, поэтому им было прекрасно видно и саму картину, и реакцию альфы на неё.       - Папа, это ещё не все, - напомнил Алекс, и его отец отступил от смущённого омежки.       Официант осторожно перенёс пейзаж на край стола, а другой поставил перед Дэнни вторую картину. Омега также её повернул. Она была больше первой почти в два раза – парадный портрет четы Ройт примерно метровой высоты. Выполненный карандашом рисунок изображал альфу в строгом костюме и Мориту в вечернем платье. Лишённый цвета, нарочито точно передающий каждую черту, у другого художника он был бы, по меньшей мере, мрачным. Но не у Дэнни, понял Дэвид. Маленький омега, переживший столько горя в своей короткой жизни, продолжал с надеждой и оптимизмом смотреть на этот мир и умудрялся показывать своё видение другим. Дэвид помнил фотографию, с который омега их нарисовал: на ней они были серьёзны, с чопорным выражением лиц и холодными глазами – как оно чаще и бывает при официальной съёмке. Вот только на портрете несколько волосков, выбившиеся из высокой причёски Мориты, были прорисованы чрезмерно чётко и, казалось, щекотали ей ухо, из-за чего женщина с трудом сдерживала смех. Пальцы Дэвида, которые на оригинале расслаблено лежали на тонкой талии жены, на портрете были заметно напряжены, будто он собственнически прижимает супругу к себе. Глаза, которые, он точно помнил, тогда смотрели прямо в камеру, здесь едва-едва повёрнуты влево – на Мориту, а морщинка в уголке губ указывает на готовую родиться усмешку. Люди на портрете любили друг друга, между ними не было отчуждения и разногласий, как у прототипов. Дэвиду остро захотелось, чтобы фантазия влюблённого омеги воплотилась в жизнь, и следующий их портрет художнику не пришлось приукрашать.       - Дэнни, у тебя настоящий талант, это прекрасный подарок, ещё раз спасибо.       - Не за что, я рад, что Вам понравилось.       Алекс потянул Дэнни в сторону, заметив, что к отцу направляются следующие гости. Оро продолжал подбадривать дарителей, но не забыл и подшучивать над подарками. Некоторые омеги утирали слезы, выступившие от смеха.       - Уважаемые гости, пока мы все отвлеклись на вручение подарков, у нас под носом созрел омежий заговор, судя по подозрительной активности, переходящей со стола на стол. Если заговорщики готовы, мы можем уделить время вам.       И правда: несколько омег, пользуясь тем, что все внимательно наблюдают за Ройтом и подходящими гостями, по очереди обошли все столики, договариваясь о чем-то. Кто-то из тех, с кем они говорили, подходил к подарочному столу сбоку и просил официанта найти ранее отданный слугам подарок. Услышав слова Оро, подозрительная компания замерла и рассмеялась. Старший из омег поднял руку вверх давая сигнал. Почти из-за каждого стола поднялось по омеге, а кое-где и двое-трое сразу, и, сжимая в руках маленькие подарочные коробки, направились к юбиляру.       - Нет… Неужели… - не поверил своим глазам Оро. – Неужели вы все подарите зажимы для галстуков? – в шоке воскликнул ведущий. Зал просто накрыла волна хохота. Омеги закивали и длинной очередью выстроились перед Дэвидом. Альфа и сам не смог удержаться от смеха. Он принимал подарки, целовал каждого омегу в щёчку, затем выкладывал коробочки на ближайший угол стола.       Оро начал считать:       - Раз, два… шестнадцать… двадцать три… двадцать четыре! Абсолютный рекорд! Молодцы! При том что гостей сегодня всего сто тридцать два человека!       Некоторые гости по мере подсчёта начали просто задыхаться от смеха. Довольные произведённым эффектом, омеги возвращались на свои места, отмахиваясь от шуточек.       В основном к Дэвиду выходили гости, приготовившие оригинальные или дорогие подарки: антиквариат, украшения. Несколько альф, совместно владеющие крупным предприятием, подарили небольшую яхту. Через двадцать минут вручение закончилось, и Дэвид начал обходить столики, чтобы выпить и поговорить с гостями.       Перед тем как присоединиться к нему Морита открыла миниатюрную сумочку, достала три ушные гарнитуры в виде таблетки и передала их Алексу, Марку и Вирту:       - Это для связи с распорядителем, его зовут Фальк. Если что-то будет нужно, обращайтесь к нему, я его предупредила. Одно нажатие – включить, ещё одно - выключить. Весь дом находится под наблюдением, захотите найти кого-то из гостей, он поможет. Мне нужно идти, следить за мужем.       - Спасибо, мама, - поблагодарил Алекс, вставляя гарнитуру в ухо.       - Дэнни, Вирт, до девяти часов можно погулять по особняку, отдохнуть в гостевой комнате или пообщаться с гостями. Потом начнутся танцы, - предупредил Алекс.       - Мы сначала сходим в комнату для омег, а потом Дэнни решит, чем хочет заняться, - сказал Вирт.       - Хорошо, попросите официанта проводить вас. Мне нужно поговорить с гостями. Дэнни, ты не против побыть с Виртом?       - Хорошо, - послушно согласился омежка. Алекс поцеловал его и направился к отцу и Морите.       - Вирт, когда вернётесь в зал, найдите меня, я познакомлю вас со своей семьёй и друзьями, - сказал Марк.       - Марк, в этом нет необходимости, - попробовал отказаться Вирт.       - Ты не прав. Ройты и мои родители знакомы много лет, обе семьи значительно сблизились, когда мы с Алексом стали учиться вместе. Дэнни необходимо представить им. Тем более у меня два младших брата, с которыми вы оба сможете стать друзьями.       - Прости, я не подумал… - смутился Вирт. Ему показалось, что Марк хочет познакомить с родителями его, а не Дэнни.       - Вирт, тебе решать в качестве кого я тебя им представлю.       Вирт опустил глаза. Несколько секунд ему действительно хотелось, чтобы Марк сказал родственникам, что они встречаются. Но… Они едва знакомы, и все так неопределённо.       - Раз они с Ройтами друзья, думаю, ты можешь сказать, что я компаньон Дэнни.       - Хорошо. Идите.       Вирт поднялся и потянул за руку Дэнни, который даже не слушал их разговор, снова увлёкшийся голограммой, на сей раз по очереди показывающей группы гостей.       Официант, к которому Вирт обратился у выхода, провёл их в конец коридора, где находился большой гостевой туалет на несколько кабинок. Он был разделён на две части: в первой вдоль одной стены были размещены несколько раковин с различными косметическими средствами, чтобы омеги могли поправить макияж, у противоположной стены стоял длинный пуф, занятый тремя болтающими омегами. Тут находился слуга - пожилой омега, готовый помочь гостям с одеждой и макияжем. Во второй части были три кабинки. Найдя пустую, Вирт впустил в неё Дэнни, а сам остался снаружи. Когда омежка вышел, они остановились у раковины, чтобы Дэнни мог помыть руки. В этот момент в туалет зашла шумная компания из нескольких омег. Увидев среди них своего папу, который совершенно не изменился за те пять лет, что они не виделись, Вирт резко развернулся спиной к двери, и судорожно пытался придумать, как ему быть.       - Дэнни, помоги мне, пожалуйста, - прошептал он, наклонившись к другу.       - Что случилось?       - Видишь сзади взрослый омега в красном костюме? – Дэнни немного выглянул из-за него и кивнул. – Это мой знакомый, я не хочу, чтобы он меня видел. Я пойду в кабинку, а ты позови меня, когда он уйдёт. Хорошо? Только ты один никуда не уходи.       - Я понял, иди.       Вирт, старательно пряча лицо, прошмыгнул обратно и закрылся в кабинке. Сердце билось как сумасшедшее. Но он просто не мог встретиться с папой лицом к лицу. Обида, злость, разочарование – все чувства, которые он вроде бы благополучно похоронил в сердце, снова всколыхнулись. Он боялся, что может устроить безобразную сцену. А ещё было очень стыдно, что он из-за своих страхов, оставил Дэнни одного, хотя обязан оберегать его.       Дэнни, стоя у дальней от входа раковины, разглядывал баночки, во множестве стоящие на столешнице, иногда бросая взгляд в зеркало на вошедших омег. Трое из них, в том числе и знакомый Вирта, худощавый омега с темными волосами в облегающем брючном костюме и золотыми украшениями, направились к кабинкам, а ещё четверо встали у зеркала, поправляя макияж и разговаривая.       Через несколько минут омега в красном вышел из кабинки, помыл руки и вышел из туалета. Дэнни уже собирался позвать Вирта, когда ближайший к нему стройный брюнет закончил подкрашивать ресницы и посмотрел на него.       - Ребята, посмотрите кто тут, - манерно протянул он, развернувшись к Дэнни и оглядев его оценивающим взглядом. – Неужели это новый жених нашего дорогого Алекса?       - Разве? – с сомнением спросил второй, полноватый блондин. – Я не слышал ничего о помолвке.       - А это тогда что? – спросил первый, грубо схватив Дэнни за правую руку и демонстрируя двоим подошедшим ближе приятелям его брачный браслет.       - Может, просто безделушка. Слишком невзрачный для брачного, наверное, вообще из серебра, - пренебрежительно отозвался третий. – Да и сам омега никакой, Алекс никогда на таком не женится, поиграется и бросит. Если он уж с тобой расстался, Лали, то этот тем более долго у него не задержится, ни лица, ни фигуры, вон брюхо какое отрастил.       - А мне кажется он беременный, - тихо возразил блондин.       Двое темноволосых оценивающе оглядели Дэнни, потом Лали, демонстративно морщась, притянул все так же удерживаемого им Дэнни к себе ближе и понюхал.       - Действительно, беременный, - подтвердил он и отпустил руку. Дэнни обиженно потёр ноющее запястье, не зная, что сказать.       - Теперь понятно, Алекс просто возится с ним, пока не родит, потом отберёт ребёнка и отправит восвояси. Мне же лучше, если будет сын-альфа, мне не придётся рожать, когда мы с Алексом поженимся, - заявил самодовольно Лали.       Глаза Дэнни наполнились слезами, эти омеги говорили так уверенно. А если Алекс его совсем не любит? Заберёт ребёнка и выгонит, как сказал этот Лали?       Пытаясь не разрыдаться, Дэнни позвал:       - Вирт!       Старший омега вышел из кабинки и огляделся. Заметив столпившихся около Дэнни омег, Вирт подошёл ближе и заметил, что Дэнни вот-вот расплачется. Подойдя к другу он приобнял его и, успокаивающе поглаживая омежку по спине, спросил:       - Что случилось?       Дэнни уткнулся ему в плечо и пробормотал:       - Они плохие, они мне сказали, что Алекс меня бросит.       Вирт негодующе посмотрел на ближайшего омегу, тот пожал плечами и нагло усмехнулся:       - Твоему другу что-то показалось, ему бы нервы полечить, а не по приёмам разгуливать.       Его приятели рассмеялись, и они втроём вышли из туалета.       Вирту оставалось только утешать прижавшегося к нему омежку. Раньше Вирт не раз сталкивался с такими наглецами, даже до омежьих драк доходило в школе. Но тогда он был с ними наравне, имея богатых родителей за спиной, а сейчас ему нечем ответить. Хотя… Вирт усмехнулся и дотронулся до таблетки в правом ухе, незаметной под волосами.       - Фальк на связи, мистер Литис.       - В омежьем туалете на первом этаже есть камеры?       - Да, кроме кабинок.       - Просмотрите, пожалуйста, последние десять минут в комнате с раковинами и расскажите Морите.       - Слушаюсь.       Вирт отключил связь и отодвинул от себя Дэнни. Тот уже перестал плакать, но покрасневшие глаза и щеки его выдавали.       - Дэнни, Морита же тебя предупреждала не слушать никого, если будут говорить гадости. Эти омеги просто завидуют тебе. Алекс – красивый и богатый альфа, любой омега рад бы стать его мужем, но он выбрал тебя, потому что любит. А они хоть и красивые, но такие злобные, что их никто замуж не берет.       - Правда?       - Да. Не верь никому кроме семьи и друзей. Ты этих омег первый раз в жизни видел и так расстроился из-за их вранья. Надеюсь, Морита с ними разберётся. Давай умойся, и пойдём в зал.       Дэнни старательно умылся, потом Вирт с помощью слуги заново накрасил его. Когда они вернулись в зал, Вирт оглядел столики и рядом с одним из фуршетных столов заметил знакомых омег, смеющихся в большой компании. Когда они уже подходили к своему месту он увидел, что голограмма показывает, как к этим омегам подходит мощный альфа в строгом, явно не вечернем, костюме. Раздался серьёзный голос Оро:       - К сожалению, несколько гостей - Лала Остри, Вэлери Кирби и Орми Салерт вынуждены нас покинуть, в связи с оскорблением, нанесённым ими Алексу Ройту и его жениху Даниэлю Альтину. Их спутники могут продолжать наслаждаться вечером. Спасибо за внимание.       Голограмма показала растерянные лица троих омег, которым альфа, по-видимому - сотрудник службы безопасности, вежливо указывал в сторону выхода. Их приятели попробовали расспросить провинившихся, но альфа, слегка придерживая то одного, то другого еле плетущегося омегу под руку, отвёл их на выход. В зале повис гул, удивлённые гости спрашивали друг друга, что случилось.