Бабочка

Пока природа просыпалась от зимней спячки под первыми лучами весеннего солнца, я засела за учебу. Я не особо-то и запускала её,несмотря на отношения и работу, но тут я открыла себе мир судебной медицины. За барной стойкой как всегда сидело много народа, но тут подсел совсем необычный мужчина неопределенного возраста. Я решила завязать ненавязчивый разговор, он слишком отличался от привычной публики клуба. Оказалось, что он преподает судебную медицину в моем Институте. Я напросилась к нему в ученики, он с неохотой согласился, предложил начать с секретаря на вскрытиях и освидетельствованиях, а потом посмотрит. В тот вечер я была самая счастливая, ведь я представляла себе полную романтики работу, в фильмах и сериалах всё так красиво. Как же я ошибалась! Какой же я была дурой! Наивной дурой! В первое посещение морга я поняла, что вонь никуда не пропадает, а въедается в кожу, волосы, одежду, проникает и задерживается там, где только возможно. Она просачивается в мозг, пропитывает мысли... Да и никакой романтики нет. Я записывала весь протокол вскрытия бабулечки, которая скоропостижно умерла у себя дома, оставив всё свое имущество и небольшое состояние милому внуку. Стивен Моррис, тот самый судмедэксперт, в заключении отметил, что бабушка умерла не своей смертью, а была отравлена кем-то, кто был ей близок, так как следов насилия на теле не было. Я потом у него узнавала, что в итоге произошло. Оказалось, что внуку захотелось поскорее переехать в новый дом и обустроить свою жизнь самостоятельно, но с начальным капиталом. Он отравил свою бабушку по совету подружки. Был осужден по всей строгости закона, а вот девушка сотрудничала со следствием, так что ничего не получила. Я продолжала записывать протоколы, узнавала про судьбы родственников и прочее. А через несколько месяцев иногда помогала за столом. Так прошел год. Я проводила вскрытие женщины, погибшей в автомобильной аварии. Стив смотрел за моими действиями, слушал мои наблюдения и диктовал секретарю своё заключение. Тут раздался звонок по внутренней связи в морге. Из разговора было понятно, что случилось что-то из ряда вон выходящее. Он попросил заменить его на вскрытии, велел мне прекратить и быстро собраться. - Через пять минут на выходе. Поедешь со мной,- и вышел из комнаты. Я аккуратно вернула органы в брюшную полость и убежала в раздевалку. Вышла на крыльцо нашего здания и закурила, как же было круто вновь дышать свежим воздухом. Стив вышел практически сразу после меня, тоже закурил. - Так, вопросов не задавай, ничего не трогай и говори только тогда, когда к тебе обращаются,- сказал он.- Это всё серьёзно, мне нужна будет помощь. И тут он мне напомнил случай с девушкой перед Рождеством. Он курировал тот случай, но виновного не нашли. Его вызвали, чтобы он подтвердил, что это тот самый человек. Он советовал морально подготовиться, но это было невозможно. Нас забрала служебная машина, домчали с ветерком. Мы зашли на склад, огороженный от посторонних полицейскими. Нас встретил запах крови, им был пропитан воздух на складе. Это было ужасно! К одной из дальних опор была привязана девушка, она была голая и выпотрошенная, руки разведены в стороны, а ноги перевязаны бинтами. Вместо живота была дырка, из которой тянулись сосуды, кишки и алые ленты. Это было отвратительно и тошнотворно, но одновременно с этим и прекрасно. Что-то завораживающее было в этой жуткой картине. Когда мы подошли ближе, то я разглядела её лицо - красивое, нежное и такое умиротворенное. Алые губы, вздернутый носик, даже небольшой румянец на щеках. - Лив, что скажешь?- неожиданно прервал меня Стив. - Она... Она накрашена, есть румянец, да и губы не в крови, это помада,- ответила я.- Она красивая... Была. Последнее слово звучало страшно, ведь я когда-то могла смешать для неё коктейль, а может и наливала стопочку водки. Странно, ведь у нас с ней могло быть что-то. И тут я вспомнила Иф. Мы с ней долгое время удовлетворяли друг друга очень целомудренно, правда я изменяла ей с другими, хотелось чего-то более... Не важно. В один прекрасный вечер она попросила лишить ее девственности. - Я хочу, чтобы это сделала ты! Как можно скорее, я не хочу никаких ограничений с тобой,- она посмотрела пристально на меня.- Лив, я тебя ждала. -Ты сейчас готова?- я не знала, будет ли она меня просить, но я готовилась. Она лишь кивнула головой. И я отправила ее в душ. Это была уловка. Я разделась, достала двусторонний дилдо и смазку, забежала в ванную, захватив с собой бутылку вина. Пока она мылась, я вытащила пробку и сделала большой глоток. - Милая, будешь вино?- я знала, что она согласится. Мне хотелось, чтобы она выглянула. - Мне кажется, что ты ждала, когда я попрошу,- Ифа протянула руку к бутылке, начала пить и чуть не поперхнулась.- А что это? Она показала на член. - Ну, за неимением средства дефлорации у меня между ног , то для положительного результата я решила воспользоваться аналогом... - Почему он двусторонний? - она любила, когда я умничаю. А еще ей очень льстило, что я готовилась. - А это для того... - В этот раз не удастся сказать что-то умное.- Ифа, я тоже хочу трахаться. Я хочу раздвинуть перед тобой ноги так, чтоб ты меня отымела как можно жестче. Я так мечтаю об этом. Но мы начнем наращивать темп постепенно. Кстати, а что ты там намываешь? Выходи. И дальше она была очень послушной, все делала с улыбкой и румянцем на щеках. Я сказала, чтоб она вылезла из ванной. И она стояла голая и мокрая. Я смотрела, как вода стекает по ее телу, как соски твердеют от холода, как кожа покрывается мурашками. Я взяла полотенце и закутала ее, отвела в комнату и посадила на кровать. Она следила за мной, моими руками... Я принесла из ванной вино, смазку и дилдо. Я молча дала ей вино, смазала один конец и медленно начала засовывать в себя. Это было немного странно, потому что она продолжала на меня смотреть с легкой улыбкой. Когда часть дилдо была во мне, то, придерживая другой конец, я встала перед ней на колени и раздвинула ноги. - Опусти бутылку на пол. Расслабься, все свои ощущения проговаривая. После моих слов она немного ожила. - Говори все, дорогая, я постараюсь быть нежной. - Еще раз, - голос Стива вырвал меня из воспоминаний. - Она выглядит умиротворенной и спокойной, словно ее и не убивали. Это был кто-то близкий. Да еще макияж, скорее всего это для общей картины, но как все смотрится. Убийца ходил на курсы. И вот еще момент - ни капли крови на полу или стенах! Может он добавил еще крови для пропитки бинтов, хотя он ее разбавил консервантом, чтоб она не свернулась... Я отошла от тела и посмотрела на девушку, на ее внутренности, на кровавые ленты. Он точно хотел что-то сказать, а может показать. Я вновь подошла к ней. Смотрела на грудь, она была идеальная, как у Иф… Парни врут, что любят любую грудь, нужна большая, чтоб вываливалась из ладони, чтоб можно было зарыться лицом меж грудей. И тут тоже была большая, красивая, она вся была в пудре. - Нужно ее помыть,- я посмотрела на Стива, он улыбнулся. После этих слов он дал несколько распоряжений и подошел ко мне. - Пошли, будешь писать все мои слова. Не успела - переспроси. Это важно. И в течение следующих двух часов я писала, много. Он видел столько деталей, словно присутствовал при всем. Это пугало и возбуждало, да и я полностью не отошла от воспоминаний об Иф. После того, как мы закончили в помещении описывать все, Стив подошел к одному из техников, взял фотоаппарат и начал делать нужные ему снимки. Я в это время вышла покурить и позвонить своей девушке. На улице было много народа, вокруг здания толпились журналисты и зеваки. Я стояла практически незаметно, достала телефон и ахнула, там было пол сотни пропущенных вызовов и примерно столько сообщений. Я срочно позвонила Ифе...