Ветер

В баре Дин сразу наткнулся на Мэтта, кажется, очень удивившегося встрече. - Ты… здесь? – спросил Мэтт. - Ну да, - Дин пожал плечами. – А что? - Ничего, - Мэтт странно посмотрел на него. – Ладно, мне пора. Он направился к выходу, и Дин слегка удивился тому, каким подозрительным взглядом провёл его Кас, но тут заметил Мэг – она опять была с Кэсси – и потащил Каса к ней. Мэг с Кэсси сегодня определённо были в настроении, и разговор завязался лёгкий и непринуждённый. Дина что-то смутно тревожило, но он списал это на опасения, что Лиза завтра узнает, что он был в баре, хоть и сказал, что не может взглянуть на чудище под кроватью Бена. Ну ничего, он же с Касом. К нему приехал друг из города и всё такое. Он даже постарался сесть подальше от Кэсси, но что-то продолжало грызть мозг изнутри. Наверное, не стоило так сразу бежать в бар. Нужно было хоть немного поболтать с Касом. Расспросить его о том, чем он занимался эти пару месяцев. Дин недовольно поморщился. Ну да, он соскучился по Касу. А что? Нет ничего такого в том, чтобы скучать по другу. Особенно по такому, как Кас. Дин передёрнул плечами и потянулся к бутылке, но тут Кас вдруг широко распахнул глаза: - Дин, нам нужно поговорить, - и, не дожидаясь ответа, оттащил его в сторонку. - Что? – растерянно спросил Дин. - Мэтт… он пришёл к Лизе. Дин моргнул, не сразу поняв, о чём он. - А, - ответил он. – И что? - Он… у него… романтические побуждения. - Что? С чего ты взял? Ты же вроде мысли не читаешь? - Дин, он, возможно, отец Бена… - Ты и этого тоже не знаешь, - сердито ответил Дин. – Кас, он уже был у неё с утра, насчёт замка… - А теперь он её целует, - сообщил Кас. – Это я вижу наверняка. Дин замер, ошарашенный. - А… она? – выдавил он. - Она отвечает, - печально ответил Кас. – Перенести тебя туда? – он протянул руку к Дину, и Дин отшатнулся. - Нет! – воскликнул он. – Нет, Кас. Это… её решение. Я… - Но ты ведь любишь её, - слегка вопросительно произнёс Кас. - Нет, - медленно ответил Дин. – Нет, Кас, не люблю. Пойдём обратно за столик. На этот раз он сел куда ближе к Кэсси, и та лениво ухмыльнулась ему. Мэг с Касом, как ни странно, отлично поладили. В общем-то, Дин смутно припоминал, что они поладили ещё в прошлый раз. Так что можно было за него порадоваться. И он бы порадовался, конечно, порадовался бы за Каса, но… Мэг ему не нравилась. Кас на самом деле мог бы найти кого-нибудь получше. Она же… ну, Дин не знал наверняка, всем ли слухам о ней стоит верить, но в правдивости большинства из них был вполне уверен. А Кас… Кас был хорошим парнем. Мэг ему не пара. Мэг что-то зашептала Касу на ухо, он улыбнулся в ответ, и Дина передёрнуло. К лешему. - Кас, - он поднялся, - можно тебя на минуту? - Конечно, - Кас послушно отправился за ним, а Мэг недовольно закатила глаза. – Ты передумал насчёт Лизы? Боюсь, что уже… - Да какая Лиза, - отмахнулся, поморщившись, Дин. – Я насчёт Мэг. Ты должен знать о ней кое-что. - Дин, - мягко ответил Кас. – Я – Ветер. Я всё о ней знаю. - Но… - Дин запнулся. – Но как тогда… как ты можешь знать о ней… такие вещи… и всё равно… - Любить её? – подсказал Кас. - Ну… типа того. - Разве не ты говорил, что любовь слепа? - Ничего такого я тебе не говорил! - Мне – нет, - согласился Кас. – Но говорил… может, слегка не такими словами… - Слегка? – возмутился Дин. – Слегка? - Если быть точным, ты сказал Сэму, что Любовь вершит судьбы на пьяную голову. - Вершит судьбы – это выражение Сэма, - буркнул Дин. – Он запал на кого-то и полез ко мне с дурацкими вопросами. Я и сказал ему, как есть. - Но почему? – настаивал Кас. – Ты никогда не знал отказа. Почему ты говоришь так, будто тебе разбили сердце, а то и не раз? Я смотрю на твою жизнь и не вижу ничего, что могло настроить бы тебя против Любви. - Не твоё дело, - Дин скрестил руки на груди. - Прости, - Кас вздохнул. – Так чего ты хотел от меня? Или ты только собирался предупредить меня о прошлом Мэг? - О прошлом? Раскрой глаза, Кас! Это её настоящее! Как ты можешь вообще находиться рядом с ней! - Но ты же можешь. - Я другое дело! - Почему? - Потому что! - Дин, - Кас нахмурился, - ты говоришь несколько сумбурно. Чего ты хочешь? Разве я не делаю то, что ты сам предложил? Что же тебе не нравится? - Не спрашивай меня, Кас, - пробормотал Дин. – Пожалуйста, не спрашивай. - Дин… ты хочешь, чтобы я ушёл? - Нет! В смысле, да. В смысле… отсюда. Тебе нужно уйти отсюда. Ты найдёшь кого-нибудь получше. В лучшем месте, Кас. Кас одарил его странным взглядом. - Нет никакого лучшего места, - сказал он. – И самая чистая душа может обнаружиться в грязнейшем из притонов. - Ты же не умеешь читать души! – в отчаянии воскликнул Дин. - Иные сияют так ярко, что не заметить этого невозможно. Я удивляюсь только, что другие этого не видят. - И Мэг, по-твоему, сияет? – вспылил Дин. – Посмотри мне в глаза и скажи, что хочешь прожить с ней всю жизнь! Ну, то есть, всю её жизнь. Ты-то будешь жить дальше… Кас покачал головой. - Первоначальный план был в том, чтобы после венчания ты стал одним из моих ветерков. Первым после меня. - Что? - Теперь я понимаю, что это было бы неправильно. Человек должен прожить свою жизнь до конца. - Хочешь сказать, что… собираешься провести с Мэг… вечность? Кас поджал губы, и у Дина даже руки задрожали от волнения. Он постарался прекратить представлять себя одним из ветерков Каса и взять себя в руки. - Кас, это не шутки! – воскликнул он. – Вечность – это… нельзя вот так скоро решить, что хочешь провести её с кем-то! Ведь ты потом от неё никуда не денешься! А она – я её знаю! – захочет ещё тебя свергнуть и стать первой не после тебя, а совсем! - К чему этот разговор, Дин? – устало спросил Кас. – Почему тебя это волнует? - Потому что! Кас снова покачал головой. - Давай вернёмся за столик, Дин. - Кас! – крикнул Дин, но Кас уже возвращался. К Мэг. Он собирался связать себя с самым неподходящим в мире человеком и думал, что Дин будет просто стоять и смотреть на это! – Кас! – Кас не оборачивался, и Дин, сжав кулаки, решил прибегнуть к последнему средству. – Кастиэль, - прошептал он. Я не могу назвать тебе Его имени. Мне нельзя его произносить. И оно священно. Если кто-то назовёт его, господин Ветер должен будет явиться на зов. Но ты Избранный… Кастиэль обернулся к нему, медленно и грозно. Он уже не был его приятелем Касом – он был силой, грозной, опасной и неотвратимо приближающейся. У Дина перехватило дыхание. Перед ним стоял Господин Ветер, и ему упасть бы Кастиэлю в ноги и молить о пощаде, но… Но ты Избранный… - Никаких потаскух, - прошипел Дин, вскидывая подбородок. – Никаких грёбаных потаскух, понял? Я твой Избранный, и посмей только к ней подойти! Глаза Кастиэля сверкнули, а ноздри гневно затрепетали, и он сделал ещё один шаг вперёд, оказываясь совсем рядом. Что ж, если он собирался напугать Дина, то просчитался. Дин грубо рванул его за плечи, не считаясь с тем, что Господину Ветру полагалось бы быть неизмеримо сильнее его, и поцеловал. И всё встало на свои места. Он чувствовал Ветер в себе. Ветер был неотделим от него, бушевал в его крови, искрил на кончиках пальцев, заставлял глаза грозно сверкать, возносил над прочим миром. Он, отстранившись от Кастиэля, смотрел на него и видел равного себе. Они делили одну бурю на двоих и были единым целым. Сейчас Дину были подвластны облака и туманы, бури и грозы, ураганы и тучи, вихри и смерчи. И ему не было до них решительно никакого дела. Всё могло подождать. Кроме Кастиэля. Дин снова впился в его губы поцелуем и грубо пропихнул колено между его ног. Кастиэль приглушённо простонал и обхватил его спину руками. - Ты всё понял? – сурово спросил Дин. Для этого ему не пришлось прекращать поцелуй – за него всё сказал налетевший колючий порыв ветра. Кастиэль ответил ему покорным тёплым дуновением ласкового южного бриза: - Всегда был только ты. Дин зарычал, взметнув в воздух высокие хлёсткие волны, и только сейчас обнаружил, где они находятся. На берегу озера, где он когда-то учил плавать своего друга Каса. Это не имело никакого значения. Они могли бы оказаться где угодно. Они были всем миром. И они обязательно вместе облетят и скалистые фьорды, и бескрайние пески пустынь, и гибельные для людей леса, и, если захотят, спустятся на неведомые никому доселе глубины, потому что вдвоём у них получится что угодно. Но это будет потом, а пока что Дин был полон человеческих, плотских желаний. И Кастиэль тоже, если можно было верить его лихорадочно шарящим по обнажённому телу Дина ладоням. Дин не помнил, кто из них додумался стереть их одежду в пыль, но это однозначно было верным решением. Он ощущал возбуждение Кастиэля – по горячим струям воздуха, по дрожащей под ногами земле, по мечущейся поверхности озера. Или это всё сделал он сам? Но Кастиэль прижимался к нему, горячий, твёрдый, жаждущий, и Дин был бы не против, даже если бы он вовсе высушил озеро и превратил всю землю в пустыню. Невозможно было определить, стоят ли они, лежат ли – они парили в воздухе, но в то же время имели под собой опору и одновременно были этим самым воздухом. Они потерялись в ощущениях и в пространстве, больше не зная, где озеро, где земля, где небо. Дин знал лишь, что Кастиэль рядом, и этого было достаточно. Кастиэль, грозный, опасный, всесильный, властный, сверхъестественный Господин Ветер, покорно выгибался под ним – или над ним, или рядом с ним – и послушно разводил ноги, подчиняясь каждому желанию своего Избранного. И Дин, рыча, вбивался в его тело, отчего воздух вокруг расходился резкими колючими волнами, способными сбить с ног человека – да что человека, Дин не удивился бы, узнав, что по всей земле с корнем вырвало деревья. Дин жадно кусал губы Кастиэля, распространяя вокруг рваные вихри яростной бури, и думал, что в следующий раз их любовь будет ласковым ленивым ветерком, таким, прикосновения которого кажутся нежными поцелуями и которому хочется подставить лицо. Кас, запрокинув голову, застонал в голос, и его стон слился с завыванием ветра – или эти стон и завывание изначально были неделимы. Он стонал и бился в руках Дина, а тот думал, что, может быть, никакой он не второй после Кастиэля ветер. Он флюгер, послушный Господину Ветру, и если все ветры мира подвластны ему, то лишь потому, что Дин создан передавать Его волю. Он смотрит туда, куда дует ветер, он видит его глазами, он желает того, чего хочет Кастиэль. Так это было или не так, но сейчас им обоим хотелось одного, и за край они шагнули одновременно. Дин сжал ладони на бёдрах Кастиэля, а тот ещё крепче вцепился в его плечи, и мир вернулся на место. Они лежали на берегу, обнажённые, как и несколько недель назад. Вот только тогда между ними было расстояние в несколько шагов, а сейчас они были единым целым. Дин почувствовал, как понемногу снова становится собой. Не то чтобы он переставал ощущать себя собой всё это время – но нахлынувшее на него сверхъестественное безумство потихоньку улегалось. Впрочем, ощущение силы никуда не девалось. Он по-прежнему мог одним усилием воли устроить на озере настоящий тайфун. Только выдавить из себя это усилие он не мог – его едва хватило на то, чтобы выскользнуть из Кастиэля и рухнуть рядом, не переставая, впрочем, касаться его. - Так я… - пробормотал он, - стал… ветром? - Нет, - устало ответил Кастиэль. Значит, и Господина Ветра можно утомить. По крайней мере, когда он находится в человеческом теле. – Я хочу, чтобы ты прожил свою жизнь так, как хотел. Я хочу, чтобы ты присоединился ко мне после… смерти, но… решение за тобой. - Ты – Ветер, - насмешливо вернул ему Дин его же слова. – «Ну а с Ветром кто станет спорить, перечить Ветру посмеет…» - напел он, и Кастиэль, поймав его запястье, мягко поцеловал в ладонь. - Ты можешь перечить мне, сколько тебе будет угодно, - сказал он. – Но насчёт того, что ты спросил… сила, которую ты чувствуешь, останется с тобой, что бы ты ни решил. Ты человек, но… ты и ветер тоже. Твоя мельница будет самой богатой во всей округе. - Это не моя мельница, - лениво ответил Дин. – Это мельница старика Ширли. - Я построю тебе новую. Разве ты не говорил, что его маленькой мельне всё труднее справляться с потоком и что многие уже подумывают, что проще будет съездить в соседнюю деревню? - Да зачем мне мельница? - Тебе понравится. Крутить её лопасти…приятно. А потом… можешь оставить её Сэму. - Станет самым завидным женихом в деревне, - хихикнул Дин. - Поцелуй меня? – попросил Кас. И Дин слишком устал, чтобы приподняться на локтях и наклониться к его лицу, но он закрыл глаза, и оба почувствовали мягкое прикосновение тёплого ветра к губам.