TLC

Прошла неделя с тех пор, как Микки избил Неда у того бара. Они с Йеном убежали до того, как прохожие позвонили в полицию. Йен надеялся, что та ревность, которую показал Микки, превратится во что-то большее, например, в разговор о чувствах или о том, что Йен для него особенный - во что угодно, что могло бы удовлетворить Йена. Но уже прошла неделя с тех пор, как они последний раз трахались в том переулке, а от Микки не было слышно ни слова. К тому же Микки не появлялся на работе в магазине у Кэша, а Йен слишком трусил спросить о причине у Линды. В итоге он решил спросить у Мэнди, знает ли она, где ее брат, но, учитывая, что Мэнди уже, Бог знает, сколько времени жила у Галлагеров, конечно, она ничего не знала. Йен объездил все места, где мог бы находиться Микки, но так и не нашел его. Он начинал волноваться, потому что осталось единственное место, где мог быть Микки - дом Милковичей. Йен сидел на противоположной стороне улицы на мусорном баке, выжидая, пока Терри уйдет из дома. У Йена не было какой-то видимой причины появляться тут, потому что Мэнди жила у них, и Терри знал это. Когда отец Микки наконец-то ушел, Йен перебежал дорогу и прошел в двор, чтобы постучать в заднюю дверь. Никто не отвечал, но Йен продолжал стучать. Наконец, через пару минут он услышал щелчок замка. Микки стоял перед ним, завернутый в одеяло, накинутое на его плечи, с красным носом и болезненным взглядом, держа в руке пачку салфеток. - Тебе еще блять чего надо? - огрызнулся Микки. Его голос звучал намного грубее, чем обычно. - Хотел увидеть тебя, убедиться, что ты в порядке. Я не слышал ничего от тебя несколько дней. - Вот дерьмо, Галлагер. Ты мне кто? Мать что ли? Микки недовольно потряс головой и зашел внутрь. Йен принял открытую дверь за приглашение пройти за ним. Он зашел в комнату и увидел, как парень практически свалился на кровать. - Кажется, я еще не видел тебя больным, Микки... - Это потому что я не болею, - снова огрызнулся парень. Йен подавил улыбку. Микки определенно был болен, и судя по его состоянию, болен уже не первый день. - Я могу чем-то помочь? - спросил Йен с настоящей заботой в голосе. - Можешь пойти нахуй. Йен старался не показывать, как обидели его слова Микки. Он всего лишь старался помочь. В конце концов, когда он увидел мелкую дрожь, пробежавшую по телу Микки, Йен понял, что просто не сможет оставить его в таком состоянии. Он зашел в гостиную, чтобы взять еще одно одеяло, и укутал в него Микки с ног до головы, как делала с ним в детстве Фиона, когда у него поднималась температура. После чего он зашел в ванную, чтобы взять тканевую мочалку. Смочив ее в теплой воде, он вернулся в комнату и приложил Микки компресс ко лбу. Йен ждал, что тот оттолкнет его или начнет протестовать, но все, что он услышал, был облегченный вздох. Его глаза были закрыты, и Йен просто сидел рядом с ним около получаса, давая отдохнуть, прежде чем задать интересующий его вопрос. - Когда ты ел в последний раз? Микки прикусил нижнюю губу и, не открывая глаз, ответил. - Да хрен знает... В рот ничего не лезет. Йен вздохнул и направился на кухню. Он копался в ящиках, пока не нашел банку с консервированным супом. Это была не куриная лапша, которая, по уверению его сестры, была лучше любых жаропонижающих, но выбора не было. Йен покопался еще в парочке ящиков, пока не нашел кастрюлю подходящего размера. Заполнив ее наполовину водой, он вывалил томатный суп из банки и поставил смесь на огонь. Когда суп нагрелся, он слегка остудил его и вылил в тарелку, которую незамедлительно понес к Микки в комнату. - Тебе помочь сесть? - Я, блять, не инвалид, - Микки посмотрел на Йена, словно тот сказал какую-то ужасную глупость. - Да я и не думал называть тебя инвалидом, - подняв свободную руку в знак капитуляции, ответил Йен. Как только Микки сел, прислонившись спиной к кровати, Йен передал ему тарелку и ложку, заранее предупредив, что суп все еще горячий. Микки подул на ложку с супом, прежде чем сделать первый глоток. Видимо, он уже немного остыл, потому что следующую ложку он проглотил сразу. Йен сидел на противоположном краю кровати, терпеливо выжидая, когда он доест, после чего взял тарелку, чтобы наполнить ее еще раз. Вторую порцию Микки съел еще быстрее, чем первую. Видимо, он действительно давно не ел. Йен отнес пустую тарелку на кухню и поставил в раковину. Когда он вернулся, Микки уже спал, тихонько сопя. Йен снова подоткнул под него одеяло и выключил свет, после чего покинул дом , прикрыв за собой дверь.

***

Микки проснулся через несколько часов, чувствуя себя намного лучше. Горло до сих пор болело, поэтому он пошел на кухню за водой. За окном было темно, в доме все наверняка спали, поэтому он, не заботясь о том, что его услышат, открыл холодильник, в котором нашел стакан воды, с пластинкой таблеток от головной боли на нем, и несколько пластиковых стаканчиков с вишневым желе. Только посмотрев на это, он смутно вспомнил приход Галлагера этим вечером. Микки запил несколько таблеток водой, после чего, взяв ложку из ящика, приступил к желе. Вишневый вкус был его любимым. Он ел с настоящим удовольствием, чувствуя, как его настроение становится лучше с каждой ложкой. Закончив, он опустил стаканчик с ложкой на пол рядом с кроватью и достал телефон, чтобы написать Йену смс, прежде чем снова пойти спать. "Спасибо за желе, Рыжий Лобок" Микки не нужно было писать что-то еще. Йен прекрасно знал, что это была благодарность не только за дурацкое желе.