Подари мне свою душу

Внутри кабинета директора стоял полумрак. Вещи были раскиданы, а окна закрыты тёмными пыльными шторами. Минерва МакГонагалл подошла к портрету Дамблдора. Позади неё стояли Снейп и Гермиона. - Альбус, - тихо позвала женщина. Старый волшебник на портрете проснулся и несколько минут внимательно рассматривал троицу перед собой. Он молчал, но и Минерва не решалась проронить ни слова, терпеливо ожидая ответа. - Значит, их было всё-таки восемь, - сказал Дамблдор сам себе. - Радует, что вы избавили нас от объяснений, - прошипел Снейп. - И не удивляет, что вы подозревали такое развитие событий, - кивнула Минерва. Директор на портрете покачал головой: - Гарри… он… - Да, профессор, Гарри убит! - прервала директора Гермиона. – Как и Рон! И большинство из семейства Уизли. - Я понял это, мисс Грейнджер, заметив среди присутствующих только вас, - спокойно ответил директор. - Как нам поступить дальше, Альбус? – с надеждой в голосе обратилась к нему профессор Трансфигурации. - Я не думаю, что у Тома хватит сил создать ещё несколько крестражей. Вероятно, та жизнь, которую он сейчас проживает, единственная, которая осталась у него, - сказал директор. - А Лестрейндж? – убрав прядь за ухо, спросила Гермиона. - Белла сильная волшебница, но не настолько, чтобы создать более одного, - кивнул ей Дамблдор. – Сейчас вы - самые сильные волшебники Англии, но, боюсь, я способен помочь вам лишь советом. Скажу так: ждите подходящего момента. - Альбус, разве нам под силу справиться с ними? – дрожащим голосом испуганно переспросила МакГонагалл. – Вы намекаете, что мы должны выжидать, а потом совершить убийство?! - Поверьте, как только они исчезнут, никто из их союзников не посмеет встать на вашем пути. Они немедленно покинут территорию, - Альбус поглаживал свою бороду. - Я разберусь с обоими, - решительно заявила Гермиона. - Вы уверены, что ваших сил хватит на то, чтобы убить человека, мисс Грейнджер? - усмехнулся зельевар. - Гермиона, вы готовы взять такой грех на свою душу? – ошарашенно уставилась на неё Минерва. - Вы что, сомневаетесь во мне? – Грейнджер подняла бровь, от чего у МакГонагалл побежали мурашки по затылку. Гермионе было всё равно, отберет она чью-то жизнь или нет, убьют ли её или она продолжит теперь уже жалкое существование. При такой власти и обстоятельствах – она была никем. Грязнокровкой, не более. Таких, как Грейнджер, изгоняли из магического мира, но они уже не могли жить в маггловском мире без колдовства. Лишить её магии – это всё равно, что оторвать у неё руку или ногу, а скорее даже голову. Способна ли она жить без головы? Разумеется, не способна. Все случившееся застигло девушку врасплох; она искренне жалела, что в мире не существовало заклинания или зелья, способного отключить все эмоции. Стать камнем. А когда нет того, что тебе нужно, то приходится делать это самому. Ведь Гермиона была в этом лучшей: добиться чего-либо самостоятельно. И она достигла цели. Грейнджер сама себя заставила абстрагироваться от этих эмоций, внушила себе, что она может не чувствовать, если захочет. Гермиона привыкла добиваться успеха во всём. Требовалась усидчивость, старание и желание. И у неё получилось. Она стала этим непонятным существом, снаружи выглядевшим как она, но внутри абсолютно иным: новым, пугающим и странным. Грейнджер была уверена: если она смогла подавить в себе чувство горя по близким людям, значит, она точно сможет заглушить чувство вины за то, что она отберет чью-то жизнь. Гермиона взяла под контроль свои эмоции. - Думаю, нужно начать с Беллатрисы, - спокойным тоном предложила девушка. Словно они обсуждали сейчас не убийство, а подготовку ко дню рождения или любому иному нелепому празднику. - Поражён вашим энтузиазмом, мисс Грейнджер. Однако, как вы собираетесь подобраться к Лестрейндж, учитывая ваш… статус, - сложив руки на груди, спросил Снейп. - В школе вы точно не сможете находиться открыто, - забеспокоилась Минерва. - Возможно, есть способ, - отозвался портрет Дамблдора. - Какой? – подозрительно покосилась на него Гермиона, заранее подозревая, что способ не из лёгких. - Уверен, он вам не понравится, - вздохнул Альбус. – Но для некоторых магов есть более важные вещи, мисс Грейнджер. Такие вещи вполне могут помочь закрыть глаза на статус вашей крови. Безусловно, вы нужны нам здесь, в школе. И что-то подсказывает мне, что этот способ - наш единственный выход. - Хватит темнить, Альбус, - воскликнула Минерва. – Что вы хотите сказать? - Магический брак, Минерва, - пристально посмотрел на женщину директор. – Мисс Грейнджер невероятно умная и сильная волшебница. Я уверен, что при подходящей возможности Том не откажется от её присутствия в рядах своих приспешников. Достаточно вспомнить Лили Поттер. Несмотря на статус её крови, Тома достаточно сильно поразили её способности и он не побрезговал пригласить её в своё окружение. - Постойте, директор, мне нужно выйти замуж за пожирателя смерти? – скривилась Грейнджер. - Совершенно верно, Гермиона, - директор наклонился немного вперед. – Для вашей же безопасности. Магический брак будет вашей надёжной страховкой от излишних подозрений. Только при таком раскладе у вас будет шанс. Минерва ошарашено уставилась на портрет и хватала ртом воздух. - Мерлин! Мне что, придётся выйти замуж за Драко Малфоя?! – практически выплюнув имя чистокровного хорька, завелась девушка. - Мисс Грейнджер, Люциус и его семья пропали в неизвестном направлении сразу после убийства Гарри. Лорд занял их поместье, но где они сами - никто не знает, - объяснила профессор Трансфигурации. - Учитывая то, как сейчас выглядит наше положение, я вижу только один выход, - Альбус повернул голову и посмотрел на мужчину. – Северус, мальчик мой… - Нет! – взвизгнула Гермиона. Молодая волшебница тяжело задышала и, округлив глаза, переводила взгляд с одного профессора на другого. - Ну, и куда же подевался весь ваш самоконтроль и решительность?! - Снейпу удалось сохранить на лице спокойствие. - Альбус, разве это выход?! – Минерва нервно теребила свою палочку в руке. - Даже если бы мистер Малфой был с нами, я бы не стал доверять ему. - Мисс Грейнджер… - мягко позвала МакГонагалл. Выставив вперед ладонь, Гермиона принялась расхаживать по кабинету взад-вперед. - Каковы условия? – несколько мгновений спустя прервала тишину она. - Значит, заинтересовались всё-таки, - ехидно протянул зельевар. - Я не к тебе обращаюсь, дорогой, - так же едко отозвалась она в ответ. Снейп опешил. - Как и в любом браке, мисс Грейнджер. Кольца, подпись на документах, смена фамилии... последнее обязательно в вашем случае, - заметив гневный взгляд молодой волшебницы, акцентировал Дабмлдор. Гермиона принялась растирать виски, то ускоряя, то замедляя короткие шаги вдоль помещения. - Прекратите маячить, Грейнджер! – рявкнул Снейп. – Вас никто не заставляет выполнять супружеский долг, если вы из-за этого так нервничаете. Она резко остановилась и испуганно посмотрела на лукаво ухмыляющегося зельевара. Затем, смутившись, отвернулась к стене. - Меня удивляет, как вы так легко смирились с этим, сэр, - тихо буркнула девушка. - Снова общаетесь официальным тоном? Похвально. Полагаю, вспышка истерики утихла, - сказал Северус. – Мисс Грейнджер, я скажу проще - мне абсолютно всё равно. У меня есть вещи поважнее, чем страдания из-за кольца на пальце и переживаний за вашу девичью невинность. Гермиона ещё сильнее залилась краской. Мысленно благодарила всех основателей за то, что она сейчас стояла к мужчине спиной. Сжав челюсть, девушка сделала несколько глубоких вдохов-выходов и, собрав волю в кулак, повернулась к присутствующим. - Да, профессор, последнее точно никак не должно вас волновать, - медленно проговорила Грейнджер. - Значит, мы можем приступать к церемонии? – поинтересовался Дамблдор будничным тоном. - Здесь? – брови МакГонагалл поползли вверх. - Прямо… сейчас? – с таким же выражением лица, как и у Минервы, посмотрела на портрет Гермиона. - Только не говорите мне, что мечтали стать моей женой, расхаживая по кабинету в традиционном белом тюле, - устало проговорил Снейп. - Я вообще ни о чём с вами не мечтала, - пробухтела себе под нос Гермиона. Хотя тут она явно солгала, так как, будучи студенткой третьего курса, поймала себя на том, что её чем-то привлекал профессор зельеварения. Как и любую девушку, её заинтересовала та загадка, которая всегда таилась в мужчине. В Северусе Снейпе, несмотря на его мрачность и скверный характер, было нечто... Околдовывающее. Она сама не понимала, что именно, но это было на энергетическом уровне и не поддавалось никаким логическим объяснениям. Тогда её сердце принадлежало Рону, и все мысли о профессоре Гермиона затолкала как можно глубже в самый укромный уголок своей души. Только вот это ощущение спустя годы неожиданно проснулось и больно кольнуло её сердце, когда она вместе с друзьями обнаружила профессора в Воющей Хижине. Ей было стыдно признаться в этом, но если выбирать из двух зол (Драко или Снейп), то она скорее остановит свой выбор на декане, чем на хорьке. Просто потому, что чистокровный мальчишка вызывал у неё намного больше отвращения, чем ворчливый зельевар. Крошечная ложь не могла ускользнуть от Северуса. Он всегда умел определять, когда ему говорили правду, а когда нет (дело даже не только в окклюменции). Вот и сейчас, когда Гермиона буркнула нечто невразумительное про мечты, он почувствовал эту тоненькую нить сомнения, витающую в воздухе. Неужели маленькая всезнайка проявляла некий тайный интерес к его персоне? Зельевар отмахнулся от таких мыслей. Но азартный блеск в его глазах невозможно было скрыть даже годами отработанным умением держать себя в руках.