тайная любовь

Я. Ненавижу. Шапки. Ушки. Всякую прочую хрень. Однажды, когда у мелкого был день рождения, Джинён полтора часа упрашивал меня одеть чертов праздничный колпак. Признаться, у него не получилось. Но зашел Сону и мне стало даже как-то неудобно отказывать. Интересно, почему? Потому ли, что каждый вечер, когда Баро уже спит, я примеряю его кепки, бейсболки, трикотажные шапки? Ну да. Именно. Поэтому страх перед тем, что Баро узнает когда-то, что я делаю, узнает о моем странном ночном увлечении, взял верх. Было бы невыносимо стыдно слушать от него то, что я такой странный. А ведь все знают, что я ношу его бейсболки и пародирую его манеру бит бокса, пока он играет в баскетбол свободными днями на заднем дворе. Я. Ненавижу. Баро. Его все: от угольно черных волос, до чертовски классных кед новой модели. Ненавижу и все. Однако это не мешает быть с ним лучшим другом. Родственной душой. И когда нас однажды спросила журналистка, очень молодая, даже моложе меня, что представляет из себя наша дружба, мы ответили, что она целиком и полностью состоит из взаимной ненависти. Правда в определенные моменты она беспочвенная и даже совсем не ненависть. – Сону! – М? – Верни мой телефон, хватит уже писать смс-ки По! Он их все равно не прочитает! – Зачем ты повышаешь голос? Я не брал твой телефон. Посмотри у Лидера. Он наверняка с Зико переписывается. Хотя.. – Что хотя? – Наверное, твой телефон уже забрал Гончан, чтобы поиграть в морской бой, ибо Джинён-хён забрал твой телефон два часа назад, и... – И? – На нем вряд ли остались средства. – Значит ты не брал? – Я? Нет. Но... – ЧТО НО?! – Частично. Ибо это я сказал Лидеру, что ты в душе, и что твой телефон лежит у тебя на кровати без блокировки, а то он ходил и паниковал насчет того, что у него деньги закончились. А Зико ему первый написал. После этого голова идет кругом. И вот как его ненавидеть, как любить? Что делать то. Вечный вопрос. – Держи. На кровать рядом падает бутылка с витаминным соком. – Что это? Мне? Показываю на себя указательным пальцем. – Нет, мне. Киваю. Тяну руку к бутылке. Он ударяет меня по руке! Отпрянул вместе с рукой. – Эй! Ты же сказал это мне! – Я не говорил, что это тебе. – Ладно. – уже начинаю злиться. – Ты сказал «держи», это означало что-то другое?! – Да. Это означало посторожи. Я уезжаю в магазин, а Гончан очень хочет пить. Именно это. Пожалуйста, посторожи, окей? Спасибо, Хён, ты лучший. Как только этот чертов Баро скрывается за дверью, выпиваю все до капли залпом. Чтобы в следующий раз не давал мне сторожить подобное. Только знаю, что мне потом за это будет. И знаю, что не получу потом ни капли внимания. Что все внимание получит мелкий. Но все равно выпиваю, чтобы не повадно было. Но знаете, мы, в принципе, никогда не ругаемся. Ненавижу ругаться. Но с ним бывает, хотя, все равно, это не длится больше получаса. Честное слово! – Эй.. Чунхван. Не отвечаю. – Прости, я был немного не прав. Немного? Не отвечаю. – Простииии... Я был много не прав. – Я, наверное, тоже? – Да, ты тоже. Ложится рядом, обнимает. Всегда говорим не меньше часа, прежде чем он засыпает, а я встаю, чтобы перелезть на свою полку. Только в этот раз что-то дернуло... – Разочек. Ну, разочек, так разочек. Я. Люблю. Шапки. Особенно я люблю его шапки. Особенно я люблю его стиль. Его запах. Красуюсь у зеркала уже пятнадцать минут, одевая то новую бейсболку, то новую шапку голубого цвета. Голубой? Невольно улыбаюсь от осознания того, что он носит. Не реагирую на шум вообще. Только спустя минуту понимаю, что за моей спиной смеются... Все. Но это не страшно. Было бы. Если бы там не было очень громкого, очень грубого баса. Черт. Ненавижу шапки. – Так зачем ты их примерял? Не отвечаю. – Я уже неделю мучаюсь. Ну скажиии. – Просто интересно было. – Неправда. Вздыхаю. Ну, конечно же, не правда. А что я должен сказать? – Ладно. Просто у меня тайная любовь к шапкам. – Ты уверен, что к шапкам? Очень смешно. А к чему еще? Или к кому... Точно. – Уверен ли я? – Да, уверен ли ты? – Конечно же... – Нет? – Нет. Сдаюсь и вздыхаю. Наверное, он прав. У меня еще есть тайное что-то к Зико из Блок Би. Скорей всего, это ненависть за то, что он манипулирует Лидером. Ведь если бы не Зико, кое-кто не воровал бы мой телефон. И вообще. – Так к кому любовь еще? Хочешь, угадаю? – Попробуй. – Ко мне? Я почему-то засмеялся. Но потом толкнул его в плечо. Легонько. – Нет, к тебе если только косвенно. Через шапки. Лови мои прикосновения. – Ага, трогаешь мою голову значит каждый день, извращенец. То с бамбуком женишься, то... Ненавижу Баро. – Так все-таки что? – Что «что»? – Любишь меня? – Да. – . . . – Черт, я... Баро! Он смеется над тем, как подловил меня, все смеются над тем, как смеется Баро над тем, как подловил меня. А мне стыдно, обидно, но... Немного смешно. Поэтому, посмеиваясь, чтобы не выглядеть пойманным, выхожу из комнаты и иду во двор. Ну, не думаю, что это как-то поможет, но обычно так делают в дорамах. – Держи. На скамейку рядом садится ужасно знакомый парень, в руках держит ужасно знакомый сок. Дежа вю. – Что это? Мне? Или опять посторожить? Качает головой, сует бутылку мне в руки. – Нет, теперь это тебе. Медленно и по-идиотски киваю, но вместо того, чтобы выпить хоть немного, ставлю ее на скамейку. – Эм? Ты должен выпить это. По идее, я... – Я люблю твои шапки. – М? Он не понимает, я бы засмеялся сейчас, но это даже серьезная ситуация, что ли. – Я люблю твои шапки. – повторяю. – Хм... Поздравить тебя с этим? – Я тебя тоже люблю. – Хм... А с этим поздравить? Толкаю его в плечо. Сильнее, чем в последний раз. – Ненавижу тебя. – А секунду назад говорил, что любил, идиот. – Я люблю тебя тайно. – А ты люби меня не тайно, хорошо? Тогда я даже куплю тебе грушевый сок. Он заставил меня задуматься над его словами. Я не знаю, говорил ли я тогда серьезно или нет, но сейчас прошло уже семь месяцев, а я правда люблю его. Уже совсем не тайно. И шапки я тоже люблю... Но, все-таки, Баро сильнее. – Сону! – М? – Верни мой телефон, хватит уже писать смс-ки По! Он их все равно не прочитает! Как всегда. – Тебе не кажется, что что-то такое уже было? И зачем мне писать смс-ки этому мелкому идиоту, если у меня есть Гончан? – Ах, Гончан... – Ну ладно, извини. Я просто не мог вспомнить еще кого-то, кто младше меня. – Я... – Что? Ты старше. – Иногда я это забываю. – Я тоже. Я люблю Баро. Люблю смеяться с ним. Тихонько встаю, чтобы кровать не скрипнула. Чтобы он не услышал, как я встаю, ни за что на свете не хочу снова... – Пошел тайно любить мои шапки? – Пошел тайно любить тебя.