The Heart Of The Demon

      Учиха снова вернулся в Ад. Вернулся туда, где ему, по-сути, отведено место. Сатана, только вернув его назад, ясно дал понять, что Саске выполнил всё в точности. Люцифер осмеивал его глупые чувства, которые люди называют любовью, высмеял его ненормальное поведение с какой-то там человеческой женщиной. Отец долгое время пытался вдолбить в голову демона, что любовь — губит их. Ей нет места в тысячелетней жизни исчадия Ада. Все свои выговоры он приправлял огнём. Каждый раз, как только Саске не соглашался с ним и пытался высказать своё мнение по поводу того, что ничего ужасного он не сделал — его жгли огнём. Не обычным, а именно тем, которым Сатана истязал людей, словно огненной плетью он со свистом управлял ею, разбивая спину и грудь. Оставляя ожоги, которые моментально заживали, но оставались жгучей болью. Спустя пару дней таких мук Учиха всё-таки отказался от любви, отказался от своих чувств, склоняя колени перед суровым Отцом. В Аду не было место сентиментальности, наивности и уж тем более — любви.       Чёрные длинные волосы развевались на горячем сквозняке, который в миг мог высушить кожу до основания черепа. Взмахи крыльев были редкими, но массивными. Чёрно-красные, кожистые и острые на соединении костей крылья, рассекали застывшую горячую атмосферу. Его бледное лицо было совершенно нейтральным. В красных глазах не было ничего. Совсем ничего. Они были совершенно пусты. Его полуобнажённое тело грел жар Преисподней, струйками горячего тепла окутывая мускулистые руки, грудь и живот. Волосы отлетели в сторону, открывая широкую мускулистую спину. На левой лопатке была вырезана пятиконечная перевёрнутая звезда, обрамлённая кругом. Она была не очень большой, но и совсем не маленькой. В ободке звезды красовались различные символы, вырезанные с точностью. От клейма расходились тёмно-синие вены, пропадающие ближе к линии позвоночника. Он спустился на одну из раскалённых плит, где на своём каменном троне сидел Люцифер.       — Я был нужен? — спросил он. Не громко, не тихо, каким-то странным голосом, не тем приятным, который был у него на земле, а грубым, хриплым и отходящим эхом. Его крылья сложились за спиной, чёрные длинные волосы, опавшие на закрученные назад длинные рога, слетели от туда словно лёгкие полоски ткани и упали на широкую грудь.       — Нужен, — согласился Люцифер, постукивая длинными когтистыми пальцами по каменной боковой спинке трона. — Я отправляю тебя на Землю. В качестве её обитателя — человека. Карин настояла на этом. Видите ли ей одной ужасно скучно работать, так что попросила тебя. Не знаю, конечно, чем ты можешь ей помочь, но я сегодня в хорошем настроении, так что, разрешил привратнику открыть тебе врата и выпустить.       — Отлично, — кинул Саске, подымаясь вверх.       — Только на этот раз без глупостей, иначе тебя будет ждать изгнание, — строго сказал Люцифер, провожая взглядом чёрных глаз одного из своих подопечных.       Привратник раскрыл врата и Учиха вышел из Преисподней. У входа в верхний мир, его ждала Карин. Её кроваво-красные волосы обвивали загнутые чёрные рога, большие крылья сложились за голой спиной, а длинные пряди красных волос прикрывали её грудь, опадая аж до её колен. Её глаза — красные и сияющие, были сконцентрированы лишь на черноволосом демоне.       — Ты, как всегда, со мной, да? — улыбаясь краем тёмных губ, спросил Учиха. Демонесса кивнула и протянула ему руку с длинными чёрными ногтями и чёрных наручах из застывшей лавы.       — Я всегда с тобой, — она улыбнулась и сжала его горячую руку.       Чёрные ноги ступили на холодную землю, утопая в засохшей траве, так же уничтожая её окончательно. Учиха оглянулся по сторонам. Карин ушла в другое место, оставив его одного. Его крылья исчезли, так как пока что надобности в них не было. Он опустил глаза вниз. Заросли брусники, можжевельника и елей желтели и быстро умирали — такова была сила демона. Всё рядом с ним умирало, всё, абсолютно всё.       Из леса, стряхивая с чёрной кофты омертвевшие сосновые иголки вышел тот самый Учиха. С короткими чёрными волосами, непослушные пряди так же вырывались и спадали на лицо. Чёрные глаза были спокойны, однако теперь в них была та частичка настоящего «Я». Он был такой же, но и уже другой. Парень вышел на окраине знакомого города и проведя рукой по волосам, направился в сторону многочисленных огней. Прошёл год, снова холодная осень, снова опавшие листья и ковры под ногами. А в глубине души, в тех самых недрах до которых не мог добраться даже Люцифер жила надежда на то, что она может быть тут… Возможно, обиженная, злая, может быть уже забывшая и счастливая с кем-то другим… Но она может быть тут.