Любовный подарок.

— Они вновь ругаются, — как-то печально протянул Джафар, бросая взгляд на дверь, за которой слышались громкие голоса и спешные шаги. — Интересно, они когда-нибудь найдут общий язык? — Яму никогда не примет её выходок, — усмехнулся король Синдрии, ставя размашистую подпись под одним из документов. — К тому же они слишком разные — их взгляды на жизнь, ценности, стили ведения боя, всё упирается в это, но обе невероятно сильны. — И обе приносят кучу проблем, — устало выдохнул визирь. — Вот, это по затратам с последнего праздника, мы уж перестарались, — он осторожно положил перед покорителем семи подземелий документ. — И всё же, они обе девушки и у них вполне могли быть общие темы. К тому же, в последнее время, их ссоры стали чаще и сильнее. Двери резко распахнулись и в кабинет короля ввалились две, доведённые до крайней степени гнева, девушки, бросая друг на друга чуть ли не ненавистные взгляды и переходя на крик. — Да что ты можешь понимать, глупая колдунья? Магия то, магия сё, а окажись ты без магой, без своей дурацкой палки, как ты справишься? Что сделаешь? Всё что ты можешь, это лишь чесать языком и не более! — Арг, кто бы говорил! Нашлась великая воительница! Да не будь у тебя в руках оружия, ты окажешься беззащитней меня, а магия может многое! — Многое? Ха! Могла бы многое, у тебя бы уже давно мужик появился! Или что, не можешь придумать правильное заклинание и мучаешься бедняжка от воздержания? — Уж я не такая как ты! Готова лечь под каждого! Не ровняй меня с собой! Мужчина должен быть у женщины один и на всю жизнь. Верность значит многое! — Да что может твоя верность? Сейчас пошло такое время, что кроме постели, ты мужику и не нужна, а раз такое дело, то почему бы ими и не попользоваться! К тому же разные попадаются, кто-то в постели лев, а кто-то — козёл! А вдруг твой единственный так и не удовлетворит тебя за всю свою жизнь? Измену ж ты не предпочитаешь? К тому же, что это, мужикам значит можно ходить по женщинам, а нам нет? Мы сразу развратницы. Ну уж нет, раз король у меня не блюдёт благодетели, то и я такой не буду! Синдбад схватился за голову. Ох, и его сюда приплели. Ну они снова за своё, но похоже, что в этот раз ещё сильнее зашли в своём глупом и бессмысленном споре. И ведь как всегда, всё начиналось с самой мелочи. — Ох, что поделать? — горестно вздохнула Ямурайха. — Он даже ко мне приставал, так что его добродетели никогда и не существовало... — Что? — гневно воскликнула беловолосая и, подойдя к толу, стукнула по нему кулаками, бросая на своего короля прожигающий взгляд. — Это правда? — Эм... — растерялся Синдбад, смотря в глаза своему генералу и поёрзал на месте. — Не то, чтобы... — А ко мне ведь ни разу! Это что, я страшнее неё? — она ткнула пальцем в волшебницу. Ямурайха победоносно заулыбалась и, фыркнув, развернулась и покинула кабинет короля, забыв, зачем сюда шла. — Мне нужно было заглянуть к начальнику стражи, — быстро собрав документы, поспешил удалиться визирь, чувствуя надвигающуюся грозу и не желая быть свидетелем такой сцены. К тому же он злорадствовал от части, в последнее время Син слишком много ленился и теперь получит по заслугам! — Но, Джафар, у нас ещё столько дел... — с мольбой посмотрел на него король. — Вы пока свободны, ваше величественно, — мстительно улыбнулся визирь и закрыл за собой дверь. — Ну так что? — девушка спросила тихо, но угрожающе. Синдбад тяжко выдохнул и посмотрел на мечницу. Её тёмная кожа ярко контрастировала с белыми волосами, россыпью спадающими по плечам. В этот раз на ней была лёгкая туника, открывающая плечи и ноги по щиколотки. Такая горячая, жаждущая ответа и таившая в себе обиду, зелёные глаза прожигали насквозь. — Ты ведь не обделена мужским вниманием, — подперев рукой щёку, протянул Синдбад, внимательно рассматривая острые черты лица. — Да и ко мне ты не питала интереса. Если с Ямурайхой я знал, что ничего не выйдет, то с тобой... — Думали, что затащите меня в постель? — Был не уверен, — закончил король. Он протянул руку, ухватил тонкую белую прядку волос и повертел в пальцах, — насколько бы далеко всё могло зайти... Между королём и его подчинёнными не должно возникать никаких любовных чувств, в будущем это может породить обиды и ненависть. К тому же я не хочу... — Ой, не надо, — она раздражённо отстранилась и скрестила руки на груди. — Я знаю, что вы хотите сказать. Бла-бла-бла. Всё пустая болтовня и только. Я хотела услышать не это. — А что же? — Я для вас привлекательная? Как женщина. Прошу вас только оценить мою красоту — не больше! Мне обидно, что Яму вы уделяете больше внимания, чем мне, а я ведь тоже заслуживаю внимания с вашей стороны! Вы меня и словом-то ласковым обделяете, а любую из служанок обсыпаете комплиментами. Мне обидно! — Хочешь знать, да? — усмехнулся король и поднявшись, обогнул стол, остановившись напротив мечницы и, протянув руку, нежно коснулся её щеки, ласково поглаживая. — Я думаю, что ты очень горячая, обжигающая, опаляющая. Для моей водной стихии ты слишком огнена. У тебя прекрасные глаза, нежная кожа и милые черты. Ты красива, но слишком страстна для девушки. Ты достаточно распущенна, но словно в тот же миг безгрешна. Я не вижу в тебе пороков, потому что я знаю, какая ты на самом деле. Теперь я удовлетворил твоё любопытство? Ты останешься этим довольна? Беловолосая робко кивнула, на щеках её был еле заметный румянец, она поспешила отстраниться и отвернулась. Сердце бешено стучало в ушах. — Простите меня, ваше высочество... я просто... — она не могла подобрать нужных слов. — Всё хорошо, Шарркан, можешь не оправдываться. Если у тебя нет ко мне больше вопросов, то ты можешь быть свободна. — А между нами точно... ничего не может быть? — немного дрогнувшим голосом спросила она. Синдбад нахмурился. Он всегда старался держать дистанцию в этом плане с мечницей. Он ценил её, она стала частью семьи и только потому, что она вошла в его семью, стала для него важным человеком, он и не собирался посягать на неё. Она была вольна быть с любым мужчиной, с которым пожелала бы, Синдбад и слова ей не скажет, хотя... его это всегда жутко раздражало, но радовало то, что никого конкретного у неё не появлялось. Она была такой же как он, это их сближало, в этом ему без труда открывалась её душа и король мог почти угадывать причины её блужданий. — Шучу, — она повернулась на пятках, улыбаясь как-то азартно и, лукаво блеснула глазами, — а вы повелись. — Я бы и не так повёлся, — усмехнулся ей король. — Хотя знаешь, ты в последняя время странная... — Странная? — удивлённо переспросила девушка. — Что во мне не так? — Не знаю, — пожал плечами повелитель семи морей. — Но если ты захочешь поделиться чем-то, что тревожит тебя, то я выслушаю тебя в любое время... — Вы как всегда добры, ваше величество, — усмехнулась ему Шарркан, повернувшись к двери. — Но в этом плане вы мне не советчик, я бы даже обратилась со своими проблемами к Джафару, чем к вам. — Ты меня обижаешь, — грустно произнёс Синдбад. — Нет, ваше величество, это вы меня обижаете, — она открыла дверь и не оборачиваясь, произнесла: — Потому что вы моя проблема. Синдбад ещё долго стоял на месте, обдумывая её слова, в последнее время между ними сложилась напряженная атмосфера, Шарркан рядом с ним конфузилась, злилась и попросту старалась его избегать. Джафар на что-то намекал, но говорил так расплывчато и непонятно, как бы не решаясь раскрывать королю какую-то тайну. Неужто он в курсе такого поведения мечницы? Но тогда нужно было бы его допросить... Да и сам Синдбад в последний месяц стал слишком сильно присматриваться к девушке. Она казалась ему более прекраснее, он никогда не скрывал, что она желанна им. Шарркан была идеальна — прекрасные формы, красивое личико, горячий нрав, её хотелось вкусить, как что-то опасное, смертоносное. Пару раз он пытался ухаживать за ней, конечно, она права, он не говорил ей красивых слов, лишь потому, что боялся, что не сможет себя удержать, что поддастся пороку. Порой она ему снилась, обнажённая, жадная до поцелуев, вспотевшая от их интимной близости, отдававшаяся ему на его же столе. О, какой прекрасной и доступной она была во снах, какой колкой и далёкой в действительности. Синдбад не хотел терять голову. Он мог влюбляться, но не умел любить. Что та влюблённость — короткий миг, длящийся до тех пор, пока он не перенасыщался объектом своей внезапной страсти. И её слова... неужели она что-то начала подозревать? Ему бы этого не хотелось. К тому же, королю Синдрии было очень интересно, какие чувства к нему испытывает его генерал.