Save me.

Спустя три месяца после возвращения девушки из страны Рек наступила долгая и холодная зима. В этом снежном царстве домашних хлопот у Сакуры поубавилось. Короткого зимнего дня вполне хватало, чтобы управиться со всеми повседневными обязанностями. К пяти часам дом наслаждений оживал и до поздней ночи наполнялся шумным гулом и весельем, а розоволосая девушка превращалась в невидимку. Свободного времени у нее стало куда больше. Чайные церемонии она больше не проводила, даже для "важных гостей". Это одновременно радовало и настораживало розоволосую. Ее подпольное врачевательство по-прежнему пользовалось популярностью, но, к счастью, серьезная медицинская помощь требовалась крайне редко. Помощь сводилась к лечению обычной простуды и изготовлению заживляющей мази, с которыми девушка научилась справляться очень быстро. Всю уйму своего свободного времени она коротала в своей небольшой комнатушке. Иногда удавалось посплетничать с Мией, но подобные посиделки были большой редкостью, миловидная брюнетка всегда была в компании мужчин. Среди этой бездны безделья Сакура нашла весьма неплохой способ скоротать время - она изучала новые медицинские техники, свитки она покупала у Какузу. Девушка уже не помнила, когда именно отважилась попросить казначея об услуге. То немногое, что она знала об Акацуки, подсказывало ей, что нужно обратиться с этой просьбой именно к нему. Однажды она набралась смелости и заговорила с мужчиной. Сакура помнила, каким надменным взглядом посмотрел на нее Какузу, показывая тем самым, что не желает возиться с ней и ее просьбами. Он уже собрался уходить, когда розоволосая девушка интуитивно произнесла единственные слова, служившие для казначея весомым аргументом. - Я заплачу. Столько сколько попросите, - мужчина остановился, он оглянулся и скептически посмотрел на куноичи. Сакура съежилась под этим взглядом. Казалось, Какузу ей не ответит, но он слегка кивнул ей и удалился. То, что казначей согласен, девушка поняла лишь в следующий его визит. Он принес ей аж два свитка, но малоценных, только чтобы проверить реальность сделки. Так и началась их корыстная дружба. Теперь Сакура с нетерпением ждала редких появлений казначея, как дети ждут праздника. Как только розоволосая получала новый свиток, запиралась в своей комнате и погружалась в чтение. С каждым новым свитком техники становились все сложнее и искуснее в своем исполнении. Сакура жадно вчитывалась, впитывая каждую мелочь, она даже пробовала практиковаться. Кое-что ей даже удалось. За три месяца ей довелось изучить несколько десятков свитков и потратить на них большую часть своих сбережений. Но девушка считала, что это того стоило. Любая маленькая удача вызывала радостную улыбку на ее лице и чувство гордости за себя, выступала признаком того, что она чего-то стоит как куноичи. Окрыленная Сакура порой не замечала косых взглядов Рейко, которые были недобрым знаком. Девушка как будто тщательно и рьяно готовилась к чему-то очень важному для нее, но запретному. Она часто думала о нем: - Где он сейчас? Как он себя чувствует? Стало ли ему хуже? Где он ночует? Хорошо ли питается? Ему нельзя спать на холодной земле. Ему нельзя простужаться. Он должен хорошо питаться и много отдыхать. Иногда эти мысли, казались ей предательством, но Сакура больше не могла думать об Итачи как о старшем брате Саске, о злодее и преступнике. Теперь она наверняка знала, что почувствовала, когда проводила обследование. Сакура нашла информацию о неизвестной болезни в случайно попавшем к ней свитке. В свитке рассказывалось, как улучшить самочувствие больного, но ни слова, как вылечить болезнь. У девушки оставалась надежда, что где-то есть еще один свиток, но даже Сакура понимала, какой она была призрачной. - Только бы успеть, - шептала девушка, когда отчаяние душило ее, не давая вздохнуть. Время тянулось в томительном и тревожном ожидании. Она ждала его появления. Каждый раз в день собраний девушка высматривала знакомую фигуру. Он не приходил, ее беспокойство возрастало. - А что если уже поздно?! - кричала в ней паника. Однажды розоволосая не выдержала, спросила про него у Конан. Синеволосая девушка понимающе посмотрела на нее, как будто она могла понимать, что творится сейчас с Сакурой. Ведь сама девушка пребывала в полной растерянности. - С ним все в порядке, - и больше ничего, ни где он сейчас, ни когда появится. Розоволосая девушка была расстроена таким ответом и больше не спрашивала. Она продолжала ждать в своем тихом беспокойстве, уже не таясь, но по-прежнему с замиранием сердца. Ее все также одолевал страх, но уже другой - страх не его, а за него. Беспокойство когтистой лапой играло на ее нервах, заставляя сердцебиение то учащаться от волнения, то замирать от ужаса. - Что если он больше не придет? Никогда, - всякий раз, когда ей в голову приходила эта мысль, где-то внутри что-то щелкало и начинало ныть, говоря девушке, что ей это совсем не нравится. Когда сошел снег, ожидание стало невыносимым. Уже никакие новые техники не могли отвлечь от мыслей о вечно холодном и равнодушном брюнете. Все более тревожными становились мысли и предчувствия. В тот самый момент, когда волнение достигло критической точки и толкало Сакуру на необдуманные глупые поступки, пришла весточка. Около семи часов, когда вечер был в самом разгаре, в комнату девушки заявилась Рейко. Девушка сидела на кровати и перечитывала свиток. Хозяйка окинула розоволосую недовольным взглядом: - Снова бездельничаешь? - Так ведь гости уже прибыли, Рейко-сама, - девушка вскочила с кровати и натянутой струной предстала перед хозяйкой. - Девочки сами просили не путаться под ногами. - А ты и рада бездельничать, - Рейко зло сверкнула глазами. Розоволосая возражать не стала, виновато опустила голову и промолчала. - Подашь чай и поторапливайся, негоже заставлять ждать важную гостью. Сакура взяла небольшой поднос и прямо из кухни поднялась на второй этаж, где в конце коридора располагалась не большая, но уютная комнатка для гостей. Внутри ее ждала синеволосая девушка в плаще с красными облаками. Девушка немного удивилась. но виду старалась не подавать. - Конан-сама, - она низко поклонилась гостье. - Здравствуй, Сакура. Присаживайся и составь мне компанию, - розоволосая присела у небольшого столика и принялась готовить чай для себя и Конан. Она была заинтригована и обеспокоена таким предложением и с нетерпением ждала, когда ей сообщат, зачем ее позвали. Около часа девушки вели достаточно непринужденную беседу за чашкой чая. Когда чаепитие подошло к концу, Конан протянула ей сложенный пополам листок бумаги для оригами. Розоволосая приняла его и развернула послание: "Страна Камня... Через 3 дня." Дальше шло название отеля, неизвестное ей имя. Сакура подняла на девушку свой недоуменный взгляд. - Они знают, что ты придешь. Сердце девушки раньше своей хозяйки догадалось, кто "они", и стало радостно биться в груди, сообщая таким образом хорошие новости самой Сакуре: - Но... но ведь здесь ни слово не сказано о... о моей миссии. Конан улыбнулась: - Ты ведь хотела его увидеть. - Я... - розоволосая девушка стала пунцовой от смущения и запнулась. Неужели она хотела возразить? Ведь все ее поведение, каждый поступок и жест просто кричали об этом. Улыбка синеволосой стала шире, и Сакуре ничего не оставалось, как промямлить сдавленное: - Спасибо, - после чего она вскочила на ноги. - Я пожалуй пойду, Конан-сама. Мне нужно собраться. Конан сдержано кивнула и, прежде чем розоволосая успела выскочить из комнаты, произнесла: - Цель для своей миссии придумаешь сама. Использовать тебя как почтового сокола, Пейн не согласился. Сакура очень быстро собралась в дорогу, очень решительно двинулась в путь. Сомнения стали одолевать ее лишь на исходе второго дня, когда девушка подошла к границе Страны Камня. Она устроила себе передышку, в нерешительности застыв у самой границы, открывая себя для удара. Девушка была облачена в теплый плащ, ведь весна еще только набирала свою силу, под ним была уже привычная форма для подобных выходов, розовые волосы были собраны в два низких хвостика. Сакура тщательно готовилась к своему путешествию, так что ничто в ее облике не могло ее выдать. Девичье сердце трепетало от волнения в ожидании скорой встречи. Как бы Сакура не оправдывала свое беспокойство, в чем бы разум не убеждал девушку, сердце было не обмануть, оно рвалось навстречу к нему. А еще она очень боялась, как отреагирует нукенин на ее появление. Девушке было стыдно даже представить, что будет, если он догадается, что она искала с ним встречи. Сакура никак не решалась продолжить путь, хотя оставалось пройти совсем чуть-чуть. Они ведь спросят, зачем она пришла. Обязательно спросят... С того вечера, как Конан принесла ей новость, девушка все время неустанно думала над причиной, но, как на зло, ничего не приходило в голову. - А если просто сказать, что я пришла помочь, ведь это чистая правда, - размышляла розоволосая куноичи. - Но ведь он легко может разгадать, что помощь предназначается именно ему. Что тогда? - Сакура закусила губу. От воспоминания о предыдущей попытке помочь по спине пробежал холодок, каждая мышца в ее теле помнила ту боль, отвечая дрожью. Но желание больше не испытывать эту боль значительно уступало желанию спасти его жизнь. Девушка взглянула на листок бумаги с точными координатами в ее руке, глубоко вздохнула: - Будь, что будет, - Сакура отважно шагнула вперед, продолжив свой путь в Страну Камня. Сакура быстро добралась до места и зашла в гостиницу. С еще большей скоростью испарялись ее уверенность и смелость. Она вся тряслась, когда называла вымышленное имя, на которое была заказана комната, брала у хозяина ключ и поднималась наверх. Комната была на последнем этаже гостиницы. Розоволосая прикрыла дверь, но не стала запирать - она ждала гостей. В номере открылись шлюзы, выплескивая все переживания девушки наружу. Сакура нарезала круги по комнате. ожидая появления нукенинов и придумывая себе оправдание. И снова в голове вертелся целый рой мыслей, но она ничего не могла придумать. Девушка тонула в своих опасениях и переживаниях, ожидание только подливало масла в огонь. Чем дольше Сакура ждала, тем сильнее нервничала. В одно из долгих мгновений ей пришла в голову идея прогуляться по селению и вернуться, когда Акацуки уже будут ее ждать, но тут же она отогнала от себя эту мысль. Такая прогулка подвергала опасности всех троих. Девушка застонала, это ожидание выматывало ее больше, чем дорога сюда, а ведь прошло всего полчаса. Входная дверь стукнулась о стену. Сакура резко повернулась и застыла. Перед ней возвышался мечник, на плече которого практически висел его напарник. Девушка буквально впилась в парня жадным взглядом. Она внимательно всматривалась в каждую черточку на его лице, анализировала каждую незначительную мелочь, чтобы составить картину его самочувствия. Девушка заметила, что он еще больше похудел и осунулся. А это значило, что ни о каком полноценном отдыхе и хорошем питании речи не шло. Всегда бледная кожа сейчас и вовсе была как мел, на ее фоне залегшие под глазами круги казались черными. Из уголка глаза сочилась кровь, также алая струйка стекала по мертвецко-бледному подбородку. Сакура отрешенно проводила красную каплю от уголка бледных губ до пола дешевого номера. Картина была по истине ужасающей, но девушка находилась в какой-то прострации. Она, казалось, не понимала, что происходит, продолжая внимательно наблюдать за брюнетом. Девушка не осознавала ни что это за алая жидкость, ни откуда она взялась. Из ступора розоволосую вывел окрик Кисаме: - Не стой столбом! Помогай, девчонка! - только сейчас Сакура словно очнулась, увидела наконец, что происходит. Кровь! Он был весь в крови и к тому же без сознания. В эту же секунду розоволосая девушка сорвалась с места. - На кровать, быстрее!!! - и вот брюнет оказался в горизонтальном положении, а куноичи склонилась над ним. Она принялась стягивать с него плащ, ее глаза расширились от страха. Ее руки были красными, девушка чуть не закричала. На долю секунды ей завладела паника, но она нашла в себе силы собраться. Куноичи сложила несколько печатей, и ее ладони засветились зеленым. Рана понемногу начала затягиваться, Сакуре потребовалось сорок минут времени и практически вся ее чакра, чтобы подлечить Учиху. Собрав остатки своей чакры, куноичи принялась за диагностику. Она должна была удостовериться, что все сделала правильно. Рана была достаточно серьезной. Если бы противник попал в сердце, нукенина было бы уже не спасти. Парень уклонился в последний момент, чем спас себе жизнь. Сакура хорошо потрудилась над его ранением, теперь оно не волновало девушку. Сейчас ее заботило совсем другое - та болезнь, которая каждую минуту пожирала Учиху изнутри, и которой она не могла противостоять. Розовые брови нахмурились, девушка обнаружила еще одно незначительное отклонение, которое ухудшало и без того хрупкое здоровье. Сакуре хотелось ударить нукенина, накричать на него, отчитать за легкомыслие. Мало того, что он подхватил простуду, так еще не собирался ее лечить. Пустил все на самотек. - Как это случилось? - девушка справилась с эмоциями и теперь обращала свой вопрос к грозному мечнику, который все это время наблюдал за ее действиями. - Радушная встреча от шиноби Камня, - усмехнулся Кисаме. - Он не сумел увернуться от последней атаки. - Но как же?.. - не веря, выдохнула ошеломленная Сакура. - Итачи отличный шиноби, но не Бог. К тому же в последнее время он плохо себя чувствовал, - спокойно пояснил мечник. - Это из-за простуды. Она несерьезная, но ее нужно скорее вылечить, чтобы не было осложнений. Нужны травы для настоя, - ее взгляд наткнулся на струйку крови у глаза, девушка потянулась к его глазам, но Кисаме резко перехватил ее руку, не позволяя приблизиться. Розоволосая перевела недоуменный взгляд на Хошигаки. - Вот этим и займись, - он немного потянул ее на себя, заставляя тем самым подняться. Рана затянулась, и теперь мечник, уверенный в безопасности своего напарника, вел себя с девушкой довольно резко. Сакура была возмущена до предела: - Какого черта?! - хотелось крикнуть девушке, но она не решилась выступать с открытой агрессией против этой горы мышц, поэтому отступила. Она уже знала, что в любом крупном селении есть черный рынок, где можно найти все, что потребуется. Девушка натянула капюшон, спрятав свои яркие волосы, и легко затерялась в толпе шумного селения. Она быстро нашла необходимые травы, и, немного поблуждав по улочкам незнакомого селения, отважилась вернуться в гостиницу. Лекарство от простуды не требовало много времени и сложных приготовлений. Сакура просто прошла на кухню и попросила чайник и чашки для чая, затем заварила те травы, которые ей удалось добыть сегодня. Девушка узнала, что Кисаме снял еще одну комнату на том же этаже. Сакура на цыпочках прокралась по коридору с подносом в руках. Она остановилась у нужной комнаты и прислушалась, что происходит внутри. Было тихо. Девушка тихонько приоткрыла дверь и скользнула в полумрак номера. Комната освещалась лишь одной свечей, которая практически догорела. Кисаме в номере не было, а Учиха спал на кровати. Розоволосая поставила поднос на небольшой столик и подошла к кровати. Внимание девушки было приковано к его глазам. Итачи пришлось использовать в бою гендзюцу. Его техники были опасными не только для противника, но и для самого нукенина. Каждая сильная техника отнимала у него зрение. Хоть что-то Сакура вынесла из своего обучения у Пятой. В который раз за сегодня ее ладони засветились зеленым. Она поднесла свою ладонь к его закрытым глазам, и тут же была схвачена. Алые глаза распахнулись, нукенин был готов к атаке. Сакура вздрогнула от неожиданности, Учиха уже стоял перед ней, больно заламывая ее руку, казалось, вот-вот она услышит хруст костей, хватка не ослабевала. - Вашим глазам нужно лечение, Итачи -сан, - тихо произнесла девушка, морщась от боли. - И не только глазам... - она не успела договорить, брюнет сильнее сжал ее руку, заставляя девушку вскрикнуть от боли. Учиха выпустил ее запястье и больно впился пальцами в ее плечи, со всей силы встряхнул розоволосую: - Глупая девчонка! Неужели одного урока для тебя было мало?! - он еще раз встряхнул ее как тряпичную куклу. - Откуда в твоей голове взялись эти бредовые мысли? Почему?! Почему ты решила, что вопреки всем законам логики и здравого смысла должна меня спасти?! Я отступник Конохи. Я твой враг, дура! Ты выводишь меня из себя своей глупостью, - Итачи снова встряхнул ее, уничтожая своими словами. - Не путайся под ногами. Слышишь?! Убирайся прочь, пока я не сорвался и не прибил тебя! Сакура стояла крепко зажмурив глаза. Ей только что дали пощечину. Нет хуже, ее только что словно ударили чидори в самое сердце. На последних словах она вырвалась из его рук и, резко развернувшись, пулей вылетела из комнаты. Лишь бы не разрыдаться прямо там, у него на глазах. Лишь бы только снова ее не назвали жалкой. Лишь бы больше не видеть презрение к себе в его холодных черных глазах. Когда за розоволосой девушкой захлопнулась дверь, Итачи подошел к своей сумке и достал бутылку саке. Парень все еще был раздражен и зол. Он не стал наливать саке в чашку, просто откупорил бутылку и поднес к губам. Итачи сделал несколько глотков и поморщился, напиток обжег горло, и парень закашлялся. Он не привык к крепким напиткам, Итачи пил крайне редко и не в таких количествах. Но сейчас он хотел побыстрее напиться, поэтому снова поднес бутылку к губам. Чтобы быстрее забыться. Чтобы ни о чем не думать. Чтобы не вспоминать. Эти зеленые глаза полные детской обиды и огорчения будут еще долго преследовать его во снах, уж слишком четко отпечатался в его сознании этот образ. Вдруг его взгляд наткнулся на поднос с чайником, стоящий на столике. В считанные секунды раздался звук бьющейся посуды, лечебный чай оказался на полу.